Глава 24. После бала

На следующий день Наталья встала по привычке рано, когда все еще спали, но чувствовала себя достаточно бодрой и выспавшейся. Волнение ее улеглось, все на балу прошло даже лучше, чем она мечтала. Знакомство с графом, представление Елизавете Ивановне, интересные впечатления о танцах и вообще организации бала – все это вдохновляло ее, она даже присела в уголочке, чтобы записать эти впечатления в надежде разместить их на своем сайте под названием: «Бал, как он есть, в воспоминаниях дворянки девятнадцатого века», где решила все рассказать от своего – не своего лица, в надежде, это будет необычно и интересно. Не все же идеи из будущего применять, песни перепевать, прошлое в живом рассказе очевидца также интересно для людей будущего, тем более Наталья хотела сделать его точным, эмоциональным, отражающим непосредственные мысли, а не пересказом сухой монографии, которая интересна только специалистам. Ненадолго переместившись в будущее, Наталья увидела, что все припасы были барыней подъедены, в этот раз, как поняла Наталья, барыня дремала, сидя около экрана, где как раз заканчивалась первая серия фильма. Улегшись в кровать, накрывшись теплым пледом, чтобы дать возможность барыне отдохнуть, Наталья вернулась в прошлое, а барыня с удовольствием легла на нагретое место. Вчера вечером все договорились, что Наталья с Машенькой еще немного задержатся у гостеприимных знакомых, так как нужно было обязательно приехать с ответным визитом и благодарностью за вечер в дом предводителя дворянства. Да и нужно было закрепить и расширить знакомства, впечатления о себе и Маше. Пошла Наталья проведать и своих людей и расспросить, как они провели время. Оказалось, что все было нормально, Степана конюхи приняли в свою компанию, они даже умудрились немного выпить и посплетничать про своих хозяев. Надеюсь, что он хозяйку не ругал, как-то после перенесенных в метели приключений немного он с ней не то чтобы сблизился, такого и быть не могло, но очень симпатизировал ей, что было ответным чувством и со стороны помещицы. Наталья оценила его основательность, надежность, спокойствие, переживание о других. Она видела, что и он заметил ее заботу о людях и желание помочь всем, кто от нее зависел. Девушки-горничные тоже были довольны, их накормили, они даже прикорнули немного на вещах, после того как всласть наболтались с другими девушками о своей жизни. Хозяев удивила такая забота о своих людях, она была несколько непривычна. Но Наталья уже придумала «отмазку», так как не хотела, чтобы это обсуждалось и осуждалось в свете. Она сказала, что относится к людям, как к своему имуществу, а о имуществе принято заботиться. Это, конечно, не соответствовало ее настоящим мыслям, но, по крайней мере, было понятно и объяснимо для людей того времени. Привлекать внимание своими истинными демократическими мыслями она не хотела, так как это было чревато. Наталья даже когда-то читала в интернете, что в одной губернии дворяне принесли жалобу губернатору на помещика, который, по их мнению, слишком хорошо относился к своим крестьянам. Против него возбудили целое расследование – не вольнодумец ли он, и не стоит ли на всякий случай отправить его куда-нибудь подальше в Сибирь. Дело еле замяли, но нервов тому дворянину потрепали немало. Так что еще раз «конспирация, батенька, конспирация», как говорил дворянин Ульянов (Ленин). После обеда Наталье принесли небольшую коробочку от графа, в которой лежал красивый резной веер тонкой работы. Он был очень изящный и, скорее всего, недешевый. В коробочке лежала записочка: «Скромный дар прекрасной даме» – и с намеком, и не пошло, и приятно. Наталья оценила, хозяева, а особенно – Верочка, тоже. Пришлось писать ответную благодарственную записку. Знакомые немного подшучивали над ней, но чувствовалось, что и завидуют тому, что благосклонность такого блестящего кавалера досталась скромной капитанше. Чуть позже все собрались в уже знакомый дом предводителя дворянства, но в более скромных, не бальных нарядах. Но на Маше осталось ее жемчужное ожерелье и сережки, она снимала их только на ночь, боясь повредить, порвать, и носила почти постоянно – Наталья видела, что они ей очень нравятся, девушка частенько гладила бусинки, когда думала, что ее никто не видит, видимо, они ей действительно напоминали о родителях. Наталья решила в ближайший перенос еще купить красивую брошь или колечко в комплект к имеющимся вещам, тем более что как незамужняя девушка, по статусу она не могла еще носить дорогие камни. а вот жемчуг был в тему. Наталья достала более скромное платье, сшитое уже Полиной с помощью современных выкроек, очень выгодно подчеркивающее ее фигуру. На необычное платье присутствующие в зале дамы посматривали с огромным интересом. Наталья объяснила, что его сшила новая белошвейка Полетт, которая живет теперь в ее доме, и увидела, как скривилась одна из дам – оказалось, именно она и была бывшей хозяйкой девушки и, видимо, уже очень сожалела, что прогнала такую ценную работницу. В доме у предводителя уже сидели дамы и мужчины в разных компаниях, обсуждавшие как раз все перипетии бала. Компанию дам возглавляла Александра Ильинична, знаменитая теща хозяина дома, которая сказала, что Катенька, к сожалению, немного приболела, добавив с усмешкой: «Ах, эти дамские дела!» Чуть позже приехал и граф, привезший хозяйке шикарный букет из роз, которая явно была польщена таким знаком внимания – букет явно выглядел дорогим и статусным. Хотя предназначался изначально букет не ей, а Екатерине Антоновне, Александра Ильинична свысока посматривала на всех – все ли видят, как ее ценят и величают. Наталья потом узнала, что граф выпросил – выкупил букет как раз у Ивана Ивановича Барышникова, у которого в имении был большой зимний сад с теплицей, где росли разнообразные растения, в том числе и очень редкие, за которыми ухаживал целый штат садовников. Александра Ильинична вовсю кокетничала с графом, явно провоцируя Наталью. «Как она себя поведет, что сделает?» Остальные дамы поглядывали с улыбками. А женщине было и смешно смотреть на ее ухищрения – это было действительно довольно комично, когда дама в возрасте, а для того времени пятьдесят лет – это уже почти старуха, ведет себя и разговаривает, как молодая девушка. Но в то же время она была спокойна – и не так ее подначивали в свое время. Поэтому она продолжала общение с кем-то из дам, рассказывая о впечатлениях о посещении Болдинского монастыря и архимандрита Антония. Освободившись на некоторое время от внимания окружающих, Наталья выбрала момент, чтобы поблагодарить графа за подарок, и сообщила, что сочтет за огромную честь принять в своем скромном имении как его самого, так и его сослуживцев, а также шефа полка – Алексея Петровича Мелиссино, потому что много слышала про славный путь гусарского полка и восторгается его героями. Видно было, что граф это оценил и ответил, что как только Алексей Петрович вернется – а он был в отъезде по делам службы, он обязательно передаст просьбу и сообщит, когда они смогут посетить имение, чтобы она могла приготовиться к приему. Тут как раз в комнату вошел предводитель дворянства, хозяин дома, чтобы поприветствовать дам и забрать в свою компанию графа. Увидев букет, он только скривился, а Александра Ильинична еще раз победно посмотрела на него и окружающих: «Вот мол, как меня ценят». Видно было, что зять, которому было чуть за тридцать, и теща, в возрасте за пятьдесят, взаимно недолюбливают друг друга, что нередко бывает и в наше время. Вообще такие садовые цветы еще были редкостью, за ними требовался особый уход, что не всем было по карману. Но цветы дарили, существовал целый язык букета – в моду вошла традиция девицам и дамам дарить изящные букеты цветов с «символическим содержанием», они были своего рода письмами-признаниями в чувствах, хоть и неявными, но легко читаемыми при наличии знаний. В то время язык цветов был общеизвестен: мирт означал твердость духа, гвоздика – утешение в мысли о свидании, терн – зачем презрение, а роза, в зависимости от цвета – полное признание, обещание счастья, приветливость и так далее. Букеты душистых цветов считались «самым приятным подарком». Умение составлять букеты очень ценилось. И конечно же летом многие составляли гербарии, зарисовывали акварелью особенно понравившиеся растения, вкладывали цветок, подаренный милым другом, в книгу, которую читали. Наталья решила, что надо попробовать принести из будущего луковицы тюльпанов, гиацинтов, других ранних цветов – уход за ними не такой трудный, а растения они многолетние, только выкапывай осенью, а сажай ранней весной, а уж деток они дают много и растут быстро. Будут еще тут к восьмому марта традиционные букеты тюльпанов! Можно и корни роз кустовых взять, клубни пионов, георгинов, гладиолусов, они и многолетние, и быстро разрастаются, только сажай да ухаживай. А уж куст цветущих пионов или георгинов – это же такая красота, а запах, а букет какой! Даже простые сентябринки или ромашки многолетние – и то в дело пойдут! Только обработать их надо, чтобы заразу какую садовую в этот мир не перенести. Решено, еще одна идея в общую копилку. А уж найти растения можно легко – и коллеги многие дачи имеют, и бабульки-соседки помогут за денежку малую, да и в магазинах этого добра более чем достаточно. Кстати, надо семена еще посмотреть, только не селекционные, они на один раз, а обычные, но к нашим условиям привычные, у тех же бабушек можно много полезного поискать, они помогут. Дамы наконец-то обратили внимание на сережки и бусы Маши – они им явно понравились. Маша выдала Натальин вариант их появления, а дальше уже на импровизации Наталья продолжила, что нашла адрес старого друга отца Маши, который часто бывает по делам в Москве и имеет возможность приобрести разные редкие вещи. Якобы она уже написала знакомому, чтобы он поспрашивал – может, есть еще такие или другие вещи на продажу, и передал ей с оказией. А учительница сама себе сделала заметку – обязательно принести еще пару-тройку таких изделий и предложить их тому же ювелиру продать подороже как редкость, выгода будет огромная и взаимная. А может, и хороший китайский или индийский жемчуг где найдется в будущем, а не только обычные пластмассовые подделки, надо все это обдумать и поискать. На этом разговор с дамами и завершился – интерес проявлен, интрига осталась, желание продолжить знакомство, чтобы приобрести необычную вещь, – тоже, вот сколько зайцев за раз поймала, аж самой Наталье приятно стало! Визит был кратким, только как дань вежливости, и все быстро уехали. Да и пора возвращаться домой, в свое имение, пока зависть и ревность не испортила хорошее впечатление от общения с этими людьми. Вернувшись к знакомым, Наталья и Машенька начали собираться домой – на первый раз довольно, слишком хорошо тоже нехорошо, надо и меру знать. Расстались со знакомыми мирно, Наталья подарила и лото, и домино, рассказала, что вскоре в книжной лавке можно приобрести книжечки не только с текстом песен, но и рецепты блюд, не менее вкусных и интересных, чем были на балу у предводителя дворянства. Короче, Наталья вовсю постаралась загладить чувство небольшой зависти к своему успеху. Ссориться ей с ними было не с руки, из-за такого пустяка терять достаточно приятных людей не хотелось, еще пригодятся. Ездить в Дорогобуж она решила почаще, да и продолжать надо было контакты и с Петром Степановичем, и с Зизи, да и с другими дамами дружить надо, как с потенциальными покупательницами новых идей и товаров. Только надо подумать, как это сделать культурнее – продавать напрямую помещица их не могла, дарить – жаба не позволяет, значит, нужен посредник. И она очень надеялась, что такой помощник – посредник после объявления появится! Зайдя к ювелиру за расчетом за камни и серебро, Наталья договорилась, что при возможности воспользуется его услугами еще не раз. Прикупив в лавке апельсинов, приправ, кофе, они отправились в обратную дорогу. Путь домой всегда короче, поэтому они очень быстро и незаметно домчались в имение, где их уже ждали. Начались расспросы, охи и радостные восклицания, разглядывание святых вещей из монастыря, которые Наталья отдала Лукерье, и опробование апельсинов. Они людям понравились запахом, но не понравились вкусом – «кислятина», и это было действительно так. Здешние плоды были гораздо мельче и кислее современных, которые уже очень далеко ушли от своих прародителей, являясь уже полностью модифицированными продуктами. Но Наталье уже надо было в будущее, поэтому под предлогом усталости она ушла в свой флигелек, чтобы быстро перенестись к своим заботам простой учительницы начальных классов, не столь волнующим, но более привычным, и сменить барыню, явно загостившуюся в будущем.