14

Промаявшись до темноты, дракон взял из саквояжа кошелек с золотом и отправился к дому овдовевшей купчихи. Пробрался к нему огородами, по пути вспугнув парочку пьяных троллей. Во дворе усыпил хозяйского пса.

Пес был старым, почти слепым, но шум мог поднять. Эйф приказал ему спать, а неслышно вошел с черного хода. Вскрыть замок, в котором не было ни капли магии, оказалось детской забавой.

Внутри его встретила тишина, только дети тихонько всхлипывали во сне.

На кухне, возле печки сушились детские рубашки, штанишки, чулки и башмаки. Вот в башмаки дракон и уложил по увесистой золотой монетке, а сверху — по мешочку со сладостями.

Более изысканные сладости: шоколад, мармелад и кремовые пирожные он оставил в корзинке на рабочем столике Марички. Туда же пристроил кошелек. Подумал, взял со стола лист бумаги, перо и написал: «Смените замки и поставьте магическую защиту!»

— Не дом, а проходной двор, — выругался шепотом. — Так любой может войти!

Драконья душа возмутилась: непонятно как вообще жила эта женщина после пропажи мужа? Любой мог войти и обидеть или, еще хуже, ограбить лавку и дом. Вот у них, у драконов, такого априори не может быть: пропал муж, ерунда, в каждом гнезде найдется еще несколько, готовых защитит и хозяйку гнезда, и свой выводок.

Когда Эйфрил, никем не замеченный, выбрался из дома, снова пошел снег и усилился ветер. Следы остались только на крыльце, под защитой навеса, а все остальное пространство двора замело. Представив, как дети утром обрадуются находкам и будут кричать, что ночью в доме побывал добрый маг, дракон потер руки, усмехнулся по-мальчишески и отправился в свой особняк — досыпать.

Идти в карточный салон и обжиматься с эльфийками совершенно не хотелось. Зато возникло желание увидеть госпожу Лизавету. Но стойкий сын Драконьей Жемчужины задавил это желание в зародыше, упал в холодную постель и уснул.

* * *

Через несколько дней Лизавета заскочила в лавку господина Ташара, чтобы пополнить запас шпилек. Удивительно, сколько их терялось каждую неделю!

Пока Лиза выбирала, рядом остановились две кумушки, передавая друг другу свежие сплетни:

— Вы не слышали, что случилось на Текстильной улице?

— Ох, а что там стряслось?

— Говорят, купца Пшекова разбойники порешили. Один костюм от него и остался, тот, в котором он за товаром поехал. Кто-то принес его вдове. Бедняжка как узнала, что овдовела, чуть сама богу душу не отдала, насилу выходили.

— Да вы что! Вот горемычная! — подключилась еще одна, забыв корзинку у витрины с фруктами.

И Лиза тоже невольно прислушалась.

— Точно вам говорю! Весь квартал об этом пятый день гудит. Не успела Маричка новость родителям сообщить, как на нее заимодавцы налетели! Такой счет выставили, что только лавку продать! Она весь день проплакала, а утром у себя на столе целый кошель с золотом нашла! С настоящим, драконьим!

— Не может быть! Кто же этот таинственный рыцарь?

— Да не рыцарь это, а седобородый маг! Он и детишкам ее гостинцы принес!

Драконье золото всколыхнуло у Лизы воспоминания о саквояже, полном золотых монет. А еще в памяти всплыли слова Эйфа о том, что владельца штучного костюма скорее всего убили разбойники.

Выходит рыжий маг сдержал свое обещание и помог семье погибшего? Даже сладости детям принес.

Кстати она здесь уже месяц, можно отметить. Может устроить праздник для детей ее работниц? Сделать им маленькие подарки? Новый год, новая жизнь…

Кумушка продолжала вещать, вокруг нее собралась уже приличная толпа, и чем дольше она говорила, в красках расписывая произошедшее и добавляя изрядную долю от себя, тем выше лезли на лоб брови Лизаветы.

— Седобородый маг? — хмыкнула она, отворачиваясь к россыпи шпилек на прилавке. — Ну-ну.

Рядом нарисовался господин Ташар. Молодецки подкрутил ус и облокотился на прилавок поближе к покупательнице:

— А вы что же, не верите, госпожа Лизавета?

— В седобородого мага или в таинственного рыцаря?

— Все так и было, — долетел голос сплетницы, которая уже двигалась в сторону выхода вместе с толпой. — Внуками клянусь!

— Ой, брешешь, Нилка, — расхохотался кто-то из женщин.

Еще несколько голосов поддержали ее:

— Да у тебя и детей-то отродясь не водилось, откуда ж внукам-то взяться!

— Молодая я еще для детей, будущими клянусь, чистая правда! Не верите, сходите, Маричку спросите!

Уже не слушая сплетниц, Лиза мысленно составляла список нужных покупок.

* * *

Свою задумку Лизавета решила воплощать немедля. Кроме шпилек она купила несколько отрезов недорогого яркого хлопка, колотый сахар, фруктовые эссенции, шоколад, апельсины и вяленые фрукты.

Корзина получилась внушительной, пришлось заплатить пару медяков праздно шатающемуся орку, чтобы тот доставил груз до калитки.

Дальше покупки нес Ыргын, под присмотром Инмара.

Мужчины только удивленно переглянулись, когда Лизавета с сияющим видом заявила им, что в самое ближайшее время желает устроить праздник для детей своих работниц, а пока им нужно срочно приниматься за дело: готовить подарки.

— А что за праздник-то будет, хозяйка? — пробасил Ыргын. — Повод какой?

— Новый год! — озвучила Лиза.

— Так это…. — тролль почесал черепушку, — какой же новый год сейчас? Темно, холодно, снег идет. Новый год он когда солнышко начинает раньше вставать, да снег тает.

— Весной, что ли?

— Ну да, весной. А у вас что, не так?

Лиза посмотрела на оборотня. Тот флегматично пожал плечами:

— У нас новый год считают с того дня, когда зацветет первоцвет. Это значит зима прошла, весна приближается.

— А у нас новый год в середине зимы! — подбоченилась Лизавета. — И вообще, меня к вам сюда прямо с праздника занесло, я и попраздновать толком не успела, так что все, возражения не принимаются. Слушай мою команду! Ыргын, настрогай палочек размером с чайную ложечку из белого не смолистого дерева. Много! Инмар, ты умеешь шить?

— Могу пришить пуговицу, коли надо.

— Годится! Будешь на подхвате!

Воодушевленная Лиза побежала на кухню, мыть руки, отдавая по пути распоряжения:

— Плита теплая? Отлично! Поставь на огонь миску с водой, а в нее маленькую кастрюльку! Теперь реж финики и смоквы на во-о-от такие кусочки! — она показала на пальцах. — И апельсины! Где сахар? Ыргын, палочки нужны срочно! Где там мед? Еще тесто пряничное поставлю сейчас! Ух!

* * *

Захваченные торнадо по имени «Лизавета» мужчины сначала растерялись, а потом с немалым интересом смотрели, как расплавленный сахар превращается в затейливые леденцы с фруктовым ароматом.

Формочек у Лизы не было, зато был опыт — она просто наливала карамельную массу на медную, смазанную маслом тарелку, стараясь придать ей форму домика или затейливого вырезного круга. Потом укладывала среди витков палочку, так чтоб остался свободный конец, и вуаля! Леденец на палочке готов!

Кусочки апельсинов и сухофруктов она искупала в шоколаде и положила остывать на кусочек пергамента. По правилам стоило вымочить будущее лакомство в крепком вине или бренди, но Лизавета помнила, что дети у ее работниц совсем маленькие, и решила не рисковать.

Пока карамель и шоколад остывали, Лиза замесила быстрое пряничное тесто, показала, как раскатать его и нарезать стаканом кружочки, и передала скалку в сильные руки Инмара.

Пока оборотень покорно лепил пряники, сама Лизавета сбивала глазурь.

Дело оказалось непростым. Сахар в этом мире был неочищенный. Продавался он кусками, а то и целыми глыбами, размером с хороший арбуз. А для хорошей глазури требовалась сахарная пудра.

Пришлось Ыргыну браться сначала за ступку, а потом за кофейную мельничку, и молоть неподатливые кусочки в невесомую белую пыль. Стакан сахарной пудры и капля лимонного сока на один белок — и взбивать, взбивать до упора!

Лизавета откинула с лица выбившиеся из косы пряди, разделила сладкую массу на три миски, добавила разноцветный ягодный сок, а потом просто обмакивала бледные пряники в глазурь и раскладывала на подносе у печки, чтобы разноцветные кружочки просохли.

Хотелось, конечно, заморочиться, и расписать сладости тонюсенькими сахарными «кружевами», но дело это было долгое, кропотливое, а еще предстояло пошить для подарков мешочки, разложить в них сладости, добавить ленты и мелкие игрушки из лоскутков и ниток.

Жаль в этом мире не было маленьких ярких книжек или детских «развиваек», но поразмыслив, Лиза уговорила Ыргына напилить самых обычных кубиков и раскрасить их краской, оставшейся от ремонта.

* * *

Так в предпраздничной суете проходил день за днем. Лизавета сбивалась с ног, желая успеть везде и всюду: и кукол собственноручно нашить, и сладости приготовить, и на работу успеть, ведь клиентов с каждым днем становилось все больше и больше.

А еще каждое утро мальчишка-курьер доставлял новый букет. Лизавета принимала их под недовольными взглядами Ыргына и волка. Подыскивала подходящий сосуд и расставляла букеты по дому. Потом в сопровождении одного из мужчин отправлялась «на работу».

И все чаще задумывалась над тем, кто же тот «очарованный» поклонник. Почему он не раскрывает себя?

Покончив с очередным особняком, Лиза перебросила свой личный состав на новую цель. Теперь у нее работало два десятка женщин, которые выходили через день. У них было время и отдохнуть, и заняться домашними делами. А вот сама Лизавета вскоре уже падала с ног.

— Зачем вы ездите с ними каждый день? — как-то утром спросил хмурый Инмар.

— Угу, — поддакнул Ыргын, тоскливо поглядывая на пустой короб, в котором обычно лежали пирожки. — Неужели они без вас полы не натрут или окна не вымоют?

Обескураженная вопросом, Лиза села на лавку.

А ведь и правда… Настолько привыкла все держать под контролем, что готова рухнуть без сил, но не сдаться.

— Я не уверена, что они сделают все, как нужно, — пробормотала она в свое оправдание. — К тому же мы сейчас работаем на репутацию, я не могу позволить себе расслабиться.

Внезапно Инмар напрягся и повел носом в сторону окна. Лизавета невольно проследила за его взглядом.

У калитки стояли трое.

— Эй, хозяйка! — раздался зычный голос, и один из пришельцев затряс калитку. — Есть кто дома? В префектуру донос поступил!

— Вот принесла нелегкая, — пробормотал оборотень, поднимаясь.

— Кто это? — насторожилась Лиза.

Слово «донос» ей очень не понравилось.

— Похоже, стажи порядка, — предположил Ыргын.

— Интересно, и что им нужно…

* * *

Представители местного закона топтались у калитки, ждали, что хозяйка пустит их в дом, но сами войти не смогли, охранные амулеты не пропустили. Видимо, причина была. Так что Лиза решила не рисковать. Встала у забора, сложив руки на груди, и выгнула бровь:

— Слушаю вас, любезные.

Выяснилось, и правда — донос. Кто-то анонимно написал в префектуру письмо, мол, госпожа Лизавета Данилова набрала работниц, деньги им платит, а в казну отчислений не делает. Закон нарушает!

— На первый раз штраф небольшой, — заявил один из констеблей, упитанный дядька, подкручивая усы, пока Лиза перебирала бумаги, — символический. Десять кетцалей.

— Десять? — ахнула Лиза. — Да это грабеж!

— Это, сударыня, еще по-божески! Только для острастки. Но ежели до завтра с каждой из работниц не заключите договор, придется принимать меры.

Инмар стоял за спиной у Лизаветы. Ему не понравился намек констебля, и волк предупреждающе зарычал.

— Откуда ж у меня такие деньги, любезные? Я только-только дело свое начала!

— А вот это уже никого не волнует. И собачку свою уймите, — взвизгнул второй — высокий и щуплый.

Лиза растерянно оглянулась. И когда только волк успел сменить ипостась? Вроде же шел за ней человеком…

— Что за договор? — она уставилась на усатого.

— Магический! С оговоренной суммой жалованья. Четверть от этой суммы вы обязаны отдавать в городскую казну. Ежемесячно! А еще за право получать доход тоже налог надо платить!

— Даже если дохода не будет? — вспомнила Лиза.

— Это уже не наша вина! Если ваше дело вам прибыль не приносит, то идите, работу ищите. А если не ищите, значит доходец у вас имеется, а доходом надо делиться! Вот, подпишите.

Он подсунул ей гербовую бумагу.

Но Лизавета была слишком умна, чтобы подписывать, не читая. Ознакомившись с документом, решила уточнить:

— А что я буду иметь с уплаты налогов?

У полицейских брови полезли на лоб.

— Как — что? — возмутился третий, франтоватого вида молодчик, который все это время молчал. — Город выделил вам отличный дом и пособие. Вы ходите по нашим улицам, дышите нашим воздухом. За это все нужно платить!

— Ага, — удовлетворенно отметила Лиза, — значит, на такие вещи как стаж и пенсия рассчитывать не приходится?

— Пенсия полагается только префекту и мэру!

Покачав головой, она занесла перо над бумагами, но щуплый внезапно потянулся через забор и ловко выхватил их у нее из рук.

— Или, — мурлыкнул он совсем другим тоном, — мы можем договориться.

Лизавета вопросительно уставилась на него.

— Отзовите вашу собачку, — добавил усатый, — надо бы с глазу на глаз перетереть.