Глава 19

Декабрь 2019 

Маша 

До нового года ещё куча времени, но в магазинах уже вовсю продаётся новогодняя мишура, витрины украшены разноцветными гирляндами, бутики завлекают покупателей броскими рекламами предпраздничных скидок и акций. Как же мне не хватало в колонии этой суеты! Ноги сами несут к месту продажи ёлок, и я, прикрыв глаза, жадно вдыхаю хвойный аромат. Именно так для меня пахнет свобода. И так пахло моё детство. 

Хочется новогоднего чуда, хотя бы самого маленького. Чтобы хоть немного разбавил светом затянувшуюся тёмную полосу. Работы нет. В центре занятости к моему появлению отнеслись не менее скептически, чем в прошлый раз, но на учёт поставили. Даже грошовое пособие по безработице сейчас помогает мне чувствовать себя не совсем потерянным и безнадёжным человеком. В двадцать шесть лет я сижу у мамы на шее. А моя уже совсем не молодая мама вынуждена кормить нас двоих. 

Мне очень совестно и стыдно, поэтому я хватаюсь за любую возможность хоть что-то заработать. В конце концов, мыть полы в супермаркете – не самое худшее занятие, хоть владельцы и отказываются оформлять меня официально. 

За полгода свободной жизни я привыкла прятать глаза и отворачиваться при встрече со старыми знакомыми. Им так легче, они могут просто пройти мимо и не признаваться, что знают меня. Порой я чувствую на себе чьи-то взгляды, но никогда не оборачиваюсь и не ищу, кто на меня смотрит. Эти люди остались в далёком прошлом. А в настоящем между нами такая пропасть, что даже здороваться со мной они стыдятся. 

Убираю с пола разлитый кефир в молочном отделе. Народу вечером в супермаркете много. Все спешат после рабочего дня поскорее оказаться дома. Я мешаю им ходить по рядам с тележками. А они мешают моей экстренной уборке. Мы молчаливо сердимся друг на друга. В первые дни в такие моменты меня охватывала паника – мне казалось, что меня затопчут, но я быстро привыкла. 

Чувствую на себе чей-то взгляд. По привычке не поднимаю глаза. Пусть человек идёт мимо и не пачкает о меня свою чистенькую жизнь. Ощущение не проходит. Когда всё убрано, разгибаюсь, чтобы поскорее убежать со шваброй и ведром в подсобку. Встречаюсь с ним глазами. 

Николай стоит рядом с красивой, стильно одетой женщиной, которая придирчиво осматривает пачки с майонезом. Мне бы убежать, как собиралась, но каждый шаг даётся с огромным трудом. Чем он отличается от других, брезгающих даже просто сказать мне «привет»? Только тем, что именно он и его семейка упекли меня на столько лет в колонию, использовав своё влияние и финансовые возможности. Возле входа в служебное помещение оборачиваюсь. Его спутница делает наконец свой выбор, бросает пакетик в тележку, и они уходят. 

По мере приближения нового года в моей жизни начинают происходить чудеса. Разве в реальной жизни бывшей зэчки такое возможно? Или Дед Мороз решил подарить мне разом подарки за все предыдущие семь лет? 

Сначала приходит уведомление, что мой долг по выплатам компенсации Кузнецову Н.А., назначенной решением суда, погашен. Звоню в банк, чтобы сообщить об ошибке, но там уверяют, что никакой ошибки нет. Этого ведь не может быть? Там огромная пятизначная сумма в европейской валюте. Такие подарки не падают на голову даже накануне нового года. Потому что чудес не бывает, они, как и добрые волшебники, есть только в сказках. 

Не знаю, как на этот подарок реагировать, кого благодарить, за чьё здоровье ставить свечку в церкви. Неимоверно, но факт – я свободна! И это почти так же круто, как выйти из колонии... 

Спустя несколько дней на телефон поступает звонок: 

- Здравствуйте, Мария Игоревна. Я звоню из фирмы «Циркуль». Ваши контакты нам дали в центре занятости. У нас открыта вакансия помощника бухгалтера. Вы ещё ищете работу? 

Несколько мгновений уходит на то, чтобы вытянусь себя из ступора и включиться в разговор. 

- Да, ищу. 

- Вы можете приехать к нам на собеседование завтра в четырнадцать часов? 

- Конечно, могу. 

Да даже если не могу, то сделаю всё, чтобы смогла! Интересно, они в курсе, что я сидела? В центре занятости об этом знают, должны были предупредить. А если нет? Сказать или пока не стоит? Пока раздумываю, девушка на другом конце говорит: 

- Тогда завтра ждём вас. Не забудьте взять с собой все документы. 

Прощается и разрывает соединение. 

Понимаю, что причин для радости пока нет. Выбирая из списка претендентов, наверняка отдадут предпочтение той, которая не имеет за спиной тюремного прошлого. Да и опыта работы по специальности у меня нет вообще никакого. Хорошо, что в дипломе указан провинциальный университет и нет ни слова о том, что училась я, находясь в колонии. 

Офис «Циркуля» располагается в большом бизнес-центре и занимает часть десятого этажа. В интернете мне удаётся узнать, что занимаются они оптовой и розничной торговлей канцелярскими товарами, имеют сеть магазинов по городу. Канцтовары у меня прочно ассоциируются с детством, со школой и университетом. Каждый год перед первым сентября мы с мамой ездили в большой магазин и набирали на целый учебный год всякого разного по длинному списку. 

Меня проводят в кабинет главного бухгалтера. За столом сидит женщина средних лет. Лицо строгое, но не злое. Я напряжена и очень нервничаю. Мне нужно во что бы то ни стало понравиться ей, но я не знаю, есть ли у меня хоть одно преимущество перед другими претендентами и хоть маленький шанс. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Меня зовут Екатерина Петровна. Как вы поняли, я тут главный бухгалтер. 

Она начинает задавать мне стандартные вопросы об образовании, опыте, предыдущем месте работы. Очень боюсь вопроса о причинах увольнения из фитнес-клуба, потому что я не знаю, что говорить. А любой из заготовленных вариантов ответов обязательно вызовет массу подозрений. 

Екатерина Петровна рассматривает мои документы. Я готовлюсь в любое мгновение услышать: «Нет, вы нам не подходите» и молюсь, чтобы она произнесла хотя бы: «Спасибо, мы вам перезвоним». Очевидно же, что не перезвонят. Но хоть пару дней я поживу с надеждой на чудо. Однако вопреки всем ожиданиям, она говорит: 

- Хорошо, вы нам подходите. Только приступить к работе нужно уже завтра. Сможете? 

- Да-да, конечно. 

Я всё ещё не верю своему счастью. А говорят, что чудес не бывает… 

- Испытательный срок месяц. Завтра утром я познакомлю вас с Риммой, нашим бухгалтером, и она расскажет вам о ваших обязанностях. 

Если меня спросить, что такое абсолютное счастье, то я, не задумываясь, отвечу: иметь хорошую работу по специальности. Потому что работа – это так много! Особенно когда она по душе, когда никто не бросает презрительных взглядов и все разговаривают на равных. Когда зарплата такая, что можно жить месяц и не думать, что выбрать: купить хлеб или проехать несколько остановок на автобусе. 

В офис «Циркуля» я не хожу, а летаю. У меня будто выросли крылья. Я работаю помощником бухгалтера! Да я о таком даже мечтать не смела! А говорят, что чудес не бывает! Бывают, я теперь точно знаю! 

Большую часть дня я ввожу в компьютер информацию о новых товарах, о поступлениях на склад, об отправках по магазинам. Буквы, цифры, накладные. Учусь работать в бухгалтерских приложениях, формировать и отправлять налоговые документы. Поначалу Римма меня дотошно проверяла, но я почти не допускала ошибок, и теперь она сверяет только итоговые суммы. И они у меня сходятся! 

Ещё я делаю разные выборки и строю отчёты по запросам руководства. Я быстро освоилась в их программе и легко устанавливаю необходимые фильтры, а затем распечатываю или отправляю по электронной почте результат. И у меня всё получается! Римма меня хвалит, а я так счастлива! 

Новый год мы с мамой встречаем весело, с настоящей ёлкой, оливье, мандаринами и подарками. Не хватает только моего мальчика. Но теперь, когда больше нет долга и появилась официальная работа, я смогу заново подать на опеку и надеяться на положительное решение. 

Первый день наступившего года провожу в детдоме. Раздаю детям подарки, которые мы с мамой заготовили каждому, чтобы никого не обидеть. Мирон счастлив, и я радуюсь вместе с ним. Год начинается замечательно. Верю и надеюсь, что всё у нас обязательно получится. 

Погода под стать настроению – небольшой мороз, ясно, солнечно. Мы долго гуляем с детворой, балуемся, бросаемся снежками. Воспитательница приносит санки, и я по очереди катаю всех малышей. 

После праздников работы не очень много. Несколько дней торговля идёт вяло. Но скоро начнётся третья четверть у школьников, а за ней – второй семестр у студентов, да и в офисах работа закрутится. 

Главбух возвращается из-за границы только завтра, и мы с Риммой со спокойной совестью бездельничаем, гоняем чаи и болтаем о жизни. Вернее, рассказывает в основном она, я больше помалкиваю. Да и чем я могу поделиться с ней из своего скудного опыта нормальной жизни? Я, конечно, могла бы ей рассказать о любви и верности, о предательстве и подлости, о счастливых случайностях и злом роке. Но слишком больно, и я молчу – пусть коллега и дальше считает меня милой скромницей, стесняющейся собственной тени и не видевшей ещё настоящей жизни. 

В обеденный перерыв выскакиваю в коридор с графином, чтобы набрать в кулере воды. Но стоит мне зайти за угол, как утыкаюсь в знакомый свитер. Поднимаю голову, и ноги подкашиваются. Он меня и тут нашёл? 

- Привет, Мышка! С Новым годом! 

- П-привет. С-спасибо, тебя тоже. 

Что он тут делает? Как его занесло в наш офис? 

- Как тебе тут работается? 

Он издевается и злорадствует? 

- Х-хорошо. 

- Не обижают? 

Смотреть ему в глаза боюсь. Не знаю, что говорить и как умолять его оставить меня в покое и позволить просто жить… 

Прикладываю недюжинные усилия, чтобы взять себя в руки. Я – не его подчинённая! Мне нечего оправдываться. 

- Нет, я уже закалённая. 

Наконец хватает смелости посмотреть ему в лицо. И правда, разве кто-то может обидеть меня сильнее, чем Николай и его семейка? Выглядит он шикарно, явно недавно побывал у парикмахера – чёрные волосы аккуратно подстрижены и уложены, на щеках румянец. Ещё и глазами улыбается так, как может только он, и пахнет своей вкусной туалетной водой. Красивая обёртка гнилой конфеты! 

- Ник, идём, я готов, – шеф выходит из кабинета и решительным шагом направляется по коридору. 

Они – приятели? В голове стучит набатом: это конец. Он наверняка наговорит обо мне гадостей начальству и потребует, чтобы меня уволили. Я снова останусь без работы и не смогу забрать Мирона. Ну почему каждый раз, когда в моей жизни что-то налаживается, тут же появляется этот мужчина и всё разрушает? 

- Удачи, Мышка, – усмехается и, не дожидаясь ответа, скрывается с шефом за поворотом. 

Ему ещё хватает наглости вести себя так, будто я его хорошая знакомая и он искренне желает мне добра! После всего, что наговорил мне и уволил абсолютно ни за что! Спасибо, хоть разрешил написать заявление по собственному желанию и не испортил трудовую книжку… 

Настроение безвозвратно испорчено. С трудом дорабатываю до конца дня. Сижу, как на иголках, каждую минуту ожидая вызова на ковёр и известия о моём несоответствии занимаемой должности. Хотя что за чушь? Я хорошо справляюсь со своими обязанностями! Меня не за что увольнять! Впрочем, в фитнес-клубе я тоже работала нормально, но мне это никак не помогло… Разве таким людям нужны справедливые аргументы и обоснованные причины, чтобы играть судьбами подчинённых? 

Наутро впервые иду на работу, как на каторгу. Вернувшаяся из отпуска Екатерина Петровна заваливает нас с Риммой работой. Это немного спасает от дрожи и паники. Ожидание приговора, пожалуй, хуже того, что за ним последует. Как его пережить? 

Коллеги замечают мою нервозность, но я не могу им ничего рассказать. Как объяснить, в какой западне я оказалась по стечению обстоятельств? Ругаю себя: зачем выскочила с тем графином и почему именно в тот момент? Будто какой-то злой рок взял меня за руку и потащил в тот злополучный коридор. 

На удивление, шеф меня так и не вызывает, ничего страшного вокруг меня не происходит. День, второй, третий. Страх и паника постепенно притупляются, им на смену приходит недоумение: неужели Николай сжалился надо мной? Весьма неожиданная щедрость с его стороны.