Глава 13 · Интерлюдия. Марина

Оставшись в комнате одна, Марина легла на кровать и уставилась в потолок. Больше всего сейчас она хотела, чтоб Ден скорее вернулся, а еще послушать музыку — прямо ломало без нее. Неосознанно она положила на живот руку и прислушалась к ощущениям. «Нет, ничего не чувствую. А если все-таки тест врет? — мысли в голове сменяли одна другую. — Надо рассказать Дену. Я свихнусь, не вытерплю еще два дня».

Она вскочила с кровати и проверила карманы. Конечно пусто — денег нет. До Кацивели билет стоит совсем недорого, но не поездка небесплатна. Попросить у папы? Так он сам побирается у Алены. Алена? Надо было одолжить, пока она не ушла, а сейчас когда вернется? Значит придется ехать автостопом, другого выхода нет. Уложив непослушные кудряшки, Марина вышла во двор. Прислонившись спиной к стене, стоял папа с сигаретой.

— Марина? Ты куда собралась? — почувствовал неладное отец.

— Хотела прогуляться, — неубедительно соврала Марина.

— Ты не умеешь врать, когда нервничаешь, — папа подошел ближе, взяв ее за руку. — К Дену собралась?

Она еле заметно кивнула и осторожно спросила:

— Пап, а денег дашь на проезд? Обратно меня Ден отправит.

Папа похлопал по карманам и достал две гривны.

— Держи, понимаю, что переубеждать тебя сейчас бессмысленно. — Он вручил ей купюру. — Занял немного у друга, чтоб Алену не дергать все время. Только я тебя на маршрутку посажу, хорошо?

Открыв калитку, папа пропустил Марину вперед и вышел следом.

— Марина, запомни, чтобы ни случилось, ты не одна. И мы поможем, — намекнул папа на возможный негативный исход разговора с Деном.

Сил злиться не осталось совсем, и Марина предпочла пропустить сказанное мимо ушей. Ей вообще не хотелось поддерживать разговор. Молча дойдя до маршрутки, Марина чмокнула папу в щеку, еще раз поблагодарила и пробралась на самое дальнее сиденье у окна. Подняв ладонь вверх, папа развернулся и направился в сторону рынка.

От волнения к горлу подступил ком. Марина не могла усидеть на месте и все время ерзала на сиденье, то постукивая ногой по полу, то раскачиваясь…

«А что если он и правда струсит? — точил душу червячок сомнения. — Скажет, еще рано, что мы не потянем?»

Нет, не должен. Он сильный и благородный, и…

Вспомнилась история однокурсницы из Судака. Она встречалась с парнем, он на военного учился в Севастополе, Тимофеем звали. Так вот, эта девушка на первом курсе залетела. Тимофей до потолка прыгал от счастья: «О, чудо, мой первенец, новый человек». Романтичный был парень, трепетный и нежный. Как-то похолодало, а он стоит с сумкой и термосом под общагой — как же она беременная по такому холоду поедет домой?

Вскоре прискакала мама-жаба и увела своего теленочка — ты что, она бесприданница, считай, что не твой, что нагуляла где-то, готов всю жизнь на нее работать? И он просто исчез.

А ведь как дышал! Никто и подумать не мог, что он способен на такую подлость! Ден с байкерами не стерпел, подкараулил его и прописал звездюлей.

Нет, Ден не человек-гной, он нормальный.

«И вообще, почему я рассуждаю, словно уверена, что беременна? Я просто намекну и посмотрю на его реакцию».

Взгляд сам застыл на девушке с коляской, идущей мимо маршрутки. Рядом с ней молодой мужчина нес на руках толстощекого карапуза, повернув спиной к себе. Непонятное нежное чувство обняло сердце и заставило улыбнуться.

«Да что со мной! — сама себя одернула она. — Значит, так, приезжаю к нему и говорю, что у меня задержка. Смотрю на реакцию… А если… Ну, нет, он не такой! Может, Алена права, и для успокоения нужно сдать этот чертов анализ? Убедиться, что нет никакого ребенка, жить спокойно и не баламутить воду раньше времени? Так я уже еду. Ладно, заодно проверю серьезность его намерений».

Марина так погрузилась в мысли, что вынырнула, когда маршрутка качнулась на серпантине. Пекло стояло адское, открытые окна не спасали, и в салоне стояла невыносимая духота с примесью отвратительных сладких духов, жаренных пирожков и пота.

Почувствовав, что ее сейчас вырвет, Марина закрыла рот рукой, зажимая нос. Сидящая рядом бабуля с опаской покосилась на нее и отодвинулась подальше.

«Меня всегда укачивало, — успокаивала сама себя Марина, пытаясь глубоко вдохнуть, чтобы сбить рвотный позыв, — это не беременность. Господи, скорее бы доехать!»

Наконец за поворотом показалась долгожданная остановка с вывеской «Кацивели». Прорвавшись к выходу еще до остановки, Марина, закрывая рот, бросилась к кустам, и ее вывернуло.Немного придя в себя, она зашла в единственный придорожный магазинчик и купила воды на оставшуюся сдачу с проезда. Сделав пару глотков, налила немного в руку и протерла лицо. Вроде легче. Теперь нужно вспомнить, где живут родители Дена. Однажды они заезжали сюда на байке, но Марина ждала на улице, в дом не заходила, запомнила лишь покосившийся забор, оплетенный плющом, и два высоких кипариса. Вспомнив, что они ехали с горки, Марина пошла в сторону моря. С полчаса покружив по поселку, она заметила два одинаковых силуэта деревьев, рассекающих синеву неба. Да, это здесь.

Подойдя к деревянной калитке, висящей на одной петле, Марина осторожно толкнула ее, боясь, что она сейчас отвалится, шагнула во двор и чуть не упала, за что-то зацепившись. Повсюду, пробиваясь сквозь бетонные плиты, пучками росла трава, пожелтевшая от палящего солнца. В ней валялись пустые бутылки разных цветов и размеро, вперемешку с ветхим полусгнившим тряпьем и пакетами, шуршащими на ветру.

Двухэтажный дом дореволюционной постройки стоял, ссутулившись, как уставший старик. Штукатурка местами слезла, обнажив неровные камни стен. На первом этаже зияли выбитые окна. Рамы сгнили, стекол не было, остались только острые осколки по краям.

Аварийный некогда многоквартирный дом или общежитие.

Марина поежилась и шагнула на крыльцо, доски под ногами скрипнули, словно пожаловались. Вместо двери болталось грязное покрывало, девушка отодвинула его, и из темного коридора пахнуло затхлостью, сыростью и чем‑то отвратительно-кислым. Внутри царил полумрак, а в лучах солнца, пробивающихся сквозь разбитые окна, кружила пыль, оседая на остатки перекошенной мебели.

Марину снова затошнило, но она сдержалась и пошла дальше на доносившиеся непонятные звуки — то ли всхлипы, то ли стоны. В конце коридора была всего одна жилая комната с сохранившейся дверью и коврику на полу. Подойдя к ней, она тихонько постучала. Никто не ответил. Толкнув дверь, она замерла, уставившись на тела, лежащие на панцирных кроватях.

Худая, как мумия, морщинистая женщина с загипсованной ногой ее заметила, улыбнулась. Зубы все разрушились, остались лишь пеньки. Марина оцепенела, не в силах сдвинуться с места.

Неужели это родители Дена? Им же должно быть лет по сорок, ну по пятьдесят. А это древние старики!

Как можно жить в этой убогой комнатушке, не замечая ни грязи, ни холода, как тени людей?

Марина шарахнулась назад и уперлась в кого-то спиной.

— Марина? Как ты здесь…– проговорил Ден.

Девушка резко повернулась, схватила его за руку и потянула к выходу. Парень послушно пошел за ней. Выйдя во двор, Ден достал пачку «Мальборо» и закурил.

— Теперь ты поняла, почему я еще не познакомил тебя со своими родителями? — устало спросил он, выпуская дым сквозь зубы. — Что-то случилось? Почему ты здесь?

После увиденного вся подготовка к этому разговору полетела коту под хвост. Марина уставилась парню прямо в глаза и протараторила на одном дыхании:

— Ден, мне кажется, я беременна.

Парень уронил сигарету, тряхнул головой, и переспросил, словно не расслышал:

— Ты не шутишь?

Марина покачала головой, уже собираясь разреветься, почему-то решив, что Ден расстроился.

Ден еще раз посмотрел на нее, затем крепко прижал к себе, отстранил, поцеловал в лоб и снова обнял.

— Если это так, я стану самым счастливым молодым папашей на свете, — прошептал Ден на ухо Марине, поправляя ее волосы.

Она повисла у него на шее и разревелась в голос.

— А я, я думала. Ты, ты, — всхлипывая, пыталась связать слова девушка, — скажешь, что не готов…

— Дурочка! Разве можно к такому быть не готовым? Когда мы стали близки, я сразу понимал всю ответственность и принимал ее. Ты тест делала?

— Да.

— Подтвердил?

— Нет, — Марина смахнула слезы.

— А откуда тогда такие подозрения? — немного огорчился парень.

— У меня задержка. И, говорят, на ранних сроках тесты врут, — немного успокоившись, объяснила Марина, — нужно сдать кровь, она точно покажет.

— Значит, завтра едем в больницу, — решительно сказал Ден и добавил: — Только здесь я не могу тебя оставить. Утром приеду, и вместе сходим, договорились?

— Хорошо, — Марина прильнула к нему и приложила ухо к груди, прислушиваясь к учащенному биению его сердца.

— Давай я тебя на такси отправлю, — предложил Ден.

Марина категорически отказалась:

— Если вдруг я на самом деле беременна, нам нужно экономить. Я и так нынче бездомная.

— Как понять? — удивился Ден.

— Я ушла из дома. Цербер сказала: или аборт, или она тебя посадит…– вывалила правду девушка и замолчала.

— Пусть только попробует! — прорычал сквозь зубы Ден. — Я за тебя, за нас — любого порву.

Парень подставил девушке локоть, она повисла на нем, и пара направилась к морю.