Глава 7. Ивер

Обучение оказалось совсем не тем, что я себе представлял. Мне доводилось учиться – когда меня выбрали помощником казначея. Пришлось быстро выучить буквы и цифры и запомнить правила счета, а на то, чтобы научиться писать, мне выделили один день. Я скорее рисовал цифры и буквы, чем действительно писал их.

Как оказалось, письмо – это тоже навык, который можно и нужно тренировать, осваивая детали, а затем – их соединение. И считать можно условно, без привязки к конкретным предметам, при этом не прибавляя по единичке, а с помощью несложных таблиц, заметно облегчающих счет. А если много читать, то можно научиться делать это быстрее…

И это – только базовые навыки. Я узнал, что есть множество правил грамотного письма, множество способов счета, а литература не ограничена только сказками. А еще есть уроки об окружающем мире, бытовое самообслуживание, музыкальное образование и основы рисования. И, конечно, физическая подготовка, необходимости в которой я не понимал, пока не увидел, как потрясающе владеет своим телом госпожа Нортис.

Оказалось, что учиться – это очень интересно. И я даже забыл, что моя опекающая обещала мне подарок за завершение каждого курса обучения.

Программу первого класса мне удалось освоить за месяц. Трудностей не возникло – я все легко запоминал, а госпожа Нортис объясняла понятно и доступно. И этого месяца мне хватило, чтобы понять, каким же дикарем я появился в этом доме. Я ничего не знал и ничего не умел. Мое представление о жизни было ограниченным, что, в общем-то, даже не особо поменялось – слишком мало прошло времени.

Госпожа Нортис все это время оставалась добра ко мне. За весь этот месяц она не только не подняла на меня руку, но даже не повысила голос. Я зависел от нее во всем, но она ни разу не воспользовалась моей зависимостью. И это было удивительно.

Она никогда не входила в мою комнату без разрешения. И, когда однажды я помедлил с ним, дождалась моего ответа и не ругала меня после. Поэтому я стал странным образом чувствовать себя в комнате – в безопасности. Словно это было только мое место, и только я решал, кому можно сюда войти. Я понимал, что это иллюзия, но, стоило зайти в свою комнату, и тревоги пропадали. Я был не властен над этим чувством, и со временем устал убеждать себя в его иллюзорности.

Я просто наслаждался своей новой жизнью, о которой никогда даже не мечтал – потому что представления не имел, что так бывает.

Единственное, что для меня представляло сложность в обучении – это физическая подготовка. Как оказалось, недостаточно быть сильным – а я был; мне недоставало ловкости, гибкости и скорости, и развивать все это - не только сложно, но и болезненно. Не так болезненно, как наказания в кластере, но все же приятного мало. Госпожа Нортис утешала меня, что со временем это пройдет, и что уменьшать нагрузку непродуктивно. Зато и не заставляла меня заниматься в подвале, куда спускаться я безотчетно боялся. Беспричинно - там действительно был просто тренировочный зал. Но я настолько накрутил себя в первое его посещение, что снова туда спуститься у меня просто не хватало духу. Мне казалось, что я уже оттуда не выйду, и избавиться от этого ощущения я не мог.

Как и с чувством безопасности в своей комнате, здесь я был бессилен. И мне оставалось только благодарить госпожу Нортис за то, что она не настаивает.

Мне вообще было за что ее благодарить. Потому что, как бы она ни относилась ко мне, как бы плохо обо мне ни думала, она никогда, ни словом и ни жестом не выдавала, что ее тяготит мое присутствие. И она заботилась обо мне так, словно я действительно этого заслуживал.

В тот день, когда я узнал о ее подозрениях в том, что я подослан кластером – как такое вообще может быть? – я уверился, что ничего хорошего меня уже не ждет. Что я никогда не смогу доказать свою невиновность, и ее отношение ко мне будет испорчено безвозвратно. Я даже пообещал себе умерить любопытство, чтобы не вызывать подозрений лишний раз, но госпожа Нортис больше ни разу об этом не заговорила. И относилась ко мне все так же доброжелательно, как до этого разговора.

Моя опекающая разрешала мне на удивление многое. То, за что я непременно был бы наказан в крепости – здесь поощрялось. Она даже начала учить меня готовить – каким же невероятным открытием стал тот факт, что это она готовила для нас все эти вкусные блюда. Я с удовольствием помогал ей на кухне, обучаясь основам кулинарии. Это казалось каким-то волшебством – то, как безвкусные, а зачастую даже несъедобные продукты превращаются в нечто крайне аппетитное. И какие разные блюда можно приготовить из одних и тех же ингредиентов. Или безнадежно их испортить, если не следовать кулинарным заклинаниям – рецептам. А приправы? Что-то невероятное – и то, как они меняют вкус блюд к лучшему, и как могут превратить еду во что-то несъедобное.

Это завораживало. Впрочем, как и многие другие вещи, с которыми я знакомился в своем новом доме.

Пожалуй, самым большим открытием для меня стала музыка. Когда я впервые ее услышал, это было сродни чуду. Стихи и музыка переплетались, рождая нечто невероятное, объемный сюжет, словно книга, только этот сюжет создавался словно сам собой в моей голове. Так странно и так притягательно… Когда госпожа Нортис предложила мне взять колонку, я даже не сразу поверил, что это разрешено. Музыка казалась чем-то, полностью противоположным всему, что вбивали в нас в кластере. Она была словно недостижимая свобода, и мне предлагали ее… Просто так, безо всяких условий. С тех пор слушать музыку стало моим вторым самым любимым занятием после чтения.

Собственно, именно благодаря музыке я старался на физической подготовке. Потому что в конце каждого урока госпожа Нортис учила меня танцевать. И это тоже мне очень нравилось.

Я вдруг выяснил, что вокруг столько разнообразных интересных занятий. Что можно заниматься чем-то, что доставляет удовольствие. Что не обязательно оставаться неподвижным в ожидании приказов. И даже что-то не интересное или тяжелое можно делать, зная, что потом можно заняться тем, что нравится.

Хотя госпожа Нортис ничего от меня не требовала, я сам вызвался помогать ей в домашних делах, и это почти не отнимало у меня времени.

И уж точно требовало от меня куда меньше усилий, чем работа в кластере.

Пожалуй, спустя месяц жизни в качестве подопечного ливарэ-мага я чувствовал себя… счастливым? Госпожа Нортис больше не пугала меня. Я знал, что она – сильный ливарэ-маг, и может легко избавить мир от моего существования, но ее доброта заставила меня поверить ей. Довериться ей. Такое странное и непривычное чувство – но я больше не боялся ее, уверенный, что она не причинит мне вреда.

Что, впрочем, не мешало ей быть строгой, когда она считала это нужным.

Но сегодня строгой она не была. После завтрака мы привычно переместились в классную комнату, и госпожа Нортис с загадочной улыбкой протянула мне тестовый лист – итоговую работу по всему пройденному курсу.

Я не волновался, уверенный в своих знаниях. Но все же с гордостью посмотрел на результат – сто баллов из ста! Конечно, этот тест сдают дети в два раза младше меня, но и времени на подготовку к нему они тратят больше. Так что я имел все основания гордиться собой. В отличие от других учеников Альвинии, я начинал практически с нуля. Опыт жизни в кластере не мог подготовить меня к тому, насколько велик и разнообразен мир за стенами энидо-крепостей.

- Ты молодец, Ивер, - улыбнувшись, похвалила меня госпожа Нортис. – И, если помнишь, я обещала тебе награду за успешно пройденный курс.

- Да, помню, - кивнул я, смущенный похвалой.

Как и всякий раз, когда она хвалила меня. Хотя на похвалы госпожа Нортис всегда была щедра.

Месяц назад она говорила о поощрении, вызвав во мне любопытство. Я не знал, какой будет награда и что госпожа Нортис приготовила для меня – и, признаться, за это время я как-то и позабыл об этом. Мой интерес к учебе рос день ото дня, и старался я вовсе не ради неведомого подарка. К тому же мне казалось, что получу я его только через год, если успешно освою все курсы, которые запланировала для меня моя опекающая.

- Я подумала, что твои предложения о том, чего бы ты хотел, я выслушаю в следующий раз, а за успешно пройденный первый класс свожу тебя в зоопарк.

Я замер.

- Как – сводите? – осторожно осведомился я, не веря, что правильно ее понял.

- Мы съездим в город и погуляем по зоопарку, - улыбнулась она.

- Съездим… вдвоем? Вы возьмете меня с собой в город? Меня? – я поверить не мог, что это правда.

Я никогда не бывал нигде дальше сада госпожи Нортис. В крепости нас не выпускали за ее пределы, и даже на уборке урожая в садах кластера мы не покидали ее стен. В тюрьме мои прогулки ограничивались внутренним двором здания, а в дороге от тюрьмы до дома госпожи Нортис я не осмеливался смотреть наружу. Сад госпожи Нортис был обширным, давая мне возможность гулять вволю, но поездка в город была чем-то за гранью моих желаний.

Я искренне полагал, что никогда не выйду за пределы усадьбы иначе, чем возвращаясь в тюрьму. Да, о таком, что предлагала мне госпожа Нортис, я бы никогда не посмел попросить.

- Да, тебя, - подтвердила она. – Посмотришь на животных. И на людей. Посидим в кафе. Покатаемся. Что скажешь?

- А? – я не понял вопроса.

- Хочешь? Согласен? Или все-таки хотел бы что-то другое?

- Нет! – торопливо ответил я. – То есть да… то есть, я согласен!

Я боялся, что, если промедлю, то она передумает, и я упущу шанс побывать за пределами усадьбы. Вот только… осознание окатило меня, словно ледяной водой. Люди… там будут люди. И даже, возможно, ливарэ-маги. Разве мне дадут возможность находиться вне места моего заключения? Захочет ли защитить меня госпожа Нортис?

Она сразу заметила, как угас мой энтузиазм, и поинтересовалась мягко:

- Тебя что-то беспокоит?

- Я… разве мне можно находиться среди людей?

- Пока ты под моим присмотром – можно.

- А если среди них окажутся ваши коллеги? Они не попытаются меня убить?

Госпожа Нортис улыбнулась:

- Не беспокойся. Мы сделаем так, чтобы ты не бросался в глаза. И для начала – пойдем-ка, выберем тебе новую одежду. Из этой ты уже заметно вырос, на людях так лучше не показываться.

Насчет одежды она была права. За этот месяц я немного подрос, и то, что я носил в доме, стало мне маловато. Но для меня это не проблема, я привык носить одежду не по размеру. К тому же внешне это почти не было заметно, больше принося ощущение дискомфорта, которое я привычно игнорировал.

Еще в первые дни моего здесь появления госпожа Нортис говорила, что даст мне возможность самому подобрать себе одежду. Тогда я не особо обратил на это внимание, слабо представляя, что это значит. Но сейчас, попробовав комфорт, я с радостью был готов вернуться к нему.

На этот раз процедура снятия мерок не вызвала во мне такой паники, как в прошлый раз, тем более, что госпожа Нортис доверила мне большую часть процесса, лишь контролируя и помогая в случаях, когда самостоятельно снять мерки не получалось. А потом объяснила, для чего мы записывали все эти цифры, и где их искать при заказе одежды.

Заказывали в гостиной. На экране мне демонстрировали бесконечную вереницу предметов одежды, из которой следовало выбрать то, что мне понравилось. С выбором у меня все еще были сложности, но госпожа Нортис не торопилась облегчить мне процесс.

- Давай для начала просто смотри – нравится или нет. Это проще, чем кажется, - посоветовала она все же.

Признаться, нравилось мне все. Но я сразу решил отказаться от слишком ярких вещей и странного кроя – госпожа Нортис предупреждала, что не согласится на слишком необычные вещи. А из нескольких похожих вещей я начал выбирать каждую третью. Систематический подход оказался удачным, и выбор одежды был завершен.

Госпожа Нортис пообещала, что в город мы поедем, как только одежду доставят и мы ее разложим по местам. А пока предложила отдыхать, сообщив, что у меня начались каникулы – целая неделя отдыха. Я не очень понял, зачем мне столько времени, я был готов продолжать обучение, но она уверила меня, что перерывы в любой деятельности являются необходимостью.

На своем настаивать я не решился. Все же опыта у госпожи Нортис больше, чем у меня.

Но остаток дня я провел, как на иголках. Меня грызло нетерпение, я хотел поскорее отправиться в город. Я уже знал, что такое зоопарк, и мне было любопытно вживую посмотреть на животных, которых я видел только на картинках. Но, признаться, я был бы рад посетить абсолютно любое место, просто, чтобы набраться новых впечатлений.

Ожидание не скрашивали ни книги, ни музыка, и я не помню, чтобы чего-то предвкушал с таким же нетерпением. Мне казалось, я не смогу уснуть; но неведомая магия госпожи Нортис сработала, как всегда – ее голос легко убаюкал меня.

Доставка пришла сразу после завтрака, и я нетерпеливо подхватил пакеты, переданные госпоже Нортис курьером. Она только улыбнулась понятливо и следом за мной поднялась к моей комнате.

- Нужна моя помощь? – осведомилась она.

С одной стороны, вдвоем мы бы управились быстрее, но с другой – если я буду один, я ведь могу и просто положить пакеты в шкаф, а разобрать их позднее, когда мы вернемся. Просто возьму что-нибудь, во что можно переодеться…

Правда, это будет обманом, и, если госпожа Нортис узнает, она будет мной недовольна.

- А можно пока оставить пакеты? – я добавил в голос просящих ноток. – А разберу их, когда вернемся?

Госпожа Нортис чуть помедлила, прежде чем ответить:

- Конечно, можно. Держи, - она вручила мне еще один пакет из тех, что несла сама. – Я вчера обратила внимание, что ты не выбрал кое-что нужное. Поэтому заказала отдельно. Переоденься в это. Буду ждать тебя внизу.

Я даже выдохнул тихонько – хорошо, что спросил. И обманывать не пришлось, и искать, что надеть – тоже.

Свалив все пакеты на кровать, я с любопытством заглянул в тот, который вручила мне госпожа Нортис. Светлая безрукавка с воротом под горло, штаны для тренировок и легкая обувь. А еще – напульсники, кепка и темные очки.

Вещи меня немного смутили, ведь мы, кажется, не собирались тренироваться. Но я решил довериться своей опекающей.

Торопливо переодевшись, я посмотрел на себя в зеркало, установленное в дверцу шкафа. И не узнал.

На этот раз зеркало отразило вовсе не младшего энидо-мага, а самого обычного подростка. Очки скрыли метку энидо-магии, высокий ворот спрятал ошейник, а напульсники органично легли поверх ограничивающих браслетов. В целом в зеркале я увидел мальчишку, собравшегося на тренировку, который никаких подозрений внешним видом не вызывал.

Это точно я? Но отражение послушно повторило мои движения, и я не удержался от улыбки. Да, госпожа Нортис знает, что делает, в таком виде я точно не привлеку ничьего внимания. А значит, можно не бояться людей – и ливарэ-магов.

Меня вдруг охватило ощущение полной свободы. Оно было ложным – пусть и скрытые, но сдерживающие меня артефакты продолжали работать. Но так приятно окунуться в иллюзию, где я – обычный человек, которому не грозят ни тюрьма, ни смерть.

Вниз я буквально сбежал и улыбнулся при виде удивления, мелькнувшего на лице госпожи Нортис, когда она посмотрела на меня.

- Отлично выглядишь, - заметила она, быстро взяв себя в руки.

- Спасибо, - поблагодарил я искренне.

Это была приятная иллюзия, и я действительно чувствовал благодарность к своей опекающей за то, что она мне ее подарила.

- Поехали, - она жестом позвала меня за собой.

Гараж находился в небольшой пристройке к дому, назначение которой я за этот месяц так и не удосужился выяснить, хотя давно приметил. Пока госпожа Нортис выводила машину из гаража, я заглянул внутрь – довольно маленькое помещение. Машина занимала в нем почти все место.

- Садись, - остановившись рядом со мной, велела моя опекающая.

Я послушался, пристегнулся, как мне велели, и уставился строго вперед. Как всегда, она заметила странности в моем поведении, и чуть снисходительно улыбнулась:

- Можешь смотреть в окна, дорога до города довольно живописна.

- Хорошо, - улыбнулся я ей в ответ, расслабляясь.

И завертел головой. Внутри машины я оказался второй раз в жизни, но по дороге сюда я не осмеливался дать волю любопытству. И сейчас наверстывал упущенное. Госпожа Нортис не возражала, даже когда я трогал незнакомые материалы. Нет, я знал, из чего состоят машины – в «Крониках» была серия, посвященная устройству разного рода транспорта. Но одно дело – посмотреть на экране, и совсем другое – вживую. Ощутить запах, запомнить прикосновение…

Госпожа Нортис тронула машину, и мы поехали прочь от усадьбы. Я не удержался, оглянулся посмотреть, как удаляется забор с виднеющимся за ним садом. Зрелище, которое я не должен был увидеть. Действительно ли у госпожи Нортис есть право увозить меня из дома? Не доставит ли ей неприятности желание поощрить меня?

Но она совсем не выглядит обеспокоенной. Поэтому и мне лучше не переживать зря. Наверняка она знает, что делает.

Пейзаж за окном и правда оказался живописным. Бесконечные холмистые поля с разбросанными там и тут рощами, над всем этим – бездонное синее небо с белыми штрихами облаков. Лента дороги, по которой скользит наша машина, размывая обочину в расплывшуюся полосу мешанины пятен. Единственное свидетельство скорости; пейзаж плыл мимо нас медленно и величаво.

Я впитывал новые, незнакомые впечатления с щенячьим восторгом. Я и чувствовал себя щенком, которого впервые взяли на прогулку. И оказалось, что окружающий мир необъятно огромен.

Впереди показалась крепостная стена города. Даже издалека было видно, какая она высокая, а по мере приближения от ее монументальности и вовсе дух захватывало.

- Впечатляет? – улыбнулась госпожа Нортис.

- Да, - подтвердил я. – Не думал, что они такие огромные.

- Жизненная необходимость, - она вздохнула. – Только так можно защитить город от магического шторма.

- А деревни вокруг? – заинтересовался я.

Мы видели одну, подъезжая к городу. И вокруг деревни не было даже забора.

- Их жители при первых признаках шторма едут в город. Ни одна деревня не потянет настоящую крепостную стену.

- Значит, в городах безопасно? – я еще раз окинул взглядом выщербленную поверхность стены, пока наша машина проезжала через широко открытые бетонные ворота.

Должно быть, когда их закрывали, они превращались в сегмент стены.

- По большей части, - кивнула госпожа Нортис. – Обычно магические штормы не успевают набрать действительно опасную мощь, до того, как их усмирят. И сдержать такие - стены вполне в состоянии. Но третья категория – предел прочности любой стены.

- А сколько всего категорий?

Я вдруг осознал, что почти ничего не знаю о магических штормах.

Видимо, школа считает, что в первом классе детям еще рано изучать такое.

- Классифицируемых – пять, - ответила она. – А внекатегорийных… там уже в принципе не играет роли, насколько превышена мощь пятой категории. Справиться с ним без жертв невозможно. К счастью, случаются они редко.

- Ливарэ-маги бдят? – я улыбнулся.

- Именно, - подмигнула мне госпожа Нортис весело.

Я хотел еще порасспрашивать ее о штормах, но отвлекся. Мы ехали по довольно широкой извилистой улице, и я не смог справиться с любопытством. Мне всегда казалось, что город – это увеличенная копия крепости, но теперь видел, что это не так. Здесь не было мрачно – фасады домов выкрашены в яркие цвета, всюду деревья и цветы, большие окна брызжут солнечным светом, разбрасывая вокруг солнечные зайчики.

И люди. Много людей, спешащих по своим каким-то делам, не обращающих внимание друг на друга. В разной одежде, с разными прическами, такие непохожие друг на друга – и как же их много! Никогда столько не видел.

Машин тоже было неожиданно много, но все они ехали, подчиняясь правилам, отчего совершенно друг другу не мешали. Поразительно…

Я глазел на город, и темные очки ничуть мне не мешали. А затем вид домов вокруг как-то неуловимо изменился, толпы людей перестали спешить, прогуливаясь по улицам, появилось больше детей – и мы, наконец, остановились, среди других неподвижно стоящих машин.

- Дальше пешком, - сообщила госпожа Нортис и махнула рукой куда-то вперед. – Вон он, вход в зоопарк.

Я присмотрелся – и увидел большую арку, на которой действительно крупными буквами было написано: «Зоопарк». Возле арки толпились люди, периодически волнами устремляясь внутрь – и с той же периодичностью выходя оттуда. Но, кажется, люди все же были разными.

Следом за госпожой Нортис я подошел к арке. Оказалось, чтобы зайти, следовало купить билет и дождаться очереди на вход. Как пояснила моя опекающая, количество людей, которые могли находиться на территории зоопарка, было ограниченным, чтобы не нервировать животных. Ждать пришлось около получаса, но я не успел заскучать. Я рассматривал все вокруг, поражаясь, насколько беззаботными выглядят люди.

И дети. Их так много, и они такие… бесстрашные. Канючат, капризничают, привлекают к себе внимания, не боясь быть наказанными. Яркие, шумные, они совсем не походили на детей крепости. И я чувствовал легкую зависть из-за того, что не могу так же. Слишком долго в меня вбивали совсем другое поведение. Месяца под опекой госпожи Нортис оказалось слишком мало, чтобы отвыкнуть быть жертвой.

Зоопарк мне понравился. В каждом вольере был заботливо воссоздан кусочек среды обитания каждого из представленных здесь животных. Звери не боялись людей, занимались своими делами, и лишь иногда позировали для фотографий, подходя к границам вольеров. Что меня удивило – так это размеры животных. По книгам у меня сложилось впечатление, что они значительно больше. Впрочем, я не был разочарован, но взял себе на заметку, что реальность может не соответствовать представлениям, полученным из книг или иных источников.

На то, чтобы обойти зоопарк, нам потребовалось около двух часов – время, прописанное во входном билете. Я бы побродил здесь еще, но заставлять ждать людей снаружи было неудобно. К тому же приближалось время обеда, и желудок напоминал о себе, ничуть не удовлетворившись мороженным, которое ему скормили.

Да, госпожа Нортис угостила меня холодным лакомством, оценить вкус которого я смог, только когда оно чуть подтаяло. Шоколад, пожалуй, вкуснее.

Я привык хорошо питаться и уже не считал все, что я пробую, однозначно вкусным. У меня уже сложились собственные предпочтения, так что я порой даже предлагал госпоже Нортис приготовить что-то конкретное.

Но сегодня она предложила пообедать в кафе. Я никогда не ел среди чужих людей, а потому мне было немного боязно заходить в незнакомое помещение. Но там никому до нас не было дела, и я расслабился. А позднее, когда на меня стали поглядывать, госпожа Нортис пояснила, что обычно в помещениях очки снимают, но мне не стоит об этом волноваться. И я не стал, увлекшись дегустацией незнакомых блюд, которые она для меня заказала - потому что я ее об этом попросил. Быстро изучить меню у меня не вышло, да и названия блюд ничего не говорили.

Готовили здесь довольно вкусно, но я не был особо впечатлен, поскольку у госпожи Нортис готовить получалось куда вкуснее. Но все же я не пожалел, что мы остановились в кафе. Мне нравились как разнообразие, так и возможность попробовать что-то новое.

После обеда госпожа Нортис предложила погулять по городу, и я не возражал. Посмотреть здесь было на что, но все же впечатлений оказалось слишком много. Я старался не показывать усталость, опасаясь, что эта прогулка – мой единственный шанс побывать где-то вне дома, а потому не желая ее заканчивать, но от госпожи Нортис ничего не скрыть. Заметив мое состояние, она без вопросов повела меня в машину, и мы отправились в обратный путь.

Я развалился в кресле, борясь с дремой, и не мог сдержать глупую улыбку.

- Спасибо, госпожа Нортис. Это был замечательный подарок, - сообщил я, когда мы отъехали от города.

- Рада, что тебе понравилось. Подремли, если хочешь.

Я кивнул, но, хотя прикрыл глаза ресницами, не спал, бездумно разглядывая горизонт.

Наверное, поэтому я и заметил странное.

Небольшое облако неожиданно быстро начало темнеть, наливаясь грозой. И это – посреди ясного неба. А еще оно увеличивалось.

- А что это? – насторожившись, я показал на странную тучу.

- Где? – рассеянно переспросила госпожа Нортис, взглянула по указанному направлению – и как-то сразу подобралась.

Она остановилась на обочине и взялась за комм.

- Госпожа Нортис? – я не понимал, что происходит.

- Это магический шторм, Ивер, - коротко ответила она, и в этот момент ее звонок приняли. – Магический шторм восточнее Оланта. Первая категория, набирает мощь. Нужно подкрепление.

Ответа я не услышал, но госпожа Нортис убрала комм и завела машину. Но направилась не на дорогу, а в поле – в сторону шторма.

- Что вы делаете? – спросил я, схватившись за подлокотник – машину вне дороги трясло немилосердно.

- Буду тормозить шторм.

- Не усмирять? – я удивился.

- Усмирить магический шторм в одиночку можно только при первой категории. Когда мы до него доберемся, его мощь будет уже выше, - покачала головой госпожа Нортис.

- Вы поэтому запросили подкрепление?

- Да. Но они смогут приехать только минут через двадцать-тридцать. Если разгон шторма не притормозить, он за это время успеет раскрутиться до четвертой-пятой категории и добраться до города.

- А стены способны выдержать только третью, - кивнул я, вспомнив ее слова.

- Именно, - кивнула она.

- Но почему так долго? Это ведь срочно. Разве нельзя воспользоваться телепортом? – я удивился.

- Можно. Они и воспользуются, но рядом с магическим штормом телепорт открыть нельзя. Так что быстро прибыть не получится.

Я посмотрел на черную тучу, расползающуюся по небу. В ее теле сверкали молнии, и воздух под ней начал раскручиваться, формируя смерч.

- А вы справитесь? – выглядело это весьма опасно.

- Выбора нет, - пожала она плечами. – Жителей Оланта надо спасать.

Я подумал о тех толпах народа, что видел на улицах города. Если крепостные стены не удержат шторм, большинство из них погибнет. И до чего странно понимать, что между ними и смертью стоит только вот эта красивая молодая женщина. А если она не справится… что ж, я погибну вместе с ней. И, возможно, наша смерть не будет напрасной.

Столб смерча соединил землю и небеса, и мы стремительно к нему приближались. Госпожа Нортис обвела пальцами узор, нанесенный на приборную панель, четко произнося слова заклинания. Ливарэ-маги оперировали звуками и магическими узорами, активируемыми ими, в отличие от энидо, не требующей ничего, кроме усилия воли. Зато ливарэ-магия всегда доступна своим магам.

Впрочем, сложным заклинание не было, хотя и не походило на связную речь. Я вполне смог бы его воспроизвести. Вот только это ничего бы не дало – энидо-магия не откликалась на заклинания. Да и браслеты не дали бы мне ею воспользоваться.

Узор на приборной панели засиял, и тряска мгновенно прекратилась.

- Для чего это нужно? – я кивнул на сияющий узор.

- Заякорение, - пояснила госпожа Нортис. – Специальная защита от шторма. Без нее нас сметет ураганом.

- А как близко нам придется подъехать к урагану? – с подозрением спросил я.

- В центр. Нам надо попасть в центр, - и она прибавила скорости, одновременно включая музыку.

Бодрые ритмы заглушили рев урагана, и страх отступил. Ничего особенного, нужно лишь прорваться через ураган и проникнуть в центр магического шторма. Делов-то… Наверняка госпожа Нортис делает это не впервые.

- Вы поэтому сказали, что не успеете усмирить шторм до того, как он усилится?

Мы видели начало шторма, и в тот момент с ним еще можно было справиться в одиночку. И меня удивило, почему она не делает этого, а мчится урагану навстречу.

- Да. Усмирить шторм можно только изнутри, - кивнула она. – Страшно?

- Нет, - почти правду сказал я.

- Прости, чтобы увеличить дальность ошейника, нужно время, а его у нас как раз нет. Иначе я бы не стала подвергать тебя опасности.

Меня удивили ее слова. Госпожа Нортис думала обо мне, в то время, как от нее зависела судьба целого города?

- Все в порядке, не беспокойтесь обо мне, госпожа Нортис, - я улыбнулся.

- Тэлли, - привычно поправила она меня.

Я кивнул и промолчал. Называть ее так я все еще готов не был. Но она и не настаивала, за что я оставался ей благодарен.

Мы въехали в ураган, и я с опаской смотрел в окна, за которыми бушевала разъяренная стихия. Защита на машине работала исправно, и внутри нее буря совершенно не ощущалась. А затем вдруг снаружи все стихло.

Это было так неожиданно, что я с недоумением взглянул на свою спутницу.

- Глаз бури, - пояснила она. - У магического шторма он совершенно тих.

Госпожа Нортис остановила машину и коснулась какой-то кнопки на панели. Часть крыши у машины отъехала назад, открывая нам небо. Оно было низким, черным и вспучивалось молниями. Жутковатое зрелище.

Ливарэ-маг встала прямо на сиденье, подняла руки к небу и широкими плавными жестами начертила в воздухе магический узор и странно-четким голосом произнесла заклинание. Узор вспыхнул, преобразуясь в сияющую платформу, от которой к черным небесам устремился золотистый поток чистой магии.

Магия врезалась в набухшую молниями тучу, жадно впиваясь в электрические вспышки, поглощая их и гася в себе. Туча в тех местах, которых касалась ливарэ-магия, светлела, теряя мрачную черноту. Госпожа Нортис стояла, вытянувшись в струнку, с высоко поднятыми руками, словно бы поддерживающими платформу заклинания. Впрочем, «бы» здесь лишнее – она действительно подпитывала заклинание своей силой. И шторм за пределами глаза бури слабел, замедляясь.

Но сил одной госпожи Нортис явно не хватало, чтобы полностью погасить шторм. И, глядя, как щедро она расходует магию, я не был уверен, что она продержится до того, как прибудет подкрепление. Сколько осталось времени? Десять минут? Пятнадцать?

Я наблюдал за своей опекающей со смесью тревоги и восхищения. Сколько же в ней силы! А по виду и не скажешь. Не удивительно, что кластеры проигрывают, если на стороне ливарэ выступают маги подобной мощи.

Сквозь ураган мы не видели, приближается ли кто-нибудь к магическому шторму. И я не знал, что будет, если у госпожи Нортис закончатся силы до того, как появится подкрепление.

- А если вы не удержите шторм? – тихо спросил я, не надеясь, что меня услышат.

- Он раскрутится заново, - буднично ответила она. – А я умру.

- Умрете? – переспросил я, решив, что ослышался.

- Сейчас между мной и штормом – только моя магия. Как только она иссякнет – вся сила шторма обрушится на меня, - она покосилась на меня и улыбнулась, словно извиняясь.

Потому что мы оба знали – я умру вместе с ней. Даже если не я буду виновен в ее смерти, ошейник все равно убьет меня.

Минуты тянулись невыразимо медленно, а подкрепления все так и не было. И госпожа Нортис уже выбивалась из сил. Я замечал дрожь в ее мышцах, капельки пота на висках, медленное, но неумолимое уменьшение платформы заклинания.

Мне нечего было терять. Поэтому я разулся, встал на сиденье и повторил заклинание госпожи Нортис.

Я не рассчитывал, что оно подействует. Все же я - энидо-маг. Но это был шанс подключить мои силы к заклинанию ливарэ.

Браслеты на моих руках вспыхнули ярким светом, гася рванувшую из тела магию. Но я не успел огорчиться неудачной попытке – грудь вспыхнула болью, меня выгнуло, и в небо устремился золотистый поток магии. Но основанием его служила не платформа заклинания, а мое тело.

Сквозь боль я увидел, как увеличилась вдвое площадь усмиряющего заклинания, иссушающего шторм. Но больше я ни на что не был способен. Боль рвала мне грудь, путая мысли, мешая понять, что происходит и почему. Осталась лишь одна мысль – удержать этот поток, не дать ему иссякнуть. Только так можно спастись от шторма.

Я не знаю, как долго это продолжалось. Время словно утратило значение, и осталась лишь выворачивающая тело боль. А затем я увидел, как в черные тучи вонзаются новые потоки ливарэ-магии. Один, два… много. Трудно считать – думать так и вовсе невозможно.

- Подкрепление прибыло, Ивер, - услышал я ничего не значащие слова.

А затем боль угасла, а вместе с ней – и мое сознание.