Глава 33

Часом ранее

Левон

Бес беспристрастно проворачивает нож, лезвие которого в истекающей кровью ноге парня. Тот от боли начинает верещать как свинья, не выдерживая бесовского напора. Макс если выйдет из себя, то дороги назад нет.

— Левон, я не расслышал, что он сказал, а ты?

— Бес… Бес! Бес! Он в больницу повез ее. Не знаю в какую. Хочет ребенка ей заделать. Это все, что я знаю. Пусти!

Бес проворачивает еще.

— Больница?

— Откуда я знаю.

— У тебя осталась одна попытка. — еще круг. Парень почти отключается от боли.

— Клянусь, не знаю. Может на Ворошилова которая? У него там все завязано, отец лечится от рака. Я честно не знаю!

Макс наклоняет к его самому уху и шепотом, делая паузы между словами, говорит:

— Я помню, как ты клялся в верности, сука.

Парень беззвучно оседает на пол с открытым ртом.

— Нужно разделиться. — Бес закуривает, выходя на улицу. — Мы с Левоном поедем в больницу на метро, чтобы все проверить, прикинемся медицинским персоналом. — Ты, Кир, поезжай на электростанцию, питающую больницу. Когда я дам сигнал, вырубишь свет во всем районе. Обесточь все без возможности включения. Мы позаботимся, чтобы никто не смог включить аварийные. Коган, найди хорошую крышу, будешь снимать гостей, которые захотят нам помешать.

Без слов все соглашаются. Кир садится в машину и отъезжает, а мы втроём докуриваем по сигарете и двигаемся в сторону метро. По пути Макс заходит в магазин и покупает разные мелочи: шапки, линзы, шарфы, очки.

— Нас и в этом узнают, но все же. — Мы прямо в метро быстро меняем образы, чтобы не так бросаться в глаза. В юности нас учили, как быстро изменить внешность, голос, манеры, чтобы выдать себя за другого человека. Самое время вспомнить эти навыки.

Брату Беса удалось переманить людей. Он красиво подставил все так, будто Гроссерия стали слабыми, их интересуют дела только их семьи, а не благое дело. Но он не военный, плохой лидер и организатор, у него нет стратегического мышления и военных навыков. Пока он руководствуется помощью своего отца, Майкла, но тот болен и слаб.

Если у Вас армия профессионалов, это еще не значит, что Вы выиграете войну. Вы сможете ее выиграть, только если у Вас хорошие военачальники.

Мы с легкостью прошли внутрь больницы, которую уже перекрыли, прикинувшись Максом с помощником. У Беса тоже хорошо получается изображать Брата. Этот придурок видимо не подумал, что фишка работает в две стороны.

Больница была пуста. Только в гинекологическом отделении был врач и несколько медсестёр. Бесу слабо удавалось держать себя в руках, пальцы подрагивали, так и желая обвить шею и придушить врача.

— Лёва, проведи стандартную беседу с девушками, а я с доктором Авакяном. — командует Макс, ворот рубашки, касаясь двумя пальцами шеи. Это сигнал, что нужно вывести из строя медсестёр.

— Пройдемте, девушки. Побеседуем. — еще по пути сюда, я присмотрел открытый кабинет. Завожу их туда и усаживаю на стулья. — Итак, что Вы знаете о сегодняшнем мероприятии?

Девушки непонимающе переглядываются.

— Ну как… — говорит одна из них, спуская медицинскую маску. — У нас же операция по…

Пока она говорит, я зажимаю точку у сонной артерии у ее подруги, та просто откидывается на кресле. Девушка издаёт булькающий звук, чтобы закричать, но я выключаю и ее.

Нахожу в кабинете вату и эластичные бинты. Первую запихиваю им в рот, а затем эластичным бинтом перевязываю рот, фиксируя челюсть, чтобы они не могли издать и звука. Чтобы не брать грех на душу, проверяю, что мои старания не мешают им дышать. После чего фиксирую руки и ноги. Сложная конструкция из бинтов, напоминает бандажное подвешивание в БДСМ.

После окончания своих работ, приоткрываю дверь и в щелку смотрю в коридор, чтобы убедиться в отсутствии помех. Выхожу и закрываю на ключ кабинет, возвращаясь к Максу.

В уже пустующем гинекологическом отделении Макс натягивает операционный костюм, матерясь и чертыхаясь.

— Они здесь все коротышки! Твою мать!

— Что ты собираешься делать?

— Искусственное оплодотворение.

— Что?

— Избавься лучше от тела. Скоро здесь будет Макс. — Бес поднимает горящие глаза на меня. — Я сделаю вид, что я Авакян, судя по разговору, они ни разу не виделись в живую. Договоренность была через посредников. В этом маскараде он меня вряд ли узнает сразу. По крайней мере, я на это надеюсь. Мы сейчас с тобой перетащим сюда все ширмы какие есть в ближайших операционных, чтобы здесь не было так просторно. Когда они приедут, я отвлеку его, чтобы он расслабился. Потом подам сигнал Кириллу и он вырубит свет, здесь наступит темнота. Твоя задача будет вывести отсюда Алёну. Здесь первый этаж, Вы сможете сбежать через окно. Коган прикроет с крыши. Тебе будет просто необходимо увезти ее.

— А ты?

— Я унесу с собой стольких, скольких смогу. — Бес вытащил из кармана детонатор. — Я не жилец, Левон. Он не даст мне выйти из этого здания живым уже.

— Мы можем ликвидировать твоего Брата.

Бес грустно усмехается с некоторым надломом и проскальзывает вся боль этих дней на его лице, которую он тщательно скрывает.

— Можем. Но цена? Моя психика не переживет, если с ней что-то случится. Сначала родители, потом Селена. Теперь Алёна? Я не буду рисковать. — он говорит твёрдо. — Это не приказ, это просьба, Левон. Лука собирает людей. Он вернётся завтра — послезавтра. Протяните до этого времени.

***

Алёна

Настоящее время

Немного успокаиваюсь от его ласкового прикосновения, дарящего мне тепло. Рядом с ним я чувствую себя защищённой. Послушно играю свою роль, расставляю ноги и откидываюсь назад. Слезы сами собой начинают подступать, лицо в доли секунд становится мокрым.

Его появление шокирует меня. Что это значит? Он разобрался с чипом? Как он узнал, что я тут?

Макс создаёт иллюзию деятельности, сам же достаёт из кармана телефон и отправляет сообщение.

— Вы сами будете делать процедуру? Заявлено было в помощь две медсестры.

— Ваши ребята не пропустили сами! Сказали не положено! — Макс идеально маскирует свой голос, придавая ему армянского акцента. Не сильного, еле уловимого, но меняющего голос. — Я сильно удивился, ранее Ваш человек сказал, что все решено.

Брат Макса ничего не говорит, и мы оба напрягаемся. Понимаю, что Бес чего-то ждёт.

— Ай! — вскрикиваю я, желая отвлечь его. — Вы делаете мне больно!

Из-за слез все получается правдоподобно, голос сильно дрожит и немного хрипит. Волнение подкидывает панических ноток.

— Хотите детей? Значит потерпите!

— Но почему так больно?

— Уточните, где именно болит? Какой характер боли?

Макс наклоняется и незаметно натягивает на меня трусы обратно. Он каким-то образом умудрился достать их из моего кармана. Незаметно он украдкой целует мою ногу, протираясь щетиной.

Когда он выпрямляется, одними губами говорит:

— Я очень люблю тебя.

Словно эти слова — сигнал, вокруг гаснет свет, и мы оказываемся к кромешной тьме.

Это прощание.

— Что за дичь? — Брат Макса подскакивает. Бес быстро стаскивает меня с кресла и вкладывает в руку пистолет. — Что со светом?

Макс прикасается к моей руке. И даже через это прикосновение мне передаётся разряд. Не сильный, но все же.

Ужас сковывает моё сердце. Руки холодеют. В темноте я не вижу его лица, но чувствую, какая боль пронизывает его. Просто на коленях подползаю к нему в плотную, Бес сжался.

— Больно?

Руки из темноты подхватывают меня и тащат в сторону. Я пытаюсь отпихнуться, но они держат крепче.

— Это я. — Левон возникает из ниоткуда, мне остаётся только догадываться, где он прятался все это время. Он с силой вытаскивает меня в окно, но я пытаюсь отбиться. Там Макс. Один. И его сердце могут остановить в любую минуту. — Идём, он справится один. У него все под контролем.

— Врешь! — из моего рта вырывается змеиное шипение. Я видела его глаза перед тем, как погас свет. — Он умрет. Ты не понимаешь?

Левон проворно вытаскивает меня через окно. Он не отвечает мне. У него не хватает смелости соврать.

Выгляжу я эпатажно в медицинском халате, задранном до головы. Моя попа сверкает на всю улицу.

К нам подбегает растерянный парень в костюме с пистолетом.

Но он не успевает сделать и шага, бесшумно валится на асфальт. Вокруг него растекается маленькая лужица крови.

— Спасибо, Коган. — на выдохе говорит Левон.

***

Макс

— Больно? — от импульсов тока, исходящих изнутри, во рту пересыхает. Его голос становится совсем тихим. Перед глазами возникает лицо малышки и яркие кадры с ее участием из прошлого. — Последняя разработка для контроля агрессивных животных в зоопарках. Крутая вещь! Жжет? Расскажи, что ты чувствуешь?

Макс оказывается рядом, приставляя пистолет к моей голове.

— Что же, Демьян. Я начинаю уставать от этих игр. Хотел дать шанс, Алёне, но теперь мне придётся и ее убить.

Макс снова нажимает на заветную кнопочку. Дикая боль раздирает на части. Приходится встать на колени. От жалящих импульсов в области сердца начинает гореть. Немного сильнее разряд, и я не выдержу.

— Ты у нас типо благородный. Жертвуешь собой ради любимой. Только я тебя знаю. Ты чудовище. Не способен на человеческие чувства.

Все верно. Я ее чудовище.

Эта мысль греет.

Макс выволакивает меня в коридор и тащит к выходу. Теперь многие меня узнают.

Руки автоматически подрагивают, пистолет падает на пол. Моторика отказывает. Конечности просто не слушаются меня.

Провожу тыльной стороной руки по губам.

Кровь. Во время приступа видимо прикусил язык или внутреннюю часть щеки.

— Смотрите, кого я Вам привёл. — Братец решает устроить массовый суд. Он вытаскивает на крыльцо у больницы. И меня тут же окружает кольцо из его людей. — Макс Гроссерия собственной персоной. Видите, никакое не божество. Ничтожество. Просто мразота не заслуживающая жизни.

Он упивается минутами своей славы, ликует. Ему так нравится власть. Подходит и со всей силой ударяет ногой. Рот наполняется вязкой кровью.

— Мне так жаль тебя, Макс. — встаю на ноги, выпрямляюсь. — А слабо один на один? Как мужик. Или ты только можешь интриги плести. Только в толпе смелый?

— Я не рискую будущим моих людей. — Макс театрально поднимает пистолет вверх. — Бравада — твой удел. Не скажу, что скучал по тебе, или когда-нибудь любил. Жаль, что все закончится именно так, но мир без тебя будет лучше!