Глава 11

Глава 11

Я не сплю до трёх ночи.

Сижу в кабинете, смотрю в монитор, но вижу не цифры. Вижу её. Стоящую в холле на шпильках. С красным платьем, которое она так и не сняла. С глазами, в которых горело что-то, чего я не хочу замечать.

Вопрос про жену.

Вера.

Я выдыхаю, откидываюсь в кресле. Два года. Два года, как мы живём отдельно. Два года, как я плачу за её особняк, её машину, её шопинг — лишь бы не видеть. Не слышать претензий. Не чувствовать себя виноватым в том, что не могу дать ей то, что она называет «теплом».

С Яной по-другому.

Она не просит тепла. Она требует правды. И это страшнее.

Я выключаю компьютер. Иду наверх. Останавливаюсь у её двери. Тишина. Не спит — я чувствую. Но войти не решаюсь. Смысл? Между нами должна быть дистанция. Только она поможет мне сохранить остатки рассудка.

Утро начинается с кофе. Моего. Чёрного. Без сахара.

Она спускается в девять — на два часа позже, чем я велел. На ней моя серая худи, лосины, волосы собраны в небрежный пучок. Под глазами круги. Она не выспалась. Я тоже.

— Ты опоздала, — говорю, не глядя на неё.

— А ты не мой папочка, — огрызается, плюхаясь на стул.

Берёт круассан. Откусывает зло, с хрустом. Смотрит в сторону. Избегает моего взгляда. Хорошо. Значит, вчерашний разговор задел. Значит, она не спала из-за него. Из-за меня.

— После завтрака — ко мне в кабинет, — говорю ровно.

Она замирает с круассаном у рта.

— Опять папки раскладывать? Я уже сделала.

— Ко мне. В кабинет. — Не люблю повторять дважды.

Она хмурится, но не спрашивает. Доедает молча. Я пью кофе и смотрю, как она ест. Как облизывает крошки с пальцев. Как заправляет выбившуюся прядь за ухо. Как её кадык двигается, когда она глотает сок.

Я отвожу взгляд.

Через пятнадцать минут она в моём кабинете. Стоит у двери, скрестив руки на груди. Защитная поза. Глаза настороженные.

— Видишь? — киваю на шкаф с макулатурой, которую она в прошлый раз приручила так мастерски.

— Ну, — она щурится. — Я там всё красиво разложила. Могу скинуть карту сокровищ, если забыл.

— Теперь ты это оцифруешь.

Тишина.

Она смотрит на меня. Потом на шкаф. Потом снова на меня. Медленно её лицо начинает меняться. Как у ребёнка, которому сказали, что Дед Мороз не существует.

— Что прости?

— Оцифруешь, — повторяю спокойно. — Каждый документ. Каждая страница. Сканировать, распознавать, раскладывать по папкам на компьютере. Чтобы я мог найти любой контракт по ключевому слову.

Она привстаёт со стула.

— Ты издеваешься?!

— Садись.

— Там сотни папок! Тысячи страниц! — её голос взлетает на пол октавы. — Это недели работы!

— Я не спешу.

Она смотрит на меня так, будто хочет испепелить взглядом. Глаза мечут молнии. Грудь тяжело вздымается под худи.

— Я не сканер! Я не секретарша! Я…

— Ты — должница, — перебиваю я. Голос стальной. — Которая должна мне сто пятьдесят тысяч плюс проценты.

— Ты сам выкупил меня, я об этом не просила! — она почти кричит.

— И в благодарность ты делаешь всё, чтобы вывести меня из себя. Сегодняшнее опоздание. Вчерашний вопрос про жену. Брошенные в коридоре туфли… Дальше перечислять?

Она замолкает. Сжимает губы так, что они белеют. Кулаки — до красноты. Вся натянутая, как тетива.

— Ты не можешь заставить меня, — цедит она.

— Могу, — я подаюсь вперёд, упираюсь кулаком в дверь над ее плечом, она непроизвольно вжимается в нее спиной. — Я могу заставить тебя делать всё, что сочту нужным. Мыть полы. Готовить еду. Сидеть в этом кабинете и сканировать бумаги до тех пор, пока у тебя не сломаются пальцы. Потому что ты подписалась под эти условия, когда села в мою машину.

— Я не подписывала!

— Твоё присутствие здесь — подпись, — говорю я тихо. — Каждый день, который ты проводишь под моей крышей, каждый кусок хлеба, который ты ешь за моим столом — это твоё согласие.

Она смотрит на меня. В её глазах — ненависть. Чистая, неразбавленная. И что-то ещё. Боль. Обида. Та самая, что не давала ей спать ночью.

— Ты — монстр, — выдыхает она.

— Я — твой кредитор, — поправляю. — Монстры прячутся под кроватью. Я — здесь. И я не прячусь.

Отталкиваюсь от двери и иду за стол.

— Сегодня начнешь на этом сканере, завтра закажу тебе новый. И стол, за которым ты можешь работать.

— Я не буду сидеть рядом с тобой!

— Будешь.

Я поднимаю на неё взгляд. Смотрю в эти карие, полные ярости глаза. И чувствую, как внутри что-то сжимается.

— Приступай. — отгоняю непрошенные эмоции. — Работы много, ты сама сказала…

Она стоит. Не двигается. Смотрит на меня. Потом медленно, очень медленно разжимает кулаки. И подходит к шкафу.