Глава 35. Отец?

— Яна? — гляжу на нее удивленно. На собранные в пучок темно-русые волосы, на потухшие малахитовые глаза, на искусанные губы. И на сверток, который она держит в руках, слегка качая. Сколько мы не виделись? Около года. Не думал, что за этот короткий период человек может так сильно поменяться. Никаких платьев, легкого шлейфа цветочного парфюма с чуть тяжелыми нотками, и никакой косметики на лице. Настоящая. С мешками на нижних веках и множеством лопнувших сосудов в глазах.

— Не пригласишь войти?

— А надо?

Что-то наш диалог состоит из одних вопросов, не находите? Но эту странность разрывает едва слышный плач младенца. Того самого, которого качала все это время.

— Тише, маленький. Тише-тише, — шепчет она, глядя в конверт с бантиком.

Когда она успела выйти замуж, залететь и родить ребенка? А главное, что ей нужно от меня? Мне как-то не особо хочется встречать бывшую с ребенком на глазах у своей малышки.

— Так что ты хотела?

— Нужно поговорить, — уже не ждет, когда я приглашу войти, проходит мимо меня в квартиру. Сталкивается лицом к лицу с Евой, но долго около нее не задерживается, кинув скупое:

— Здравствуй.

— Ага, и тебе не хворать, — язвит моя девочка.

Яна оставляет эту фразу без комментариев, вальяжно проходит в гостиную и садится на диван, сложив туда увесистую сумку, Ева следует за ней и, подождав, когда я сяду в кресло, приземляется рядом и хватает мою ладонь в свою. Ревнивица моя. Не переживай, сейчас я прогоню эту дурынду, которая умудрилась каким-то образом залететь от левого мужика, и мы продолжим с тобой шалить.

— Тебя можно поздравить? — все же разрываю напряжение между нами.

— Можно и так сказать. Месяц назад ты стал отцом, Олег. Поздравляю.

Не понял? Что значит я стал отцом? Месяц назад я потерял ребенка, но уж никак не обрел его по новой. Она что, пошутить решила? Неудачно. Особенно для Евы, которая впилась маленькими ноготками мне в ладонь.

Конверт в руках бывшей периодически кряхтит, не давая тишине заполнить каждый уголок квартиры.

— Ты издеваешься? — поднимаюсь и встаю напротив нее. — Если мы с тобой когда-то были вместе, это не значит, что нужно давить на больное и напоминать мне о потере! Не смей нести эту херню и…

— Взгляни.

Яна поднимается вслед за мной и открывает капюшон. Из-под него на меня смотрит маленький человечек с мутно-зелеными глазами и пухлыми щечками. Еще совсем крохотный, но черты лица различимы. Похож на Яну. Так же брови нахмурил, когда я взглянул на него. Мальчик. О котором когда-то мечтал.

Когда-то, но сейчас…

— Думаю, нам нужно поговорить наедине.

Чувствую острый взгляд своей малышки, пронизывающий спину. Не переживай, скоро все выясним.

— Надеюсь, тебе можно доверить ребенка, — не спрашивая, Яна протягивает конверт моей малышке, которая все еще сидит на подлокотнике кресла.

— Думаю, не стои…

— Послежу, — Ева забирает ребенка с таким выражением лица, словно ей дали самое невкусное на свете блюдо.

Иду в сторону мастерской, Яна следом. Закрываю дверь, и у меня будто отказывают тормоза. От наглости, от информации и оттого, что она вообще появилась в моей жизни в самый неподходящий момент.

— Почему ты не сообщила о ребенке? — рычу с ходу.

— Эдгар передал, что ты не хотел слушать.

Да, припоминаю этот разговор. Блядь! Он тоже хорош. Трудно было перебить и сказать, что от меня Яна залетела по полной программе?

— Могла бы сама позвонить, прийти на выставку, в конце концов.

— Ты заблокировал все мои номера, даже в соцсетях меня в черный список внес. Как я должна была сообщить?

— Что залетела! Залетела, понимаешь?

Ее лицо, которое когда-то казалось мне идеальным, моментально краснеет, тело напрягается, даже руки в кулак сжимает. Что, бить меня будешь? Ну давай, мне терять нечего! У меня там Ева после депрессии сидит наедине с ребенком, а ты пришла с орущим кульком на руках!

— Если для тебя это залет, можешь вообще с нами не связываться! — Яна разворачивается к выходу, но я тут же перехватываю ее и тяну на себя.

— Зачем тогда пришла?

— Совесть замучила. Сначала думала, что сама справлюсь, но подумала, что тебе интересно будет узнать о сыне. Прости, что побеспокоила! Мы больше никогда не появимся в твоей жизни! Я уйду, и Марк не узнает о своем отце!

— Подожди, — тяну ее за локоть, когда она пытается вновь уйти.

Стоим близко-близко. Будь мы в отношениях, я бы с удовольствием притянул ее за охренительную задницу и поцеловал бы. Жестко и страстно, как мы когда-то любили. Но сейчас внутри ничего не екает. Нет никаких чувств, никакого желания даже обнять ее. Стоим на таком коротком расстоянии по нужде, нежели по собственной воле.

Хотя одна мысль все же затрагивает нутро. Вдруг он действительно мой сын?

— Нужно сделать тест ДНК, — разрываю неловкую тишину.

— Зачем?

— Хочу удостовериться, что он мой. Где гарантия, что ты не нагуляла его с тем же Глебом?

— Ты дурак? — снова начинаются крики. — У меня ничего с ним не было, и отношений после тебя тоже! Мне до сих пор трудно пережить наше расставание. Знаешь, сколько я лежала в больнице, когда узнала, что ты слышать ничего не хочешь обо мне и ребенке? Знаешь? Дохуя! До сих пор нервничаю, понимаешь? А завтра молока из-за этого не будет! Из-за тебя не будет!

И когда она стала такой истеричкой?

— Перестань, — жестко чеканю я. — Сначала сдадим тест, потом определимся, что делать. Проблем с деньгами нет?

— Нет.

— Тогда поехали.

Яна не задает тупых вопросов и следует за мной. Захожу в гостиную и застаю странную картину. Ева сидит на диване в одном углу, а в другом углу ребенок. Она не смотрит на него, да и на меня тоже. Устремила взгляд перед собой, словно зависла. Вот что творят неожиданно появившиеся дети после того, как моя девочка пережила выкидыш.

— Тебя же попросили с ним посидеть, а не пихать в угол! — кричит Яна, взяв ребенка на руки.

— Угомонись, — вмешиваюсь я. Не хватало еще, чтобы она голос на мою девочку поднимала. — Бери Марка и спускайся вниз.

Она смотрит на нас какое-то время, а потом следует моим указаниям. Молодец. Хоть тут не спорит. Только что делать с моей девочкой?

— Ева, слышишь меня? — тихо спрашиваю малышку, наклонившись над ней. Глажу щеку, путаюсь ладонью в длинных волосах, как она любит. Возвращаюсь обратно к лицу и поднимаю голову за подбородок. — Мы сейчас вернемся.

— Вы куда? (3303c)

— Тест сдадим. Не переживай, я быстро, — оставляю на макушке легкий поцелуй, недолго обнимаю и иду в гардеробную.

— От тебя воняет ее духами… — шепчет малышка, но я различаю каждое ее слово.

И боль, которую эти слова приносят…