Глава 32

Оказавшись в кабинете, Линэр с тоской посмотрел на узкую кушетку. Когда он затаскивал ее в помещение, думал о том, что на ней будет неплохо размышлять. Развалиться негде, матрас твердый, неудобный. Но в тот момент темному магу казалось, что нет ничего удобнее. Решив не давать себе поблажек, он прислонился спиной к стене, дождался, пока Элизабет займет свое любимое место на столе и спросил:

— И на что стоит обратить внимание? Я знаю, что она приходила к лестнице дважды. Отчаянная девчонка! И ведь не испугалась же.

— Поборов свои страхи единожды, захочешь делать это снова и снова. Это ни с чем не сравнимое удовольствие, — проворковало привидение, смущенно улыбаясь.

— Да, а кто мне говорил о том, что высшее наслаждение — единение душ с любимым человеком? — ухмыльнулся маг.

— Не только душ, но и тел. Но эти удовольствия лежат в разных плоскостях, Линни. То, чего ты можешь достичь в одиночку, никогда не сравнится с тем, что можно разделить с кем-то. Придет время, и ты поймешь. Рассмотри внимательнее первое прохождение лестницы. Второе — это не то, что мы ищем.

Маг вздохнул, подошел к застекленному шкафчику, достал оттуда несколько медных пластинок с причудливыми спиралевидными узорами, покрутил их в руках и опустился в кресло.

— Проследи, чтобы я не уснул. Проклятое место вытягивает все силы.

— Не беспокойся. Я рядом, — Элизабет потянулась к нему рукой и провела кончиками пальцев по щеке. — Даже призраки не бесполезны.5ebdbc

— Тем более, фамильные, — добродушно хмыкнул маг и приложил одну из полосок меди ко лбу.

Копаться в чужих воспоминаниях — работа не из легких, а уж в обрывках видений — и вовсе чуть ли не напрасные старания. На первый взгляд.

Линэр открыл глаза и посмотрел на мать.

— Я долго был там? — спросил, чувствуя невыносимую сухость во рту.

Схватив со стола графин, он приложился прямо к узкому горлышку. Пил так жадно, что вода стекала по щекам и шее.

— Около четырех часов. Нашел что-нибудь?

— Да. В ее воспоминаниях. Эта боль… она какая-то неестественная. Да и вряд ли она могла придумать то, что произошло с молочной сестрой. Она не похожа на человека, близкого к магии. Значит… С большой вероятностью это действительно произошло. А это значит…

— …что перед нами очень сильная ведьма.

— Именно, — согласно кивнул маг, возвращая графин на исконное место. — И это порождает множество вопросов. В ней нет волшебства, мам. Ну, по крайней мере, его не больше, чем в обычном человеке. Что-то здесь не так. Да и… Я ведь смотрел на поместье сквозь шар. Ведьма Неррита. Запечатанная, необученная… Почему же тогда то, что случилось в прошлом, имело место быть? Я наблюдал за герцогской дочерью в воспоминаниях. Ни одного признака спонтанного колдовства! Ни одного! То есть…

— То есть мы столкнулись с интереснейшим феноменом. Возможно, все дело в степени их родства.

— Да какое у них родство? Дочь кормилицы и герцогиня, — отмахнулся маг, потирая виски.

Еще пара минут, и головная боль примется терзать его, лишая остатка сил и рассудка.

— В давние времена, когда гонений на магов не было ни в одной стране, при дворе держали не мужчин, а женщин. Когда хозяйка ожидала дитя, за ребенком отправлялась и ведьма. Она находила подходящего мужчину, дарила ему ночь любви и исчезала поутру, как предрассветная дымка. Меняла сладкую негу на новую жизнь.

— Так. И…

— Именно в ходе этой традиции появился ты, — улыбнулась Элизабет. — О, как хорош был твой отец, ты бы знал. Я бы многое отдала за то, чтобы еще раз встретиться с ним, но я даже не помню его имени. Да и он не вспомнит меня. Истинная, природная магия. Ведьмы рожают сыновей и дочерей, многие из которых идут по их стопам.

— Так, ладно, мы ушли от темы, но я все-таки задам вопрос. Почему ведьма не выходит замуж? Что ей не дает родить младенца одновременно с хозяйкой дома от собственного мужа? — Линэр с трудом сдерживался, чтобы не потерять нить разговора. Невидимый барабанщик уже колотил палочками по затылку.

— Мой дорогой, ни один мужчина не согласится поставить жизнь своего ребенка на кон. Ни один мужчина не доверится ведьме. Так было и будет. Все наши проблемы из-за отсутствия искренности друг с другом. Да, поначалу было так, как ты и говорил, но постепенно ведьмы обрели мудрость и стали действовать в своих интересах, не обращая внимания на недовольство мужчин. В итоге… мы имеем гонения, — Элизабет забавно болтала ногами, которые проходили сквозь ящики стола, и с улыбкой смотрела на сына.

— О какой опасности может идти речь? Это же просто ребенок!

— Не совсем. Ведьмы часто становились кормилицами, ведь молоко не только пища, но и контакт с нитями. Многие сильные мира сего хотели, чтобы у их потомков была особенная защита. Именно ее и создавали ведьмы, когда кормили своих и господских детей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌— Это все равно не объясняет того, почему нам важно это, с позволения сказать, родство.

— Часто на детей венценосных особ ведется охота. И задача придворной ведьмы уберечь их. Заклинания-щиты лучше всего работают на людях одного пола и возраста. И если выбирать, родится мальчик или девочка, ведьма не может, то подгадать время — вполне. Это взаимовыгодная сделка. Колдунья получает возможности для собственного роста и для обучения ребенка, а наследник или наследница — защиту, которой нет равных.

— И чьей же защитой должен был стать я? Артина? — недовольно нахмурился маг.

— Нет. Его отец сказал, что сам в состоянии о нем позаботиться, а я всего лишь украшение двора. Я не стала спорить. Но годы шли, и я тоже хотела ребенка. Это естественное желание. Когда от моих услуг отказались, появился ты. Свободный от обязательств перед королем, — Элизабет мечтательно улыбнулась, запрокинув голову и прикрыв глаза. — Семизвездные, это было прекрасно! Знать, что ни от кого не зависишь. Что ты для них просто «украшение», не играющее важной роли. Быть свободной… Я благодарна тебе, Линни, за эти годы. У меня появилась настоящая семья. Семья, ради которой я без колебаний пожертвовала всем, что было.

— То есть ты предполагаешь, что мать Амалы тоже ведьма? — маг потер виски, пытаясь собрать картинку воедино.

— Не предполагаю. Я знаю это. Узнала недавно, — уточнило привидение. — Осталось понять, где сила нашей девочки.

— Подожди, не радуйся раньше времени, — осадил ее Линэр. — Кроме того, что у нее нет силы, у нас есть другие претендентки. И я должен каждой из них завтрак.

Маг откинулся на спинку кресла и потер виски. Проклятье! Столько всего навалилось. Жаль, нельзя поспать впрок. Очень бы пригодилось перед началом операции!

— Конечно-конечно. Проверь и остальных, — с теплом ответила Элизабет, укрывая мага плащом.

От усталости тот провалился в сон без сновидений прямо посреди разговора.

— Спи, Линни, спи, дорогой… А я пока приготовлю все для следующих встреч… Ведь это для тебя отбор прекрасный способ снять проклятие. А я просто хочу внуков. Ну, должна же тебе хоть одна девочка понравиться!

Хвост тридцать второй. Особенности жизни ведьм