Глава 15. Семья по-эльфийски

Небольшая темная комната с бумажными перегородками, низким потолком и практически полным отсутствием мебели. Подиум с матрасом не считается. Я ошарашенно оглядывалась в новом для себя помещении и наткнулась на горящий злобой взгляд Бо. – Добро пожаловать в мои скромные покои, принцесса! – с издевкой изрек этот белобрысый крыс. – Опять?! И зачем это все? – сурово сдвинув брови, поинтересовалась у этого неприятного типа. Он лишь расхохотался, но проявил любезность и пояснил свои планы: – Поживешь у меня пару дней, у императора после этого не останется выбора, и он отдаст тебя мне! Он обещал, что ты будешь моей женой. Откуда вообще этот Гу Ян нарисовался. – Ты смеешь оспаривать решение императора, – добавив в голос грозы, спросила я. Бо криво усмехнулся: – Что ты? Как бы я посмел? Но после того как ты поживешь со мной пару дней, император вспомнит о своем первом решении. Только и всего. – Император мертв! Пока ты строил свои планы, его убили демоны. Я сама это видела. И на твоем месте я бы беспокоилась о сестре. Последний раз ее видели заходящую в императорский шатер. В лагере сейчас пожар. Сможет ли Пон самостоятельно выбраться из огня? Бо раздраженно пожал плечами. – Ее проблемы. Не сможет – одной сестрой меньше. Меня перекосило от того, с какой легкостью эльф рассуждает о смерти близкого человека. Но поразмыслить об этом мне не дали. Бо снова схватил меня за руку притянул к себе, попытавшись поцеловать, и тут же получил коленом по своим мужским причиндалам. Схватив скрюченного эльфа за ворот, я подтащила его к раздвижным дверям, и вытолкала прочь. – Даже не мечтай, что сможешь со мной совладать. Саир демонов не смог, а ты грязь под его ногтями! – крикнула я, прежде чем сомкнуть створки. Вышло патетично, но эффектно. Оставив ошарашенного Бо в темном коридоре, я выдохнула. Мне нужно было время подумать, что делать! У меня в голове роилась масса вопросов, ни на один из которых я не только не могла дать ответ, но даже не знала, у кого спросить. Где я? Как сообщить об этом Риону? Где эта ленивая попа в перьях? Как мне отсюда выбраться? Только я перевела дух после атаки Бо на меня, как за дверью послышался шум и возгласы. – Сынок, ты вернулся?! – А где Пон?.. – Как там сражение? Голоса раздавались исключительно женские. Не почувствовав опасности, я выглянула в коридор и пошла на звуки. Завернув за угол, я вышла на террасу с деревянными колоннами, ведущую во внутренний двор, огороженный высокой песочного цвета стеной. Во дворе стояли четыре женщины, две были явно служанки, они стояли поодаль в скрюченном подобострастном состоянии. Две же пестро разодетые дамы пытали Бо вопросами. Он низко кланялся по очереди то одной, то другой и пытался угнаться за паровозом женского любопытства: – Пон, когда ее видели последний раз, была с императором… Сражение как раз идет. –Как Пон с императором? У него же уже есть военная жена! – воскликнула дама помоложе. – Как ты мог бросить войско в такое время? – возмутилась старшая. – А где моя мама? – перебил поток вопросов собственным Бо. – Мы твои матушки. Тебе мало? – строго отрезала старшая матрона. – Мы всегда о тебе заботились, а ты бросил Пон в щекотливой ситуации. Девочка наделала глупости… Ты должен был ее остановить, – со слезами в голосе воскликнула молодая женщина. – Да, Пон теперь не место в нашем доме. Если император не сделает ее своей наложницей, она обречена стать отщепенкой, – с плохо скрываемым злорадством заметила старшая собеседница. – А вы и рады! – возмутилась, очевидно, мать Пон, – Ваша Леа никому не нужная старая дева. Будь она моей дочерью, вы бы ее уже прогнали со двора, а свою оберегаете! Надеетесь подсунуть ее какому-нибудь простофиле пятой женой? – Моя Леа хотя бы знает, что не стоит лезть в шатер к мужчине, не будучи его женой. Я хорошо воспитала свою дочь. В доме Ин всегда ценилась нравственность! Поэтому ты будешь наказана за свой дерзкий язык! С каждой новой воинственной репликой Бо пятился от эльфиек все дальше и дальше. Ссора явно собиралась перерасти в потасовку. И я решила воспользоваться моментом: – Приветствую благочестивую семью Ин. Мне жаль прерывать семейный разговор, но если Бо не поторопится обратно в лагерь, то прекрасная Пон И может погибнуть. Бо любезно перенес меня сюда и собирался вернуться за сестрой. Давайте не будет его задерживать, – приветливо улыбаясь дамам, проговорила я. У дам попадали челюсти, что не удивительно – возраст. Старшая пришла в себя первая. Вот что значит опыт – это я могу подтвердить! – Ваше высочество, мы рады принимать у себя столь высокую особу. Она начала медленно и демонстративно опускаться на колени, явно в надежде, что ее остановят. Я не стала разочаровывать хозяйку и сделала то, что от меня ждали, ведь мне нужна была ее помощи. – Госпожа Ин, давайте отбросим формальности. Ведь отважный сын вашей семьи, господин Бо Ин, спас меня от демонов… дважды, – мило улыбаясь женщинам, сладко пропела я, но успела бросить из-под ресниц на мужчину колючий взгляд. Тот смотрел на меня не менее злобно. Ему не нравилось, что я вылезла из той норы, куда он меня приволок. – Чего же ты ждешь, Бо? – возмутилась молодая эльфийка, – Ступай за Пон! Немедленно! И Бо исчез. – Ваше величество, расскажите, что там происходит? – попросила меня старшая, пригласив выпить чаю. Мы прошли по дорожке к соседнему домику, напомнившему мне японскую пагоду. Оказавшись на террасе, старшая госпожа Ин села прямо на пол, служанка тут же поставила рядом с ней столик, а другая сервировала его чашкой и маленькой тарелочкой с какими-то печенюшками. Такие же столики оказались и рядом со мной, и с молодой госпожой Ин. Не отвечая на вопрос хозяйки дома, я решила пойти ва-банк и попросила: – Я бы хотела отправиться к себе после чаепития. – Конечно, я прикажу подготовить для вас палантин, – тут же любезно согласилась старшая госпожа Ин и кивнула служанке, та засеменила прочь. Обе хозяйки уставились на меня выжидательно. Актер очень зависим от зрителей. Моя аудитория была благодарной и меня понесло. Всплеснув руками, я запричитала: – Там наши храбрые воины сейчас, в эту самую минуту, отважно сражаются с целым полчищем ужасных демонов. У них такие клыки, – и я показала бивень слона из моего родного мира, – А рога вообще огромные, – руки была разведены максимально далеко, – А какие у них страшные крылья! Как сама ночь! Я в обморок упала, когда первый раз их увидела, – не покривила я душой, ведь Ми действительно грохнулась! Мои внимательные слушательницы смотрели, разинув рты, все-таки с возрастом случаются проблемы с суставами, держать рот закрытым все труднее и труднее. – Но наши храбрецы вооружены. У них стрелы, копья, мечи! Я в них верю! Мы должны в них верить! – патетично закончила я. Хозяйки активно закивали мне, соглашаясь с моим лозунгом. В какой-то момент я даже испугалась за их головы, как бы не оторвались! Помню себя в их возрасте, любое неосторожное движение и ты в травмпункте. – У вас очень вкусные чай, госпожа Ин. Благодарю за гостеприимство и за то, что воспитали такого достойного сына. И не дав хозяйкам опомниться, я встала и вопросительно уставилась на служанку. Та вопросительно уставилась на главную госпожу, главная госпожа, кряхтя, поднялась за мной и кивнула. Только после этого служанка посеменила вперед, показывая дорогу. Под аккомпанемент болтовни моих провожатых, вечно спорящих друг с другом, я почти дошла до ворот их дома, когда во дворе раздался тихий стон. Мы дружно обернулись и остолбенели. Бо держал на руках девушку, замотанную в одеяло. Она истекала кровью, волосы ее дымились, а кожа вся была перепачкана сажей. Бедняжка напоминала головешку, а не живого человека. – Пон! Моя красавица! – заверещала младшая госпожа семейства Ин и бросилась к девушке. Бо как раз аккуратно укладывал ее на пол ближайшей беседки. Я тоже бросилась к ней. Моя магия жизни рвалась к несчастной, и мне не хотелось сопротивляться. Хоть я и помнила, что Пон сама полетела на огонек, который так больно обжег ее. Моя рука ухватила перепачканную в саже холодную ладонь, и теплые искорки понеслись вскачь, согревая, обновляя, даря еще один шанс на счастье. Мать пострадавшей эльфийки голосила в ухо: – Бо, что случилось? Почему она в таком состоянии? Где ты ее нашел? Я заметила, как побледнел мой бывший кавалер. Ответил он едва слышно: – Я нашел ее в императорском шатре… – Она прислуживала императору? – всхлипнула мать Пон. – Можно и так сказать… – почти прошептал Бо, отводя взгляд. – Ты нашел ее в постели императора? – с плохо скрываемым торжеством спросила старшая госпожа И. – Нет, – отчеканил Бо. – Ее все равно осмотрит лекарь. И если она уже не девственница, ее выгонят отсюда с позором! –не отводя взгляда от хмурого юноши, ехидно сообщила старшая госпожа. Я заметила, что у Пон задрожали ресницы. Она уже была почти здорова. Все, что могла, я для нее сделала. Мне было жаль глупышку, ведь я точно знала, что она уже не девственница, это мне мои искорки жизни подсказали, а глаза не могли не заметить следы веревок на запястьях и шее. Мой папаша – лютый извращуга. В этот момент я пожалела, что император уже мертв! – Да как ты можешь, змея гремучая, говорить так о моей девочке?! – завопила мать Пон. – Ты оскорбила старшую семьи. Я понимаю твое состояние и прощаю, но еще один подобный выпад, и я прикажу всыпать тебе десять палок! – сощурив пылающие гневом глаза, процедила сквозь зубы старшая госпожа. Младшая уже готова была ответить, но тут совсем рядом раздалось тихое восклицание, больше похожее на стон: – Сынок… Бо встрепенулся и кинулся к хрупкой эльфийке, которая еще и сутулилась, будто пытаясь сделаться еще меньше и незаметнее. Одета она была в коричневый простой халат, я на слугах видела платья наряднее. Ее лицо было бледным, изможденным, глаза – тусклыми, будто кто-то натянул на них матовую пленку. Она обняла красивого могучего сына дрожащими руками, но глаза ее остались сухими. – Мама, что с тобой случилось? Еще несколько дней назад ты была самой красивой эльфийкой Элиорна, а сейчас… – Похожа на засохший финик? – с иронией продолжила вопрос сына мать. Рядом со мной едва уловимо топнула ногой старшая госпожа. Она прервала трогательную встречу резким скрипучим замечанием: – Как смеешь ты, Бия, нарушать мой приказ? Я же сказала, что не желаю видеть тебя. Твоя унылая физиономия навевает на меня тоску. Убирайся обратно в свои покои! Бо заслонил мать и, не спуская пристального взгляда со старшей госпожи, тихо спросил, и в этом вопросе было столько угрозы, что даже я поежилась. – Старшая госпожа, что случилось с моей мамой? Вы пытались ей помочь? – Сейчас идет война. Я не могу тратить свои лечебные силы зря. Помоги ей сам! – Вы прекрасно знаете, что в нашей семье только у вас и вашей дочери есть достаточно сил, чтобы лечить! – выкрикнул в отчаянии Бо. – Вы утомили меня оба! – капризно заявила старшая карга и махнула слугам. К Бо и его матери тут же кинулись четверо блеклых эльфов. Сын вытащил из ножен кинжал. Слуги замерли в нерешительности. Я наблюдала за этой мерзкой сценой, и все внутри меня клокотало и бурлило. Какие змеиные нравы царят здесь. Не выдержав, выпустила руку Пон, бедняжка уже спала, вскочила и, сделав несколько шагов к Бо, строго приказала: – Немедленно отнесите больную в ее покои. – Как моя девочка? – спросила заплаканная мамаша Пон. – С ней все хорошо, она спит, – заверила я младшую госпожу и добавила, грозно смотря на старшую, – И можете не утруждаться, госпожа И, Пон девственница, я проверила. Та недовольно поджала губы. Я же направилась к матери Бо, но путь мне преградила старая карга. Она повисла у меня на руке и зашептала, страшно сверкая глазами: – Ваше Высочество, не стоит вам подходить близко к этой эльфийке. Она заболела непонятно чем и тает на глазах. А вдруг это какая-то заразная болезнь. Мы не можем так рисковать вашей жизнью. Если с вами что-то случится в доме семьи Ин, нас будут ждать страшные беды. Не губите! Она держала меня удивительно крепко, никогда бы не подумала, что в таком хрупком теле может быть столько силы. Но мне все же удалось вырвать свою руку, и я продолжила путь. Бо с надеждой смотрел, как я приближаюсь, но тут сзади раздался истеричный приказ: – Схватить принцессу и выставить ее за ворота! Четверо слуг побежали мне наперерез. Бо среагировал мгновенно. Его кинжал полетел в одного и мягко вошел в грудь. Второго Бо вырубил отличным хуком справа и тут же ударил ребром ладони третьего по горлу. До меня добежал четвертый и тут же, получив коленом между ног, рухнул к моим ногам. Я довольно усмехнулась и подошла к больной эльфийке. Она растерянно смотрела то на меня, то на сына. Я схватила ее руку и замерла. Удивительно, за последние сутки я спасала от смерти Грейхарда, мужа, Пон, но не чувствовала усталости или опустошения, наоборот, моя сила росла, она рвалась наружу, становилась понятнее мне. Может быть, поэтому мне хватило всего секунды, чтобы понять, почему мать Бо так плохо выглядит. Я осмотрелась. Слуги постанывали лежа и даже не делали попыток подняться. Младшая госпожа И сидела рядом с дочерью. Старшая метала в меня молнии своими злыми глазенками. Бо смотрел с надеждой. Но мне было нечем его порадовать. Тяжело вздохнув, я вынесла вердикт: – Мне жаль, Бо, но твою маму отравили, и я уже ничего не могу сделать. Во дворе дома семьи И на целую минуту повисла тишина, но она была не благом, а тянущим тревожным предвестником бури. Над нашими головами пролетела птица, ее скрипучий крик будто пробудил темные силы. Бо сорвался с места и, схватив старшую каргу за шею, прижал к стене беседки, в котором все еще лежала Пон, ее мать внимательно наблюдала уже не за состоянием дочери, а за разворачивающимся представлением. – Ты злобная змея! – сквозь зубы выплевывал слова Бо в лицо побледневшей карге, – Ты всегда ей завидовала! Ты была старшая жена, но любимой была моя мать! Она единственная, кто смог родить отцу сына. И уж точно красивее, добрее и благороднее вас обеих. Я задушу тебя собственными руками, а потом и твою подручную! – Я здесь ни при чем! – лепетала младшая госпожа, прижимая руки к груди, – Она мне ничего не рассказывала о своих планах, но я заметила, что в последнее время у нее довольно поблескивали глаза, но как можно было предположить, что она решится убить?! Бо, милый, мне так жаль… – Что ты несешь, малодушная слюнтяйка? – хрипела карга, косясь на свою подельницу, – Все ты знала, это же ты ее поила тем чаем! Руки на ее шее сжались ее сильнее, отчего глаза старшей госпожи полезли из орбит. Вот смотрела бы и смотрела… – Это ложь! Она хочет подставить меня, – истерично закричала мать Пон. – Если ты убьешь старшую семьи, тебе тоже не миновать смерти! – еле слышно выдавила из себя карга. И я отмерла. Рядом со мной стояла несчастная эльфийка, в ее глазах застыл страх за сына, а ведь ей предстоит еще долго и мучительно умирать. Решительно подошла к Бо и попыталась его оттащить от змеюки. – Бо, ты сейчас нужен своей маме. В ближайшие сутки ей будет очень тяжело. Запри эту каргу. Закончится война, подашь на нее жалобу. Расскажешь всем. Можешь вызвать сейчас стороннего лекаря, чтобы он подтвердил мои слова. Она заслуживает позора! Бо сначала пытался сбросить с себя мои руки, но вслушавшись в слова, успокоился. Он резко отпустил шею когда-то старшей госпожи семьи И, но не дал ей откашляться и прийти в себя, тут же схватил за локоть и поволок в неизвестном направлении. Я помогла матери Бо присесть в беседку, где на полу уже сидела пришедшая в себя Пон, она растерянно осматривалась, и горькие слезы, размером с чернику, катились по ее перепачканным щекам. – Мама, – рыдала она на груди у младшей госпожи. Я присела рядом с ней, похлопала ее по спине, пытаясь привлечь ее внимание. Помогло, эльфийка обернулась и недовольно проворчала: – А эта что здесь делает? Ее мамаша густо покраснела и залепетала: – Доченька, Ее высочество, вылечила тебя. Будь благодарна! Вместо благодарности, Пон скривила свой красивый пухлый ротик и отвернулась от меня. А я что? Мне с ней чаи не пить, поэтому встала и ограничилась замечанием: – Я соврала про твою невинность. Присутствующие здесь тебя не выдадут, но вот твой брат, если узнает правду, может и выгнать тебя, но сначала разберется с твоей мамулей. Постарайся выучить урок, что преподнесла тебе жизнь. Приятно было наблюдать, как вытянулось лицо капризной красавицы, как растерянно захлопала ресницами младшая госпожа. Тепло попрощавшись с мамой Бо и не дождавшись ее сына, долгие проводы – лишние слезы, а также уговоры и хитрости, я все ж таки села в палантин, и меня понесли к императорскому дворцу.