ГЛАВА 18

Проснувшись на следующий день – я осознала, что впервые за пять лет, в кровати рядом нет Димы, за исключением ночей, когда он был в командировках, и спалось мне, как в раю. Никто не замышлял мой «несчастный случай», не сюсюкал с фальшивым «солнышком». Просто сказка. Я завтракала, лениво листая новости, когда телефон взорвался Люсиным голосом – бодрым, будто она всю ночь заправлялась энергетиками. – Вика, сенсация! – выпалила она без предисловий. – Вчера в вещах Серёжи нашла телефон, который он от меня прятал и там кое-что занятное. – Что именно? – я отставила кофе, чувствуя, как пульс набирает обороты. – Переписку с Димой. Они неделю готовили сделку с акциями. И, держись, Дима обещал Серёже не только деньги, но и кресло кадрового директора после «реорганизации». Представляешь? Из богемного актёришки – в кадровики! Его курица облапошит, а он всё туда же, в топ-менеджмент. Комедия года! «Вот же гады», – подумала я, ощущая, как внутри разгорается негодование. Всё спланировали, как по нотам. – Люсь, информация на вес золота! Отправь это папе, – я едва сдерживала восторг. – Переписка доказывает сговор. Мы сможем оспорить их сделку. – Хорошо. Отправлю папе и сегодня схожу к юристам, – гордо отрапортовала она. – Посмотрим, что они скажут. Настроение взлетело до небес. Наконец-то удача повернулась к нам лицом. Но эйфория длилась ровно до полудня, когда позвонил папа. Его голос, мрачный, как ноябрьский дождь, вернул меня на землю. – Вика, приезжай в офис. Срочно. – Что стряслось? – я сжала телефон. – Дмитрий подал в суд. Оспаривает аннулирование дарственной. Плюс требует раздел имущества или… алименты на своё содержание. Я чуть не уронила телефон. Алименты? Диме? Это уже не цирк, а бродвейский мюзикл с конями и фейерверками. – Он серьёзно? – переспросила я. – Алименты ему? – Его адвокат утверждает, что Дмитрий «развивал семейный бизнес» и не работал на стороне, – папа тяжело вздохнул. – Мол, имеет право на компенсацию. Я мчалась в офис, чувствуя, как ярость кипит в венах. Дима превзошёл себя: не только пытается отжать акции, но и хочет, чтобы я его содержала? Браво, дорогой, это новый уровень наглости. В кабинете папы меня ждал сюрприз: за столом сидела женщина лет сорока пяти, в строгом сером костюме, с короткой стрижкой и взглядом, от которого хотелось нырнуть под стол. Её аура кричала: «Я раздавлю любого, кто встанет на моём пути». – Вика, знакомься, – сказал папа. – Елена Викторовна Крамарова, наш новый корпоративный юрист. Специалист по семейному праву и враждебным поглощениям. Она встала и пожала мне руку с силой, способной раскрошить кирпич. – Приятно, Виктория Андреевна, – её голос был как стальной клинок. – Ваш отец рассказал о ситуации. Интересный случай. – В каком смысле? – я села, всё ещё ощущая её рукопожатие. – Ваш супруг действовал по классической схеме рейдера, – Елена Викторовна раскрыла папку, будто карту сокровищ. – Проникновение в семью, захват активов, устранение владельцев. Я видела десятки таких дел. И выигрывала их. Вам повезло. Вы вовремя услышали разговор Дмитрия с Алисой, и проблема не зашла так далеко. Наша цель, аннулировать дарственную, заморозить сделку купли-продажи акций Сергеем Владимировичем, чтобы приостановить его полномочия в составе совета директоров. Вот совместно нажитое имущество, квартира, его машина, совместный счёт, скорее всего, суд определит разделить в равных долях. На ваши оставшиеся акции, он претендовать не может, вам они достались от мамы. Рекомендую вам, не совершать никаких крупных покупок до развода и не пользоваться совместным счётом. – Что предлагаете? Как будем действовать? – папа наклонился вперёд, его глаза горели решимостью. – Играть по их правилам, но умнее, – она улыбнулась, и от этой улыбки по спине пробежали мурашки. – Пока, у них пятнадцать процентов и наглость. У нас – контрольный пакет, опыт и лучшие юристы. Посмотрим, кто кого. «О, эта тётенька мне нравится», – подумала я. В её глазах пылал тот же огонь, что и во мне: жажда справедливости и желание размазать противника по паркету. – С чего начнём? – спросила я, чувствуя, как азарт вытесняет усталость. – Встречные иски, – Елена Викторовна вытащила стопку бумаг. – Первое: аннулирование дарственной, основание, причинить вред здоровью и лишить жизни дарителя, то есть, вас. У нас есть запись их разговоров, переписка, которые предоставило вам детективное агентство, у них есть лицензия, договор с вами оформлен официально, для уголовного дела этого мало, а вот для отмены дарения, вполне, уверена, суд примет вашу сторону и уверена, определит передать материалы в следственные органы для проведения проверки на состав преступления. Судебная практика в таких делах обширна. Второе: возмещение морального вреда, подумаю над формулировкой. – А что с акциями Серёжи? – я вспомнила переписку Люси. – Сложнее, но шансы есть, – она кивнула. – Переписка, которую переслала ваша сестра, – козырь. Докажем сговор, суд признает сделку ничтожной, но это в другом судебном процессе, параллельном вашему, а вот аннулировать дарственную вряд ли получится, Сергей на жизнь вашей сестры не покушался, вред здоровью не причинял, если только он добровольно подарит акции Людмиле обратно, если нет, останется только выкупить их обратно, пусть ваша сестра поговорит с ним. А вот ваш супруг, видимо забыл, что ценные бумаги приобретённые в браке, это совместно нажитое имущество и если мы не сможем аннулировать договор купли-продажи, то при разводе, ему останется только пять процентов акций, которые он купил у Сергея Владимировича. Мы просидели до вечера, выстраивая план, как шахматисты перед турниром. К семи часам моя голова гудела от терминов вроде «доверительное управление» и «злоупотребление правом», но настроение было боевым. Дима хочет войны? Я устрою ему Сталинград. Домой я вернулась вымотанная, но с искрой в глазах. На автоответчике мигали три сообщения. Первое – от Люси, голос дрожал от возбуждения: – Вика, папа сказал к юристам не ходить. Всем займётся Елена Викторовна. Второе – от Волкова, моего детектива. Его тон был таким, будто он раскопал клад: – Виктория Андреевна! Игорь Сергеевич. Получил новую информацию по вашему делу, уже после прекращения нашего сотрудничества. Алина не просто исчезала на пять лет. Она работала в трёх городах – Казань, Екатеринбург, Новосибирск. Везде одно и то же: входила в доверие к бизнесменам, выходила за них замуж, затем разводилась с большими денежными отступными, которые ей выплачивали при разводе. У меня есть предложение, как убить двух зайцев одним выстрелом. Созвонимся? Третье сообщение – от Дмитрия. Голос елейный, как у продавца подержанных машин: – Вика, солнышко, давай поговорим. Зачем нам все эти суды? Встретимся, обсудим, как взрослые люди. Я в «Метрополе» до десяти. Я нажала кнопку удаления сообщения, с таким удовольствием, будто раздавила таракана. «Солнышко? Серьёзно, Дима? После всего, что ты натворил?» Налила себе бокал красного – заслужила после такого дня – и плюхнулась на диван. Квартира без Дмитрия казалась просторнее, будто вместе с ним ушли его фальшивые улыбки и липкие взгляды. Я сбросила туфли, помассировала ноги – каблуки после полдня, проведённого в офисе, ощущались, как пудовые гири. Покрутила телефон в руках, размышляя. С одной стороны – враг, планировавший моё устранение. С другой – любопытство грызло, как голодная кошка. Что он может предложить? «Приду. Буду через час», – отправила я и тут же пожалела. Но любопытство победило осторожность.