Часть 37

Слова Маши отрезвляют меня и заставляют напрячься. Я понимаю, что нужно решать вопрос с меткой как можно скорее. Но в первую очередь надо спрятать Алёну. Я отправляюсь к ней домой в надежде, что смогу убедить переехать ко мне и уволиться с работы. Знаю, что это будет не просто, но я должен постараться. Однако моим планам оказывается не суждено сбыться. В её подъезде случайно встречаю Артёма.

— Если ты Алёну ищешь, то она уехала, — сообщает он с задумчивым видом.

Я одновременно испытываю и чувство страха, и чувство облегчения. Боюсь, что никогда больше не увижу её, но вместе с тем понимаю, что если я не смогу, то Игнат тоже до неё не доберётся. Я киваю Артёму и уже собираюсь уходить. Но он останавливает меня.

— Постой-ка, Саш. Разговор есть.

Артём на автомате заглядывает в почтовый ящик, потом вызывает лифт. Я невольно следую за ним. Откровенно говоря даже думать не хочется, о чём конкретно он собирается говорить. Кажется, какую общую тему не затронь, ничем хорошим это для меня не обернётся. Тем не менее я понимаю, что выслушать Артёма необходимо, ведь любая информация для меня сейчас может быть важна.

Он приглашает меня в квартиру и провожает на уже знакомую кухню. Мы как-то синхронно садимся за стол. Отчего-то я живо представляю себе Алёну, на этой же самой кухне болтающую с Майей. Становится очень тоскливо. Я сильно скучаю по ней. Потому не могу себе представить, что она исчезнет из моей жизни хоть на сколь-нибудь долгий срок.

— Как я и сказал, Алёна уехала, но обещала держать связь с Майей, — говорит Артём, задумчиво глядя куда-то мимо меня. — Я подумал, ты должен об этом знать.

— Спасибо, — опустив глаза, отвечаю я. То, что она в порядке и в безопасности приносит облегчение. Но ненадолго.

— Я хотел спросить тебя, что ты собираешься делать? — продолжает он максимально деликатным тоном. — Теперь совершенно очевидно, что этот Игнат просто так от неё не отстанет.

— Мне разное приходило в голову. В основном, не очень законное. От угроз до шантажа и физических увечий. Но это обоюдоострый меч.

— Смотря, как именно ты этим «мечом» воспользуешься. Ты знаешь, я вырос в совсем других местах. Но волчьи законы едины для всех. И даже Игнат им подчиняется. Хотя нет, правильнее сказать: особенно им подчиняются такие как Игнат.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурившись спрашиваю я.

— То, что каждый вожак возглавляет стаю ровно до тех пор, пока его место не займёт кто-то более достойный, — отвечает Артём, пристально глядя на меня. — Обычно это определяется по праву сильного, в поединке.

— И что это мне даёт? — хмурясь ещё больше, я складываю руки на стол.

— Как только Игнат перестанет возглавлять стаю, его метка потеряет всякую силу, — поясняет терпеливо он.

Я чувствую, как меня охватывает неведомое до сих пор волнение. От одной только мысли, что я, одолев Игната, смогу освободить Алёну, внутри разгорается огонь решимости. Но вместе с ним появляется и страх. А смогу ли я одолеть его? Не зря же он занимает это место.

— Знаю, о чём ты думаешь, — после долгой паузы произносит Артём. — Ты сомневаешься. Но сомнения в подобной ситуации абсолютно нормальны. Игнат приходил ко мне сразу после того, как Алёна сбежала. Он пытался узнать у меня, где она. Я, разумеется, не сказал, даже когда он начал угрожать мне. В тот момент я кое-что понял. Он слаб. Не физически — тут надо драться, чтобы понять. Но ментально ты сможешь его одолеть, если будешь думать о своей истинной и её свободе.

На какое-то время я погружаюсь в раздумья. Артём не торопит меня, давая возможность переварить всё услышанное. Поначалу это тяжело. Когда ты по жизни ни разу не боец, и всю свою жизнь избегал конфликтов с применением грубой силы, попадание в подобную ситуацию, мягко говоря, озадачивает. Ко всему прочему, я не похож на вожака. Я ведь обычный, заурядный бета. Вот Артём, он альфа и силён. Он наверняка бы справился. Вот только это моя проблема, а не его. Так что рискнуть придётся мне.

— Думаешь, я смогу его одолеть? — спрашиваю я, поднимая глаза на Артёма.

— Поединок — церемониальное мероприятие, — отвечает он. — Я не зря заговорил про важность ментальной победы. Тебе необязательно причинять ему серьёзные увечья. Он скорее всего сам на это не пойдёт. Всё же тут нравы несколько иные, чем там, где я раньше жил. Достаточно будет сломать его боевой дух и убедить стаю в том, что прежний вожак не справился.

Слова Артёма звучат обнадёживающе. Хоть я и подозреваю, что он сознательно не озвучивает возможные подводные камни в этой затее. Как бы там ни было, поединок кажется мне единственным приемлемым выходом. Я прощаюсь с Артёмом и возвращаюсь домой.

Понимаю, что мне сейчас, как никогда прежде, нужен совет отца. Набираю ему, стараюсь звучать бодро и беззаботно. Однако он быстро просекает, что что-то не так.

— Что у тебя опять стряслось? — спрашивает он серьёзным тоном. Я понимаю, что юлить бесполезно.

— Пап, тебе когда-нибудь приходилось драться с вожаком стаи? — спрашиваю и слышу тяжёлый вздох в ответ.

— С вожаком не приходилось. Но вот с твоим дедом — было дело.

— Да я про серьёзную драку, пап, — вздыхаю я.

— А кто сказал, что наша была несерьёзная? — чуть возмущённо спрашивает он. — Он вообще-то прикончить меня собирался, когда узнал, что мама твоя беременна. А мы ведь ещё не расписаны были.

— И как ты победил?

— Сказал волку внутри, что мы не можем проиграть, — отвечает отец.

Наверное, раньше, если бы я услышал от него что-то подобное, то закатил бы глаза. Мол, опять своё излюбленное «разбуди своего внутреннего волка», как на тренингах личной эффективности. Но я помню, что случилось, когда я впервые внял этому совету — я встретил Алёну. Мне остаётся надеяться, что и в этот раз отцовский совет сработает.