Часть 25

Как я и думал, дом её особо вдохновляющим не выглядит. Не то, чтобы я сам жил в каких-то элитных апартаментах, просто у нас, по крайней мере, нужду в подъезде никто не справляет. А тут, судя по запаху, и таким грешат. Иду к лифту с выжженными кнопками и прикидываю по номеру квартиры нужный этаж. Ощущаю себя предельно нелепо. Поднимаюсь на лифте и выхожу на лестничную клетку. Чувствую характерный самцовый запах. Волосы на затылке мгновенно встают дыбом. Волку во мне не нравится, что поблизости живёт другой оборотень. Мало мне Александра, так ещё какой-то кобель под боком. Звоню в дверь её квартиры, мысленно готовясь задать Алёне ряд серьёзных вопросов. Открывает мне женщина лет пятидесяти в халате. Придирчиво оглядывает с ног до головы. А потом испуганно спрашивает:

— Вы кто?

— Алёна Николаевна тут проживает? — задаю я встречный вопрос.

— А вы с какой целью интересуетесь? — не сдаётся тётка.

Я раздражённо цыкаю. Она опасливо прикрывает дверь, оставляя небольшой просвет, из которого на меня глядит сама бедность. Разумеется, я бы мог объяснить этой женщине, кто я и почему пришёл. Но делать этого мне совершенно не хочется. Не хочется вообще с ней о чём бы то ни было разговаривать. Я тяну ноздрями воздух, прислушиваюсь, пытаясь понять, есть ли внутри тот, кто мне нужен. Среди отвратительных запахов перегара и какой-то химозы я улавливаю едва различимые ноты Алёниного аромата. Она явно живёт в этой квартире, но не похоже, чтобы она была дома. В противном случае она давно бы вышла ко мне.

— Нету тут такой! — отвечает резко тётка, замечая моё брезгливое выражение, и захлопывает дверь перед моим носом.

Я начинаю понимать, что имела в виду Алёна, когда говорила, что у неё было трудное детство. Одновременно и жалею её, и злюсь. Зачем продолжать жить в таком месте? Ведь очевидно же, что в этом случае ты закончишь также, как твои родители. Оборачиваюсь на дверь квартиры напротив. Оттуда идёт самцовый запах, и туда же ведёт след Алёны. Я недовольно выдыхаю и звоню теперь уже в эту дверь.

— Вам помочь чем-нибудь? — раздаётся угрожающий мужской голос за спиной.

Я с опаской оборачиваюсь и вижу парня в болоньевой куртке и с пакетом мандаринов. Чуть выше меня ростом, темноволосый и широкоплечий. В голове возникает панический вопрос: кто он такой и как смог подкрасться ко мне вот так незаметно?

— Я ищу Алёну. Она не пришла сегодня на работу и не отвечает на звонки, — говорю я, продолжая разглядывать его.

Парень явно неместный. Матёрый, широкоплечий. Возможно, даже самый настоящий чистокровный оборотень. Вдобавок сходу понимает, о ком идёт речь. По всей видимости, мне не показалось, и Алёна действительно вхожа в его дом. И откуда он взялся вообще? Я невольно начинаю нервничать.

— Сейчас у жены спрошу, — отвечает он и, обойдя меня, открывает дверь ключом.

Мне остаётся только ждать, хотя нетерпение охватывает меня с каждой секундой всё больше. Я почти уверен, что Алёна сейчас там, внутри. Я чувствую её, слышу размеренное сердцебиение. Из-за двери появляется девушка, очевидно жена этого парня. Она бросает на меня презрительный взгляд.

— Её тут нет, — говорит и пытается закрыть дверь. Благо я успеваю подставить ногу в дверной проём. И что это у них за привычка плебейская: хлопать дверьми?

Основной удар приходится на ботинок, но всё равно неприятно. Я морщусь и бросаю на омежку злобный взгляд.

— Я зайду, — не спрашиваю, а больше утверждаю.

Она не хочет меня впускать, но наши силы не равны. Будь на её месте муж, у меня не было бы и шанса. Но в их паре, очевидно, она верховодит. Я прохожу в маленькую уютную прихожую. Вижу на вешалке знакомый пуховик. Принюхиваюсь и понимаю, что он точно Алёнин. Её самой не видно, но я уже решил, что без неё никуда не уйду.

Хозяйка квартиры опасливо пятится назад. Парень её, напротив, угрожающе поглядывая на меня, встаёт посреди прихожей. Без куртки он, как ни странно, выглядит ещё мощнее. Я понимаю, что если не продавлю его на словах, то в драке одолеть мне его будет очень трудно. Потому вступаю в диалог и пытаюсь убедить его, что драться не в его интересах.

— Всё равно Алёна не твоя омега, — добавляю я финальный аргумент.

— И не твоя, — парирует он.

У меня внутри всё мгновенно закипает. Какого хрена?! Я ведь по-человечески с ним решил поговорить. Обязательно бесить? Приходится пойти на угрозы, хотя я и не сторонник подобных методов. Я не понимаю, чего он так встал на защиту Алёны. Как будто я собираюсь ей что-то плохое сделать. Предполагаю, что источник его заблуждения — эта темноволосая пигалица, что, видимо, приходится Алёне подружкой. Терпеть не могу таких дамочек, что всюду суют свой нос.

Алёна появляется, когда напряжение между нами достигает своего пика. Выглядит она ещё хуже, чем обычно: помятая, растрёпанная и заспанная. В глаза бросается этот её кардиган в катышках. Вздыхаю тяжело, но мысленно радуюсь, что она всё-таки в порядке. Алёне явно неловко, что она стала причиной для беспокойства, а потому она спешит поскорее уйти вместе со мной. Я решаю оставить расспросы и прочее до того момента, когда мы останемся наедине.

Собственно, мне даже уже и не важно особо, почему именно она пропустила работу. Всё, чего я хочу, это поскорее забрать её из этого гадюшника и увезти к себе домой. Я мысленно принимаю всё, что с ней связано: и пьющих, нищих родителей, и странных друзей, и дешёвый внешний вид. Принимаю и смиряюсь. В конце концов, со всем этим можно поработать: отмыть и приодеть, купить дорогое бельё, ограничить круг её общения с ненужными людьми. Я готов сделать ради неё что угодно. Теперь я это понимаю.