Глава 11. Я и гормоны, что выходят из-под контроля
На второй этаж поместья я еще не поднималась. Если я правильно понимала, там располагались хозяйские спальни, гардеробные, в общем, все те комнаты, в которые посторонним вход был закрыт. Наверно, ванной там тоже не имелось, все-таки с водопроводом тут пока не определились. Я видела пару мужиков, что регулярно таскали воду, игнорируя вздохи Эрики, явно обращенные к грязи, что оставалась после них.
Может, водопровод им спроектировать?.. Делов-то, труба сюда, труба туда… Я отмахнулась от мыслей, что атаковали меня в самый неподходящий момент, ведь я сама была буквально в шаге от понятия «труба»… Вооружившись влажной тряпкой, я бесшумно прокралась по каменной лестнице наверх, обойдя стороной кухню, откуда доносились споры Ирен и Эрики насчет выездного банкета к местной шишке. Судя по-всему, Ирен проигрывала.
На втором этаже обнаружился узкий коридор, который, казалось, не имеет конца. Дорожка из красного ворса уходила куда-то вдаль, а освещение было приглушено настолько, что я почти не видела убранства. Передо мною оказался проход с десятком дверей, и я понятия не имела, за какой из них мог обнаружиться Энес, а вламываться в, например, спальню Ирен, мне не хотелось.
Вот только долго угадывать мне не пришлось. Где-то щелкнула щелкнула щеколда, и я, врубив инстинкт самосохранения, взращенный годами внезапных визитов начальства, резко начала имитировать бурную деятельность.
Одна из дверей открылась, однако вместо Энеса в коридор вышел высокий мужчина с такими плечами, что мне на секунду подумалось, что он вынужден перемещаться бочком, чтобы ненароком не задеть какой-нибудь подсвечник.
Я отвела взгляд, пытаясь скрыть наваждение. В паре метров от меня стояла копия моего любимого актера, чьи плакаты я в юности вешала на стены, представляла рядом, следила за каждым его шагом и тратила карманные деньги на все глянцевые журналы, что только могла найти.
Высокий, широкоплечий, брюнет, еще и в идеально выглаженной черной рубашке, что обтягивала его торс, практически не оставляя шанса дофантазировать его в мыслях. Ему бы еще бородку отпустить, и главный герой известного фильма про спартанцев готов!
— Да, лорд Дориан, я вас понял…
Голос Энеса звучал на удивление покорно. Я продолжила тереть медный канделябр, стараясь оставаться незаметной. Вот ты, значит, какой… Дориан… Старший брат вчерашнего «парниши» Джеймса. И тот самый жених, которого Ирен так отчаянно хотела заполучить для своей младшей дочери.
Я затаила дыхание, боясь даже моргнуть. Что аристократ высокого полета делает в хозяйском крыле?.. Наверно, Ирен не знает. Если бы знала, уже бы давно усадила его в какой-нибудь из самых помпезных гостиных и поила бы чаем, пока Крис строила бы ему глазки.
В дверном проеме показался Энес. Он выглядел напряженным, словно струна, и как-то подобострастно горбился.
— …все будет готово в срок. Как и договаривались, — приглушенно, почти шепотом продолжал Энес, озираясь по сторонам. — Но достать это в Атталии сейчас крайне сложно. Инквизиция лютует. Риски…
— Риски щедро оплачиваются, Энес. Я не люблю слушать оправдания. Мне нужен результат к осеннему приему, что состоится через несколько недель. И, надеюсь, мне не нужно напоминать, что этот разговор…
Лучше бы он не говорил, а то я такими темпами сей медный канделябр заставлю сверкать, словно серебряный! Надеюсь, этот мужчина еще и лицом похож на того, чей образ стоит перед моими глазами! Или нет, это будет уже слишком… Потому что вот только сейчас, в свои тридцать с хвостиком лет, я поняла, каково это, когда коленки подгибаются от одного голоса.
— Останется в этих стенах, я клянусь, ваша милость! — торопливо закивал сын госпожи Ирен, склоняя голову и перекатывая в руке что-то звенящее.
Дориан коротко кивнул, развернулся и чеканным шагом направился по коридору… прямо в мою сторону.
Мое сердце ухнуло куда-то в район особо чувствительной части тела. От него еще и хвоей пахнет! Откуда он вообще хвою в теплой Атталии нашел?! Но мне нужно было куда-то спрятаться или сделать вид, что я глухая. Да, глухонемая, отлично! Все-таки я только что стала свидетелем какой не совсем законной сделки, и вряд ли меня за это по головушке погладят. Хотя я бы не отказалась, если гладить будет Дориан…
Мой мозг, видимо, понял, что от меня сейчас логичного решения не дождаться и выдал самый оптимальный из вариантов отступления — нападения. Я сделала шаг прямо навстречу лорду, отряхивая тряпку, всем своим видом изображая глухую, слепую и невероятно усердную прислугу, которая только что сюда подошла.
Дориан резко остановился. Наши взгляды встретились. Да, он самый. Призрак оперы из мюзикла. Спасибо, мироздание, вот только почему он младше меня?.. Ну ничего, мама говорила, что мужчину можно брать молодого, а потом под себя воспитывать…
Пока я крутила в голове план, как произвести на него впечатление, его серо-зеленые глаза холодного оттенка явно искали подвох. Он смотрел на меня сверху вниз, и я физически ощутила, как его цепкий мозг анализирует ситуацию: сколько я тут стою и что успела услышать. Пора включать дурочку, мужчинам же это нравится, да?..
— Доброе утро, милорд! — Я присела в безупречном книксене, хлопая глазами с той степенью легкой придурковатости, которая обычно спасала меня от лишних вопросов начальства. — Заблудились? Парадные залы на первом этаже, а тут только пыль да пауки, я вот еле отмыла…
Он не ответил и сделал шаг ко мне. От него пахло проклятой елкой, мужиком и какой-то неуловимой опасностью. Дориан скользнул взглядом по моему серому платью, задержался на лице, словно запоминая каждую черту, и чуть склонил голову.
— Какая… усердная прислуга в доме Ирен, — тихо, почти ласково произнес он, но от этой ласки мороз продрал по коже. — И как тихо ходит…
— Женщина в доме должна быть покорной и незаметной, милорд! — выпалила я, выставляя грудь вперед. — Особенно если она служит верой и правдой своим господам…
Пока я мысленно стегала себя по спине тряпкой за тупость, Дориан как-то странно на меня посмотрел, но ничего не сказал. А я так и осталась стоять с тряпкой, распрямив плечи так, как учила мама: «Хочешь выглядеть привлекательной дамой с ровной осанкой? Представь, что твоя грудь — это две базуки и тебе нужно выстрелить чуть вверх…» Только вот мама не говорила, что нужно нести чушь!
«Покорная женщина»! Господи, Лена, тебе тридцать с хвостиком, а такой бред несешь! Вот серьезно, даже самая удрученная жизнью женщина может ляпнуть, а потом до конца дней своих перед сном вспоминать… А у меня и так неловких сцен уже было столько! Теперь еще и при виде холостого аристократа я сдулась до уровня пубертатной школьницы на концерте попсой группы и несла такую чушь, от которой даже местным доспехам в коридоре стало неловко!
Я с размаху шлепнула себя мокрой, пахнущей пылью тряпкой прямо по лицу. Шлепок вышел громким и отрезвляющим. Холодная вода мгновенно смыла гормональное наваждение, возвращая мозги на место. Неприятная и попахивающая тряпка словно выдернула меня из внезапного отупления…
— Соберись, идиотка, — прошипела я сама себе, вытирая мокрую щеку. — Мужики мужиками, а костер Инквизиции по расписанию! Какие, к черту, фантазии, если на тебе огромная мишень уже нарисована?
Резко развернувшись, я решительно толкнула деревянную дверь, из которой пару минут назад вышел лорд Дориан. Защелка не успела встать на место, поэтому я ввалилась внутрь без стука.
Комната Энеса больше напоминала склад сумасшедшего аптекаря, чем спальню молодого господина. Везде висели пучки сохнущих трав, на столе теснились какие-то колбы, из-под кровати выглядывали запертые сундуки, а в воздухе стоял стойкий, тяжелый запах полыни и сушеной мяты. Сам хозяин этого свинарника сидел за столом и с упоением пересчитывал золотые монеты, перекладывая их из кожаного мешочка в небольшую железную шкатулку.
Увидев меня, он подскочил, рефлекторно прикрывая свое богатство руками.
— Ты что тут забыла?! — зло зашипел Энес, сгребая деньги в кучу. — Прислуге сюда вход строго воспрещен! Пошла вон, пока я матушке не сказал!
Я молча зашла внутрь, плотно закрыла за собой дверь и демонстративно задвинула тяжелую железную задвижку. Мне нужно было как-то вернуть контроль над своим разумом, и для этого мне требовалось с кем-то поспорить… Я скрестила руки на груди, смерив парня ледяным взглядом. Тем самым, от которого офисные стажеры обычно начинали заикаться и просить отгул.
— Матушке он скажет, — усмехнулась я, прислонившись спиной к двери. — А давай вместе сходим? Заодно расскажем госпоже Ирен, что за бизнес ее ненаглядный сыночек ведет со старшим Тринаном в обход кассы. Что в мешочке, коммерсант?
Энес резко побледнел. Его кадык нервно дернулся вверх-вниз.
— Ты ничего не видела, — процедил он, пятясь к столу.
— Я видела лорда Дориана. И видела твою трясущуюся спину, — отрезала я, делая шаг вперед. — Значит так, объявляю агрессивные переговоры. Либо мы сейчас с тобой договариваемся о взаимовыгодном бартере, либо я начинаю задавать вопросы вслух. И поверь, если твоя мать начнет копать, она быстро найдет твою тайную половицу со всей запрещенкой…
Маг затравленно оглянулся на дверь, словно сквозь толстые доски мог увидеть там подслушивающую Ирен.
— Ты дура?! — Энес понизил голос до яростного шепота, в котором сквозила настоящая паника. — Ты хоть понимаешь, куда лезешь своим длинным носом? Это тебе не левые травки для потенции старым баронам продавать! То, что купил лорд Дориан… заодно!
— Да что он такого купил-то? — Я скептически выгнула бровь. — Елку? От него хвоей пахнет так, что у меня в носу свербит, а хвойных лесов я что-то тут не видела…
— Какую елку? Да и не надо тебе знать! — выплюнул Энес, нервно зачесывая волосы пятерней. — Это игры лордов, а я простой посредник, что помогает ему перевозить кое-что кое-куда…
— И что же это кое-что?..
— Лена! Пойми, тебе это знать не надо! Это дела семьи Атталии, поверь, ничего такого, что может причинить вред… Нам такое знать не положено, — Энес почесал шею. — А вот если информация об этом просочится дальше этой комнаты… Поверь, тебе лучше прикинуться дурочкой.
Я прищурила глаза, понимая, что, возможно, слишком много на себя беру и, может, реально послушать старую мудрость про меньше знаешь — крепче спишь, но… Как там сказал лысый кошак? «Секреты — деньги Атталии», ведь так?
— Энес, я понимаю, что это не твоя тайна, но мы и так с тобой уже повязаны благодаря одному очень болтливому кошаку. — Я покачала головой, намекая на половицу. — Может, все-таки скажешь?..
— Лена!
— Энес! — Я скопировала его тон. — Нет, ну серьезно, ты же понимаешь, что я тут себе сейчас накручу такого…
Энес явно стоял на распутье. Он переводил взгляд с меня на деньги, пожимая губы и пытаясь решиться. Но под моим взглядом и не такие ломались!
— На осенний прием… Ну, знаешь, приедут важные шишки вроде как со всех земель Эла. Только лорды Запада и Севера не прибудут, они слишком заняты подготовкой к суровой зиме и регулярно пропускают наши осенние собрания. Но приедут люди из столицы, а так же служители церкви… Они будут искать магов. И лорд Тринан… Он хочет показать, что среди его подданных незаконных магов и ведьм нет.
— И?..
— Видишь ли, Тринан слишком беспокоится о том, что кто-то, вроде тебя и меня, скрывает магию. — Энес нервно постучал по столу. — Поэтому я обещал достать для Дориана амулеты, что смогут выявить наделенных искрой в свитах приезжих лордов других наделов и, может, кого-то из наших сдать…
— То есть на прием нам с тобой лучше не идти? — сразу сориентировалась я.
— Я обычно себе руку ломаю, — пожал плечами Энес. — Или палец на ноге…
— А мог бы просто привести фальшивые амулеты, — я закатила глаза.
Энес на мгновение замер, выпучив глаза, и быстро заморгал.
— Ты что такое говоришь? А как… А я…
Я чуть не захихикала, смотря на наследника госпожи Ирен, что сейчас с грустью разглядывал свою левую руку, видимо, вспоминая все свои прошлые переломы и осознавая глубину собственной непроходимой тупости.
— Ну ты даешь, мамкин контрабандист, — я покачала головой, скрестив руки на груди. — Ты монополист на теневом рынке. Инквизиция сама эти амулеты не делает, они их у таких, как ты, заказывают. Кто там проверит, настоящие они или просто стекляшки, заряженные на минималках? Подсунул бы им пустышки: и такие, как мы, целы, и у тебя кости не болят.
— Я… я как-то не подумал… — жалобно протянул Энес, потирая запястье. — Магия же… это серьезно. За обман лорда Тринана…
— За обман лорда Тринана наказывают только тех, кто попался, — философски заметила я, чувствуя себя настоящим криминальным боссом. — Ладно. С твоими бизнес-процессами мы потом разберемся, оптимизатор из тебя, конечно, как из меня балерина. Геополитика, инквизиторы, лорды — это все, конечно, безумно увлекательно. Но у меня есть проблема куда более приземленная. И решать ее нужно прямо сейчас, иначе до осеннего приема мы с тобой просто не доживем. Инквизиция нагрянет прямо в «Сочный виноград».
— Да какие у тебя могут быть проблемы, кроме как пыль не там протереть? Да и говоришь так, что тебя никто не поймет! — Энес наконец отмер и посмотрел на меня с привычным высокомерием. — Ты же обычная служанка без…
— Смотри, — перебила я его и просто вытянула руки ладонями вверх.
Сначала ничего не происходило. Я прикрыла глаза, вспомнила ту самую каменную напряженность в мышцах баронессы Элы и искренне, всем своим существом, пожелала ее исцелить. Представила горячие угли, плавящие боль. Кожу снова закололо тысячами невидимых иголочек, подушечки пальцев обдало жаром, а к горлу подступил комок тошноты. Видимо, вся эта магическая штука тащит силы, ведь до этого кружилась голова, а теперь…
Я открыла глаза. В полумраке захламленной комнаты мои руки отчетливо ровно пульсировали золотистым светом, а нити словно искали баронессу, но передо мной стоял только ошалевший паренек.
Лицо Энеса вытянулось так, что его нижняя челюсть буквально отвисла. Он попятился, споткнулся о сундук и с глухим грохотом рухнул на задницу, не сводя безумного, остекленевшего взгляда с моих светящихся пальцев.
— Матерь… — прохрипел он, вжимаясь спиной в кровать. — Дар целительства! Да еще у бабы! Ты… ты ходячий костер!
— Именно, вот только слово «баба» в приличном обществе не упоминают, — я сжала кулаки, обрывая свечение, и снова посмотрела на него тем самым непререкаемым взглядом начальницы. — И если меня потащат на этот костер, я буду орать так громко, что сдам и твою половицу, и фальшивые амулеты для лорда Дориана, и вообще все, что только в голову придет. Свидетеля я уже обработала, она никому не скажет…
— Тебя кто-то видел? — Энес перешел на писк.
— Да, баронесса Эла, но я верю, что она меня не сдаст…
— Как ты можешь быть уверена? В Атталии каждый второй за звонкую монету родную мать продаст!
— Буду верить, что Эла не из таких, — поморщилась я. — Смотри, моя просьба проста. С этой секунды ты — мой личный куратор. Ты научишь меня блокировать эти чертовы магические каналы. Расскажешь все, что знаешь о маскировке. А я, так и быть, возьму на себя бухгалтерию твоих тайников, помогу наладить логистику, подкину пару идей для фальшивок и никому не скажу, что ты подставляешь высший свет Атталии. По рукам?
Энес перевел затравленный взгляд с моих теперь обычных ладоней на мое решительное лицо. Он тяжело вздохнул, почесал ушибленный копчик и медленно, обреченно кивнул.
Я протянула ему руку, на что он отскочил в сторону, словно испугавшись. Я лишь покачала головой и отстраненно подумала, что зря я, наверно, на него так давлю… Доверие, нужно учиться доверять друг другу, но… шантаж действовал эффективнее.