9.5

— Девочки, нам нужно разделиться, — сказала я, подавив желание выдрать на голове все волосы.

Благо, волосы не мои, но больно-то будет все равно мне.

— Что значит — разделиться?

— Зачем?

Как всегда хором.

— Вы пойдете искать Реми в районе детской, а я обегу весь оставшийся второй этаж.

Пока его не обежал Жужжен. Остается надеяться, что фидруар маленький и далеко не ушел. Судя по тому, что снизу никто не орет, его еще не нашли, а значит… значит, у меня есть шанс. И у звереныша тоже.

— Разумеется, — серьезно кивнула Аделин.

В кои-то веки опередила сестру, и судя по всему, Кристин это не понравилось. Впрочем, сейчас мне было не до капризов второй близняшки.

— Только пожалуйста, далеко от детской не отходите! Если найдете его первыми, сразу зовите меня. А если найду я, спрячу и сразу прибегу к вам. Договорились?

Девочки кивнули.

Я отвела их поближе к детской (на обследование собственной комнаты), сама же метнулась в другую сторону. Куда могло запропаститься это чудище?! И ведь реально чудище, даром что мелкое, напугал меня до икоты… второй раз за день.

Я шла мимо закрытых дверей, не останавливаясь: чудище, конечно чудище, но еще слишком маленькое, чтобы самостоятельно открыть дверь, а после ее закрыть. Заглядывала во все темные углы и подо все диванчики, но тщетно. Волосы на голове уже начинали шевелиться в попытке встать дыбом, когда я увидела приоткрытую дверь. Приоткрытую самую малость, но…

Чтоб тебя, малолетнее недозверье!

Приоткрыв ее чуть больше, осторожно заглянула внутрь и наткнулась взглядом на шляпу Демаре. Прежде чем до меня дошло, что это — комната его алмазного величества, я осознала, что над шляпой сидит фидруар. И нет бы с исследовательским интересом, судя по всему, он собирался использовать ее как лоток.

— Нет! — тоненько пискнула я.

Поздно.

Возвращая меня к туалетной тематике и мгновению грандиозного выхода в другой мир под журчание бачка, шляпа перестала быть пригодной для использования по назначению.

Мать моя женщина, роди меня обратно.

То есть верни в мой мир, пока я не поседела в свои семнадцать. Или сколько там каждый год отмечает Селани.

— Реми!

С абсолютно дикими глазами фидруар метнулся в сторону, а я за ним. Топотал этот мелкий засс… в общем, нехорошее животное, как стадо слоников. Заметив, что оно собирается прыгать с кровати прямо на комод, прыгнула я. Прыгнула, как бейсболист, за которого болеет вся Америка, и фидруар прилетел вместо комода прямо мне в грудь. Проскакав вместе с ним до окна и чудом удержавшись на ногах (на шпильках Селани точно не удержалась бы), я облегченно вздохнула и направилась к двери. Все, теперь остается только вернуться, и… И шляпу теперь тоже нужно спрятать.

Прижимая Реми, порывающегося вывернуться из моих рук, но к счастью, пока не применяющего когти, я вернулась за головным убором его величества. Честно — подмывало ее оставить, не просто оставить, положить на самое видное место, еще и понаблюдать завтра из-за угла, как он ее наденет. Но во-первых, шляпа воняла так, что у меня заслезились глаза (куда там нашим кошкам до таких ароматов), а во-вторых, это могло существенно осложнить мне жизнь.

В результате я покрепче прижала звереныша к груди одной рукой, другой подняла шляпу, стараясь держать ее как можно дальше от себя. Второй раз развернувшись к двери, направилась было к ней, когда услышала шаги.

И не только шаги, но и свист: его алмазное величество возвращалось в свои покои.

Судя по тому, какой мотивчик насвистывал Демаре, он был в хорошем расположении духа.

У меня же в голове заиграл знаменитый в моем родном мире траурный марш, под который меня (в аккомпанемент с ехидной ухмылкой Жужжена) выставляют из дома Демаре вместе с обос… испорченной шляпой и сыночком.

Наверное, в этот момент у меня в голове что-то перемкнуло, потому что я швырнула шляпу на пол, пинком ноги отправляя ее под кровать, а потом рухнула вниз и в лучших традициях морского пехотинца в зоне боевых действий по-пластунски поползла следом, прикрывая собой новорожденного, то есть новоприобретенного малыша. В миг, когда дверь с широкой руки Демаре распахнулась, я вползла под кровать, прижимая фидруара к бешено колотящемуся сердцу.

Хлопнула дверь.

Фидруар открыл пасть:

— Р…

Никогда не думала, что руки среднестатистической маленькой женщины могут сработать, как намордник.

Клац!

И челюсти фидруара сомкнулись моими пальцами.

Он посмотрел на меня совершенно дикими глазами: подозреваю, что такими же, как и я на него.

Ноги Демаре подошли ближе.

То есть ближе подошли не только ноги, разумеется, но я видела только их. Лакированные ботинки, модные носочки и чуть укороченные брюки а-ля начало двадцатого века в нашем мире.

Продолжая насвистывать, он сел на кровать, и она прогнулась под его весом.

Кровать, кстати, у него что надо. Я бы сказала, ого-го-го кровать! Королевская!

Всем кроватям кровать!

Стоп, Ира, о чем ты вообще думаешь?

А о чем мне, спрашивается, думать, когда с одной стороны у меня в руках фидруар, а с другой — вонючая шляпа. С третьей, к слову сказать, этот злоберман, который порвет меня на десяток маленьких Ирочек, если найдет под кроватью в такой компании.

Или Селочек? Селаничек?

Понимая, что как никогда близка к панике, глубоко, но очень тихо вздохнула.

Вот так.

Дыши, Ира, дыши.

Он же должен пойти принимать душ или в туалет, или…

Судя по звукам, алмазное величество раздевалось: зашуршал пиджак, что-то щелкнуло, а потом свист оборвался.

— Да что за вонь, хмарь меня поглоти?

Кровать резко спружинила наверх.

Мама!

— Папа-а-а-а-а-а!

Детский крик был такой, что я сама чуть не рванула из-под кровати, но раньше меня рванул Демаре. Вылетел из комнаты, чудом не сорвав дверь с петель, и я тут же вылезла следом.

Совершенно дикие глаза вбежавшей в комнату Аделин подсказали, что надо торопиться. Сунула малыша ей в руки, вытащила вонючую шляпу, и молнией метнулась за дверь. Девочка утащила меня за угол, и, когда я перехватила звереныша, сунула в руки плед и приложила палец к губам:

— Тс-с-с! Сейчас пойдем.

Мы и правда пошли, спустя пару минут. Скрывая под пледом шляпу-вонючку и недовольного таким положением дел фидруара.

Очень кстати, потому что вскоре из-за поворота вывернуло его демаречество и Кристин.

— Кристин сказала, что вы играли в прятки, — сухо произнес он. — Потрудитесь в следующий раз не уходить так далеко, чтобы моя дочь не испугалась.

— Потружусь, — ответила я.

Готовый к моему недовольству Демаре вскинул бровь:

— Что это у вас за кулек?

— Это мой сын.

Увидев, как изменилось лицо алмазного короля, поспешила добавить:

— Приемный. Мне его подбросили. Сейчас мы несем его домой, чтобы накормить.

А я, кажется, несу какую-то чушь.

Точнее, я несу вовсе не чушь, и вот это уже проблема.

— Это игра, па-ап! — дернула его за руку Кристин.

— Странные у вас игры, мирэль Тонэ, — меня снова просканировали взглядом.

— А нам нравится, — заявила Аделин и, не дожидаясь ответа, вприпрыжку побежала по коридору.

Я последовала за ней.

То, что вприпрыжку, поняла уже, когда к нам присоединилась хихикающая Кристин, и перехватив совершенно обалдевший взгляд алмазного короля, аккомпанировала которому отвисшая челюсть, хмыкнула и зашагала степенно, как и положено няне.

То есть взрослой женщине.

Судя по тому, что за нами не пошли, обходной маневр сработал. По дороге нам никто не попался, но я перевела дух только когда оказалась в своей комнате и посадила фидруара на кресло. Он обиженно зыркнул на меня огромными глазищами и попытался сползти, но я вернула его на место. После чего повернулась к девочкам:

— Как вы меня нашли?

— Вы надолго пропали, — улыбнулась Аделин, — а я вспомнила, что когда мы спускались на ужин, единственная дверь, которая была приоткрыта — в папину комнату…

Почему этого не вспомнила я, спрашивается?

Не вполне отдавая себе отчет в том, что делаю, наклонилась к близняшкам и порывисто их обняла:

— Спасибо!

Девочки замерли, и я смущенно отступила.

— Спасибо за то, что не бросили.

— Ну… вы же тоже нас не выдали, мирэль Тонэ, — Аделин улыбнулась. — Когда мы подсунули вам мороженое.

Что касается Кристин, она сложила руки на груди:

— Закончили сюсюкаться?

Мы с Аделин переглянулись и обменялись улыбками. Потом вместе кормили фидруара, а когда он заснул (крепко-крепко, как все дети), пошли в детскую. Сказка сегодня не пригодилась: утомленные приключением, девочки заснули сразу, как только головки коснулись подушек.

Поправляя близняшкам одеяла, я вдруг задумалась о том, что буду по ним скучать.