Глава 19

Вера Ильинична сидела на скамейке и любовалась летним пейзажем родного двора. Что еще делать старушке на пенсии. Хорошо, когда тепло: солнышко светит, цветочки, даже несмотря на близость цементного завода, буйствуют, птички летают. Красота! Ее подруги, такие же городские старушки: Мария Дмитриева, которую Золушка шутя называла Шапокляк, и Валентина Петровна, сегодня разбрелись по делам, не смогли составить Вере Ильиничне компанию. А лето быстро проходит, пришлось весьма милой женщине пожилого возраста одной воздухом дышать, а заодно высматривать, когда вернется домой ее постоялица. Очень полюбила она эту девочку. Такая чистая и светлая душа, а главное, тихая и аккуратная. Вера Ильинична и раньше пыталась брать постоялиц, пенсия-то маленькая, а сын совсем носа не кажет и деньгами не помогает. Только ужиться Вере Ильиничне с ними было трудно. Те как слоны топали, вечно по телефону с подругами трещали, нет бы со старушкой поговорить, уважить. Бывало, под утро возвращались, да еще пьяные, а когда она на дачу уезжала, мужиков в квартиру таскали. Дашенька же просто золотая девочка: тихая, скромная, трудолюбива, всегда про здоровье спросит, водички принесет, с праздником поздравит. Да вот беда, обидел девочку богач проклятый…

– Вера Ильинична, добрый день.

К ней в сопровождении солидного мужчины в костюме при галстуке обратилась главная по дому Ксения Анатольевна. Она жила через два подъезда и активно отстаивала интересы их дома и двора в различных государственных инстанциях.

– Здравствуй, Ксения Анатольевна, опять какую-то комиссию привела.

– Да нет, тут один важный человек хочет с тобой поговорить.

– Со мной? – безмерно удивилась Вера Ильинична. – Да я же обычная пенсионерка. Или, может, сын что натворил?

– Нет, нет, не сын. Но ты поговори с человеком, он много чего хорошего может сделать для нашего дома.

Ксения Анатольевна отошла, а солидный мужчина присел рядом с ней на скамейку.

– Скажите, Вера Ильинична, а вы давно делали ремонт в своей квартире?!

– Ох, да я уже не помню, когда, лет двадцать, а то и тридцать назад. Какой ремонт, пенсия-то небольшая.

– Мы можем вам помочь сделать ремонт во всей квартире. Кроме того, купим вам новую мебель, технику и санфаянс. А пока в вашей квартире идет ремонт, мы вас определим в прекрасный санаторий в Ессентуках. Походите на различные процедуры, попьете водички целебной. Уверен, ваше здоровье значительно поправится.

– Кто это «мы»? – насторожилась Вера Ильинична. Мужчина в галстуке пел красиво, но она уже давно поняла, что просто так для старого человека никто ничего делать не будет.

– Компания «Родные просторы», – гордо выпятил грудь собеседник.

– И с чего это «Родным просторам» так тратиться? – допытывалась Вера Ильинична.

Вдруг Богданов осознал свою вину и хочет таким образом к Дашке подлизаться? Только зачем хлыща этого подослал, пришел бы сам, поговорил – может, она и подсобила им помириться. Так девочка мучается, смотреть больно, прямо сникла вся.

– Но, конечно, вам нужно будет выполнить одно малюсенькое условие.

– Какое такое условие? – вмиг насторожилась старушка.

– Оно вас нисколько не затруднит, – приторно улыбался солидный мужчина, – возможно, даже наоборот, снимет некоторые вынужденные неудобства.

– Вы так заумно выражаетесь, я не могу понять: о чем речь?

– Как мне сказала любезная Ксения Анатольевна, вы сдаете комнату некой Мельниковой Дарье Ивановне. Так вот, вы должны отказать ей в предоставлении данной услуги.

Вера Ильинична долго молчала, все ей казалось, она неправильно поняла смысл услышанных слов.

– То есть мне нужно выгнать Дашу из дома. Я правильно расслышала?

– Отказать в предоставлении услуги, но в целом смысл одинаковый.

Вера Ильинична была женщиной простой и скорой на расправу, со всей силы огрела солидного мужика сумочкой по спине.

– Ах ты злодей! Хочешь, чтобы я сиротинку горемычную обидела?! А ну-ка, иди отсюда! И передай тому, кто тебя послал, пусть мужиком будет, отстанет от девочки! Ишь, подкупить меня захотели!

– Вера Ильинична, вы поступаете совершенно необдуманно.

– Сколько бы я ни думала, ответ один будет! Иди отсюда! Не стану я такой грех на душу брать, девочку обижать!

***

– Журба София Алексеевна, можете пройти к доктору.

Во взгляде вышедшей из кабинета медсестры Соньке почудилось раздражение или даже хуже – пренебрежение. Словно девушка в белом халате не понимала, зачем эта страхолюдина сюда приперлась, эй, ведь все равно уже ничего не поможет. А скорее всего, в полной блондинке говорили собственные комплексы и страхи, во всяком случае улыбалась девушка в белом коротеньком халатике вполне доброжелательно. А выглядела словно куколка или живая визитная карточка пластического хирурга, наглядно демонстрирующая собой все его умения и достижения. Личико журнальной красотки, губы полные, большие, халат чуть ли не лопался на объемной, задорно точащей вперед, явно силиконовой груди, талия тонкая, а ноги из-за критически короткой для медицинского учреждения длины одежды и туфель на высоченном каблуке казались просто бесконечными.

Рядом с такими красавицами Сонька ощущала себя еще более толстой и ничтожной. А жаба внутри протестовала, злилась, рвалась на свободу, норовя хотя бы в гадостях показать свое величие.

«Ничего, – утешала себя Сонька, – я ведь пришла к пластическому хирургу, скоро тоже стану настоящей красавицей».

– Добрый день, – поприветствовал ее доктор клиники, холеный мужчина с небольшой щегольской бородкой, лет этак сорока.

Впрочем, может, и порядочно старше, он ведь пластический хирург, наверняка себе тоже фейс подправил.

Обратиться в данное учреждение Соньке посоветовала Лика, сказав, что это лучшая клиника пластической хирургии в регионе. Сюда даже из Москвы дамочки приезжают. У богатых, за что ни возьмись, все поддельное. Еще, по словам Афанасьевой, именно здесь поддерживала красоту мама Игоря Богданова. А Тамара Викторовна очень эффектная женщина, которая выглядела лишь чуточку старше своего сына, лет на тридцать пять, не больше, хотя по паспорту ей больше пятидесяти.

– Здрасьте! – буркнула Сонька. – Я хочу сбросить жабью шкуру и стать красавицей.

На лице полной блондинки расплылась глупая мечтательная улыбочка.

– Основная задача нашей клиники – помочь людям исправить допущенные природой недочеты.

– Ага, на мне природа отдохнула, сплошные недочеты. Но вы ведь их поправите? – снова с надеждой повторяла толстуха.

– Сделаем все возможное. Только, – доктор быстро взглянул на лежащую перед ним карточку пациента, – Соня, тут важно понимать, мы работаем с исходными данными клиентов, пластическая хирургия может подправить внешность, а не кардинально ее поменять. По мановению волшебной палочки, или в нашем случае – волшебного скальпеля, превратить кого-то в красавицу невозможно. И вообще, женская красота – это во многом ежедневная работа над собой.

– А Дашка, сестра моя сводная, ничего не особо не делает, ну, иногда подкрашивается чуток, однако ж такая красивая, глаз невозможно отвести. И губы у нее как аленький цветочек, – завистливо жаловалась Сонька.

– Иногда людям везет выиграть счастливый билет в генетической лотерее, – пожал плечами доктор. – Но у большинства людей всенепременно можно найти какой-нибудь изъян во внешности.

– У вас тоже есть изъян? – напрямую спросила полная блондинка.

Доктор чуть снисходительно улыбнулся.

– Конечно, а ты думаешь, почему я бородку ношу. У меня маленький или, как говорят, безвольный подбородок. Кроме того, мое подтянутое тело – это результат еженедельных тренировок на протяжении многих лет. И хоть я пластический хирург, с лишним весом рекомендую бороться, прежде всего, с помощью строгой диеты и физических упражнений.

– А я слышала, что можно отрезать часть желудка, тогда, даже если захочешь, много есть не получится, и лишний вес сам собой уйдет. Все известные жиртресты так худеют.

– Можно, – кивнул хирург, – но, Соня, это очень тяжелая и необратимая операция. После нее человек уже никогда не сможете питаться нормально. Мне кажется, в столь юном возрасте не стоит прибегать к таким кардинальным методам.

– А с помощью диет и спорта до китайской пасхи можно худеть и не добиться результата.

– Зря ты так, у нас в клинике очень хорошие диетологи, они подберут диету, которая подходит именно тебе. Соня, давай не будем забывать, мы медики, а не волшебники и неспособны в одно мгновение превратить лягушку в принцессу.

– Ну, хоть талию сможете мне сделать?

– Талия появится сама собой, когда ты похудеешь.

– Я читала, можно несколько ребер убрать, и тогда даже у слона талия появится.

– Соня, это тоже очень сложная и опасная операция. Нижняя пара ребер – та, что удаляется для сужения талии, – обеспечивает защиту внутренних органов от механических повреждений. Поэтому при удалении этих ребер органы брюшной полости: почки, селезенка и печень – становятся крайне уязвимыми к внешним воздействиям.

– Я хочу стать красавицей, вы разве не клиника эстетической медицины? – Устрашающие слова доктора не произвели на блондинку эффекта, ей хотелось стать красивой любой ценой, даже в ущерб собственному здоровью.

– В том-то и дело, мы занимаемся эстетикой, а не ломаем организм. В нашей клинике такие операции принципиально не проводятся. Если ты настаиваешь, есть более щадящая операция по методу доктора Кудзаева, которая предусматривает не удаление, а сужение ребер. Они лишь слегка надсекаются и сращиваются. За счет этого талия женщины становится заметно стройнее: в среднем операция позволяет убрать до десяти лишних сантиметров. При этом ребра остаются на месте и продолжают выполнять свою естественную физиологическую функцию. Как правило, операция длится около сорока минут. Доступ к ребрам осуществляется через небольшие разрезы на спине. Процедура может проводиться как под общим наркозом, так и под местной анестезией. Результат будет виден сразу.

– Всего десять сантиметров, – недовольно скривилась Сонька, – да их вообще никто не заметит.

– Поверь, если ты похудеешь, десять сантиметров будут очень хорошо видны. Еще можно провести липосакцию области живота и других проблемных зон. Но все же я бы на твоем месте сначала попробовал похудеть с помощью диет и спорта.

– Нет, – упрямилась Сонька, желающая более быстрого превращения себя в красавицу, – это долго. Сначала выкачайте из меня жир, сделайте талию, а я потом постараюсь поддерживать форму диетами. И над лицом вы можете поколдовать? Я хочу большие глаза, тонкий носик, убрать второй подбородок, а еще губы как аленький цветочек.

– Сделаем все возможное, чтобы тебе помочь. Но, Соня, еще раз повторяю, мы улучшаем данные, которые есть. Полностью перекроить лицо, во всяком случае за одну операцию, невозможно.

Сонька еще долго обсуждала с доктором, какие процедуры можно провести, чтобы приблизиться к идеальной, по ее мнению, внешности. Потом данные их беседы доктор передал в бухгалтерию для проведения расчетов. Пока сводная сестра Золушки ждала предварительную смету своего нового образа, любезная секретарша-медсестра угостила ее кофе с какими-то вкусными печенюшками.

«Ничего, – мечтала Сонька, – скоро я тоже стану красивой, а потом найду себе обеспеченного любовника. Может, даже Богданова удастся подцепить, ну, хотя бы на одну ночку. Повелся же он на сестрицу сводную, хоть она с принцессами даже рядом не стояла».

Через двадцать минут любезная секретарша принесла ей расчет.

– Сколько?! – удивилась и возмутилась Сонька, увидев итоговые цифры.

Сумма для ее поселкового восприятия казалась нереальной, огромной, в пять раз больше благодарности Лики. Хотя еще пять минут назад Сонька думала, что принцесса была более чем щедра.

Неужели ей не суждено стать красивой?! В глазах потемнело от разочарования и злости.

– Говорите, что только подправляете допущенные природой ошибки, а сумму написали такую, будто собираетесь мне голову Мисс Вселенная пришить.

– Девушка, тише, – шипела на нее силиконовая медсестра.

Но, разозленная тем, что ее мечты рушатся, жаба внутри Соньки не желала успокаиваться. Хотелось всех облаять, обрызгать своей ядовитой липкой слюной несбывшихся надежд.

– Вот шарлатаны, лишь бы денег содрать побольше! – еще громче стала возмущаться пухлая блондинка.

– Прошу вас, ведите себя прилично, – продолжала отчитывать ее блондинисто-силиконовая сотрудница клиники. – Высокопрофессиональная пластическая хирургия стоит дорого.

– А ты каким местом за нее заплатила? – ядовито поинтересовалась Сонька.

Длинноногая блондинка смутилась, а жаба внутри сводной сестры порадовалась, что удалось поставить медсестру на место. Пытаются ей тут всякие рот закрывать.

– Девушка, не переходите на личности. Ведете себя как баба базарная. Я не виновата в том, что вы ограничены в средствах. Повторяю, высокопрофессиональная пластическая хирургия стоит дорого. Кроме того, вас никто не обязывает оплачивать все сумму целиком. Можете сделать только самые важные процедуры, на которые у вас хватает денег.

– Это я баба базарная?! – взвизгнула Сонька, вычленив из речи сотрудницы клиники только два задевающих ее слова. – Вы слышали?! – обратилась она к немногочисленным пациентам клиники.

Разочарованная жаба не желала успокаиваться.

– Вроде бы самая лучшая клиника в городе, а всякие там силиконовые медсестры позволяют себе оскорблять своих пациентов. Разве клиент не всегда прав?!

На шум из кабинета показался доктор.

– Дианочка, что происходит?! Почему в приемной крики?

– Да вот, Евгений Александрович, пациентке не понравился счет.

– Что за клиника такая?! – продолжала, привлекая к себе внимание, возмущаться толстуха. – Клиентам хамят! Дерут втридорога. А сами ничего делать не умеют. Тут вам лучше самой похудеть, диетами себя замучить, там слишком сложная операция. И нос тонким за одну операцию сделать никак нельзя, – передразнивала она доктора.

– Алло, охрана, подойдите, пожалуйста, в приемную Соболева, – врач не стал вступать в перепалку с хамовитой пациенткой, – девушку надо к выходу препроводить.

Другие клиенты, у которых были деньги на процедуры, смотрели на буйство полной блондинки с презрительными, высокомерными ухмылками, чуть ли не у виска крутили. Причем явно больше сочувствовали персоналу клиники. Бедные люди, с какими странными личностями им приходится иметь дело.

– Ничего, подумаешь, – хорохорилась Сонька, – найду другую клинику. Получше. Тут все равно ничего делать не умеют!