Глава 18
Звонок в дверь вызвал раздражение. Кто там пожаловал? Последнее время никого не хотелось видеть.
Визитер был очень настойчивый, не уставал нажимать на кнопку дверного звонка. Нехотя встал с дивана и поплелся смотреть, кто там пожаловал. Красавица Лика решила меня навестить. Зачем, спрашивается?! Я не звоню, не ищу встреч, любая бы догадалась, что лицезреть ее симпатичную мордашку мне совсем не хочется. А уж общаться и подавно. Что за навязчивость со стороны принцессы?
Нехотя, но открыл дверь.
– Здравствуй, Игорь, – весело пропела Лика. – Ты прямо домоседом стал, никуда не выходишь, сидишь в своей башне, как злой дракон.
Сердце болезненно сжалось в груди. Н-да, одна кажущаяся очень милой девушка своей изменой превратила меня в огнедышащего монстра. И ему очень хотелось наорать на красавицу блондинку и выставить ее за дверь. Разве она не знает – незваным гостям мало кто радуется.
Все же цивилизованность победила. В принципе, Лика мне ничего плохого не сделала. Возможно даже, в отличие от красавицы Золушки, действительно меня любит. Иначе зачем так унижаться?
– Ты решил сменить имидж? – игриво щебетала Лика, не обращая внимания на мое явное нерадушие. – Оброс весь, этаким бруталом стал. Тебе даже идет.
Почесал и правда сильно отросшую бороду, это уже далеко не трехдневная сексуальная небритость. Как-то недоело мне бриться, и многое другое тоже надоело. Лика, например, просто бесила. Словно Золушка забрала с собой, вернее передала своему брату, яркость и радость моей жизни. Ничего, у него яркости тоже скоро поубавится. С работы Олега уже выгнали, а скоро еще и машины лишится, все равно она была куплена на мои деньги.
Девичьи пальчики с идеальным салонным маникюром потянулись к моей физиономии. Ухватил за запястье, отстраняя шаловливую ручку от своего лица. Я не козел, чтобы меня за бороду трепать.
– У, какой бука, – надула губы Лика.
У, какая приставучая кукла.
Стоило мне отпустить девичье запястье, как Лика тут же этим воспользовалась, обхватила своими клешнями мою шею, плотно прижалась пышущим жаром телом к моему подзабывшему женскую ласку организму.
– Игорь, я по тебе ужасно соскучилась. – И приглашающее поводила бедрами чуть пониже пояса по стратегически важному для мужчин месту.
Горячая, откровенная, доступная. Конечно, мои важные места отреагировали, у меня ведь столько времени не было женщины. Только вот мозг отказывал мне в праве на физические удовольствия с Ликой. Видимо, потому, что ее папенька из благих намерений (я же ему как сын) разрушил мое обманчивое счастье, раскрыл мне глаза на изменщицу Золушку и теперь я не мог ему этого простить. Счастье очень больно терять. А Даше, скорее всего, рассказал правду об участии моего отца в смерти ее матери. Наверняка Афанасьев, как давний друг моего родителя, знал об аварии. Нет, не в том направлении копаешь, Игорь, Владимир Сергеевич не выходил из зала, все время рядом с отцом находился.
Лика вдруг сразу оказалась почти голой. Все благодаря платью, спереди застегивающемуся на молнию, и отсутствию под ним белья. Может опустить принцессу на коленки и побаловать себя оральными ласками. Однако какой-то части моего мозга Лика, несмотря на свои красоту и яркую сексуальность, была противна. Эта часть все еще страдала, любила хрупкую темноволосую девушку с невозможными, меняющими цвет глазами и похожими на аленький цветочек губами. Хотя мужская физиология на обнаженную принцессу реагировала вполне адекватно: за ширинкой брюк все поднималось и наливалось кровью.
Лика вертелась на мне как на шесте, вовсю насасывая мои губы, и жадно шарила руками по моим телесам. Видимо, действительно соскучилась. Я же, мучимый противоречивыми чувствами, стоял истуканом, не решаясь ни ответить, ни оттащить ее от своего тела.
– Игорюш, – томно шептала Лика, – я так истосковалась по твоим рукам, по твоей страсти.
В том-то и дело, страсти сейчас во мне совершенно не наблюдалось, только немного ленивого желания. Удовлетворить или не удовлетворить?
Лика, желая добиться хоть какой-то активности, положила мои руки себе на попу.
– Игорь, пожалуйста, – призывно просила блондинка.
Пальцы сами по себе сжались на такой соблазнительно плоти. Лика гортанно застонала, еще сильнее заелозив по моему телу. По идее, этот звук страсти должен был еще сильнее завести, но он вызвал раздражение. Золушка стонала по-другому. Очень тихо, но даже малейший звук одобрения из аленького цветочка ее губ всегда врывался в мой организм мощнейшей волной возбуждения. Черт, я зацикленный идиот! Не могу выбросить из головы эту темноволосую изменщицу. Мне так с ней было хорошо, причем далеко не только в постели.
Следом появилась злость… Нет уж, черноволосая ведьма, притворяющаяся ангелом, я вычеркну тебя из памяти, из сознательного и бессознательного в своей голове.
Агрессивно крутанул блондинку, толкнул к стене, навалился сверху и, пытаясь завестись, стал наигранно жадно целовать женскую шею. Девушка в моих руках была такая податливая. Только, блин, ее громогласные стоны до ужаса раздражали. Тушили холодной водой и без того ленивое желание. Блондинка призывно отставила свою попу, раздвинула ноги и даже приглашающе прогнулась. Бери не хочу…
А я снова застыл истуканом… Не могу, черт побери. Не хочу с ней…
Правильно, Богданов, с Ликой не надо, лучше руками себе помочь сбросить напряжение. Потом пристанет как репей, родители опять начнут радоваться, о свадьбе мечтать. А Владимир Сергеевич будет безмерно доволен, что удалось его вмешательство в мою жизнь. Нет уж, дорогой друг нашей семьи, на Лике я точно никогда не женюсь. Меня раздражает даже то, как она стонет.
Снова крутанул девушку в своих руках, теперь уже лицом к себе. Моя немного агрессивная активность вызвала новые страстные завывания. Боже, чем заткнуть ей рот.
Боюсь, дальнейшие действия стали для блондинки полной неожиданностью. Раз – соединил половинки платья, два – стал его застегивать. Когда дошел до груди, Лика наконец-то встрепенулась:
– Что ты делаешь?!
– Лика, тебе пора домой.
Красавица блондинка снова попыталась всосаться в меня поцелуем. Но теперь, когда я уже принял решение, женские навязчивые лобызания меня только бесили.
Отодрал ее от себя.
– Нет, Лика, секса сегодня не будет.
– Почему не будет? Игорь, я ведь так по тебе соскучилась.
Полностью застегнул платье.
Что выбрать, откровенность или пощадить самолюбие принцессы? Решил рубить правду-матку.
– Потому, дорогая Лика, что Я, – выделил голосом, – не соскучился.
Женская рука нагло ухватила через ткань штанов мое хозяйство.
– Кажется, КТО-ТО, – выделила голосом, – обманывает, – сексуально мурлыча, закончила девушка, теребя мое причинное место пальцами.
– Это просто мужская физиология. Извини, но я сегодня не в настроении, у меня полно работы, – кивнул на стол с разложенными папками.
Лика наконец-то перестала покушаться на моего младшего друга. Дивное личико принцессы скуксилось. Надеюсь, она не разревется сейчас. Слезы меня трогали только в Золушкином исполнении.
– Что, даже чаем меня не угостишь?
Нет, реветь не стала. Неудивительно, Лика – лицемерная лиса и никогда не бывает искренней.
Стал настойчиво толкать блондинку к выходу из квартиры.
– Как-нибудь в следующий раз.
– Когда? – тут же ухватилась Лика.
Ей не стыдно так унижаться? Даша Мельникова никогда бы себе такого не позволила.
– Скорее всего, на следующем совместном ужине наших семей.
Читай: тет-а-тет – никогда.
– Игорь, ты поступаешь очень некрасиво, – наконец решила высказать претензии Лика.
– Согласен, я редкостная сволочь. Зато честный. Если тебе станет легче, можешь вмазать мне по лицу.
Открыл широко дверь, указывая Лике, что ей пора освободить мою квартиру от своего навязчивого присутствия.
Нет, бить по лицу блондинка не стала. Удалилась, гордо задрав подбородок и яростно цокая каблуками.
Ариведерчи, принцесса. Уверен, скучать я не буду.
***
Долго сдерживаемые слезы потекли по щекам блондинки, едва она добралась до машины и закрыла за собой дверь. Дрожащими руками Лика расстегнула сумочку, достала мобильный телефон.
– Папа, я его не-ненавижу, – плакала светловолосая красавица в трубку.
– Успокойся, дочка. Что случилось?!
– Ничего не получается, папа. Я звоню, пишу в мессенджерах, Богданов не отвечает. Сегодня домой к нему пришла, а он выставил меня вон.
– Лика, что ты за бестолочь, даже мужика не можешь соблазнить. Мне что, тебя элементарным женским штучкам учить нужно. Посмотреть там призывно, губы облизать, на ушко прошептать что-нибудь этакое.
– Папа, – еще сильнее рыдала в трубку Лика, со злостью ударяя по рулю своей машины, – знаю я все эти штучки. Терлась о него, как кошка гулящая, на ушко горячо шептала, что соскучилась, под платье белье не надела.
– И что, Игорь не повелся? – поинтересовался Владимир Сергеевич.
– Самое интересное, он возбудился, но меня все равно выставил вон. Я его ненавижу, папа! Просто ненавижу. Сколько можно издеваться, топтать мою гордость?! Папа, я хочу, чтобы меня любили-и-и, – теперь во всю рыдала Лика. – Разве я не заслуживаю любви?!
– Какая, к черту, любовь, дочка! – сердился Афанасьев на истерику дочери.
– Нормальная любовь, как у других людей, когда за ручки держатся, приглашают на свидания, ухаживают друг за другом.
– Что за детский сад, – фыркнул собеседник.
– Я устала, Игорь меня ни во что не ставит. Отец, я больше не могу-у-у так!
– Не можешь?! А кто совсем недавно ныл: «Папочка, помоги мне Игоря вернуть. Он самый лучший, только его хочу»? Лика, немедленно успокойся и подбери нюни! – В голосе Афанасьева появились жесткие нотки. – Мы столько уже сделали для вашего воссоединения, и все сложилось по нашему сценарию, сейчас глупо отступать.
– Богданов не желает вести себя по сценарию, – продолжала жаловаться блондинка. – Мы думали, Игорь сам прибежит в мои объятья утешаться, а он видеть меня не желает, не говоря уже о большем.
– Через недельку еще попробуй его навестить, – остался совершенно равнодушным к жалобам блондинки Владимир Сергеевич, – попытайся Богданова напоить – может, так быстрее дело пойдет.
– Папа, ты не понимаешь, я не могу больше унижаться! Не могу-у-у, не хочу-у-у… – выла в трубку Лика.
– Дочка, соберись! – Снова в мужском голосе приказные нотки и совсем нет понимания, а уж тем более родительской любви.
– Да пошел ты к черту, папа! – взорвалась блондинка, – Сколько можно меня под него подкладывать?!
– Разве не ты об Игоре с детства мечтала?! Не ты хотела разлучить Богданова с его Золушкой? Не ты с этой целью связалась с ее сводными? А теперь распустила нюни, за ручки ей хочется держаться, видите ли. Лучше думай, как соблазнить Богданова. Напоминаю, фирма находится в критическом положении.
Злые слезы продолжали течь по щекам блондинки…
– Папа, мне плевать на положение фирмы, я хочу, чтобы меня любили-и-и!
– Плевать, говоришь?! – ревел в трубке Афанасьев. – Посмотрим, будет ли тебе плевать, когда на твой счет перестанет поступать привычная ежемесячная сумма. Ты сможешь прожить на прибыль от своего бутика?
Рыдания Лики стали еще горче, и снова она в злости колотила ни в чем не повинный руль автомобиля.
– Нет, папа, не смогу, бутик совсем не приносит прибыли. Его надо закрывать, мне нечем платить зарплату сотрудникам.
– Тогда не смей больше поднимать на меня голос и думай, как снова заарканить Игоря.