Глава 25-26

Зачем она ей понадобилась?

Утром народ собрался около дома бабы Нади, пришли чинить забор и приводить избу в порядок после набега нечисти. Бабушка, как только вошла во двор, так сразу кинулась в курятник, но кур там не нашла, ни живых, ни мертвых.

— Ох, ну где же они, — металась баба Надя по двору.

— Я их в погреб спрятала, — выглянула из сарая Аглая, — Надеюсь, они там не передохли.

— Так они там мне всё изгадили, — всплеснула руками бабушка.

В погреб полез Леший и достал живую птицу оттуда.

— Принимай своих куриных девок, — усмехнулся он, — Ох, они там тебе и напакостили.

По двору расхаживал дед Степан и водил носом в разные стороны.

— Ты чего тут всё нюхаешь? — спросила его Кикимора.

— Да что-то какой-то запах знакомый. Вчера около нашего ворота эта же нечисть бродила. Ее Николашка проучил, потаскал малость, подрал.

— Задрал? — остановилась баба Надя и повернулась в его сторону.

— Нет, успела убежать.

— Это Васька была, Василиса. Раньше в ученицах у меня была, а потом в Навь провалилась, да там и пропала. Так ее и не нашли, а теперь вот выбралась в Явь. А тело ее уже пропало, - пояснила бабушка и тяжело вздохнула.

— В смысле, протухло или истлело?

— Да как сказать. Я ее из больницы забрала, положили мы ее в пустую избу. По очереди всей деревней к ней ходили, ухаживали, кормили. Лежала она там, старела, сохла, а потом в один момент раз и исчезла, словно и не было ее никогда, — вздохнула баба Надя.

— И не искали вы ее? — удивился дед Степан.

— Искали, я всю деревню перевернула, всех обошла, вот только никто ничего не знает и ничего не видел.

— Если она в Нави через реку Смородину не перешла, то значит ее тело живое, — задумчиво почесал подбородок дед Степан, — Надо Николашку позвать. Он ее вчера драл, а значит, может помочь в поисках. Я-то старый могу и ошибиться, а вот он у нас молодой, нюх у него хороший.

— Ну зови. Только он пусть эту баламошную девку не оставляет. Видать, на нее нацелилась Васька.

— А как ее не оставлять и тело искать?

— Ну внучке-то скажи, чтобы она за ней присматривала, - предложила баба Надя.

— Может ее к Любе отвести? — спросила Лена.

— Ага, Любашке еще этой балаболки не хватает для полного счастья. Колька ее к нам в деревню приволок, а нянчиться должны все с ней, — нахмурилась баба Надя, — Вот кто ее взял в работницы да в полюбовницы, тот пусть с ней и возится.

— Ой, ладно, разберемся, — махнул дед рукой и перемахнул через забор.

С той стороны он обернулся огромным седым волком и помчался по чужим огородам.

— Надо сказать ему, чтобы у нас такими художествами не занимался, — покачала головой баба Надя, — А то весь народ распугает и всю живность.

— Да привык на своем хуторе жить, вот и делает, как ему нравится, — вздохнул Леший.

— Ладно, разберемся потом. Надеюсь, помогут найти тушку Васькину, — сказала баба Надя.

— Давай уже порядок наводить у тебя, а то же и домой нельзя вернуться, — сказала Лена.

Калина, жена Лешего, только головой качала, рассматривая нанесенный ущерб.

— Соловей разбойник тебе все окна побил, — сокрушался Леший.

— У Мишки Мельника должны быть стекла, — задумчиво произнесла баба Надя. - Звякнуть ему надо.

Через несколько минут к дому подплыла лодка с Николаем и дедом Степаном. Баба Надя повторила ему свою просьбу. Николай задумчиво поводил носом в разные стороны.

— Тут ее нет, но тянет духом вон оттуда, — ткнул он пальцем куда-то в сторону.

— Ну так веди, — велела бабушка.

— Мне обернуться надо, чтобы ее быстрей найти, — виновато сказал Николай.

— А ты точно тело найдешь, а не ее душу? — спросила баба Надя.

— Ничего не могу тебе обещать. Как получится, но у тела все же немного другой запах, чем у нечисти.

— Ну перекидывайся, только мы же за тобой не успеем.

— Так я у того места остановлюсь и буду стоять ждать, а дед вас доведет, - ответил Николай.

— Ну давай тогда беги, — кивнула бабушка.

Калина с Леной в это время стекло собирали, а Леший прилаживал ставни на место. Николай обернулся серым волком и помчался куда-то в сторону, перемахивая через дорожную реку.

— Думается, я знаю, куда его понесло, — сказала баба Надя, приставив ребро ладони ко лбу.

— И куда? — прекратили заниматься своими делами люди.

— К дому бабки Макаровны, а я ведь на нее и не подумала тогда.

— Видать, задурила она тебе мозги, как обычно, - сказала Лена.

— И на что ей понадобилась тушка Василисина?

— Да мало ли какие у нее черные мысли были на ее счет, — пожала плечами Кикимора. — С тобой пойти?

— Нет, не нужно, — помотала головой баба Надя, — Со Степаном пойдем. Захар болеет, он нам в этом деле не помощник.

Баба Надя с дедом Степаном устроились в лодке и направились к дому Захара. Около соседней избушки, где прежде жила Макаровна, стоял Николай и переминался с ноги на ногу.

— Вот тут она, — кивнул он на дом.

— Сейчас я Захара позову, да будем искать потеряшку, - выбралась из лодки баба Надя.

Тем временем около ворот дома Николая бродила Васька, высматривая неместную девку. Она видела, как прибежал здоровый седой волк, как обернулся стариком, как забрал с собой молодого мужика. В этот раз они поплыли на лодке, так что Ваське пришлось прятаться от них. Когда они ушли, Василиса снова приблизилась к забору и продолжила караулить Юльку. Однако из дома никто больше носа не казал.

Баба Надя постучала в дверь. Открыла ей Люша.

— А Захар спит, — сказала она.

— И тебе крепкого здоровья. Буди его, — скомандовала бабушка.

— Он не велел.

— Буди, — нахмурилась баба Надя.

— Нет, я сказала, вы его и так довели до истощения своими ритуалами, а теперь в гроб хотите его загнать. Креста на вас нет, — кипятилась Люша.

— Нет, не было и не будет, — проговорила сквозь зубы баба Надя. — Зови, я тебе сказала.

Люша попыталась закрыть перед ее носом дверь, но здоровая баба Надя так ударила по дверному полотну, что помощница улетела куда-то вглубь сеней.

— Да что тут такое происходит, — выглянул из окна Захар.

— Выходи, дело есть, — сердито сказала баба Надя. — Надеюсь, твоя помощница не сильно там ударилась.

— Да нет, она упала на старые куртки да телогрейки.

— Ну и хорошо.

— Чего случилось-то? Баб Надя, я тебе сегодня не помощник, - устало произнес Захар.

— Позволь осмотреть дом Макаровны, — попросила она.

— Зачем? - удивился он.

— Есть у меня нехорошее предчувствие.

— Ну смотри. Люша, проводи бабушку.

— Ой, а где твой помощник? Лучше бы он нас проводил, девке на сносях лучше такого не видеть, - попросила баба Надя.

— Леня ремонт в своем доме делает. Ладно, давай я тебя отведу. Чего ты там найти-то хочешь? Я после бабушкиной смерти всё убрал да почистил, - закряхтел, как старый дед Захар, натягивая на себя куртку.

— Всё, да не всё, — покачала головой баба Надя.

Они вошли в избу Макаровны.

— Открывай подпол, — велела бабушка.

— Не в силах я.

— Николай, дед Степан, подсобите.

Николай пожал плечами и открыл люк подпола. Оттуда на них пахнуло затхлым воздухом.

— Она там, — принюхался Николай.

— Кто? — с удивлением спросил Захар.

— Старуха.

— Какая? Макаровна-то уже сколько месяцев как померла, — удивился Захар.

— Да не твоя бабка, а та, что она у себя спрятала.

— Спрятала? Так я сколько раз туда лазил, да своего подопечного там держал, не было там никого.

— Я сейчас ее найду, — сказал Николай и спрыгнул вниз.

Он загрохотал там банками, стеллажами, что-то уронил.

— Нашел! Я нашел! — радостно возвестил Николай.

— Ваську нашел? — ахнула баба Надя.

— Наверно ее, бабка какая-то в потайной комнате лежит на топчане.

— Ну доставай ее оттуда, — велела баба Надя.

— Ужас какой, — помотал головой Захар. — А я ее и не обнаружил.

— Так оно тут всё в мороке было, да с тайными знаками, — откликнулся Николай.

— А как же ты ее обнаружил?

— А на нас морок не действует.

— Обычный не действует, — усмехнулась баба Надя.

— А вы кто? — стал вглядываться в деда Степана Захар.

— Я разве тебе не говорила? Перевертыши они.

— Не помню, — помотал он головой.

Высохшее тело старой Василисы достали из подпола.

— Еще жива, — дотронулась до нее баба Надя. — И как не померла без еды да питья столько времени. Так-то, наверно, за ней Макаровна ухаживала, а после и некому присмотреть за ней было.

— Да небось старуха на нее какой заговор наложила, чтобы продлить ее существование в случае чего, - задумчиво сказал дед Степан.

— Вполне может быть. Пока не выноси ее на воздух, а то помрет, — сказала баба Надя. — Положи ее в избе. Буду думать, что с ней делать и как соединить их вместе.

Попалась

Василиса бродила туда-сюда вдоль забора, приглядываясь и принюхиваясь, иногда царапая доски и ковыряя когтем защиту. Из избы выскочила маленькая светловолосая девчонка лет пяти во фланелевом голубом платьице, растянутых простых серых колготках и галошах.

— Эй, девочка, подь сюды, — Василиса обернулась маленькой сгорбленной старухой.

Девочка остановилась и повернулась на голос.

— Чего надо? — грубо ответил ребенок.

— Мне бы вашу девку к калитке позвать, — сказала старуха.

— Юльку что ли? Она не пойдет, она сказала, что у нее эта, как её, какая-то прессия. Лежит она на кровати и не встает, и рыдает еще.

— Скажи ей, что я знаю, как ей домой попасть.

— А не скажу, — хитро прищурилась девчонка.

— Почему? — удивилась Василиса.

— Тогда нам всё по дому с братьями придется делать. Мамка-то в больнице. Сейчас Юлька поревет, батька вернется домой и заставит ее хозяйничать.

— Так, может, ты меня во двор пустишь? Что мы с тобой через забор разговариваем.

— А мне батька сказал никого чужого не впускать, а ты явно чужая, — девчонка громко втянула в себя воздух и зарычала.

Старуха резко отшатнулась от забора, а девочка залилась смехом и побежала куда-то вглубь двора.

— Вот чертово отродье, — проворчала Василиса.

Вдруг в груди у нее защемило, непонятная глухая тоска ее накрыла с головой, словно она в лес висельников попала.

— Что-то мне как-то нехорошо, — поморщилась Вася.

Она развернулась и побрела вдоль забора. Позади нее хлопнула калитка.

— Бабушка, я слышала, как вы говорили, что знаете, как из деревни выбраться можно, — послышался позади нее девичий голос.

— А, на ловца и зверь бежит, — обрадовалась Василиса.

— Ась? — обернулась она к ней.

— Что за фигня? — прошептала Юлька, когда старуха повернула к ней только голову, а все тело так и осталось стоять на тропинке.

Василиса вся собралась и прыгнула в сторону девицы, ударилась об ее грудь и отлетела в сторону. И тут же была поймана в чьи-то когтистые лапы.

— Я тебе говорил не лезть к моим близким, — прорычал кто-то ей в ухо, — Пошли, красавица, нечего тебе тут ошиваться. У меня есть для тебя сюрприз.

Юлька с удивлением и ужасом смотрела на огромного «пса», который схватил «старушку» в зубы за шкирку и поволок куда-то в сторону. Она сжимала в руках небольшой кулон в виде солнца, который подарил ей вчера вечером Николай. Серебряное украшение пришлось по вкусу строптивой девице, и ночью она решила присмотреться к этому мужлану внимательней, раз несколько.

— Ты чего глазища вытаращила? — спросила ее девчонка в голубом фланелевом платье.

— Там-там, — тыкала пальцем Юлька в сторону удаляющегося «пса».

— А-а-а, это батька. Не боись, он потом человеком станет.

— Это же не собака, да?

— Не-а, это батька, — помотала головой девчонка.

— Там у него в зубах старуха, надо кого-нибудь на помощь позвать, - тоненько пропищала Юлька, трясясь от страха.

— Не надо, это нечисть. Она хотела, чтобы ты вышла. А батькин амулет тебя защитил. Закрывай калитку и идем в дом, а то простынешь.

Девчонка дернула Юльку за край кофты и закрыла перед ее носом калитку. Она взяла ошалевшую девицу за руку и повела ее в дом.

Николай проскакал по улице, ловко перепрыгивая с одного сухого места на другое, и ворвался во двор Макаровны. На крыльце дома стояли дед Степан, баба Надя и Захар.

— Ох ты, батюшки, изловил? — обрадовалась баба Надя, прижав руки к груди.

— Угу, — ответил Николай и выплюнул Василису на черную землю.

Затем он встряхнулся и обернулся человеком.

— Вот так и ошивалась около моего дома, — сказал он, — Немного примял я ее, но думаю, что на общем состоянии это не отразилось. На Юльку мою нацелилась.

Василиса лежала на земле скрючившись и не шевелилась.

— Мы твое тело нашли, — наклонилась к ней баба Надя.

Васька спружинила и кинулась в лицо бабушке. Ей так хотелось выцарапать эти наглые живые глаза, которые смотрели на нее с участием. Но ничего не получилось, она даже не дотронулась до ее лица, так и замерла напротив бабы Нади в оцепенении.

— Ты думаешь, что со мной справишься? Эх, ничему тебя жизнь не учит, — усмехнулась бабушка. — Захар, отворяй дверь.

Захар распахнул дверь в избу, и Василису словно ветром сдуло — затянуло ее внутрь. Голова закружилась, всё потемнело перед глазами, мутить стало, поплохело, ноги и руки стали тяжелыми.

— Где я? — прохрипела она, силясь открыть слипшиеся веки.

Васька снова куда-то провалилась, а потом ее стало выворачивать. Под нос кто-то сунул таз. По пищеводу прошел какой-то огромный склизкий комок. Ее вывернуло, и она снова провалилась в темноту.

Около нее столпились дед Степан, баба Надя, Захар и Николай. Они рассматривали не Василису, а то, что лежало в тазу — крупную черную пупырчатую жабу.

— Это еще что за гадость? — поморщился Захар.

— Не знаешь о таком? — усмехнулась баба Надя. — Порчи никогда не снимал?

— Снимал, но вот такое никогда не видел, — помотал он головой.

— А что это? — спросил Николай.

Дед Степан молчал, делая вид, что он тут самый умный и все знает. Баба Надя усмехнулась, глядя на всю компанию.

— Раньше, когда в семье случалось несчастье — кого-то из близких парализовывало, то могли такую жабу подселить к лежачему, - пояснила она.

— Зачем? — испуганно спросил Николай.

— Чтобы она кормила и поила его. Она есть захочет — вылезет, сама поест и хозяину еды принесет.

— Жуть какая, — повел плечами Захар.

— И порчи могли таким образом навести, — кивнула баба Надя. — Маленькую лягушку сажали напротив спящего. Она к нему нырь в глотку и вовнутрь, и там его травила своим телом и половину еды сжирала.

— Я даже не представляю, как может быть такое, — поморщился Захар.

— Это все магия, Захарушка, магия древняя и старая, а не твой новодел, сотканный из всяких бредней и твоей личной силы. И змей запускали, и ящериц, и жаб, и лягушек, и даже крыс с мышами, — усмехнулась баба Надя. — Бабка твоя многое из этого умела делать. Надо было тебе к ней пораньше приехать, может быть хоть одну сотую ее знаний получил.

— Ну и знания у нее специфические, — хмыкнул он.

— Зато сильной ведьмой была. Только на кой ляд ей Васька сдалась — непонятно, - покачала головой баба Надя.

Николай попытался ткнуть в жабу палочкой, и тут она подпрыгнула вверх. Мужчины кинулись в разные стороны. Баба Надя поймала беглянку в неизвестно откуда взявшуюся кастрюльку и прикрыла ее крышкой.

— Ты чего делаешь-то, негораздок? Хочешь с жабой в чреве ходить? — глянула она на Колю сердито. — Она долго без носителя не проживет, так и будет искать нового хозяина.

— Чего с Васькой-то делать? — спросил дед Степан и облизал пересохшие губы. — Она ведь еще жива.

— По-хорошему ее бы ко мне перенести, но боюсь мы ее не донесем, помрет по дороге. Сколько она лет у нее в подполе провела, там и воздух другой, и все остальное не так, как наверху. Вынесешь ее на воздух, а она раз — и тогось. А мы с Захаром еще не окрепли, чтобы каждый день ритуалы проводить, — вздохнула баба Надя. — А если здесь оставлять, то нужно кому-то за ней ухаживать, пока она не окрепнет.

— Это что, она еще может какое-то время прожить? — удивился Николай.

— Может, и даже не один год.

— Ну Луша за ней поухаживает, — сказал Захар.

— Ты совсем что ли? Васька не просто старушка, я ее в помощницы к себе готовила, и неизвестно чему она еще могла научиться в Нави. Ты свою помощницу хочешь на тот свет отправить? Сейчас она быстро к ней присосется и выпьет из нее все силы. Нельзя ее к Ваське допускать. Тем более Луша беременная.

— Но я тоже в помощники мало подхожу, — покачал головой Захар. — Так-то у меня эта изба стоит пустая. Водой все затопило, и народ пока не идет и не едет.

— А если за ней Кикимора присмотрит? — спросил дед Степан. — Она-то сейчас бездомная и так-то не слабая старушка.

— Надо поговорить с ней, — задумчиво сказала баба Надя.

— А еще у меня есть живительная настойка, даже мертвого поднимет, — подмигнул дед Степан.

— Вот не надо нам еще мертвых поднимать. Нам и так проблем хватает. Что за настойка? На волчьих ягодах и мухоморах? - усмехнулась бабушка.

— Типа того, на зверобое, меде и других травах. Хорошая вещица.

— Точно мед. Вы идите, а я пока посижу, покумекаю, как мне Ваську к жизни вернуть.

— Кикимору прислать? — спросил дед Степан.

— Пришли. Ох, у меня же разгром в избе, — встрепенулась баба Надя. — А я с этой всё забыла. Вот точно придется теперь у тебя, Захар, ночевать, я как бездомная по чужим хатам шатаюсь.

— Так пока мы тут Василисой занимались, может и порядок у тебя там навели. Сколько народа-то пришло. Там и Люба твоя корову привела, и Мельник с семьей и девками. Все подтянулись. Так что посиди, подумай, а я покамест за настойкой сгоняю, — сказал Степан.

— Ты только волком по деревне не бегай, не пугай народ, а то еще пристрелит ненароком кто-нибудь, — устало сказала баба Надя.

— Не буду больше, — улыбнулся он.

— А я с тобой пока посижу, — устроился Захар на старом диване.

— Можешь даже полежать, — усмехнулась баба Надя. — А хочешь, иди отдохни, а то вид у тебя затрапезный.

— Успеется, - отмахнулся Захар.

Перевертыши вышли из дома Макаровны, а Захар с бабой Надей остались с Василисой.