Глава 22. Опасная пропажа

Возвращались мы обратно в покои в гробовом молчании под конвоем поймавшего нас на горячем лэрда Кристофа Эноридхена. Главы службы безопасности Его Императорского Величества.

Именно этот суровый, статный мужчина застал нас в портретной зале и был очень, мягко говоря, недоволен нашим поведением и тем, что мы оказались там без всякого на то дозволения.

На вопрос дракона, что мы в галерее этой делали и как там вообще оказались, ни я, ни Даяла не нашли что ответить, кроме как невинно похлопать ресничками, развести руками и сознаться, что заблудились и вообще понятия не имеем, как же так вышло.

Дракон не поверил.

Ни нашему хлопанью глазками, ни невинным личикам, ни шарканью ножками, и даже скорбным вздохам дракон не поверил совсем.

После нескольких минут напряженного молчания и усердного сверления взглядом в наших шкурках дырок Эноридхен заявил, что нам придется доказать, что действительно оказались там, где оказались, случайно.

В сухих словах чешуйчатого мне послышались злорадные нотки.

И если я не сразу поняла, показалось мне это злорадство или же воображение взыграло, то после того как мужчина отогнул край рукава камзола, являя на свет браслет-артефакт, а затем, не скрывая насмешки, приказал подойти к нему, по очереди прикоснуться к артефакту и дословно повторить то, что мы ему сказали, я поняла: не показалось.

На руке дракона был не больше не меньше как артефакт правды. И не какой-то там дешевенький да простенький, нет. Из курса лекций иАи* я помнила, что артефакт этот был очень мощным, качественным, баснословно дорогим и не каждому смертному по карману, а также практически исключающим любую отрицающую погрешность.

Ариации* магии, которыми так и веяло от данного предмета артефакторного искусства, только подтверждали мои выводы.

Мы с Ялой, которая, судя по ошарашенно-благоговейному личику, так же прекрасно знала все об артефакте, коротко переглянувшись, гулко сглотнули. А следующие слова Эноридхена, брошенные как бы невзначай, просто добили, вынуждая Даялу втянуть голову в плечи и опустить затравленный взгляд, меня же ― вытянуться в струнку.

Дракон заявил, что если вдруг наши слова не подтвердятся, и в залу мы попали умышленно, да еще и с некими коварными злостными планами, то ему, Эноридхену, следуя стандартному протоколу, нас, нарушительниц, потребуется определить в пыточные. Тут чешуйчатый деланно скорбно вздохнул, сокрушенно покачал головой.

Вот только на этот раз не поверили ему уже мы. Затем, следуя тому же самому протоколу, потребуется доложить об инциденте их Светлостям, дабы они приняли серьезные меры. И в завершение так на нас посмотрел, что мне стало тоскливо. Сделает ведь. И веком не дрогнет. Обязательно сделает. По спине даже табун мурашек пробежал.

Но как бы ни было нам страшно, пришлось выполнить приказ главы безопасности, да и выбора никто не давал. Ну как. Давал, конечно. Артефакт или казематы и порка от наследников. К порке я пока была не готова. Выбор, собственно говоря, был очевиден. Хотя, если так подумать, лично мне скрывать было относительно нечего. Даяле, думаю, тоже.

Если коротко описать дальнейшие действия, то артефакт подтвердил, что в портретной мы оказались действительно случайно. И к счастью, ничего другого лэрд Эноридхен спрашивать не стал.

Судя по прищуренному взгляду дракона и сквозивших в его глазах удивлению, укоризне и даже легкой обиде в отношении артефакта, дракон все равно не поверил.

Но это были уже его трудности.

Ишь, какой подозрительный чешуйчатый.

Однако глава безопасности и не может быть иным. Так что его подозрительность в какой-то мере отличное качество.

Лэрд отконвоировал нас к дверям наших с соседкой покоев и, еще раз смерив подозрительным взглядом, обманчиво ласковым тоном, от которого внутри все в одночасье вымерзло, непринужденно заявил:

— Впредь, лэрди, я очень надеюсь, что вы будете благоразумны. Не будете совать свои хорошенькие носики туда, куда не просят. Ведь так можно и без носика остаться. Надеюсь, я доходчиво объясняю?

В его глазах сверкнул такой пробирающий до костей предупреждающий холод, что мы, побледнев, отрицательно замотали головой. А я едва удержалась от того, чтобы, как в военных академиях, не прищелкнуть пятками.

— Никак нет, лэрд!

Эноридхен угрожающе прищурился и шагнул вперед. Не знаю, что он там собирался сделать, но точно уж ничего хорошего. Я и Даяла машинально попятились, едва не сбив с ног появившуюся за нашими спинами служанку.

Я успела только возмущенно подумать: нам и его последнего предупреждения хватало, зачем вот еще запугивать? Садист! Тут успевшая сменить траекторию Калира вклинилась между нами троими, вставая на манер живого щита.

— Добрый вечер, лэрд Эноридхен, — как всегда спокойно и без лишних эмоций поприветствовала она, не забыв выполнить изящный книксен. — Все в порядке, лэрди?

Даяла закивала, с первородным ужасом смотря на недовольно, скорее от того, что нас прервали, раздувающего ноздри дракона. Я, с сомнением на него покосившись, тоже кивнула.

— Лэрд Кристоф? Девушки успели в чем-то провиниться? Мне следует пригласить лэрда распорядителя?

Эноридхен скривился, словно ему подсунули самый кислый лимон, и сухо ответил:

— Нет, уважаемая. С девушками у нас вышло небольшое недопонимание, конфликт исчерпан. Спокойного вечера.

Мужчина круто развернулся на пятках и уже собрался удалиться, как вдруг, резко остановившись, даже не соизволив повернуться, глухо припечатал:

— Я слежу за вами, лэрди.

Мы так и стояли с открытыми ртами, дожидаясь, когда он скроется за поворотом коридора, и только когда это произошло, смогли облегченно выдохнуть.

Ну и жуткий этот дракон и глава безопасности. Я даже не знаю, кто жутче. Их Светлости или же один глава безопасности.

Однако быстренько взвесив все знания, наблюдения, и, так сказать, сплетни о наследниках, вынесла решение, что жутче все же они. Стоит только вспомнить первый этап и их тяжелую ауру, да даже портрет! Просто из-за недолгого тесного общения и, что уж там, удивительно хорошего ко мне отношения мое мнение оказалось предвзятым.

— «Н-да, Лея, твое тесное общение икается тебе до сих пор. И сколько так еще икаться будет, страшно представить», — язвительно, но не без грусти, подумала я.

И все же стоило вспомнить чарующие и даже теплые с долей некого умиления улыбки наследников, робко улыбнулась сама.

Пока я раздумывала о драконах и глупо растягивала лицо в улыбке, смущая этим Даялу, с подозрением поглядывающую на меня, Калира молча открыла перед нами дверь покоев и пропустила вперед.

Оказавшись внутри и в полной безопасности, я наконец полностью расслабилась, судя по судорожному вздоху соседки, не я одна.

Закрыв комнату на ключ и повернувшись к нам, служанка строго спросила:

— Есть то, что мне или распорядителю нужно знать, девушки? Что именно за конфликт успел возникнуть между вами и лэрдом Кристофом?

Присев на диванчик, мы, недолго раздумывая, наперебой начали рассказывать о недавнем происшествии.

Калира, молча выслушав, недоуменно вздернула бровь, затем, недолго помолчав, хмыкнула и покачала головой.

— Посещать галерею императором не запрещено и отдельное разрешение не требуется, как и гулять по дворцу. В рамках разумного, естественно. В любом случае, во всех закрытых от посещений местах выставлена стража. Вас бы непременно остановили и мягко попросили вернуться обратно. Или же вызвали для сопровождения слугу.

— Не понимаю, — растерянно потеребила платье Даяла. — Если посещать картинную галерею не запрещено, то отчего глава безопасности так обеспокоился нашим там присутствием. Да еще и запугивать стал?

— Запугивать? — развеселилась эльфийка. — О, нет. Лэрд Кристоф вас не запугивал, уж поверьте. У него просто манера общения такая. К подобному просто нужно привыкнуть. А по поводу того, что он «обеспокоился», тут все просто. Лэрд Эноридхен — дракон.

Недоуменно переглянувшись с подругой, во все глаза уставились на служанку, как бы спрашивая: «И что?»

Она снисходительно улыбнулась, поясняя:

— Все драконы, живущие на территории дворца, считают дворец своим гнездом. Домом. А дом-гнездо у драконов принято рьяно оберегать и защищать. Это инстинкт. Про инстинкты драконов вам должны были объяснить на расоведении. У лэрда Эноридхена, можно сказать, сработал инстинкт, открою вам тайну: он сам был растерян не меньше вашего, — она тихо рассмеялась, разводя в стороны руки. — А от того и включились защитные механизмы и излишняя подозрительность. Ведь ранее действительно без прямого дозволения никто из посторонних не смел входить не только в галерейную залу, но и в остальные помещения. Даже если напрямую это и не было запрещено.

После слов эльфийки мне стало, мягко сказать, неуютно. Ведь о каких-то там инстинктах драконов я мало того, что не подумала, мне даже в голову не пришло связать это все воедино. К тому же, ввиду поведения главы безопасности, я была уверена, что мы действительно нарушили все возможные этические нормы.

А тут, оказывается, инстинкты.

Чтобы сгладить возникшую в воздухе неловкость, я приглашающе взмахнула рукой:

— Присядьте с нами, госпожа Калира. Если расскажете нам, как добыть чаю, можно устроить небольшие посиделки. Что скажете?

Если эльфийка и удивилась, то виду не подала. Она только ненадолго задумалась и благосклонно кивнула.

— Не имею ничего против чая. Однако на данный момент у меня есть безотлагательные дела. Думаю, примерно через полчаса освобожусь. С подачей чая трудностей не будет. Я принесу.

— В таком случае будем ждать вас, госпожа, через полчаса.

За эти полчаса мы успели освежиться после нашей прогулки, больше походящей на вылазку, и вновь устроиться на диванчике в ожидании эльфийки, чая и посиделок.

— Ты заметила, что Калира не похожа на простую служанку? — спросила, переплетая волосы в тугую косу.

Даяла согласно кивнула, закусывая губу.

— Да, заметила. Есть в ней что-то аристократическое. Госпожа Калира манерами и статью больше похожа на лэрди, чем я. Это точно. Но по какой причине она имеет статус служаки, не понимаю. Я бы могла понять, если бы она была темной. Но светлая же.

Я уже открыла рот, собираясь ответить, как входная дверь без стука распахнулась, и в гостиной появилась вышеупомянутая служанка в компании четверых стражников, заставив своим появлением меня напрячься, а Даялу и вовсе побледнеть.

Не зная, чего ожидать, мы синхронно поднялись.

— Госпожа Калира?

Эльфийка взмахнула рукой, прерывая тихий писк Даялы, и смерила нас суровым взглядом, сухо приказывая:

— Лэрди, до появления лэрда распорядителя оставайтесь на своих местах. Приказ их Светлостей.

Меня сковало неприятное чувство. Что уже успело произойти? Из-за чего понадобилось присутствие дворцовой стражи?

Явно что-то серьезное!

Так оно и оказалось.

* * *

Пока мы ждали Никлауса, меня все не покидало гадливое ощущение надвигающейся беды. Словно вот-вот что-то должно случиться. Минуты текли медленно, настолько медленно, что я уже вся извелась, придумывая разные цепочки событий.

Как логические, так и совсем уж несуразные. Наподобие того, что Калира ошибалась, и в картинную галерею никак нельзя было заходить под страхом казни, и именно сейчас придет лэрд Никлаус, и нас под ручки отведут в тюремные казематы, чтобы допросить с пристрастием. Расколоть, как орехи.

Ведь кроме несанкционированного посещения залы, мы ничего такого не натворили.

А припомнив слова Никлауса о методах перевоспитания непослушных девиц с помощью кнута, которые практикуют наследники, тяжело сглотнула, выгибаясь и уже невольно ощущая на спине действие того самого кнута. Украдкой поглядывая на стражей и эльфийку, потерла между собой вспотевшие ладошки.

Что-то мне перевоспитываться совсем не хотелось.

Взглянула на Ялу, отмечая ее лихорадочный румянец на щеках и расширенные зрачки. Она так же, как и я, пыталась понять и выстроить цепочки событий. И так же, как и я, не могла понять, где провинилась. А возможно, и про кнут вспомнила.

Переступив с ноги на ногу, вздрогнула от пронизывающего цепкого взгляда одного из стражей. Словно в этом моем невинном действии он пытался разглядеть угрозу и уже мысленно раздумывал: прибить меня сейчас, на всякий случай, как потенциально опасную, или все же дождаться приказа.

Внутренне содрогнулась. Ну, и нелепость же может прийти в голову в стрессовой ситуации.

А может, это все своеобразное испытание? На стрессоустойчивость, например. Ну, а что? Вполне в духе наследников.

Уж лучше бы испытание.

Вздохнув, качнула головой из стороны в сторону, прогоняя тоскливые, нехорошие мысли. Стало немного легче. Совсем чуть-чуть. Но и то отлично.

Ненавижу панику и ситуации, когда не знаешь, что и думать. Снова взглянув на более впечатлительную Даялу, всем сердцем ей сочувствуя, сдвинулась на полшага ближе к ней и, повернувшись корпусом так, чтобы было не видно мои действия, ухватила ее за ладонь, пожимая.

Яла тихо вздохнула и пожала в ответ. Вздернув подбородок, уже спокойно встретила еще один подозрительный взгляд стража, который тот почти сразу же и отвел.

Вот и хорошо.

Нужно помнить, что мы не преступники какие, а лэрди. И ими же и должны оставаться в любых, даже самых трудных и невероятных ситуациях. Как в данный момент. Даже если это почти непосильно.

«Нервничать по поводу и без ― удел слабых».

Когда появился распорядитель, мы с Даялой были собраны и спокойны. И с достоинством встретили его приход. А пришел Никлаус совершенно не в духе, о чем свидетельствовали его угрюмый вид, властная энергетика, поджатые в узкую линию губы и потемневшие до черноты глаза.

Но при виде даже такого мрачного Никлауса мое сердце дрогнуло, учащенно забилось, едва не пошатнув и порушив мое спокойствие и уверенность на корню.

Дракон, кивнув страже, мазнул по нам хмурым, равнодушным взглядом, и это не свойственное ему равнодушие больно ударило по моим нервам. Однако и тогда я не показала своих настоящих эмоций. Вежливая маска на лице не дрогнула. Все же я привыкла видеть Никлауса немного иным. И в последнюю нашу встречу он был другой. Веселый, добрый, а тут этот равнодушный взгляд с жесткими искрами на дне.

И что удивило сильней, чем безучастный взгляд моего дракона: он появился не один, с ним пришел глава безопасности — наш недавний знакомый, лэрд Эноридхен.

«Великие, что все-таки такого могло случиться? Одна из претенденток кого-то препарировала с особой жестокостью, и сейчас ищут, над кем надругались или кто, собственно, это сделал?»

Распорядитель поравнялся с отрешенной Калирой и молча кивнул Эноридхену, тот щелкнул пальцами, и я ощутила, как нас с Даялой обдало легким ветерком, а пространство загудело.

«Запечатывающее защитное заклинание», — мысленно отметила, еще больше изумляясь происходящему.

— Обыскать, — коротко приказал лэрд Кристоф, и стражи как по сигналу отлипли от стен и, разделившись по двое, промаршировали в мою и Ялину опочивальню.

Эноридхен же остался с нами в гостиной, сканируя меня и соседку отнюдь не радушным взглядом, вынуждающим рефлекторно поежиться и вплотную стать к подруге.

— Лэрди, — довольно мягко обратился к нам распорядитель, разбивая мрачную тишину, — сегодня из имперской сокровищницы пропал редкий и опасный в своих свойствах артефакт.

Он немного помолчал, пытливо взирая на наши недоуменные лица, и коротко уронил:

— Дальгерит.

Наш синхронный изумленно-ошарашенный ахающий всхлип утонул в недовольном ворчании Эноридхена, возмущенного тем, что нам была сообщена, видимо, секретная информация.

И, кстати, было от чего ахать и охать.

Дальгерит, один из давно запрещенных к изготовлению и продаже во всем Ардертарте, опасный камень-артефакт. За его изготовление, использование и продажу на всех материках была предусмотрена жестокая казнь путем прилюдного сжигания человека.

Дальгерит во время мрачных времен широко использовался и применялся всеми слоями общества, его стоимость была относительно не дорогой, а свойства ― весьма обширными. В первую очередь он использовался в целительских практиках при сложных операциях, требующих влияния на сознание существа.

Да. Одурманивающее свойство было самым основным. Существо не чувствовало боли, находясь в подобии анабиоза. Второе свойство или, можно сказать, его побочное действие было подчиняющим эффектом.

И как раз из-за второго, того самого побочного действа, из-за которого едва ли не произошел переворот и свержение правителей Драеклона, артефакт был запрещен.

На драконов, особенно имперской крови, совершенно ничего не влияло ввиду их сложной и опасной магии. И представьте изумление императорской семьи, когда один из наследников вдруг стал себя нетипично вести. А когда в короткие сроки установили причину, факторы и возможные последствия подобной несвойственности… В общем, вполне понятно, из-за чего изготовление артефакта настолько жестоко каралось.

К тому же, если на драконов сей невинный с виду камешек оказывал подобное влияние, то только на минутку представьте, каково было иным расам? Особенно людям.

Меня передернуло.

Неужели кто-то из девушек и претенденток на трон отважился каким-то образом выкрасть опасный артефакт, несмотря на последствия, и попытаться сделать… что? Неужели подчинить себе волю наследников?

Ужасная нелепость. Не говоря уже о недальновидности такого серьезного проступка.

Влияние дальгерита можно вычислить по трем основным признакам: тому самому нетипичному поведению. Однако есть один пунктик. Если подчиняющий прекрасно знаком с повадками подчиняемого, то по данному пункту вычислить намного сложнее. Второй признак ― заторможенность или же, наоборот, гиперактивность. И третий — отсутствующий взгляд. Его еще называют стеклянным.

Пускай все эти признаки вычислить не так уж и просто, но вполне реально. Однако, сейчас реально. Что же происходило в мрачные времена, и думать не хочется. На то они и мрачные.

И все же, императорский дворец оказался не самым защищенным местом, если кто-то смог провернуть такое.

Мои торопливые мысли были прерваны бесстрастным голосом Никлауса:

— Вижу, вы верно понимаете происходящее, лэрди, и вам не нужно более ничего объяснять.

Мы кивнули.

— Но как кто-то подобное смог осуществить? Не думаю, что артефакт, находящийся в имперской сокровищнице, легко, г-хм, забрать, — осторожно подбирая слова, заметила я.

— А вам и не нужно думать, — огрызнулся Эноридхен, не смутившись под укоризненным и отчетливо недовольным взглядом Никлауса. — Не могу понять, по какой причине распорядитель поведал вам о факте пропажи артефакта, но в ваших же интересах об этом помалкивать. Это раз, — он хищно оскалился.

— А два, лэрд Кристоф? — спокойно уточнила я, хотя внутри все поджалось от его тона и словесной угрозы. Однако угрожать нам он не имел никакого права. Особенно если учесть тот факт, что одна из нас может быть его будущей императрицей.

Мужчина заметно растерялся не то от моего спокойствия, не то от того, что я посмела что-то ляпнуть. Или же от того, что должным образом не вняла его угрозам. Хотя совсем недавно была при нем несколько иной модели поведения, и все же он быстро взял себя в руки. Почти молниеносно.

Эноридхен, нехорошо усмехнувшись, процедил:

— А второе, девушки: проверка закончится, и если вы не имеете к факту хищения опасного приспособления никакого отношения, то я, в лице главы безопасности Его Величества, принесу вам свои извинения. А если же…

Он не договорил, но по его еще более обострившимся чертам лица, неприятной ухмылке и опасному блеску в глазах и так стало ясно, что нас в подобном случае ждет. Пыточные, что же еще. И вряд ли мы оттуда выползем живыми. Просто прекрасная перспектива. Но я-то знала, что ни я, ни Даяла никакого дальгерита в глаза не видели. Упаси демиурги от такого сомнительного счастья.

Эноридхен после своей тирады встал у стены и опустил голову, давая понять, что более с его стороны до завершения той самой проверки никаких действий не будет. Чему я была только рада.

Калира удрученно молчала, кидая на Кристофа недовольные взгляды. Я подивилась такой эмоциональной буре с ее стороны, мне даже стала приятна ее молчаливая защита.

Никлаус же…

С Никлаусом тоже было все интересно. Он не отрываясь смотрел на меня. И в его глазах я могла увидеть нескрываемую поддержку, обещание защиты и тень сочувствия. Мне стало в какой-то мере легко и радостно, от того факта, что мой дракон совершенно не верил тому, что я или Даяла можем быть замешаны в такой прескверной истории.

Робко ему улыбнувшись, не могла заставить себя отвести взгляд, наслаждаясь этими минутками необычного единения, если учитывать присутствие других людей. Точнее, существ. Однако долго наши гляделки не продлились. Уже спустя несколько минут, почуяв на себе любопытный взгляд и с трудом оторвавшись от дракона, словила от Калиры ехидную ухмылочку.

Зардевшись, опустила глаза, рассматривая ладони.

Все же мы были правы, не так эта служанка проста.

Спустя некоторое время обыск был завершен в нашу пользу, отчего мы с Даялой, словно сформированные нерадивыми первогодками фаерболы, сдулись, едва ли не превращаясь в этакие лужицы.

— Итак, лэрди, как я и говорил, позвольте от лица главы службы безопасности императорского дворца принести вам свои извинения, — сухо произнес Кристоф Эноридхен, коротко поклонившись. Но было понятно как день, что ему за свои резкие слова и угрозы ни капельки не стыдно. Стандартная фраза, ничего более.

— Мы все понимаем, лэрд, — не менее сухо произнесла, спокойно ответив на его недовольный взгляд.

Пока Никлаус выпроваживал Эноридхена и стражу, я и подруга присели на диванчик. А оставшись только лишь в компании самого распорядителя и эльфийки, устало вздохнули.

— В голове все произошедшее не укладывается, — призналась, сдув с лица маленькую прядку волос, выбившуюся из косы.

— Их Светлости и служба безопасности найдут виновных, — заверил нас лэрд Таритарен. — Не беспокойтесь, и прошу простить за доставленное неудобство.

Я кивнула и закусила губу, не зная, что еще сказать.

Собрались чайку попить. Попили. Так попили, что больше вообще ничего не хочется.

Никлаус, неловко кашлянув, произнес:

— За несколько часов до происшествия стало известно о том, что второй этап завершен.

Мы удивленно посмотрели на распорядителя, а затем на служанку.

Таритарен понимающе кивнул.

— К тому времени я еще не успел известить ваших слуг об этом моменте. Девушки, настоятельно рекомендую выкинуть из головы лишние мысли, как и волнения, и начать собирать вещи. Можете оставить только самое необходимое. Вне зависимости от того, прошли вы этап или нет, в этих покоях надолго не задержитесь. Максимум еще сутки ― и виновник будет найден. Думаю, завтрак будет совместный, где и огласят имена прошедших испытание претенденток. Доброго вечера.

— Доброго вечера, — растерянно отозвались мы в его спину.

Когда за лэрдом закрылась дверь, я перевела взгляд на эльфийку.

— Калира, разве реально за несколько часов, как выразился лэрд распорядитель, отыскать виновников преступления?

Эльфийка заметно поежилась, отвернувшись.

— У великих князей свои методы поиска и наказания, — сухо отозвалась она. — Займитесь лучше сборами, лэрди. Не думайте о плохом. Светлых звезд.

Уже в комнате, оставшись наедине с собой, я невольно подумала, что все же любопытно, что там за методы такие, но, признаться, на самом деле узнать гнев будущих императоров и те самые методы мне совершенно не хотелось.

Собрав вещи и переодевшись, я присела на кровать, подумав о матушке и о том дне, когда совершенно не хотела и даже чувствовала некое неприятие того, что мне придется ехать на отбор. Вспомнила свое недовольство и даже ужас по поводу ее слов о наследниках.

Грустно улыбнулась. Несмотря ни на что, я скучала по ней. По нашим редким вечерним посиделкам, и даже иногда грубым словам. Сейчас воспоминания о ее частых разговорах о женихах и вынужденном браке вызывали у меня лишь улыбку.

Не говоря уже о том, что не ощущала, как ранее, неприятия того, что у меня гипотетически может быть более одного мужа. Как и неприятия необходимости возлечь с двумя мужчинами. И даже… тремя. Более того, уже был момент…

Все это больше не казалось мне диким. А очень даже наоборот, желанным.

Да, все-таки я вляпалась. Но почему-то не чувствовала себя вляпавшейся. А словно так… Словно так и должно быть.

Так правильно.

Уснула я с улыбкой на лице, прижимая подушку, думая о том, что как было бы здорово на месте этой подушки всего хотя бы на секунду ощутить кого-нибудь из драконов. А лучше сразу двоих. И Никлауса.

Похоже, я стала распущенной.

Но мне было хорошо, а потому плевать.

И все же, мне не давали покои мысли, как же кому-то удалось, мало того, проникнуть в сокровищницу, так еще и выкрасть такой опасный артефакт. В любом случае подобное провернули не просто так. С целью. С некой очень нехорошей целью.

Надеюсь, наследники разберутся с недругом. И все вернется на круги своя.

Виновный будет пойман, отбор продолжится, а я попробую найти выход, что именно мне делать с моей магией.

Пребывая в мыслях, я начала соскальзывать в сон, отдаленно слыша, как тихо открывается дверь спальни. С трудом разлепила ресницы, вяло взглянув в сторону двери и видя знакомый мужской силуэт. Но, к своему удивлению, не смогла ни приподняться, ни даже шевельнуть рукой. Настолько мне было спокойно и лениво, глаза закрылись сами, и я окончательно скользнула в сон.

Последнее, что слышала и ощущала, это осторожное прикосновение к щеке и легкий, нежный поцелуй. Настолько легкий, что его можно было спокойно спихнуть на сон.

— Засыпай, девочка, — шепот и горячее дыхание у ушка. — Спи сладко, бесценная.

* * *

иАи — история артефакторного искусства. Стандартная базовая дисциплина во всех школах Ардертарта

Магические ариации — чувствительные даже для очень слабого мага первого уровня колебания магии. Такие колебания интуитивно чувствуются от артефактов. Также ариации ощущаются и в отношении заклинаний