Глава 19

Глазам своим не верю, что передо мной стоит новенький, сверкающий еще заводской краской спорткар BMW i8. Белого цвета, всё как я люблю. Мне бы такую машину, наверное, прыгала бы от радости до потолка месяц. А может и больше.

Пока я стою на месте и таращусь на автомобиль, Артем подписывает какие-то бумаги, забирает техпаспорт и возвращается ко мне.

— Так и будешь стоять?

— Боюсь, даже шаг сделать, — до сих пор не могу поверить, что сейчас подойду к этой красавице и даже смогу ее потрогать.

— Смелее, — берет меня под руку и стаскивает со ступенек. Успеваю только ноги передвигать.

Дотрагиваюсь до крыши, проводя пальцами вдоль линии соприкосновения с дверями. Артем усмехается, немного отодвигая меня в сторону и открывая водительскую дверь.

Салон пахнет кожей. Вдыхаю этот аромат и задерживаю воздух в легких. Приборная панель напичкана электроникой, от которой рябит в глазах. Но всё это настолько клево, как будто я очутилась на странице глянцевого журнала рядом с красавцем-спорткаром. Новые автомобили видела только в салонах, куда ходила подписывать договора о сотрудничестве. Конечно же, разрешали посидеть на водительском кресле, но на такой красавице ни разу в жизни не каталась. Даже в виде пассажира, не то, что водителя.

— Помнится, кто-то просил покататься на моем спорткаре, — Вишневский облокачивается об открытую дверь, наблюдая за моим медленными движениями и восхищенными взглядами. — Прошу, — рукой указывает на водительское кресло.

— Ты серьезно? — поднимаю на него взгляд.

— Конечно, — улыбается, видя мою нерешительность. — Будем считать, что это мое второе желание.

— Я боюсь, — говорю негромко, наклоняясь к нему ближе. — Страшно.

А парень немного откидывает голову назад и начинает заливисто смеяться. Странный он какой-то, честное слово. Даже не боится мне доверить новую машину.

— Сама же просила, а теперь заднюю включаешь. Смелее, чего испугалась?

— Я просила покататься на красненькой, — уточняю на всякий случай. — Кстати, а где она? — смотрю на Артема удивленно.

— Катя, — он тяжело вздыхает, все еще улыбаясь. — Ты меня точно с ума сведешь. Красненькая, — передразнивает, подражая моей интонации, — немного пострадала в последней э-ээ… — делает паузу и смотрит мне в глаза.

— Ты ее разбил, — делаю заключение.

— Да, — кивает утвердительно головой. — Несильно, но поправимо. Машину отремонтировали, и я ее продал. К тому же, ей было уже почти три года.

— Всего три года, Вишневский, — как можно быть таким расточительным. Разбить автомобиль, и так спокойно об этом говорить. Да меня бы инфаркт хватил, если бы с моей красавицей, пусть и десятилетней давности, что-то подобное случится. — К тому же, — смотрю на свой внешний вид, — я не одета для прогулок на такой красавице.

— У тебя есть ровно десять минут переодеться и выбросить все глупые страхи из головы, — продолжает стоять на месте и пялиться на меня. — Иначе уеду без тебя. Открою страшную тайну, — наклоняется ко мне поближе. — Я сам на ней ездил только один раз на тест-драйве. Так что, считай, тебе выпала честь прокатиться на ней первой.

— Я мигом, — разворачиваюсь и бегу к ступенькам.

— Права не забудь, — кричит Артем мне вслед.

Взлетаю по лестнице со скоростью реактивного самолета. В комнате привожу дыхание от быстрого бега в порядок, после чего открываю дверцу гардеробной, куда временно разместила свои вещи. И передо мной встает извечная проблема всех женщин — нечего надеть. Как же так, в самый неподходящий момент!

Перерываю полшкафа, и всё не то. Слишком уж я впечатлилась новой покупкой Вишневского. А он тоже хорош, мог и предупредить, что машину прикупил, и сегодня ее доставят. Я бы хоть эмоции так ярко не выражала в его присутствии. Прямо врасплох застал.

На глаза попадаются джинсы ярко-оранжевого цвета. Может и не строго, зато полностью передают мое теперешнее эмоциональное состояние. Быстро переодеваюсь, выбирая в качестве верхней части легкий свитерок белого цвета без декольте. Хватаю сумку с телефоном, не забыв проверить документы, и вылетаю из комнаты.

Артем стоит возле спорткара в джинсах и светлой футболке. Уже успел переодеться, надо же, какой быстрый.

— Я не опоздала? — спрашиваю, подходя к нему ближе.

— Собирался уехать без тебя, но решил подождать, — смеется, оценивая мой внешний вид. Такое чувство, что сейчас взглядом разденет прямо здесь. — Симпатично.

— Может и не стильно, зато полностью передает мое настроение.

— Присаживайся, — открывает водительскую дверь, протягивая мне ключ с брелком, сделанный в виде мини-смартфона с крупным цветным дисплеем, показывающим полную информацию об автомобиле.

Осторожно беру его, глядя на парня, после чего медленно опускаю пятую точку на светло-коричневое кожаное сидение. Пока я рассматриваю приборную панель, трогаю руль и просто восхищаюсь подобной красотой, Артем обходит спереди автомобиль, открывает пассажирскую дверь и садится рядом.

— Если честно, волнуюсь очень. Никогда на подобном не ездила, — вздыхаю, в надежде, что парень передумает, и мы поменяемся местами. Хотя прокатиться за рулем спорткара хочется безумно.

— Заводи, — командует тоном, не признающим возражений.

Нажимаю на кнопку запуска и ставлю ключ с брелоком на его место возле селектора. Мотор начинает свою работу, панель управления загорается разноцветными лампочками, а я, вцепившись в руль, сижу и пялюсь в лобовое стекло. Хочу, но боюсь. Когда рука уже тянется вниз, чтобы заглушить двигатель, чувствую мужские пальцы на подбородке. Артем немного надавливает, после чего поворачивает мою голову лицом к себе.

— Расслабься, — говорит ровным и спокойным голосом. — Ты слишком напряжена. Уверен, у тебя все получится. Сам боялся, когда впервые садился за руль спорткара. Это только идиоты думают, что управлять таким автомобилем легко. Нужно просто привыкнуть к габаритам. Кать, под капотом триста шестьдесят лошадей. Максимальная скорость — двести пятьдесят, но я выдавливал максимум двести двадцать. Коробка — автомат, так что не нужно даже прислушиваться к работе двигателя. Плавно нажимаешь на педаль газа и ничего не боишься, поняла?

Мы смотрим друг другу в глаза несколько долгих секунд. Сердце колотится как после длительного забега. Артем продолжает удерживать меня за подбородок, ожидая ответа.

— Поняла, — тихо произношу, после чего парень подается немного вперед и наши губы встречаются.

Легкий поцелуй, от которого кровь по венам начинает бурлить еще сильнее. Вот это поддержка! С такой поддержкой я готова каждый день садиться за руль и бояться.

— Расслабься, — отрывается от меня. — И ничего не бойся. Я рядом.

— Хорошо, — вздыхаю, а в голове бьются два слова: «Я рядом». И хочется, чтобы их смысл заключался не только в сегодняшнем сидении в одной машине.

— А теперь, — продолжает свою речь, — если ты улыбнешься, я тебя еще раз поцелую.

Немного прихожу в себя от переизбытка эмоций, после чего на лице появляется улыбка. Скромная, конечно, зато от души. Артем притягивает меня к себе и впивается губами в мои, теперь уже давая накопившейся страсти вырваться наружу. Это сейчас очень необходимо как мне, так и ему. Я и сама в ответ обнимаю его одной рукой за голову, на давая возможности капитулировать. Именно сейчас. Только не в данный момент.

Не знаю, сколько времени наши языки сплетаются в бешенном темпе, но парень первым отрывается, удерживая за шею и прислоняясь лбом к моему.

— Расслабилась? — его голос с хрипотцой еще больше заводит, чем руль спорткара.

— Да, — отвечаю тихо.

— Поехали, — он отпускает мою голову и садится ровно.

— Тогда держись! — пристегиваю ремень безопасности, ставлю селектор на позицию движения вперед и плавно нажимаю на педаль газа.

Машина трогается и медленно выезжает со двора.

— Давай за город, там потренируемся, — парень смотрит в окно.

— Как скажешь, босс!

И без того хорошее настроение достигается отметки максимум. Даже выше. Окна открыты, и приятный ветер обдувает раскрасневшееся лицо. Надеюсь, Артем спишет мое покраснение, которое увидела в зеркале, на переживание из-за автомобиля, а не на поцелуй, который поднял уровень адреналина выше нормы.

Движения за городом практически нет, и через десять минут, уже привыкнув немного к габаритам спорткара, а также вспомнив все уроки экстренного вождения от Анькиного брата, я уверенно держу руль и давлю на педаль газа. Разочек даже лихачу, обгоняя впереди идущий автомобиль со скоростью сто шестьдесят километров в час. Вот это адреналин, скажу я вам. Даже сама от себя такого не ожидала, что могу решиться на подобный маневр.

— Ого, — говорит Артем, наблюдая за моими смешками и восторгами. — А кто-то прибеднялся, мне страшно, я боюсь, — кривляет мой голос. — А тут Шумахер в юбке оказывается.

— Ты правильно сказал — надо привыкнуть к габаритам. К тому же, я очень давно не ездила на спорткарах, отвыкла.

— Привыкай, — говорит спокойно. — Будешь теперь моим личным водителем. Круто у тебя получается, молодец!

Даже чувствую, как лицо снова начинает краснеть. Хотя безумно приятно слышать от него комплименты.

По трассе катаемся пару часов. Артем объясняет мне, как лучше управлять данным автомобилем, а я просто наслаждаюсь быстрой ездой. Стрелки часов переваливают за восемь вечера, и мы возвращаемся в город. Движение здесь пооживленнее, и я сбрасываю скорость. Чувствую себя уверенно, но лихачить не собираюсь.

— Катя, — боковым зрением вижу, как парень повернул голову в мою сторону. — Кто ездит на спорткаре со скоростью семьдесят километров в час? — усмехается.

— Предлагаешь сто? — продолжаю внимательно смотреть на дорогу.

— Как минимум, — Артем поднимает указательный палец вверх. — Это же спортивная тачка, а ты плетешься как черепаха.

— Ну, знаешь ли, — начинаю возмущаться. — Вообще-то есть правила дорожного движения, независимо от того, сколько лошадей у тебя под капотом.

— И ни разу не хотелось их нарушить?

— Хотелось, — честно признаюсь, — но ты же знаешь, что я всегда думаю, прежде чем что-то делаю.

— Так давай, — настаивает на своем, вот что за человек. — На следующем светофоре лавируешь между машинами и пролетаешь на красный свет, слабо?

— Вишневский! — вспыхиваю как спичка. — Ты сдурел?

— Выпусти пар, Катя, ты слишком напряжена. Штрафы беру на себя, если поймают. Ну же, смелее!

Он слишком близко наклонился ко мне, и кожа мгновенно покрывается мурашками от его дыхания. Не знаю, какой из предохранителей, отвечающий за разум, сгорает в моем мозге, но я давлю на газ, лавируя между тремя машинами, и вылетаю на красный свет, благо, автомобили, которым горит зеленый, еще только начинают свое движение.

Сбрасываю скорость и выдыхаю, продолжая вести спорткар дальше по проспекту.

— И как тебе? — усмехается Артем.

— Круто, — до сих пор не могу прийти в себя от того, что я смогла это сделать. — Хоть и глупо, — добавляю.

— Разочек можно, — Вишневский смотрит в лобовое стекло. — Зато расслабилась и получила удовольствие.

— Это да, тут даже спорить не буду. Но лучше так не делать, может быть опасно. Машина молодец, — провожу правой рукой по рулю, — не подкачала.

— Хочешь, подарю? — вижу, что снова поворачивается ко мне лицом.

— Хочу, — отвечаю уверенно. Вот так вот, дорогой. — А ты думал, что откажусь?

— Думал, — начинает удивленно Артем, — что начнешь сейчас читать очередную лекцию о моей безответственности. И ты своим ответом прямо в ступор меня вогнала. Но я, прежде чем предложить, подумал, честное слово.

— Во-первых, — останавливаюсь на очередном светофоре, — несмотря на то, что я блондинка, идиоткой себя не считаю. А только дура безмозглая откажется от такого подарка, — расплываюсь в улыбке. — А во-вторых, — поворачиваюсь к парню лицом, — знаю, что ты пошутил.

Небольшая пауза, и я вижу, как впереди стоящие автомобили начинают трогаться с места. Отворачиваюсь, снова смотрю в лобовое стекло и нажимаю на педаль газа.

— Я не шутил, — произносит негромко парень, но я ничего не отвечаю на это. — Давай на следующем перекрестке налево, там хороший ресторанчик. Приглашаю тебя на ужин.

— Согласна, — отвечаю и через пару минут паркуюсь перед входом в здание.

Столик на летней площадке находим очень быстро. Прекрасный вид на ночной проспект, небольшая лампа в виде шара на столе, создающая уютную и непринужденную атмосферу, а также красивый мужчина рядом — что может быть прекрасней после гонки на спортивной тачке, вызывающей кучу эмоций и зашкаливающий адреналин. Отличное место, чтобы расслабиться.

Судя по заказу Артема, он голодный как волк. Еще бы, за целый день съел только парочку бутербродов. Так и до гастрита недалеко. Усмехаюсь своим мыслям. Ну вот, уже о здоровье Вишневского думаю как о своем собственном. Такими темпами скоро буду знать точное количество футболок и костюмов в его шкафу, регулярно покупая ему новые. Пора завязывать с подобными идеями, а то, чувствую, сейчас мои фантазии заведут меня очень далеко.

Себе заказываю рис с овощами и легкий салатик. Ем медленно, не торопясь, наблюдая, как Артем уверенно орудует вилкой с ножом, отрезая очередной кусок мяса.

— Ты почему так мало ешь? — спрашивает, делая глоток сока и вытирая рот салфеткой.

— Не хочется, — кривлюсь в ответ. — Зато, смотрю, у тебя аппетит отличный.

— Проголодался малость, — смотрит в упор на меня. — О чем думаешь?

— Вроде живу у тебя уже вторую неделю, а толком про тебя так ничего и не знаю.

— Так уж и не знаешь? — он откидывается на спинку плетеного кресла, закидывая ногу на ногу. — Спрашивай, если что-то интересует.

— Например, — раз уж дали мне все карты в руки, стоит этим воспользоваться, — сколько у тебя автомобилей?

— Три, — спокойно отвечает. — Гелик ты видела, второй — Мерседес-седан бизнес-класса, на котором езжу исключительно с водителем на встречи или в командировки, если недалеко. И третья — это игрушка, на которой ты сегодня каталась. Специально купил ту же модель, что была до этого. Привык уже к ней, не хочется ничего менять, Я люблю только эти две немецкие марки. Не могу объяснить, почему, просто нравятся. А тебе?

— Мне многие автомобили нравятся, но свою Тойоту, которой уже двенадцатый год пошел, покупала исходя из средств, которыми на тот момент располагала. Анька помогла найти идеальный вариант. В принципе, я довольна.

— Тогда задам вопрос по-другому — если в средствах нет ограничений, какую машину приобрела бы?

— Тут надо подумать, — смотрю вниз с веранды на спорткар и улыбаюсь, после чего поворачиваюсь лицом к Артему. — Наверное, Гелик.

— Неплохо, — усмехается в ответ. — А где бы хотела побывать?

— В Турции, Египте, Тунисе и Италии я уже была, — вспоминаю, куда еще я летала. — И в Таиланде тоже. А мечта у меня — побывать на Багамах. Как и ты, не могу объяснить почему. Просто хочу. Говорят, там красиво.

— Очень, — кивает головой Артем. — Разочек с друзьями туда летали. Я, правда, смутно помню все пять дней, так как алкоголь рекой лился, но кое-что рассмотреть успел.

— А ты где побывал за свою жизнь? — парень снова усмехается. — Или проще спросить, где ты не был? Кстати, помимо дома есть еще недвижимость? А то я этот момент упустила из вида. Так любопытно, как живут олигархи. Или это страшная тайна? — прищуриваюсь, наслаждаясь его мальчишеской улыбкой и расслабленной позой.

— Квартиры в Москве и Питере, так как часто там бываю по делам, — начинает перечислять Артем. — Дом в Испании и коттедж в Майями прямо на берегу океана, там сейчас мой зам живет вместе с семьей, скоро должны вернуться. Из-за долгосрочного проекта сейчас подбираю варианты в Чикаго, чтобы было где останавливаться. Ненавижу гостиницы, прямо бесят они меня.

— Неплохо, — цокаю языком. — Даже очень круто, — молчаливая пауза и обмен взглядами. — И раз у нас пошел такой доверительный разговор, ответь честно — ты давно знаешь, что я про тебя пишу?

Вишневский демонстративно тянет руку, немного поддаваясь корпусом вперед, медленно берет стакан с соком, делает глоток, после чего, не торопясь, снова откидывается на спинку кресла.

— Давно, — улыбается одними уголками губ. Вот, как у него так получается? Вроде ничего не делает, а хочется кинуться ему на шею и отдать свое сердце в придачу. Опять мои мысли непрошенные заводят не в ту сторону. Но эта его вальяжная поза и ленивая улыбка просто сводят с ума такую эмоциональную барышню, как я. — Пашка первым где-то откопал ваш журнал со статьей о моих похождениях в Чикаго. И мне рассказал. Пришлось прочитать, интересно стало, — делает паузу, но я в ответ молчу. — А Нина Степановна, — продолжает, растягивая слова и одновременно сканируя мою реакцию на свои замечания, — как я потом выяснил, каждый месяц покупала ваш «Shick». Я у нее брал, читал и смеялся.

— И все твои чудачества — это просто стечения обстоятельств? — пристально смотрю ему в глаза. — Или ты специально, — делаю ударение на последнем слове, наблюдая, как на его лице расплывается ехидная улыбка, — всё это делал, чтобы я без работы не осталась?

— Скажем так, сначала решил проверить. А потом втянулся.

— То есть троллейбус из Депо угонял специально, чтобы я написала? — мои брови лезут вверх.

— Изначально был спор с Лехой, — смотрит, как мои глаза округляются еще больше. — Но, в общем, да, специально. Спровоцировал Леху на спор и угнал троллейбус, чтобы ты написала.

— Идиот, прости Господи.

— Не спорю, — смеется в ответ. — Зато, какие рейтинги были!

— Вишневский, детский сад.

— Ты уже говорила, — подзывает официантку, показывая ей в воздухе рукой, чтобы она нас рассчитала.

— Когда повзрослеешь? — продолжаю, потому что не могу остановиться.

Я-то думала, что у него в крови адреналин зашкаливает, а у него в одном месте детство до сих пор играет. Это ж надо додуматься, угнать троллейбус или погонять на тачках по центру города, чтобы неизвестная Милашка написала об этом в журнале и подняла себе рейтинги. Вот же балбес великовозрастный.

— Теперь у меня к тебе будет вопрос, — наклоняется, пристраивая грудь на столе. — Статьи — это месть за тот случай на дороге полтора года назад? Или просто впечатлилась моей физиономией в Интернете?

— Смотри-ка, запомнил, — моя очередь усмехаться и строить глазки. — Как ты тогда меня назвал — курица тупая?

— Я погорячился, — цедит сквозь зубы.

— И права предлагал у меня забрать, — продолжаю нал ним издеваться. — Не передумал?

— Кать, ну хорош, нашла, что вспомнить, — говорит обиженным голосом, но делает серьезное лицо, так как к столику подходит официантка со счетом.

Парень достает кошелек, отсчитывает нужную сумму, и мы покидаем ресторанчик. На улице уже темно, и на проспектах зажигаются фонари. Наш спорткар стоит так, что на него падает свет только с ресторана. И то довольно слабый.

Не успеваю подойти к машине, как Артем резко хватает меня за талию, поворачивая лицом к себе, и прижимает спиной к пассажирской двери.

— Что это на тебя нашло? — спрашиваю негромко, начиная нервно и тяжело дышать от его касаний. Он так близко, что сердце вот-вот вырвется из груди. Или остановится от переизбытка эмоций.

Парень поднимает мою руку, в ладони которой зажат ключ-брелок от авто, вверх. Не знаю, что он задумал, но мне уже безумно нравится. Проводит по руке подушечками пальцев, медленно поднимаясь снизу вверх. Даже через тонкую ткань кофточки чувствую его прикосновения, от которых кидает в жар. Его рука достигает моих пальцев, которые вцепились в ключ, и не хотят его отпускать. Я вся в напряжении и в ожидании, что же он задумал.

— Ты фильмов пересмотрел? — говорю на одном дыхании, так как от близости мужского тела меня снова и снова кидает то в жар, то в холод. Никак не могу справиться с нахлынувшими эмоциями.

Желаешь увидеть стриптиз в моем исполнении? — дразнит, касаясь губами уголка моих губ.

— Не знала, — еле произношу, так как во рту уже все пересохло, — что у тебя, Вишневский, такие познания в области американской киноиндустрии.

— Какие высокие слова, — его дыхание уже опаляет мою кожу, и даже прохладный ветерок не спасает от пламени, которое зажигается внутри и в скором времени начнет гореть еще сильнее.

— Так желаешь или нет? — проводит медленно языком по моим губам.

— Мечтаю, — практически выкрикиваю ему в губы, а он усмехается, и не успеваю закрыть рот, как ощущаю внутри язык Артема, которой находит мой и начинает медленный танец любви.

Одна рукой хватаюсь за шею парня, а пальцы другой непроизвольно разжимаются, и Артем аккуратно забирает у меня ключ из ладони. Даже не обращаю на это внимание, обнимая теперь уже двумя руками Вишневского, притягивая к себе ближе. Не хочу отпускать. Ноги подкашиваются от его напора, и, если бы не автомобиль за спиной, я бы свалилась прямо на землю.

Артем первым отрывается от меня, а из моей груди вырывается непроизвольный стон. Понимаю, что не место, но так хочется снова ощутить его язык у себя во рту.

— Поехали домой, — говорит негромко, проводя рукой по моему лицу. — Я поведу, — после чего делает шаг назад, не выпуская меня из рук, и открывает пассажирскую дверь.

Сажусь в салон и наблюдаю в окно, как пятеро девушек «прилипли» к парапету, косясь в нашу сторону, обсуждая то ли необычный спорткар, двери которого открываются вверх, то ли наш с Артемом поцелуй. Вот и пусть завидуют и тому, и другому.

Вишневский уверенно ведет машину, лавируя между автомобилями по проспекту. Окна открыты, и ветер обдувает кожу, приводя мысли и чувства в порядок. Мы молчим, глядя на дорогу перед собой. Никакие слова сейчас не нужны. Мне нужно сосредоточиться, прийти в себя и решить, что делать дальше.

Артем загоняет спорткар во двор и глушит двигатель. Я, не глядя на него, открываю дверь и выхожу на улицу. Вдыхаю свежий воздух, который мне сейчас крайне необходим, чтобы унять бешеный ритм сердца. Иду к дому и слышу за спиной хлопок закрывающейся двери, а после шаги парня.

Поднимаюсь на второй этаж и останавливаюсь возле своей двери. Смотрю перед собой на деревянную поверхность, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями, но в голове полный сумбур. Ну же, Катя, решайся. Он не такой, как тебе казалось раньше. Он — ответственный, исполнительный, серьезный и совсем не раздолбай. И еще. Ему можно доверять. Давай, дорогая, смелее.

«Я рядом» — всплывают в памяти слова Артема.

Поворачиваюсь к парню лицом. Он молча стоит и смотрит на меня. Между нами расстояние в два шага — один мой, второй его. Секунда, две, три — и мы делаем их одновременно, жадно впиваясь друг в друга.

Его руки плавно скользят по моему телу, а я обнимаю его за шею, путаясь непослушными пальцами в коротких волосах. Не могу оторваться ни на секунду. Сегодня он мой, надеюсь, что и завтра тоже, хотя даже думать не хочу о том, что будет потом, наслаждаясь здесь и сейчас тем, что имею.

Легкий свитерок безбожно задран, но все это меркнет по сравнению с тем, как наши языки сплетаются, двигаясь в одном ритме и направлении. Прикосновения Артема обжигают кожу, и даже ураган на пару с цунами не разлучит нас, а также не погасит жар, пылающий внутри.

Не знаю, как парню это удается, но, не отрываясь ни на секунду, он разворачивает меня спиной к двери своей комнаты. Немного подталкивает, заставляя делать пару шагом назад, на ходу нажимая на ручку и открывая настежь дверь. Ноги цепляются друг за дружку, но это такие мелочи по сравнению с тем, что сейчас произойдет. Даже поверить в это страшно, хотя я и мечтала о его красивом и горячем теле, лежа в соседней комнате на кровати перед сном. Представляла, как это — принадлежать ему. Пусть хотя бы раз, но раствориться в нем полностью, без остатка.

Ноги упираются в препятствие в виде кровати, но Артем крепко удерживает меня в своих объятиях, не давая упасть назад. На несколько секунд отрывается, чтобы быстрым и резким движением стянуть мой свитер через голову и отбросить его в сторону. Не отстаю от него, хватаясь за края мужской футболки, заставляя парня поднять руки вверх, повторяя его недавние движения.

Артем усмехается и снова впивается губами в мои, обнимая за талию. Его руки медленно движутся вверх, своими прикосновениями заставляя меня терять рассудок. Боже, что он со мной делает, этот ненормальный Вишневский! Под таким напором я скоро свалюсь без чувств от возбуждения.

Его пальцы находят застежку бюстгальтера, и он, как волшебник, одним движением расстегивает замочек. Секунда — и верхняя часть нижнего белья улетает вслед за свитером и его футболкой в неизвестном направлении.

Теперь я полностью чувствую кожей его тело. Мышцы пресса напряжены, и парня немного трясет. Уверена, что как и меня, от возбуждения. И с этим надо что-то делать.

Одной рукой продолжая удерживать его за шею, другой провожу по груди, перемещаясь на пресс живота и опускаясь вниз. Дотрагиваюсь до пряжки ремня, но мою руку перехватывают мужские пальцы, аккуратно сжимая. Подушечкой большого пальца проводит по внутренней стороне ладони, после чего наши пальцы переплетаются.

— Не торопись, — говорит парень, прерывая поцелуй. Нежно касается губами виска, продолжая одной рукой удерживать меня за спину, отводя другую вместе с моей в сторону.

Дышит тяжело, опаляя дыханием кожу лица. Я и сама не могу привести дыхание в порядок, как не пытаюсь. Чувствую, как грудь ходит ходуном, от чего мышцы на теле Артема напрягаются еще сильнее.

— Не буду, — произношу тихо в ответ, хотя внутренний голос подсказывает совсем другие слова.

— Хочу тебя безумно, — шепчет на ушко, прикусывая мочку, а из моей груди вырывается стон. — Но боюсь испугать своим напором.

— Вишневский, не тяни, а то точно сейчас прибью, — снова стону, так как язык начинает свое плавное движение от виска к шее. Откидываю голову в сторону, чтобы парню было удобно.

Прикусывает шею, а я впиваюсь руками в мужские плечи, оставляя след от ногтей. Когда же он уже наиграется! Не видит, что ли, я вся горю и полностью готова. Какой, нафиг, напор! Если он сейчас не прекратит надо мной измываться таким способом, хоть и довольно приятным, я его точно прикончу, так и не закончив начатое.

Такое чувство, что читает мои мысли, потому что в следующую секунду немного подталкивает меня назад, удерживая руками и укладывая аккуратно на кровать. Губы с языком продолжают свои движения по моей шее, а рука переместилась на грудь, играя с давно уже набухшим соском. Эта пытка никогда не кончится, чтоб его!

Артем отрывается от своего занятия, обеими руками расстегивая пуговицу на моих джинсах и стаскивая их вместе с трусиками. Сидит на коленях между моих ног, и даже при свете луны и фонарей, который попадает в комнату, вижу, что очень внимательно изучает мое тело. Улыбаюсь, медленно поднимаясь, с двух сторон фиксируя тело парня коленями. Смотрю ему в глаза, руками расстегивая ремень, после чего пуговицу и змейку на джинсах. Пытаюсь стянуть их вниз, но парень не двигается с места, продолжая сидеть в той же позе и наблюдая с усмешкой за моими действиями.

— Так не честно, — говорю ему, прижимаясь своим шикарным бюстом к его груди. Чувствую, он еле сдерживается от напряжения. Одной рукой беру его за шею, нежно поглаживая пальцами и шепчу прямо на ушко: — Я тоже хочу посмотреть.

— Нетерпеливая какая, — парень берет меня за талию и легонько толкает, чтобы я снова приняла лежачую позу.

Отползаю назад, удобно устраиваясь на подушках, и наблюдаю, как Артем медленно стягивает сначала одну штанину, потом другую, сидя на краю кровати. Встает в полный рост и смотрит на меня.

— А дальше? — хоть он, скорее всего, и не видит, но поднимаю одну бровь вверх. — Где мой обещанный стриптиз?

— Катя, — делает шаг, потом второй, после чего на коленях, как хищник, ползет ко мне. Хватает за ноги и тянет на себя. — Еще слово, и я за себя не отвечаю.

— Как страшно, — смеюсь, а он в ответ рычит, наваливаясь на меня всем телом и впиваясь в губы.

Нас снова трясет как в лихорадке, а руки уже живут отдельной жизнью, исследуя тела друг друга. Мне нравится, то, что я чувствую под пальцами, а также то, как этот мужчина на меня влияет. Не могу и не хочу сдерживать эмоций, и очередной стон вырывается из груди, когда губы Артема снова приближаются к моему ушку.

— Ты такая сладкая, — шепчет, проводя по виску язычком. — Не могу больше ждать.

Даже сквозь затуманенный взор вижу, как рука парня тянется к тумбочке.

— Не стоит, — говорю тихо, а он смотрит мне глаза.

— Кать, я не сдержусь, — тяжело дышит, прижимаясь ко мне. — Боюсь, не успею.

— Я на таблетках, — прерываю его пламенную речь, а он замирает. Не шевелится, просто лежит на мне сверху и сканирует взглядом. — Артем, — вздыхаю, — это не то, о чем ты подумал.

— Подумать еще не успел, — произносит тихо, ожидая от меня ответа. — Может, я нарушил чьи-то планы?

— Глупости не говори, — опять он начинает старую песню о главном, ну, что за черт. Надо объяснить, а то как бы не напридумывал себе Бог знает чего. — Три месяца назад у меня произошел гормональный сбой. Такое бывает сплошь и рядом, особенно от нервов и переутомления. Врач посоветовала мне пропить противозачаточные для восстановления гормонального фона, вот и всё.

— Баран тупоголовый, — рычит, зарываясь лицом в мои волосы. — Прости меня.

— Прощу, если не будешь больше тормозить.

Снова целует меня, а я уже тяну его боксеры вниз. Помогает мне, после чего его рука плавно скользит по внутренней стороне бедра. Я чувствую его возбуждение. Почувствовала давно, еще в коридоре, когда мы жадно впивались друг в друга. Не знаю, как он так долго может сдерживаться, доводя меня до потери сознания.

Артем вклинивается между моих бедер и медленно входит, а затем, судорожно выдохнув, замирает на несколько секунд, давая мне время приспособиться к его размеру. Мои мышцы расслабляются, и он начинает неспешно двигаться, с каждым разом ускоряя движения своих бедер. Он тяжело дышит, удерживая вес своего тела на руках, а я впиваюсь ногтями ему в спину, крепко держась за единственную опору в данный момент. Обхватываю его ногами за талию, продолжая двигаться с ним в одном темпе.

— Ну же, Катя, давай, — его движения ускоряются, а я уже пребываю на полпути к пику наслаждения. Несколько секунд, и мое тело выгибается дугой навстречу парню, а из моей груди вырывается стон блаженства. Артем усмехается и вскоре сам присоединяется ко мне.

Мышцы рук и спины напрягаются, и парня трясет. Как и меня, в принципе, тоже после такого бурного экстаза. Дышим тяжело, но в душе пребывая в полном блаженстве. Не разжимаю ног, надавливая ему на спину, заставляя лечь сверху.

Он немного расслабляется, зарываясь лицом в мои волосы.

— Впервые в жизни не хочу торопиться, — шепчет мне на ушко. Слышу, как бьется его сердце с моим в унисон, и это так приятно.

— Я тоже, — отвечаю негромко, гладя руками по спине Артема. Лежим не двигаясь пару минут, после чего парень перекатывается на спину, заставляя меня разжать ноги.

Находит рукой мою руку, переплетая пальцы. Привожу в порядок свои мысли и эмоции, стараясь выровнять дыхание. Получается с трудом, но это даже радует, потому что, уверена, будет продолжение. Надо его немного подразнить, чтобы расшевелился еще сильнее.

— Я в душ, — вырываю руку и соскакиваю с кровати.

— Не понял, — Вишневский подрывается следом и ловит меня, когда моя рука уже легла на ручку двери в ванную комнату.

Обнимает двумя руками под грудью, прижимая спиной к себе.

— А ты потом, — произношу полушепотом, так как его язык начинает плавные движения по моей шее, заставляя тело снова наполниться желанием.

— Хочу с тобой, — прикусывает зубами кожу на изгибе шеи, а у меня из груди вырывается стон.

— Только, — произношу чуть ли не по слогам, так как во рту пересохло, а действия Артема не дают сконцентрироваться, — ели будешь себя хорошо вести.

— Я буду очень плохо себя вести, — прижимает к себе еще ближе, а я откидываю голову назад, наслаждаясь его прикосновениями. — Ты первая девушка, которая побывает в моей ванной, — одной рукой открывает дверь.

— Вишневский, ты опять, — хнычу в ответ.

— Не подумал, — шепчет прямо в ухо, опаляя висок жарким дыханием. — Перефразирую. Ты — единственная девушка, с которой я хочу вместе принять душ в моей ванной. Закрой глаза.

Подчиняюсь ему низкому тембру с хрипотцой, потому что даже нет сил, а главное, желания сопротивляться.

Артем подхватывает меня на руки, делает несколько шагов вперед, после чего ставит меня на ноги, а я ступнями ощущаю прохладную поверхность ванной. Слышу шум воды, после чего начинает играть какая-то романтическая мелодия. А я стою, не шевелясь, мысленно рисуя картину, что же увижу, когда открою глаза. Даже в своих фантазиях не могла представить подобной красоты.

Парень обнимает меня, шепча на ушко, что пора открывать глазки.

Комната, как и сама ванная поражает своими размерами. От набирающейся в огромный поддон воды поднимается пар. Приглушенный свет создает и без того интимную атмосферу. Как же мне это нравится!

Артем прижимает меня к стене, впиваясь в губы. Поднимает руками за попу, заставляя обхватить его ногами сзади. Прекрасно понимаю, что прелюдия сейчас излишня, поэтому только немного вскриваю, когда снова ощущаю его в себе. Впиваюсь пальцами в спину парня, подстраиваясь под его быстрый темп. Такая же голодная, как и он. Не ожидала от себя подобной страсти.

Свет начинает переливаться всеми цветами радуги, а через пару секунд на нас обрушивается тропический водопад. Тонкие струи воды бьют в лицо, капли стекают по телу, но это не может унять пожар, бушующий внутри.

Царапаю спину парню, а он рычит в ответ, покусываю кожу возле шеи. И снова я первой попадаю в рай в полусознательном состоянии, выкрикивая его имя. Несколько секунд, резкие толчки бедрами, и Артем присоединяется ко мне…

Около двух часов ночи понимаем, что проголодались. Еще бы, после такого напряженного вечера и ночного марафона. Откуда у Вишневского столько сил и энергии? Он хоть когда-нибудь устает?

Спускаемся вместе на кухню, по дороге смеясь и дурачась. Пока я достаю из холодильника продукты и нарезаю ветчину с сыром, Артем крутится сзади, пытаясь развязать пояс своего же халата, который сейчас надет на мне. Сам он натянул только легкие спортивный штаны, продолжая дефилировать передо мной с голым торсом, вызывая во мне кучу вздохов и полустонов. Как тут можно удержаться, глядя на такую красоту! Мои гормоны пребывают в диком восторге от всего случившегося.

Смеюсь, периодически прикрикивая на него, а также пару раз легонько бью по рукам, чтобы не мешал.

— Ты такая сексуальная, — в очередной раз говорит, пристраиваясь сзади и пытаясь залезть рукой в вырез.

— Скажи, Вишневский, — одергиваю его руку, — ладно, короткая юбка или шорты, но что может быть сексуального в халате, который на несколько размеров больше меня?

— Хочется тебя из него вытряхнуть, — шепчет на ушко. — Прямо здесь и сейчас.

— Петровна тебя завтра прибьет за свою кухню, — смеюсь в ответ.

— А мы ей не скажем.

— Кто-то, помнится, голодным был пять минут назад? — поворачиваю голову, но встречаю поцелуй.

— Тебя сейчас съем, — отстраняется, чтобы пропустить меня с тарелками, так как я начинаю крутиться в кольце его рук. — Эх, — вздыхает тяжело, проводя всей пятерней по волосам, после чего следует за мной в столовую. — И никакой личной жизни.

— Кто бы говорил, — кривляюсь в ответ, садясь удобно на стул.

Артем плюхается рядом, пододвигаясь слишком близко ко мне.

— Кормить будешь? — спрашивает, глядя прямо в глаза.

— А сам что, уже не можешь?

— Сил нет, — обвивает руками меня за талию и опускает голову вниз, прижимаясь лицом к коленям. — Одна слишком ненасытная журналистка вымотала меня до изнеможения.

— Так уж и вымотала, — провожу рукой по его волосам. — Скорее один грубиян поиздевался над бедненькой журналисткой так, что сил нет даже двигаться.

— Это я грубиян? — резко поднимает голову. — Ах, ты, — начинает меня щекотать, а я в ответ заливаюсь смехом, пытаясь вырваться из захвата.

— Боюсь щекотки, — слезы выступают на глазах.

— Ревнивая? — Вишневский останавливается и смотрит на меня в упор.

— Ты веришь в эту чушь?

— Нет, просто спросил.

Даже через халат чувствую жар от его тела, и сама себе признаюсь — хочу его снова и снова, несмотря на усталость.

— Скажем так, — тычу в него пальцем. — Всем твоим блондинкам волосы повырываю.

На лице Артема расползается медленная и ленивая улыбка. Боже, как мальчишка ведет себя, честное слово. И это глава крупнейшего концерна не только в нашей области!

— Какие блондинки, Катюш! Только брюнетки! В крайних случаях, рыжие.

— Вишневский! — вскрикиваю, а парень начинает заливисто смеяться, не выпуская меня из кольца своих рук. — Что смешного?

— Ничего, — глаза вспыхивают каким-то ярким блеском. — Наоборот, мне безумно приятно.

— А ты? — не отстаю от него. Беру кусок сыра, откусываю, вторую половину протягивая Артему. Он выхватывает ртом кусок из руки, нежно проводя языком по моим пальцам.

— А я пока не знаю, — его ответ заставляет меня поднять одну бровь вверх. — До этого ни разу не пробовал.

— Что именно?

— Обладать кем-то, — мы молча смотрим друг другу в глаза. Не ожидала от него услышать нечто подобное, поэтому не знаю, что ответить. — Знаешь, Катя, — продолжает Артем. — Впервые в жизни не хочу никуда уходить.

— Куда тебе уходить из своего дома? — пытаюсь перевести все в шутку, усмехаясь.

— Ты поняла, что я хотел сказать, — говорит негромко с серьезным выражением лица. — С тобой вообще всё происходит впервые.

— Это плохо?

— Нет, конечно, — проводит пальцами по моему лицу. — Это очень хорошо. Только каждый раз боюсь напортачить.

— А ты не бойся, — наклоняю голову в бок и трусь щекой об его руку. — Иногда можно и напортачить.

— Кто бы говорил, — усмехается Артем, наблюдая за моими движениями. — Что-то я снова проголодался, только уже в другом смысле этого слова. Раз на кухне не хочешь, идем наверх.

Он встает и тянет меня за руку, заставляя бросить еду и встать со стула. Какой же он ненасытный!

На лестнице прижимает к перилам, впиваясь в мои губы. Халат распахнут, тело горит, и я уже вся в предвкушении продолжения, хоть пять минут назад удивлялась его энергии. Не понимаю, откуда у меня берутся силы, но двигаюсь вместе с Артемом в сторону спальни.

— Исполню любое желание, — шепчу ему, когда он аккуратно укладывает меня на спину. Халат остается валяться на пороге, а прохладные простыни ненадолго освежают кожу.

— Любое, говоришь? — отрывается от меня, и я даже в темноте вижу его ехидную улыбку. — Тогда поворачивайся…