Глава 30

Я не могла уснуть.

Третий час подряд просто лежала на кровати, уставившись в потолок, и слушала, как за окном шумит ветер. Файлин давно сопела на своей постели, прижимая к груди плюшевого дракона. Дыхание подруги оставалось ровным и спокойным — в отличие от моего. Мысли продолжали упрямо вертеться по кругу, без остановки: «Ты привыкла быть второй. Ты можешь быть первой. Перестань бояться». Слова Ноллана не желали выходить из моей головы. Я злилась на дракона за то, что он сказал правду, злилась на себя — за то, что не нашлась с ответом, злилась на весь мир — за то, что не могу уснуть.

В какой-то момент я сдалась.

Тихо, стараясь не разбудить Файлин, я выбралась из кровати, натянула тренировочные штаны и куртку, сунула за пояс пару ножей и выскользнула в коридор. Ночная академия спала: только дежурные магистры бродили по этажам, да охранные чары мерцали в углах. Полигон боевиков, на который меня, как участницу турнира пускали, встретил меня холодом и тишиной. Луна висела высоко, заливая арену бледным светом. Мишени темнели в отдалении, песок хрустел под ногами. Я выдохнула, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. Здесь, на полигоне, я знала, что делать. В этом месте всё было просто и понятно: цель и нож.

Я встала на линию, вытащила клинок и метнула. Тишину разрезал глухой стук — нож вошёл в яблочко. Второй — рядом. Третий — расщепил древко второго. Я бросала их снова и снова, пока руки не начали дрожать, а мысли успокаиваться.

— Не спится?

Я вздрогнула. Голос раздался из темноты, и я инстинктивно схватилась за новый нож. Из тени вышел Ноллан. Дракон был без мантии — только светлая рубашка, расстёгнутая на две пуговицы, и тёмные штаны. Волосы растрёпаны, глаза блестят в лунном свете. Сейчас он выглядел не как самоуверенный наследник песчаных драконов, а как простой парень, которому тоже не спалось.

— Ты? — спросила я, опуская оружие. — Следишь за мной?

— Не поверишь, — Ноллан подошёл ближе, — я тоже не мог уснуть. Увидел свет на полигоне и решил проверить.

— И решил, что это я?

— Надеялся, — усмехнулся собеседник.

Я промолчала, убирая ножи за пояс. Дракон сел на край скамейки, жестом приглашая меня присоединиться. Я помедлила, но всё же села — на расстоянии, на всякий случай. Мы сидели в тишине, глядя на луну. Холод пробирал до костей, но я не замечала: рядом с Нолланом было странно тепло.

— Ты сегодня была права, — сказал он неожиданно.

— В чём?

— В том, что я навязчивый. И самоуверенный. И вообще придурок.

Я повернулась к нему.

— Ты это сейчас серьёзно?

— Абсолютно. — Собеседник смотрел прямо перед собой. — Я знаю, что веду себя как… ну, как дракон, который привык, что ему всё подают на блюдечке. Но с тобой…

— Что — со мной?

— С тобой это не работает. И это… бесит. Но в хорошем смысле.

Я уже собиралась сказать что-то едкое, но не смогла — голос Ноллана показался слишком серьёзным.

— Помнишь тот спор? — спросил дракон.

— Помню, — ответила я, и внутри всё сжалось.

— Так вот, — Ноллан повернулся ко мне, — я хочу, чтобы ты знала. Спор был, но теперь это не имеет значения.

Я смотрела на парня, не веря своим ушам.

— Не имеет значения? — переспросила я. — Вы поспорили на меня, как на вещь. А теперь говоришь, что это не важно?

— Важно, — кивнул дракон. — Но не так, как ты думаешь. Спор был глупой шуткой, которую я пожалел уже на следующий день. Но я не мог остановиться, потому что…

— Потому что?

— Потому что ты меня зацепила.

Внутри всё оборвалось.

— Я для тебя просто пари? — спросила я, и голос дрогнул. — Простой способ доказать другу, что ты можешь уложить в постель неприступную девочку?

— Была, — тихо поправил Ноллан. — Теперь нет.

Я замерла.

— Что?

— Ты была для меня пари. В первый день, когда Дамиан предложил. Я согласился, не думая — просто потому, что привык получать то, что хочу. — Дракон замолчал, собираясь с мыслями. — Но потом я увидел тебя на тренировке. Как ты метаешь ножи. Как дерёшься. Как огрызаешься. Как смотришь на меня так, будто я… не наследник древнего рода, а какой-то придурок с кривыми ногами.

— Ты и есть придурок с кривыми ногами, — сказала я, но голос уже не слушался.

— Знаю. — Ноллан улыбнулся, и в этой улыбке не было привычной самоуверенности, только усталая нежность. — Ты — первая, кто видит во мне не титул, не наследника Песчаных драконов, а просто… меня. Со всеми моими дурацкими шутками и кривыми ногами. И ты — первая, кто мне по-настоящему важен.

Мир замер. Я смотрела в его глаза — золотистые, тёплые, серьёзные. В них не было игры, не было насмешки, только правда, которая пугала и притягивала одновременно.

— Зачем ты мне это говоришь? — шёпотом спросила я.

— Затем, что устал врать. Себе в первую очередь.

Дракон протянул руку и коснулся моей щеки. Пальцы оказались горячими, несмотря на холод. Я не отодвинулась.

— Аврора, — сказал Ноллан, и моё имя в его устах прозвучало как заклинание.

А потом дракон поцеловал меня. Я не знаю, кто сделал первый шаг — может, он, может, я. Всё вышло неловко, почти случайно: столкновение губ, прерывистое дыхание, дрожащие руки. Никакой магии, только тепло, разливавшееся по телу, и сердце, которое билось так громко, что заглушало всё вокруг. Поцелуй длился всего несколько секунд, но мне показалось — вечность.

Когда мы отстранились, я смотрела на Ноллана и не узнавала его. Он выглядел растерянным, почти испуганным — таким я дракона никогда не видела.

— Это было… — начал собеседник и замолчал.

— Неожиданно? — закончила я.

— Не то слово.

Ноллан засмеялся — тихо, с облегчением. Я тоже улыбнулась. Напряжение, которое копилось между нами столько дней, наконец разрядилось.

— Что теперь? — спросила я.

— Не знаю, — честно ответил дракон. — Но я хочу понять.

— Я тоже.

Мы сидели на скамейке, глядя на луну. Холод больше не чувствовался — внутри горел огонь.

— Знаешь, — сказал Ноллан, — я ведь правда считаю, что ты можешь быть первой. На Турнире. В жизни. Где угодно.

— Ты слишком высокого обо мне мнения, — фыркнула, ответила я.

— А ты слишком низкого, — усмехнулся парень.

Дракон взял меня за руку, и я не убрала ладонь.

* * *

На следующее утро я проснулась с улыбкой. Файлин, которая уже возилась за столом, подняла голову и уставилась на меня с нескрываемым подозрением.

— Ты чего?

— Ничего, — ответила я, но лицо выдавало с головой.

— Ты улыбаешься, — сказала подруга. — Ты никогда не улыбаешься по утрам. Что случилось?

— Хороший сон приснился, — соврала я.

Файлин не поверила, но расспрашивать не стала.

На тренировку я шла, чувствуя, как внутри всё трепещет. Ноллан уже был на полигоне — разминался с Дамианом, и делал вид, что не замечает меня. Однако я видела, как дракон украдкой бросает взгляды в мою сторону. Виллир начал занятие со своей обычной жёсткой разминки: мы бегали, отжимались, отрабатывали удары. Однако сегодня всё давалось легко — будто у меня выросли крылья.

— Аврора, — окликнул меня наставник после спарринга. — Подойди.

Я подошла. Виллир смотрел на меня с мягкой, почти отеческой улыбкой.

— Ты сегодня выглядишь иначе, — заметил магистр. — Сияешь. Что-то случилось?

— Ничего, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Ты выглядишь счастливой. — Наставник кивнул, будто подтверждая свои слова. — Это хорошо. Счастливый боец — сильный боец. Продолжай в том же духе.

Я почувствовала тепло от его похвалы. В глазах Виллира не было ничего, кроме доброжелательности и поддержки, ни тени подозрения, ни намёка на то, что он что-то знает.

— Спасибо, магистр, — ответила я.

— Иди отдохни. Завтра у нас тяжёлый день.

Я отошла, чувствуя на себе взгляд Ноллана. Мы встретились глазами, и дракон чуть заметно улыбнулся. Мир изменился. Или это изменилась я?

Вечером, когда я вернулась в комнату, Файлин уже ждала меня с новостями.

— Дамиан сказал, что вы с Нолланом вчера виделись на полигоне, — выпалила подруга, подозрительно прищурившись.

— Ну виделись, — равнодушно ответила я, пожимая плечами. — Не могли уснуть.

— И что делали? — продолжила допрос соседка.

— Разговаривали.

— И всё? — в тоне Файлин чувствовался неподдельный азарт.

— А что ещё? — не выдержав, рассмеялась я.

Наверное, получилось не слишком искренне, поскольку подруга посмотрела на меня долгим взглядом, но потом вздохнула.

— Ладно, не буду пытать. Но имей в виду: я целитель, я вижу, когда у человека что-то на душе.

— И что ты видишь? — спросила я.

— Что ты по-настоящему счастлива, — улыбнулась целительница.

Я не ответила, потому что подруга была права. Приятно было чувствовать, что я могу быть собой, и что есть кто-то, кому я нужна не как прислуга, не как тень, а как я сама. Ноллан сказал, что я для него важна. И я, кажется, начинала в это верить.

Ночью я снова не спала. Но теперь мысли стали другими — тёплыми, почти сладкими. Я вспоминала жар поцелуя, слова заставлчющие сердце трепетать, взгляд золотых глаз, когда дракон сказал, что я — первая. Может, это ошибка? Может, он снова играет? Но нет — в его взгляде не было лжи, только правда, от которой кружилась голова. Я закрыла глаза и улыбнулась в темноту.