Глава 5. Варя

Как только Марк и этот второй, Ворон, оставили меня на охранника, мне стало легче дышать.

Чёрт, я даже не понимала, что со мной — паническая атака?

Злость?

Отчаяние?

Я просто шла вперёд, не слушая ни своих мыслей, ни голосов вокруг.

— Варвара Сергеевна, вам сюда.

Варвара Сергеевна…

Звучало так чуждо, холодно, неестественно.

Как будто я не я, а какая-то чужая, выдрессированная девочка.

Но я молча вошла в комнату.

Большую.

Роскошную.

И, сука, совершенно не мою.

— Оставайтесь здесь. Не выходите.

Я резко повернулась, глядя прямо на охранника.

— А если выйду?

Он не моргнул, лицо было каменным, голос стальным:

— Не советую.

Дверь захлопнулась.

Щелчок замка резанул по нервам.

Я замерла, огляделась. Чужие стены. Чужие вещи. Чужая жизнь. И только одно было моим по-настоящему: ощущение, что я в ловушке.

Хотелось просто упасть на колени и реветь.

Зарыться лицом в ладони, выплеснуть всё, что давило на грудь тяжёлым камнем.

Но я не могла себе этого позволить.

Мама учила меня держать лицо.

Твердила с самого детства, что я никогда не должна показывать слабость.

Никогда.

Ни перед чужими.

Ни перед своими.

Ни перед самой собой.

Только вот она даже не представляла, как сильно я ощущала себя уязвимой сейчас.

Так, будто мир сжался до размеров этой комнаты.

Без телефона, без вещей я не понимала что делать. Идти в душ я не решилась. Это место было чуждо для меня. Я просто села на край кровати и стала ждать.

Марк сказал, что всё расскажет вечером. А если Марк сказал — Марк сделает.

Я это знала.

Всегда молчаливый. Сдержанный.

Но с глазами, в которых прятались тени. Дикими. Тёмными, как сама смерть.

Мрак.

Я вспомнила, как он смотрел на меня в машине.

Как его взгляд будто пронзал насквозь, словно пытался прочитать, взвесить, просчитать.

Опасный. Холодный. Непредсказуемый.

Мама говорила, что он её защищает. Что он надёжный. Но мне было страшно. Потому что Марк не был просто защитником. Он был хищником, который всегда брал своё. Так же, как он совратил мою мать. Я не знала деталей, но видела. Видела, как он смотрел на неё. Как мама опускала взгляд, но не уходила. Как она медленно, но неизбежно тонула в нём. Как будто не у неё был выбор, а у него.

И он выбрал её.

Теперь он выбрал меня? Словно я замена?

Чёрт.

Я не могла даже думать об этом.

Но мысли вцепились в меня, как когти, не отпуская.

Спустя час в дверь постучались. Я вздрогнула, даже не заметив, как время пролетело сквозь пальцы.

— Ваши вещи, Варвара Сергеевна.

Я подошла, открыла дверь. Передо мной стоял охранник, с привычно каменным лицом. В руках — мой чемодан.

Я нахмурилась.

— Откуда вы их привезли?

— Из отеля.

Я сжала губы.

И про это Марк, сукин сын, подумал. Конечно.

Ещё бы он что-то упустил. Я перехватила чемодан, даже не поблагодарив. Охранник не сдвинулся с места.

— Ужин через два часа.

Я закрыла дверь, закинула чемодан на кровать и медленно опустилась рядом с ним.

Есть не хотелось.

Но я понимала — меня всё равно притащат за стол, хочу я того или нет.

Решив не разбирать вещи, я отодвинула чемодан в угол.

Смешной, немой протест.

Но это было всё, что я могла сделать сейчас.

За мной пришли ровно через два часа.

Не охранник, не служанка — сам Марк.

Молча взглянул, молча жестом приказал следовать за ним.

Я шла вниз по лестнице, чувствуя, как с каждым шагом напряжение только нарастает. На первом этаже ждал Ворон. Он ухмыльнулся, его взгляд бесцеремонно скользнул по мне сверху вниз.

— Котёнок, нравится новая комната?

Ворон ухмыльнулся, его голос был ленивым, но в нём читалась насмешка.

Я не ответила.

Только сжала кулаки, продолжая смотреть на Марка.

Тот не отвёл взгляда, не моргнул.

Просто холодно, безэмоционально произнёс:

— Садись.

Приказ.

Без вариантов, без обсуждений.

Я хотела возразить, но надежда на хоть какой-то конструктивный разговор ещё не пропала.

Только из-за этого я молча опустилась на стул, куда указал Марк.

Ворон развалился напротив, а Марк, конечно же, во главе стола.

Классика.

Вскоре появилась женщина в возрасте, в милом белом переднике.

Она поставила перед нами тарелки, каждая была накрыта серебряным баранчиком.

Я смотрела на это всё, и мне хотелось смеяться.

Клоунада.

Марк и Ворон мало походили на элиту.

Особенно Ворон.

Он сидел в чёрной футболке, что обтягивала его рельефное тело, покрытое татуировками.

Чёрные волосы растрёпаны, взгляд суровый, но в уголках губ играла ленивая, сексуальная улыбка.

Такая, от которой, наверняка, млели все девчонки.

Но меня тошнило.

Я не собиралась быть одной из них.

— Тина не хотела тебе говорить о своём состоянии. Она переживала.

Марк говорил ровно, спокойно, будто сообщал мне нейтральный факт, а не правду, которая сожгла мне грудь изнутри.

Я горько усмехнулась, сжимая вилку до побелевших костяшек.

— И поэтому решила умереть?

Слова вышли резкими, как нож, но Марк не дрогнул.

Просто откинулся на спинку стула, продолжая смотреть на меня своим холодным, тёмным взглядом.

Ворон хмыкнул, небрежно крутя в пальцах бокал.

— Детка, ты прямо бьёшь под дых.

Я проигнорировала его, потому что мой взгляд уже был прикован к Марку.

Тот спокойно повернулся к женщине, которая только что принесла ужин.

— Спасибо, Лариса.

Она молча кивнула, собрала серебряные крышки с тарелок и ушла.

А я так и сидела, чувствуя, как внутри меня закипает злость.

— Кто написал мне? — я прямо посмотрела на Марка, пытаясь пробить эту его ледяную броню. — Ты ведь проверил мой телефон, да?

Он не моргнул, не отвёл взгляда.

— Проверил.

— Это был твой человек?

Ворон фыркнул, качая головой, и лениво ткнул в меня пальцем.

— А она хороша.

Марк проигнорировал его комментарий.

— Нет, не мой.

Я сжала губы, ощущая, как грудь сдавило тревожным предчувствием.

— Тогда кто?

Ответа не последовало.

— Я всё организовал, — голос Марка был ровным, взгляд опустился на тарелку, словно разговор не имел для него никакой эмоциональной окраски. — Похороны пройдут завтра.

— Так быстро? — мои пальцы сжались в кулаки.

— Она и так в морге уже два дня, Варя.

Я всхлипнула, чувствуя, как меня трясло изнутри.

— Я хочу увидеть её.

— Нет.

— Не смей мне приказывать! — крик сорвался с хрипом, грудь сдавило так, что дышать стало невозможно. — Она моя мама!

Слёзы брызнули из глаз.

Я вскочила из-за стола, опрокидывая стул, но мне было всё равно.

— Варя… — Марк также поднялся, шагнул ко мне.

— Не смей ко мне приближаться!

Но он не остановился.

Я сделала шаг назад, но наткнулась на край стола, запертая между ним и Марком. А потом его руки сомкнулись вокруг меня.

Жёстко. Властно. Не давая выбора.

— Отпусти! — я забилась, ударяя его в грудь, но он не пошатнулся ни на сантиметр.

— Тише… — его голос был низким, глухим, пальцы сильнее сжались на моей спине, прижимая меня ближе.

И я вдруг осознала, как сильно дрожу. Как сильно хочу, чтобы этот страх, эта боль исчезли. Я впервые за долгие годы почувствовала себя маленькой, сломанной, потерянной.

И почему-то не оттолкнула его. Почему-то осталась в его руках.

И вдруг всё стало ясно. Я боялась его не потому, что он был опасен.

Я боялась его потому, что он мне нравился. Всегда.

С самого детства… с того самого момента как он появился в нашем доме.