Глава 13

Девчонки стоят возле рабочего стола, что-то негромко обсуждая и, слыша наши шаги, поворачиваются лицом ко входу. Они уже переоделись в рабочие комбинезоны и готовы к трудовым подвигам.

Мы с Артемом заходим в бокс. Парень осматривает огромное помещение, а девочки в свою очередь смотрят на него.

— Всем привет, — говорю громко, с улыбкой на устах, чтобы прервать затянувшееся молчание.

Традиционные поцелуи в щечки с подружками, и теперь я стою рядом с ними, лицом к Артему. Анютка посередине, а мы с Дариной по краям. Все трое лицезреем замешательство Вишневского, который реально не знает, что делать дальше, и, уверена, задается вопросом, зачем мы сюда приехали.

— Привет, Анюта, — улыбается Вишневский.

— Здравствуй, Артем, — тяжело вздыхает наша подружка, а мы с Дариной смотрим друг на друга с широко открытыми глазами.

«Анюта?» — произносит Дарина одними губами.

«Артем?» — повторяю за ней.

И мы переводим взгляд на Аню, а она, в свою очередь, крутит головой, рассматривая нас с Дариной по очереди.

— Что вы так на меня вылупились? — возмущается девушка. — Да, мы знакомы. Он ко мне машины привозит в ремонт.

— Анечка спец по спорткарам, — выдает Вишневский очередную улыбку.

— А то мы не знали, — кривится Дарина. — Ты только скажи, — а это уже обращается к Аньке, — почему до сих пор молчала, как партизан, что вы знакомы?

— Да, кстати, — поддакиваю Дарине. — Что за тайны от подруг?

— Вы бы меня съели живьем, — снова вздыхает Аня. — И замучили бы вопросами.

— А теперь мы тебя четвертуем, — говорит на полном серьезе Дарина.

— Эй, полегче, — вступается Артем. — Что вы на нее налетели.

Я смеюсь, а Анька начинает краснеть.

— Уже и защитник у тебя есть, — Дарина кивает головой. — Ну, надо же, тихоня ты наша.

— Спасибо, Артем, — Анюта улыбается парню. — Это они шутят.

— Раз Аньку ты уже знаешь, тогда знакомься, — обращаюсь к Вишневскому. — Это — Дарина, моя вторая лучшая подруга.

— Артем, — как-то неуверенно произносит он и смотрит прямо на девушку. У той даже улыбки на лице не возникает, ну что за человек.

Затягивается молчаливая пауза, в ходе которой Дарина изучающе смотрит на Вишневского, а тот явно чувствует себя не в своей тарелке. Вот умеет же вогнать в ступор другого, ничего не скажешь, настоящий следователь.

— Что натворил вчера, красавчик? — задает, как обычно, вопросы. Нет бы, обстановку хоть как-то разрядила. — Миланскую обидел? — прищуривается.

— Угомонись ты, — теперь уже я вступаюсь. — Никто меня не обижал. Вчера просто был тяжелый день, и Артем, э… немного перебрал.

— А выглядит, как огурчик, — окидывает взглядом парня с ног до головы. — Анюта, раз уж ты знакома с Артемом, реанимируй его по-быстрячку.

— Это как? — глаза Вишневского округляются, и он смотрит на меня.

— У Ани есть особый рецепт чая, — поясняю, пока парень не сбежал отсюда «по-быстрячку», как выразилась подружка, придумав себе в голове непонятно что.

— Помогает на ура, — перебивает меня Дарина. — Я когда-то с горя напилась, а утром проверка. Думала все, уволят. Анька реанимировала за полчаса. Так что, не боись, лично проверяла, не отравит.

Аня кивает головой из стороны в сторону, усмехаясь, и направляется к боковой двери. Мы также с улыбкой провожаем ее взглядом.

— Сейчас Анька придет и выдаст тебе одежду, чтобы переодеться, — я направляюсь к шкафчикам.

— Зачем? — чувствую, точно сбежит.

— Затем, — поясняет Дарина, стоящая рядом с Артемом, — что сейчас мы будем заниматься ремонтом. Смотри, — и она показывает на спорткар, который находится на подъемнике, отвлекая парня от лицезрения моего переодевания.

— Нифига себе, — глаза у Вишневского загораются синим пламенем, и он направляется к технике. — Это же Chevrolet Corvette? — поднимает глаза на Дарину, которая медленно следует за ним.

— Ага, — утвердительно кивает. — Он самый. Восстанавливаем после аварии.

— Зачем? — да что он заладил, «зачем» да «зачем».

— Вишневский, ты с Марса прилетел? — Дарина, как ни странно, ведет себя довольно спокойно, что ей не свойственно в подобных ситуациях. — Зачем люди ремонтируют машины? Правильно, — перебивает Артема, который открыл было рот, чтобы ей ответить, втолковывая ему простые истины, как маленькому ребенку, — чтобы потом на этих самых машинах ездить.

— То есть вы разбили автомобиль, а теперь пытаетесь его восстановить? — делает вполне логическое заключение. Я бы, кстати, тоже так подумала.

— Не мы, а кто-то другой, — поясняет подруга тоном строгой учительницы младших классов. — Анька нашла это чудо техники чуть ли не на свалке в соседней области. Скинулись втроем, чтобы выкупить. Я, конечно, не так много зарабатываю, как девчонки, но тоже внесла свою лепту. Теперь вот собираемся по субботам, чтобы реанимировать нашу малышку. На прошлой недели твоя Миланская прогуляла, кстати, из-за тебя, — тычет в него пальцем. — Поэтому сегодня ты отрабатываешь ее прогул.

На протяжении их диалога я успеваю переодеться в рабочую футболку и такой же синий комбинезон, как у девочек. Надеваю легкие кроссовки и направляюсь к парочке.

— Слушайте, — Вишневский смотрит на нас по очереди. — Давайте я вам новый куплю, точно такой же, и вы ерундой не будете заниматься?

Глаза Дарины округляются, и прямо чувствую, сейчас она взорвется одной из своих громких тирад. Популярно объяснит Артему, куда следует идти и каким темпом.

Чтобы избежать катастрофы, я вступаюсь:

— Не вздумай это ляпнуть при Аньке, — говорю строго, чтобы прочувствовал всю серьезность момента, не давая подруге вымолвить и слова. — Порвет на части за свою малышку. Дело в том, — продолжаю, видя, как Дарина все еще пылает гневом, правда, уже не пытается меня перебить, — что эта машина особенная. У Анюты был брат, Леха, довольно известный гонщик. Погиб на одной из трасс: не справился с управлением, и машину занесло. Так вот, он ездил именно на Chevrolet Corvette, правда, лет на пятнадцать-двадцать моложе этой. Раритета мы не нашли, но Анька решила реанимировать подобную. Поэтому любое нелестное упоминание о нашей малышке выведет ее из себя.

— Только доброе отношение к тебе Миланской спасло тебя от кары небесной, — наконец-то выдает Дарина на одном дыхании. — Как можно быть таким балбесом, Вишневский! — восклицает девушка, а я усмехаюсь. — Не все в этой жизни измеряется деньгами.

— Я же не знал, — обиженным голосом отвечает Артем, игнорируя последнюю фразу девушки.

— Незнание законов не освобождает от ответственности, — снова выпаливает подруга одно из своих любимых изречений. И тут не смогла не выпендриться, ну что за человек. Точно, сейчас парень испугается и сбежит от нас.

— Хватит на него наезжать, — прикрикиваю, сама не понимая, как это у меня вырвалось. — Человек не знал, что ты пристала к нему?

— Ладно, — теперь уже довольно спокойно говорит Дарина, глядя на меня невинными глазами. — Уговорила, орать-то чего?

Вишневский стоит и улыбается, наблюдая за нашей перепалкой. Видимо, голова еще болит, поэтому он даже не пытается что-то сказать в свое оправдание. Или чувствует, что ляпнул, снова не подумав, хоть я и предупреждала его об этом.

Появляется Анюта с чашкой дымящегося чая, которую передает Артему. Он сначала принюхивается, вызывая у нас улыбку, после чего делает глоток.

— Вкусно, — улыбается Аньке и вновь пьет ароматный горячий напиток. — Где научилась?

— Тут и не такому научишься, — смеется подружка в ответ. — Мужской коллектив, а пить совсем не умеют. Приходится их регулярно реанимировать, чтобы начальник не выгнал. Бабуля рецепт дала, вечно деда и его компанию отпаивала по утрам, чтобы на работу не опаздывали. Так, — обращается ко всем. — Катя идет со мной, заканчиваем с двигателем, а Артем допивает чай, переодевается и поступает в распоряжение Дарины.

— А с Катей нельзя? — спрашивает Вишневский удивленно. Видимо, побаивается нашего прокурора.

— С Катей нельзя, — вздыхает Анюта.

— Она у нас тут за главную, — Дарина кивает в сторону Аньки, — так что спорить не советую. Заметь, даже я молчу и никак не комментирую. Не боись, солдат ребенка не обидит, — подмигивает парню с ехидной улыбкой. — Пей быстрее и пошли. Кстати, — обращается к командиру сегодняшнего рабочего процесса. — Где Петрович? Долго его ждать?

— Сейчас будет, — говорит Аня и направляется к шкафчикам, кивком головы указывая, чтобы Артем следовал за ней.

Отдает ему форму своего напарника, а мы в это время с Дариной рассматриваем нашу малышку. Как правильно заметил Вишневский, Chevrolet Corvette пятилетней давности приподнят немного над полом, стоя на подъемнике. Аня решила сделать его темно-серым, заклеив матовой пленкой. Смотрится эффектно, но Дарина настояла на том, чтобы по бокам прилепить белые полоски — видела где-то в журнале, утверждает, что будет красиво. Мы спорить с ней не стали, поэтому сегодня у нее миссия, теперь уже совместно с Вишневским.

— Как вы, ладите? — спрашивает Дарина тихо у меня, пока Анька разговаривает с кем-то по телефону, а Артем переодевается.

— Как видишь, он еще жив, — смеюсь в ответ. — Не все так плохо, как могло бы быть.

— Ага, — улыбается одними уголками губ. — То-то я смотрю, у тебя глаза горят, как на пожаре. Того и гляди, спалишь тут все одним только взглядом.

— Не сочиняй, — отмахиваюсь от нее.

— Даже не думала. Просто констатирую факт. Ладно, посмотрим сейчас, на что он способен, а там решим, подходит нам или нет.

Приходится закончить наш разговор, так как Артем уже в комбинезоне подходит к нам, а Анюта зовет меня к себе.

Через пять минут в бокс заходит тот самый Петрович, которого так ждала Дарина. Мужчина за пятьдесят, с небольшим брюшком и очаровательной улыбкой. При виде него и его шуток у меня всегда поднимается настроение. Кстати, отличный мастер по покраске автомобилей.

— Держи, — протягивает девушке наклейки. — Как обещал. О, — а это уже возглас при виде меня. — Какие люди! Лучшая журналистка города к нам пожаловала, давненько я тебя здесь не видел!

— Петрович, не сочиняй, — улыбаюсь в ответ. — Скажешь тоже, лучшая журналистка. И не виделись всего пару недель, а ты тут уже напридумывал Бог знает чего.

— Не всего пару недель, а целых, — поднимает указательный палец вверх, делая акцент на последнем слове, — пару недель, — после чего поворачивается лицом к Вишневскому и протягивает ему руку. — Петрович.

— Артем, — парень пожимает в ответ.

— Ты с Барби? — спрашивает мужчина.

— Нет, я с Катей, — а мы с Анькой начинаем ржать. Даже серьезная Дарина улыбается, продолжая прикладывать наклейки к автомобилю.

Барби, как все догадались, прозвали меня. Один раз я накрутила волосы, накрасилась и отправилась на свидание, по дороге заехав к Аньке в автосервис. А тут один из работников купил своей внучке куклу Барби со светлыми кудрявыми волосами, точь-в-точь, как у меня. Мужики долго сравнивали нас, прикладывая игрушку к моему лицу, после чего в шутку дали мне кличку Барби.

— Я так и понял, — кивает утвердительно Петрович.

— А че это сразу с Барби, — Дарина встает и смотрит в упор на Петровича. — Может, он со мной приехал?

— Тебе нужен только генерал, — выдает мужчина, а мы в очередной раз смеемся, вытирая слезы, брызнувшие из глаз. — А парнишка еще молодой, до генерала далеко, так что тебе не подходит. Анькиных женихов всех знаю, остается только Катюха.

Артем улыбается, понимая, что ответил немного не в тему относительно моего шуточного прозвища. Смотрит на меня и подмигивает.

— Скажешь тоже, женихов, — кричит Анюта. — Где их взять-то?

— Генералы все старые, — кривится Дарина. — А я еще девушка молодая, так что старпёры мне не нужны.

— Помнишь всё, что я тебе рассказывал? — спрашивает теперь уже серьезно у нее Петрович, а девушка утвердительно кивает в ответ. — Если что, я в четвертом боксе.

И уходит, помахав на прощанье рукой. Мы с Анькой приступаем к сборке двигателя, а Дарина с Артемом к наклейкам. Меня так и тянет туда посмотреть. Аня, замечая мои постоянные взгляды в сторону автомобиля и смеющейся парочки возле него, только усмехается.

А там работа идет полным ходом. Они о чем-то перешептываются, даже периодически смеются, чем вызывают во мне вспышку гнева. Понятно, что ревновать к подруге глупо, но ничего не могу с собой поделать.

Дарина несколько раз гоняет Вишневского то за одним инструментом, то за другим, подмигивая мне, когда парень этого не видит. Я улыбаюсь в ответ, наблюдая, как он даже не сопротивляется ее издевательствам, так увлечен работой. Ох, и зараза, эта Дарина.

«Не ревнуй», — выдает мой внутренний голос.

Я? Ревновать? Даже и в мыслях не было! Но все равно тянет посмотреть и в глубине души позавидовать. Что смотрит не на меня, улыбается не мне и дотрагивается тоже не до меня. Наваждение какое-то, честное слово. И как с этим бороться? А еще целый день впереди, так что надо собрать всю силу воли в кулак и заняться работой. Говорят, трудотерапия помогает, только как трудиться, если голова, того и гляди, скоро открутится, а шея затечет от неудобной позы?

Где-то примерно часа через два после начала работы Дарина с Артемом встают с коленей и разминают мышцы.

— Мы на перекур, — выдает девушка.

— Куда? — смотрю на них строго. — Охренели совсем?

— Артему составлю компанию, — выдает наша звезда юриспруденции.

— Да, — поддакивает этот напыщенный индюк, кивая утвердительно головой.

— Ты же обещала, — Анька смотрит на Дарину своим коронным «Сейчас порву» взглядом.

— А ты бросил, — тычу пальцем в парня.

— Вот вы зануды, — говорит Дарина обиженным голосом. — Мы по одной, честное слово. Заодно сходим за кофе, кому принести?

— Никаких перекуров, — продолжаю говорить серьезно, а у самой внутри все закипает. — Размялись? Вперед на баррикады! У тебя еще дел куча.

— Не гунди, — бросает Дарина, после чего берет Вишневского под ручку и тянет к выходу. Он тяжело вздыхает, всем своим видом показывая, что он не виноват, но идет с этой красоткой. Вот же… Даже слов не могу подобрать, как его назвать в данный момент. Нет бы, остался со мной.

Злость закипает внутри, и я, делая ошибку, прищемляю себе палец. Бросаю ключ, который со звоном падает на пол.

— Да что за черт, — произношу, разминая палец.

— С тобой все в порядке? — Аня поднимает инструмент с пола, кладет на стол и смотрит на меня.

— Нормально, — отвечаю со злостью. Какое, нахрен, нормально, если этот нахал меня игнорирует уже два часа, очаровывая мою подругу?

— Оно и видно, — усмехается Анька, продолжая меня рассматривать. Пауза длится пару минут от силы. — Глупо к Дарине ревновать, — вдруг произносит она, а я округляю глаза.

— Что? С чего ты вообще это взяла?

— С того, что не слепая и не глухая. Ты пялишься все время в его сторону, постоянно отвлекаясь от работы. И Дарина не тот человек, к которому стоит ревновать Артема. Точнее, вообще не стоит этого делать в данной ситуации.

Только личного психолога и промывки мозгов мне сейчас и не хватает. Был бы кто другой на месте Ани, послала бы уже пешим ходом далеко отсюда. Но с ней я такого себе позволить не могу. Вижу, что искренне за меня переживает.

— Больно надо, — ворчу в ответ.

— Почему ты такая упрямая? — Анька опирается спиной о стол, складывая руки под грудью. — Признайся сама себе, что он тебе нравится, — я фыркаю в ответ. — Я же вижу, между вами что-то есть. Не буду спрашивать, как вы уживаетесь, захочешь — сама расскажешь, но, — делает паузу, — себе-то хоть не ври, Катя.

— Тебе надо было в психологи идти, а не в автослесари. Прямо по полочкам все разложила. А я-то, убогая, все никак не могла для себя решить, нравится он мне или нет.

— А вот хамить не стоит, — Анюта отворачивается ко мне спиной. — Я же по-дружески, помочь хочу.

Мне становится стыдно. За то, что не сдержалась и обидела Аньку незаслуженно. За то, что усомнилась в Дарине. За то, что не доверяю Артему. Хотя, за последнее не особо стыдно, потому что права Анюта — я сама еще не разобралась до конца, стоит ли ему верить или нет.

— Нравится, — вдруг произношу. — Даже очень, — подруга поворачивается ко мне лицом. — Так нравится, что сама не знаю, что мне с этим делать, — тяжело вздыхаю от переполняющих эмоций. Их слишком много, чтобы правильно разобраться в ситуации.

— Ну, по всей видимости, ты ему тоже, — произносит негромко Аня, глядя на меня.

— Не уверена, — киваю головой из стороны в сторону. — Поэтому повторюсь — не знаю, что мне делать. Пойми, Анюта, у нас с ним нет ничего общего. Он решил мне отомстить, поставив условие пожить у него. Я поставила своё — никаких баб. Ну и подумай сама — такой мажор, как Вишневский, неделю без женской ласки — это же нонсенс. А тут я под боком, почему бы не воспользоваться, раз маячит перед глазами.

— Думаю, ты не права, — печально вздыхает Аня в ответ. Неужели ее тоже эмоции переполняют? — Не похож он на безответственного и легкомысленного парня. Ты подумай сама, нафига ему это надо? Думаешь, если бы он очень захотел куда-то поехать, даже к девушке на свидание, то спрашивал бы тебя? Согласна, — останавливает меня, когда я уже было открыла рот, чтобы возразить, — сначала он пылал жаждой дурацкой и детской мести, прочитав твои статьи. Но потом что-то у вас там произошло, и он взглянул на тебя по-другому. Кать, ну подумай сама: Вишневский — миллионер, один из основных, я бы даже сказала главный налогоплательщик нашего города, и тащится с тобой в сомнительный автосервис, чтобы ремонтировать машину? Еще и Дарину терпит, — в этом месте я усмехаюсь. Действительно, сложно представить Артема в этой роли, если он сам этого не хочет. — Да он с потрохами купит и наше СТО, и все автомобили, которые здесь стоят, вместе взятые. Еще и нас в придачу захватит. И потом, только без обид, — поднимает указательный палец вверх, — не такая уж ты неприкосновенная личность, а ваш журнал — не такой серьезный противник, чтобы, как ты говоришь, он терпел тебя в своем доме против собственной воли. Такого, как Артем, хрен что заставишь сделать вопреки его желаниям.

Анька замолкает, а я перевариваю то, что она сказала. Видимо, она права. Скорее всего, так и есть. Уверена, всё, что она сказала — чистая правда. Но… Это «но» не дает мне покоя, и сомнения все равно закрадываются в душу. Верить ему или не верить?

— Наверное, ты права, — тяжело вздыхаю в ответ.

— Но ты боишься, — озвучивает подруга мои сомнения, а я только киваю головой в ответ.

Наш диалог прерывают появившиеся в боксе Артем с Дариной, которые несут по два стаканчика с кофе. Парень подходит ко мне и протягивает напиток. Наши пальцы на долю секунды переплетаются, и меня в очередной раз бьет током от его прикосновений. Артем сморит пристально, с полуулыбкой на лице, а я в ответ не могу отвести от него взгляда. Прячу глаза за стаканчиком, делая глоток горячего кофе и давая себе минутку передышки от реакции на его близость.

Девчонки хихикают в стороне, повернувшись к нам спиной. А мы продолжаем молча смотреть друг на друга, не произнося ни слова. Через пять минут Анька призывает всех продолжить работу, и Артем вместе с Дариной идут назад к автомобилю. Я больше не пялюсь в их сторону, постоянно думая о том, что сказала Анюта.

Время до шести часов вечера пролетает быстро. Я бы даже сказала незаметно. Пару раз в бокс заходит Петрович, подсказывая Дарине с Артемом, как правильно делать. Называет девушку «эксплуататоршей», глядя, как она гоняет парня, а она его в ответ «старым пнем», строгим тоном приказывая, чтобы не вмешивался в рабочий процесс. Мы смеемся, а Петрович довольный нас покидает.

Мотор готов, и Вишневский вызывается помочь его установить, укрепляя на подъемник. Мышцы на руках перекатываются, а мы втроем за этим наблюдаем. Дарина смотрит на меня, поднимая указательный палец вверх и легонько кивая утвердительно головой. Я усмехаюсь, и настроение делает стремительный скачок вверх.

Закрепляем двигатель, и Анька объявляет о конце рабочего дня.

— На сегодня всё, — вытирает руки тряпкой. — Спасибо за помощь.

— Не выпендривайся, помощь, — Дарина кривится. — Я катаюсь первой, — тычет в нее пальцем и перебивает подружку, как только та открывает рот, чтобы дать отпор. — Даже не мечтай мне сейчас что-то возразить!

— Посмотрим на твое поведение, — усмехается Анюта.

— Так, может, в клуб? — Дарина обводит всех взглядом. — По традиции, как говорится.

— Я устала, — начинает канючить Анька.

В принципе, она всегда плачется по вечерам субботы, но потом сдается под нашим напором. Однако сегодня я всецело на ее стороне. Нет никакого желания тащиться куда-либо, кроме кровати.

— Думаю, надо отдохнуть, — поддерживаю подружку.

— Какие вы все несерьезные, — капризничает Дарина. — Артем, ну хоть ты им скажи, а?

Вишневский стоит молча, наблюдая за нашей перепалкой. Уверена, он тоже устал, и желания тащиться в клуб у него нет. Но он же упрямый, а значит никогда в жизни не признается в этом. И я очень надеюсь, что меня поддержит. Но тут Вишневский выдает, путая все мои дальнейшие планы:

— Приглашаю вас, милые барышни, потанцевать. Обмоем начало моей новой трудовой деятельности. Если вдруг разорюсь, приду работать в автосервис, — и скалится во все тридцать два зуба. — Отказы не принимаются, — тычет в нас с Анькой пальцем, а мы переглядываемся между собой.

Анюта пожимает плечами, показывая всем своим видом «надо, значит надо», и мне приходится капитулировать под напором двоих упрямцев, особенно коронного взгляда Дарины «только попробуй отказаться». Утвердительно киваю головой с кривой усмешкой на устах.

— Вот это я понимаю, мужчина, — восклицает Дарина. — Сейчас все отдыхать, — как обычно, берет командование в свои руки. — А в десять встречаемся возле нашего любимого клуба.

— Может, в какой другой пойдем? — обиженно произносит Аня.

— Не боись, в обиду не дадим, — Дарина обнимает ее за шею. С ее ростом это сделать элементарно, и Анюта, в очередной раз тяжело вздыхая, соглашается:

— Ладно, уговорили.

Переодеваемся, моем руки, прощаемся с девчонками и идем вместе с Вишневским к Гелику. Он забирает у меня ключи от машины и садится за руль. А я откидываюсь на пассажирском сиденье, открываю окно и закрываю глаза, как делал с утра Артем. Мышцы гудят, но настроение очень хорошее. И даже остается время, чтобы отдохнуть перед ночными танцами. Вишневский же не знает, что энергии у нас много, а потому будем плясать с девчонками до утра. Пока сил хватит, а их обычно переизбыток, когда дело касается развлечений. Будет ему наглядная наука на будущее, как сначала говорить, а потом уже думать.