Глава 83-84

Всю деревню соберем

Баба Надя сидела за столом и смотрела невидящим взглядом куда-то в угол кухни.

– Бабушка, ты бы поспала, – дотронулся до ее руки Афоня. – Не ровен час, заболеешь.

– Не спится мне, дорогой мой друг, не спится, – покачала головой баба Надя. - Все думки думаю, никак ничего не придумаю.

– Ну хоть ляг, полежи, ноги вытяни, пусть спина отдохнет от груза.

– Надо бы Верочку забрать от Маши, – вздохнула баба Надя.

– Не надо, ты сама прекрасно знаешь, что делать этого не надо. И Настю в дом приводить тоже пока не надо. Ты попей отварчика из сон-травы, – он притащил ей целую кружку взвара и поставил перед ней на стол.

– Идти надо к Мороку.

– Одна не ходи, бабушка. Не торопись, – сказал Афоня.

– Раньше ходила и сейчас без провожатых обойдусь, - она сердито на него глянула.

– Ты раньше молодая да бойкая была, да и время было другое.

– А теперь постарела и поглупела? – баба Надя насмешливо посмотрела на домового.

– Я такого не говорил, – надул он губы.

Она одним махом выпила взвар, встала из-за стола, разогнулась с кряхтением и пошаркала в свою спальню. Распустила волосы, взбила подушки, улеглась на кровать, положила руки на груди и уставилась в потолок. В углу свил паутину небольшой паучок.

– Афоня, Афоня, – позвала она домового.

– Чего?

Он появился на сундуке рядом с кроватью.

– Скажи мне, милый друг, а почему у нас в доме пауки появились? Почему не следишь за порядком? – строго спросила его баба Надя.

– Я слежу, – нахмурился он. – А ты глаза закрой и не зыркай по сторонам.

– А ты убери паутину, а то чего недоброго в грязную избу придет.

Баба Надя прикрыла глаза и сразу провалилась в сон.

– Хороший сбор, действенный, – хмыкнул домовой. – Пару ложек кинул в звар и нормально.

Кикимора посмотрела на удаляющуюся Василису, развернулась и потопала обратно к перевертышам.

– Ты чего уже так быстро сбегала? – спросил ее дед Степан, когда она вошла во двор. – А чего с пустыми руками?

– Спит баба Надя, просили не тревожить, – ответила она и уселась рядом с ним на завалинке.

Дед Степан плел сети и показывал правнукам, как правильно вязать узлы.

– Ты чего такая задумчивая? – спросил он бабу Лену (Кикимору).

– Степан, ты же старый? – она задумчиво глянула на пташку, которая весело прыгала по забору.

– Ну не такой уж я и старый, – игриво ответил он. – Еще кое-что могу.

– Да я тебе не про то говорю, – хмыкнула она.

– Так о чем речь? – Степан сразу стал серьезным.

– Ты про Морока что-нибудь знаешь?

– В смысле про морок, туман в голове? – спросил он.

– Нет, про бога Морока, – мотнула она головой.

– Ну так в общих чертах, – пожал он плечами. – Сама знаешь, у нас своя магия. А что за вопросы?

– Василиса с бабой Надей узнали, кто порчу навел на Иринку, – задумчиво произнесла она.

– Только не говори, что кто-то из местных, – Степан нахмурился.

– Раньше была местной, да только не захотела она бабы Нади дело продолжать. Та ее из деревни и выпроводила. Говорили, что она на машине разбилась.

– Но она на самом деле не погибла?

– Неа, к тому же попала в лапы Морока.

– А он, по всей видимости, предложил ей сделку, – продолжил дед Степан.

– Скорее всего, – кивнула баба Лена.

– Да уж, вот страсти-мордасти какие. Я так понимаю, что это не всё?

– Нет.

– Говори уже, что из тебя всё клещами приходится вытягивать, – между бровей Степана залегла глубокая складка.

– По оставленному следу Любу вынесло к Мороку.

– А она чего туда полезла-то?

– Наверно, утянуло, – задумчиво сказала баба Лена. – Люба она другая, не такая, как мы были, когда учились у бабы Нади. У нее много чего без обучения имеется. Она знания словно из реки черпает или прямо в ней и купается.

– И я так понимаю, Любу теперь Морок отпускать не хочет?

– Я тоже так поняла.

– Что-то мне такое под боком иметь не хочется, – мотнул он головой.

Пока дед Степан разговаривал с Кикиморой, его руки быстро вязали узлы и плели рыболовную сеть. Ребятишки сидели рядом и тихо слушали разговоры взрослых.

– А кому хочется-то? – вздохнула она.

– Бабка Надя пойдет, небось, за внучку воевать?

– А я откуда знаю, – пожала плечами Кикимора.

– Вот ты смешная, как же оставит она ее. Она вон чужих людей приютила, жилье выделила, а тут родную кровинку отдать на растерзание, да ни в жисть такого не будет. Помочь надо бы ей, – качнул он головой.

– Давай поможем, – согласилась с ним Кикимора.

– Ты-то только не лезь туда, – он строго посмотрел на нее.

Дед Степан замолчал, его пальцы на мгновение замерли, а затем снова задвигались, завязывая узлы. Он глубоко вздохнул, словно пытаясь собраться с мыслями.

– Ну что ж, – наконец сказал он, – если баба Надя решит идти, то ей понадобится помощь. Одна она с Мороком может и не справиться.

– Ты прав, – кивнула баба Лена. – Но кто пойдет с ней? Ты?

– А почему бы и нет? – пожал плечами дед Степан. – Я хоть и старый, но еще кое-что могу. Да и сеть у меня есть, – он показал на свое плетение. – Может, пригодится.

– Сеть? – удивилась баба Лена. – Ты думаешь, Морока как рыбу поймать?

– А почему бы и нет? – усмехнулся дед. – Всякое в жизни бывает.

Ребятишки, сидевшие рядом, переглянулись. Самый старший из них, мальчик лет семи, робко спросил:

– Дедушка, а кто такой Морок?

Дед Степан задумался, как бы объяснить ребенку так, чтобы не напугать его, но и не солгать.

– Морок, внучек, это... как туман, только живой. Он может запутать тебя, сбить с пути, заставить забыть, кто ты есть. Но если знать, как с ним справляться, то он не так страшен. Иногда и он нужен, чтобы, например, следы запутать или врага с толку сбить, или чтобы забыть что-то тяжелое и нехорошее.

– А баба Надя знает, как с ним справиться? – спросила девочка помладше.

– Баба Надя знает многое, – ответил дед Степан. – Но даже ей иногда нужна помощь.

– А мы можем помочь? – спросил мальчик.

– Нет, – строго сказал дед. – Ваше дело – сидеть здесь и учиться. А с Мороком разберутся взрослые.

Баба Лена вздохнула и встала.

– Ладно, Степан, я пойду. Вечером тогда с тобой до нее дойдем, поговорим с ней, а то же если она сгинет, то кто будет за границей следить?

– Вот и я о том, и девку отдавать нельзя, и старой помочь надо бы, – согласился с ней Степан. – Мы сейчас целую армию соберем против него, ишь чего тут придумал, наших девок забирать. Надо еще этого, как его, забыл, как звать, в общем, ведьмака с собой позвать.

– Захаром его кличут, – ответила баба Лена.

– Вот его и баламошку Ваську. А ты дома останешься.

– Это почему это? – она на него сердито глянула.

– Будешь за домом и Иркой присматривать. Мало ли чего Морок надумает, вдруг решит дитям навредить или Ирке. А ты же вон дама у нас опытная, знаешь кое-какие заговоры, да амулеты всякие развесить можешь и там всякие знаки нанести.

– Я с бабой Надей поговорю, пусть она решит, нужна ли ей моя помощь или нет, – нахмурилась баба Лена. – А то ишь выискался тут начальник, указывает, что мне надо делать.

– Ишь ты, какая, все, хвост распушила и рассуждает тут сидит, – дед сердито на нее глянул.

– Я сколько лет без указателей прожила, и ничего, выжила без сопливых.

Она встала с завалинки, фыркнула и пошла в избу.

– Фу ты нуты, нас еще никто никуда не звал, а мы с Ленкой уже поцапались, – дед почесал затылок.

Она гордо задрала нос, фыркнув в последний раз, и громко захлопнула за собой дверь избы. Дед Степан остался сидеть на завалинке, продолжая вязать сеть, но его мысли были далеко. Он понимал, что ситуация серьезная, и баба Надя действительно может оказаться в опасности, а вместе с ней и вся деревня.

Ты чего не предупредил?

Вечером около избы бабы Нади собралась целая толпа. Пришли Захар с Василисой, Кикимора с дедом Степаном и даже Леший с псом Пушком, на котором восседала Груша. Они стучали в окна и дверь, но им никто не открывал.

– Опоздали, что ли? – нахмурился дед Степан.

Он дёрнул за ручку и чуть не упал – дверь оказалась не заперта. Все вместе они зашли в избу.

– Афоняяя! – прокричала Груша. – Афоняяя!

– Чего тебе? – выглянул домовой из-за печки.

– Где все? – спросила она строго.

– Спят все, – он нахмурился и отвернулся.

Василиса кинулась в спальню к Любе. Та металась по постели из стороны в сторону. Кожа её приобрела синюшный оттенок, а изо рта шёл то ли пар, то ли дым, а может, и туман. Василиса приложила ладонь к ее лбу и почувствовала, как холод проникает в нее через кожу. Тут же одернула руку и потрясла ей, пытаясь стряхнуть с себя неприятные ощущения. Она потерла ей об юбку, чтобы вернуть себе тепло.

В комнату к бабе Наде зашла Кикимора. Надежда лежала на кровати, вытянувшись и сложив руки на груди. Глаза под тонкой кожей век подрагивали.

– Плохо дело, – поморщился дед Степан. – Ушла Надька без нас и ждать не стала. Шиш теперь её там найдёшь.

– Ты чего нас раньше не позвал? – накинулась Груша на Афоню. – А то не видел, что с ними происходит. Ты домовой или лепёшка коровья? Толку от тебя нет никакого.

– Я думал, они просто спят, - насупился домовой.

– Индюк тоже думал, да в суп попал. Где твои глаза были? А чуйку совсем на молоке и сливках растерял?

– Хватит собачиться, - прикрикнул на них дед Степан. - Руганью делу не поможешь.

– Попробую я их поискать, – вздохнула Василиса. – Может, найду.

– А если сама там сгинешь, как в прошлый раз? – спросила её баба Лена.

– Ничего страшного, я там уже всё знаю, так что не пропаду, – нервно рассмеялась Василиса. – У неё тут где-то специальные рубахи были в шкафу.

Она распахнула дверцы шкафа.

– Не лезь, ишь, шарится она здесь, – отпихнул её со всей силы Афоня. – Я сам всё достану. Тоже мне хозяйка.

– А ты бы не ворчал, а позвал кого-нибудь пораньше, – хмыкнула Василиса.

Домовой вытащил женскую длинную вышитую рубашку, вместе с ней упала мужская косоворотка.

– Это, значит, тебе, а это, по всей видимости, ему, – он кивнул на Степана. – Берите и переодевайтесь.

Вдруг из спальни Любы донёсся протяжный крик. Все рванули туда. Люба сидела на кровати с запрокинутой головой. Глаза её были открыты и затянуты белой дымной массой. Изо рта и носа выходил тёмный густой туман. Пушок запрыгнул на кровать, ударил её лапами в плечи и уронил Любу на кровать. Сам улёгся на её грудь и громко втянул в себя то ли туман, то ли дым. Глаза у неё закрылись, и она задышала ровно.

Голова пса упала ей на плечо, и он весь обмяк. Захар хотел его снять с Любы, но Степан не дал этого сделать.

– Не трогай. Пёс жив, только находится в глубоком сне, скорее всего, он теперь в Нави, рядом с Любой, – сказал он.

– А такое вообще возможно? – удивился Захар.

– У нас тут всё возможно, – усмехнулась Василиса.

– Ладно, хватит разговаривать. Захар, ты садишься около Любы, а Лена – около бабы Нади, а мы со Степаном пойдём в Навь.

– А кто около вас находиться будет? – нахмурилась Кикимора.

– Домовые рядом посидят. Если что-то будет не так, то позовут вас.

– А про меня ты как-то забыла? – усмехнулся Леший. – Я ещё пока здесь. Я, конечно, не по вашим этим Навям, но всё же и у меня кое-какие знания имеются.

– Ох, прости, что-то я совсем с этим со всем замоталась, – вздохнула Василиса. – Вот ты с нами и с домовыми рядом посидишь.

– Вот и договорились, – кивнул Степан.

– Афоня, – позвала домового Василиса. – Ты всё слышал?

– Угу, – нахмурился он.

– Давай неси нам свечи и запри все двери. Народ деревенский кто-нибудь предупредил, чтобы вечером на улицу не совались?

– Я всех обошёл и попросил никуда вечером не выходить, – ответил Леший.

– Надеюсь, они тебя послушаются, – покачала головой Василиса. – А то же тут ночью незнамо что будет твориться. Ещё сейчас и погода такая хорошая, так не хочется сидеть в избе. Хоть бы дождик что ли пошёл. Тогда точно никто носа не высунет в такую погодку.

– Дождик говоришь? – задумчиво сказал Леший. – Можно и дождик организовать. Степан, помнишь, как дожди вызывать?

– А то, – усмехнулся дед Степан.

– Мальчики, давайте только быстренько, – попросила Кикимора. – А то заманит их совсем Морок в своё царство, и никогда они не выберутся.

– Мальчики, – хмыкнул дед Степан. – Приятно-то как.

– Вот ты старый ловелас, – ткнула ему кулаком в плечо Василиса. – Приятно ему, ты глянь.

– А ты тут не зубоскаль, а готовься к ритуалу, а мы с Лешим пока дождём займёмся.

Дед Степан и Леший вышли во двор, оставив остальных готовиться к ритуалу. Василиса и Кикимора расставили свечи по кругу, а Захар и баба Лена устроились рядом с Любой и бабой Надей, чтобы следить за их состоянием.

– Ну что, старик, – сказал Леший, глядя на небо. – Давай покажем, что мы ещё не совсем старые, что мы еще что-то можем.

– Ага, – усмехнулся дед Степан. – Только давай без лишнего шума.

– Лучше с шумом, – покачал головой Леший. – И чтобы и гром, и молния, и ливень сильный. Чтобы грохот такой стоял, дабы не одна нечисть не полезла в Явь.

– Ничего не могу тебе обещать, – хмыкнул дед Степан.

Они встали в центре двора, подняли руки к небу и начали шептать заклинание. Под конец дед Степан обернулся волком, задрал свою седую морду к небу и громко и протяжно завыл. Через несколько мгновений небо потемнело, и первые капли дождя упали на землю. Где-то вдалеке загрохотал гром, на небе несколько раз чиркнула яркой стрелой молния.

– Получилось, – удовлетворённо сказал Леший. – Теперь точно никто на улицу не выйдет.

– Ну а теперь пора возвращаться, – кивнул дед Степан. – Наши девчонки, наверное, уже всё подготовили.

Они вернулись в избу, где Василиса и Кикимора заканчивали последние приготовления. За окном с грохотом по стеклам забарабанил дождь.

– Ну что, готовы? – спросила Василиса, глядя на деда Степана.

– Готовы, – ответил он.

– Тогда умывай мордень и напяливай на себя рубашку, – кивнула она на косоворотку.

– Без тебя знаю, тоже мне командирша нашлась, – проворчал он и направился к умывальнику.

Афоня постелил посреди большой комнаты лоскутное одеяло.

– Эх, опять кости будут болеть от жёсткой лежанки, – вздохнула Василиса, устраиваясь на полу.

Она переоделась в белую огромную рубашку и смотрелась в ней тонкой и хрупкой старушкой. Через пару минут пришёл Степан и улёгся рядом с ней.

– Давно, Васька, с настоящим мужиком рядом не лежала, – рассмеялся дед Степан.

– Велика радость лежать рядом со старым хрычом, – хмыкнула Василиса. – От тебя псиной мокрой воняет.

– Руку давай, милая старушка, – пробасил Степан.

Он схватил её за руку и легонько сжал своей лапищей. Василиса прикрыла глаза, то же самое сделал Степан.

– Надо было им взвар с сон-травой дать, – тихонько сказал Афоня. – А то неизвестно, когда они уснут.

– Заткнись, – пихнула в бок его Груша. – Не мешай.

Они чуть не подрались, но на них цыкнул Леший. Василиса немного повозилась на своём месте, удобно устраиваясь, и принялась читать заклинание:

– Духи Нави, откройте нам путь

В мир, где сны и смерть сплетены.

Покажите нам дорогу,

Где наши друзья сокрыты.

Свечи вспыхнули ярче, и комната начала заполняться густым туманом.

– Ещё нам этого не хватало, – сказали домовые и забрались повыше на шкаф.

Туман быстро рассеялся, и Степан с Василисой провалились в сон. Все остальные неспящие стали следить за своими подопечными.