Глава 24

Даже не помню, как приехал в город, погружённый в мысли о Маше и прекрасном времени, проведённом на маяке. В планах вернуться в посёлок вечером и предложить ей отправиться в столицу Магаданской области, чтобы провести время в комфортной обстановке ресторана, а затем и отеля.

Но, как правило, в тот самый момент, когда ты вдохновлён планами и предстоящей встречей, судьба вдруг решает, что необходимо подкинуть проблем.

Следую за дом, минуя главный вход и не желая делиться впечатлениями с сестрой. Я ещё сам не насладился теми эмоциями, которыми щедро одарила меня Маша за эти два дня. Принимаю душ, смывая с тела её аромат, а когда выхожу, застаю сестру, которая быстро и аккуратно собирает мои вещи в чемодан.

– Явился, – облегчённо выдыхает. – Хорошо. Я уже переживать начала, что не успеем или улетим без тебя.

– Куда?.. – застываю с полотенцем в руках, наблюдая за быстрыми и выверенными движениями.

– В смысле – куда? Сегодня двадцать четвёртое. У твоего брата свадьба вообще-то.

– Был уверен, что двадцать пятого… – хотя я напрочь забыл об этом событии, в чём сестре признаваться не желаю.

– Лёш, свадьба сегодня в два, – выхватывает полотенце из моих рук и сушит им волосы, словно я ребёнок, которому необходима помощь. – Билеты я купила, летим ты, я и Андрей. Денис остаётся со свекровью, ему завтра в школу.

– Но…

– Молчи, просто молчи, – прикладывает палец к моим губам. – Ангелина Рудольфовна звонила мне час назад. Поверь, твоя мать не простит твоего отсутствия на свадьбе родного брата. Я знаю о ваших… непростых отношениях, – намекает, что мне придётся смотреть, как моя бывшая невеста становится чужой женой, – но со временем всё забудется, ты смиришься с положением вещей, а момент уже не вернёшь. Я обещала, что ты будешь присутствовать на свадьбе. Даже если мне придётся тебя связать и сдать в багаж, всё равно окажешься на данном мероприятии, – угрожающе тычет в меня пальцем, и так как Ира значительно превосходит меня в весе, сопротивляться себе дороже.

– Ты сказала свадьба в два, а сейчас, – смотрю на часы, – девять…

– Свадьба в два, самолёт в одиннадцать, семь с половиной перелёт, восемь часов разницы во времени и в итоге в Москве мы будем в десять тридцать утра. У нас будет три часа, чтобы добраться в дом твоих родителей, привести себя в порядок и отправиться в ЗАГС.

Чувствую себя идиотом, который не в состоянии сложить и вычесть цифры, высчитав перечисленное Ирой. Но да, я уже привык к этому времени, и теперь сложно переключиться на московское.

– Понял, – так и стою, рассматривая свои вещи в чемодане.

– Что ты понял? Лёш, не тормози, – повышает голос. – Через пятнадцать минут такси приедет. Собирайся.

Ира покидает мою комнату, а я не могу шелохнуться. В голове бешеным табуном носятся мысли неспособные собраться в кучу. Потому что единственно важное, пульсирующее набатом, – Маша. Не предупредил, не оповестил заранее. Времени ехать в посёлок нет, номера нет…

Стоп! Открываю сообщения, игнорируя неотвеченные звонки от Арсения и Филиппова, которым пообещал вернуться ещё двадцатого числа для подписания тонны документации, скопившейся за время моего отсутствия, и нахожу те самые оповещения о неимоверном количестве звонков с незнакомого номера. Теперь-то я знаю, что пробивалась ко мне Маша. Набираю номер, который ожидаемо оказывается недоступным. Со связью здесь туго не только у меня, видимо. Радует лишь одно, что контакт имеется, и я всё равно дозвонюсь, когда телефон окажется в зоне доступа.

Оставить её без объяснений значит разрушить хрупкое доверие, которое досталось мне с таким трудом. А информация, что я тот самый Мельников, может и вовсе разозлить Машу. Девушка делилась со мной переживаниями и злостью на человека, который стал причиной её увольнения, поэтому морально я готов к самому суровому наказанию.

На автомате закидываю вещи в чемодан, уверенный, что непременно что-то забыл, одеваюсь и иду к входной двери, где уже ожидают Ира и Андрей. Бросаю ему ключи от машины, которые мастерски ловит и уносит в дом. До моего следующего приезда авто на нём.

Такси приезжает быстро, и вот мы уже мчимся в аэропорт. Именно мчимся, потому что Ирка не забывает подгонять таксиста, надеясь, что вылет не отложат из-за погодных условий. А я всматриваюсь в лицо водителя, улавливая знакомые черты, и никак не могу вспомнить, где видел этого человека. Однозначно мы не знакомы лично, но не отменяет того факта, что могли пересекаться в посёлке. В дороге снова и снова набираю Машу, но телефон по-прежнему не отзывается. Ловлю себя на мысли, что превратился в неё две недели назад: бесконечное количество вызовов без ответа и правда невероятно злят.

Больше семи часов в самолёте сосредоточен на своей блондинке, которая, не дождавшись меня сегодня и завтра, придумает множество вариаций моего позорного бегства: от самых невинных до тех, из-за которых более не подпустит к себе. Попыток дозвониться не оставляю и когда приземляемся, и когда направляемся в дом родителей – тщетно.

– Привет, мам, – бросаю небрежно, проходя по коридору на второй этаж, где для меня приготовлен костюм.

– Стоп! – прилетает в спину, и я разворачиваюсь, что всецело сосредоточиться на матери. – Боже, на кого ты похож! – Мама дёргает меня за бороду, а затем вертит мою голову в разные стороны, придирчиво осматривая. – Я понимаю борода, но, Лёша, подстричься же можно!

– Можно. Но не нужно. Я специально улетаю в Магадан в отпуск, чтобы не бриться, не стричься и ходить в чём попало.

– Надеюсь, мыться ты там не забываешь?

– Мам, это перебор.

– А вот это вопрос! Поэтому наверху ждёт Эдуард, который быстро приведёт тебя в порядок. Ты похож на бомжа, – кривится мама, отступая на шаг и теперь уже осматривая меня с головы до ног.

– Там все так ходят, – возражаю, вспоминая, что в посёлке я отличался от местных мужчин не особо. – К тому же немного удлинённые волосы мне идут.

– Тебе всё идёт. Но это не значит, что так нужно показываться людям. Планирую через пару часов увидеть своего сына, а не какого-то незнакомого человека.

Мама всегда идеальна. Это факт. От окружающих она требует того же, забывая, что не все люди способны выглядеть без изъянов двадцать четыре на семь. Дима прислушивается к её мнению, соблюдая все рекомендации неукоснительно, я же тот самый непослушный сын, который давно проживает отдельно и редко пускает мать на свою территорию. Тот факт, что сейчас я нахожусь здесь, – самый быстрый способ привести себя в порядок перед свадьбой брата. А после торжества уеду к себе, пропав из поля видимости родственников. И сейчас мама пользуется моментом, чтобы руководить и указывать, что в обычное время ей недоступно.

Через час в отражении на меня смотрит привычный Алексей Мельников, коим я бываю каждый день в компании. Ловлю себя на мысли, что Сказочник мне нравится больше, потому как именно он привлёк Машу и сделал моей. Вновь набираю уже заученный наизусть номер, не получая ответа. Послезавтра Маша уже будет в Москве. Билеты купила, число мне известно, и я захожу на сайт аэропорта Магадана, чтобы посмотреть рейсы. Их всего два. Примерно высчитываю время прилёта и решаю отправиться встретить, чтобы объясниться на месте и вымолить прощение за свой неожиданный отъезд.

– Лёш, пора ехать. – Ира взрывается в комнату, осматривает меня и одобрительно кивает. – Только немного поправить, – производит манипуляции с бабочкой на моей шее. – Ты совсем другой без растительности на лице. Я тебя давно таким не видела.

– Я прилетаю к вам, чтобы быть не таким.

– Где ты был последние два дня? И с кем? – спрашивает напрямую, словно заранее знает ответ, лишь желая подробностей. Но я молча смотрю в глаза сестре, пока не хочу делиться тем хрупким, что связывает меня с Машей. – Не хочешь – не говори, – недовольно хмыкает и затягивает бабочку так, что мне нечем дышать. – Но однозначно что-то произошло. И это что-то сделало тебя счастливым. Знаю, ты не в восторге от присутствия на этой свадьбе. Причины всем известны, более того, никто бы не осудил тебя за отсутствие. Но Ангелина Рудольфовна стремится наладить ваше общение с Димой, потому что для неё вы оба любимые сыновья. Никто не заставляет тебя веселиться и притворяться счастливым, достаточно появиться на официальной части. Все поймут…

– Ир, я поеду в ресторан.

– Может, не стоит? Тебе придётся поздравлять молодожёнов и говорить тост на правах старшего брата, а все в курсе вашей истории…

– Скажу лишь одно, – беру её ладони в свои, успокаивая, – отношения с Соней в прошлом. Сейчас в моих мыслях и во всех остальных местах другая женщина, – подмигиваю, даю понять Ире, что все переживания напрасны.

– О-о-о!

– Именно так. Пошли.

Иду по коридору, но сестра не отстаёт.

– А расскажи? Кто такая? Наша? Да, Лёш? Это ты в посёлке встретил? А ты, значит, вернёшься, к нам? А как же бизнес, компания? Или в Москву её заберёшь? Когда свадьба?

– Ира, – останавливаюсь, и сестра врезается в меня, не ожидая подобного и не успев среагировать. —Я рассказал лишь тебе. Давай договоримся: всё остаётся между нами до тех пор, пока я сам не представлю девушку. Ни слова матери!

– Но…

– Ни слова, Ира, – проговариваю медленно и чётко, чтобы она понимала всю важность сказанного. – Пообещай мне.

– Обещаю, – стонет, но всё же даёт гарантии молчать.

Невероятно сложная задача для Ирки, да и почти не осуществимая, но я надеюсь, что она продержится хотя бы до прилёта Маши в Москву.

Подъезжаем к ЗАГСу, где ожидает Дима, переминаясь с ноги на ногу. Нервный, напряжённый и непривычно озадаченный: теребит бабочку, поправляет запонки и одёргивает пиджак. Впервые вижу всегда уравновешенного брата таким дёрганым, поэтому огибаю мать и Иру, направляясь к нему. Полгода я не шёл на контакт: скидывал звонки, отказывался от встреч и соглашался обсуждать лишь дела компании, не касаясь Сони и всего, что произошло.

Пришло время перешагнуть рубеж непонимания и множества вопросов, которые повисли между нами, не позволяя быть близкими людьми как прежде.

– Поздравляю, брат, – протягиваю ладонь, считывая недоумение на лице Димы, который, подумав, всё же пожимает мою руку. – Искренне поздравляю.

И сейчас в моих словах ни капли фальши, потому что своё будущее я теперь вижу только рядом с Машей. Оглядываться в прошлое бессмысленное, потому как совершённое прошедшее неизменно. Оно остаётся с нами до конца дней, но жить им, дышать, постоянно окунаться и бередить раны – утопия. Этот замкнутый круг способны разорвать только мы сами, когда, уверенно делая шаг вперёд, начинаем стремиться к чему-то большему и важному для нас самих.

– Спасибо. – Димка растерян. Настороженно ищет подвох, просчитывает меня, ожидая выпада. – Если и вправду так.

– Именно так. Не сомневайся.

Чуть расслабляется, а когда подъезжает автомобиль, из которого выплывает Соня, стремится к ней. Удивительно, но сейчас, когда смотрю на потрясающе красивую женщину в белом платье, внутри ничего не откликается. Полный штиль. И когда бывшая невеста говорит «да» брату, и когда поздравления сыплются от каждого приглашённого, я равнодушно осматриваю пару и ловлю недоумённые взгляды брата.

И видимо, герой вечера всё же я, потому как сто пар глаз внимательно наблюдают за каждым моим шагом в ресторане, зная предысторию свершившегося брака. Плевать. Именно по этой причине подхожу к новоиспечённой невестке и приглашаю на танец. В первую очередь, чтобы осознать – этот этап пройден, и Соня впредь не откликнется во мне сбившемся дыханием.

– Лёш, я… – говорит бывшая невеста, как только мы оказываемся посреди просторного зала и начинаем движение под звуки музыки.

– Не стоит, – обрываю её, не желая повторных выяснений и слов, которые затем окажутся лишними. – Я тебя поздравляю. Димку поздравил. Искренне желаю счастья.

Соня смотрит с опаской, ожидая подвоха или провокации с моей стороны. Но их не будет. Уже нет.

– В тебе что-то изменилось, – произносит неуверенно, позволяя вести в танце.

– Да? Что именно?

– Не знаю, – пожимает обнажёнными плечиками. – Взгляд стал другой. Живой, горящий, наполненный смыслом.

– Так и есть. – Хочется сказать, что жизнь в меня вдохнула Маша, но сдерживаюсь, пока ни с кем не имея желания делиться. – Сегодня вернулся из Магадана.

– Ах да, – издаёт глухой смешок. – Адский мороз, бесконечная тайга и много снега. Эти составляющие всегда делали тебя счастливым. А у меня там глаза болели от того, что до самого горизонта всё белое.

– Зима для того и создана в белых тонах, чтобы начать жизнь с чистого листа.

– Начал?

– Начал, – отвечаю уверенно, потому как точно знаю, что именно Маша – моё начало. – Знаю, что вы улетаете в свадебное путешествие на две недели. Когда вернётесь, планирую напроситься в гости. – Соня ощутимо напрягается, посматривая исподлобья. – Хочу вас кое с кем познакомить.

Она пару секунд обдумывает услышанное, а затем одаривает меня улыбкой:

– Я за тебя рада.

Остаток танца проходит в молчании, но теперь нам обоим легче дышится, впервые за последние полгода. Дима видит, что жена спокойна и улыбчива, поэтому переключает внимание на мать. Я ещё не видел отца, которого ожидают поздним вечером, когда приземлится самолёт из Амстердама. Даже в такой день Мельников-старший не откладывает дела, направив всю свою энергию на заграничные филиалы после того, как бразды правления в московском передал мне. Я же будто приклеен к столице и согласен покидать её пределы лишь для вылета на Дальний Восток, переложив значительную часть дел на заместителей.

Провожаю Соню к столу молодожёнов, вновь собирая на себе заинтересованные взгляды. Если кто-то из присутствующих предвкушал скандал и семейные разборки, то сейчас однозначно разочарован. Уверен, что недопонимание, витавшее в воздухе длительное время, развеяно, и теперь мы с Димой сможем вернуться к привычным отношениям, которые связывали нас с детства. Я могу бороться за Соню, но борьба не имеет смысла, когда сердце отдано одному человеку, который становится целым миром. Да и, погрязнув в разборках с братом, не встретил бы Машу, ставшую этим самым миром для меня.

Пышная свадьба в самом разгаре, где больше сотни гостей веселятся, пробуют дорогие блюда и поздравляют молодых. Вполне в стиле Сони, отмечаю про себя. Интересно, какую свадьбу хотела бы Маша?

– Как её зовут? – Мама появляется из ниоткуда, занимая место рядом и разговаривая шёпотом.

– Кого?

– Сынок, не делай из меня дуру. – В голосе проскакивают стальные нотки, которых мы с братом до жути боялись в детстве. – Твоё присутствие в ЗАГСе, ресторане, поздравление брата, танец с Соней, не закончившийся выяснением отношений, приводит к выводу, что появилась та, что принесла мир в твоё сердце.

Ничего не скроешь от матери, которая по голосу в трубке способна определить не только моё настроение, количество выпитого алкоголя и времени, потраченного на сон, но и какого цвета на мне галстук.

– Маша.

– Когда ты представишь нам Машу?

– Как только, так сразу. Не торопи события.

– Ну ладно, – недовольно морщится, поднимаясь. – Надеюсь, твоё «скоро» будет как можно скорее.

И вроде ничего не сказала, но временны́е ограничения выставлены и очерчены, что автоматически, по мнению матери, должно заставить меня ускориться. Но проблема в том, что моя Маша далеко, а телефон по-прежнему отвечает мне тишиной не появляющегося в сети абонента.