Глава 25

Голова ужасно болела. Казалась огромной и тяжелой, словно мои мозги окаменели. Очень хотелось пить, а еще, пожалуй, в туалет. Во рту, как говорят в народе, словно кошки нагадили, а может, даже гораздо более крупные животные, и потом еще старательно засыпали песочком вперемешку с полынью. Попробовал пошевелиться – и тут же получил пульсирующую боль в черепной коробке. Запустил пальцы в волосы. Писец, чего ж так тяжко. На хрена было напиваться, спрашивается? И тут я вспомнил, на хрена… Лопасти в груди бух-бух. Золушка, все такая же красивая, гордая и безбашенная девочка, меня все так же безумно к ней влечет, во всех смыслах этого слова. Но… но конюх оказался лучше принца. Ни моя любовь, ни мои деньги ей не нужны. Ну конечно, я ведь «нахальный мажор, который считает, что мир крутится исключительно вокруг него», «моральный урод» и еще много других нелестных эпитетов. Со мной она даже за большие деньги быть не хочет. От всех этих мыслей и усилившейся пульсирующей боли в голове застонал в голос. Потом, кряхтя как старый дед, сел на кровати.

– Милый, ты проснулся, – обняли меня за талию чьи-то женские руки.

Это кто еще такая?! Обернулся… Лика, всего лишь старушка Лика, точнее, очень красивая принцесса Афанасьева. От которой меня воротит. Горько ухмыльнулся: во всяком случае, в трезвом виде воротит. Ну, уж лучше она, чем те вульгарные девицы, которых притащил Кирилл. Лика хотя бы чистая, следит за своим здоровьем, а те потаскушки могли наградить разными ЗППП-сюрпризами.

Нет, было бы лучше, если бы я отправился в постель один и не пил столько. Ни принцесса Афанасьева, ни другие девицы не помогут излечить любовную тоску, но так я хотя бы не чувствовал себя полнейшим идиотом и ослом.

– Доброе утро. – Голос как у дряхлого старика.

– Игорь, мне так хорошо с тобой, – ластилась ко мне блондинка.

Ну зачем я ее к себе притащил?! Скривился как от зубной боли. Теперь надо с ней о чем-то говорить, потом выпроваживать.

– Ты вчера был в ударе. Просто гигант… – Красавица Лика стала покрывать мою спину поцелуями.

Лучше бы кофе приготовила… И насчет «в ударе» она откровенно льстила, вряд ли после того количества коньяка и текилы, что мы выпили в «Сеговии», можно было нормально заниматься сексом. Так, не приносящие особого удовольствия трепыхания похоти. Впрочем, даже этих трепыханий не осталось в моей памяти. Помню, Лика меня раздевала, целовала… и все, дальше воспоминания обнулились. И вообще, весь вчерашний вечер, после того как я вернулся в ВИП-ложу кафе «Сеговия», представлялся весьма смутно.

– Супермачо, – снова льстила, а быть может, издевалась Лика.

– Слушай, принцесса, у меня ужасно болит голова. Я пойду в душ, а ты, пожалуйста, скажи домохозяйке, пусть найдет аспирин или что-то в этом роде, сварит кофе и приготовит завтрак.

– Может, пойдем вместе в душ, я потру тебе спинку, – соблазнительно ворковала блондинка, продолжая нализывать мою спину.

Ну зачем я ее с собой притащил? Хотя, помня, сколько мы с мужиками выпили, скорее, тащила она меня. Решила воспользоваться моим состоянием невменяемости.

– Лика, ради бога, я ощущаю свою голову чугунным одуванчиком, руки-ноги еле двигаются. Мне сейчас совершенно не до глупостей.

Конечно, мои надежды на то, что, когда я выйду из душа, Афанасьевой не будет в моей квартире, не оправдались. Нет, она осталась. Сидела такая красивенькая в моей рубашке, показывающей ее идеальные ноги (кто ей вообще разрешал трогать мои вещи?), и мило беседовала с экономкой. Наглая, навязчивая рыба-прилипала. Очень хотелось выставить ее немедленно за дверь, но совесть не позволила, пусть сначала хотя бы позавтракает. Сам виноват, зачем-то притащил ее к себе, ведь уже давно принял решение прекратить любые отношения с Ликой.

Впрочем, за завтраком принцесса выглядела довольно грустной и задумчивой, тоже, видимо, вчера перебрала. Меня терзала жуткая головная боль от перепоя, а еще лишающие воздуха обжигающие болезненные воспоминания, поэтому я тоже был мрачный и неразговорчивый.

По лицу заехала, укусила, оглушила своим визгом, плюнула в морду, потом еще и оскорбила. Неужели так хорош ее сводный брат-конюх? Мы, конечно, о нем мало разговаривали, но все упоминания об Олеге со стороны Золушки были довольно пренебрежительные. Так какого хрена тогда?! Я совершенно не понимал эту строптивую козу. Самая непредсказуемая и загадочная женщина в моей жизни.

Однако же, несмотря на грусть и задумчивую физиономию, после завтрака Лика, воспользовавшись тем, что экономка вышла, вдруг резво подскочила со своего стула, приблизилась и начала наминать мне плечи.

– Милый, хочешь, я сделаю тебе расслабляющий массаж, мигом голова пройдет, – зашептала блондинка мне на ушко, а чтобы я правильно понял направление ее массажных услуг, стала натирать ширинку моих брюк.

Активно двигаться я не в состоянии. Но у меня так давно не было женщины. Может, поставить ее на коленки и пусть массажирует?

– Нет, Лика, очень болит голова. Не хочу никакого массажа, а уж тем более постельных игр. Мне надо отдохнуть, поэтому прости, пожалуйста, но тебе пора домой.

– А давай проведем выходные вместе, – не хотела меня слышать и не собиралась принимать свою отставку принцесса Афанасьева, – поваляемся на кровати, посмотрим фильмы.

– Лика, я хочу побыть один, потом поработать, съездить к родителям, давно у них не был.

– Игорь, я тебе совершенно не помешаю, а кое в чем, когда пройдет твоя голова, даже помогу. – И принялась целовать мою шею.

Как об стенку горох. Глухая. Как можно быть такой навязчивой? Видимо, придется объяснить более популярно.

– Я хо-чу по-быть о-дин, – повторил по слогам для особо непонятливых. – Кроме того, Лика, несмотря на то, что мы провели ночь вместе…

– О да, ночью ты был великолепен, – перебила меня принцесса, – ты не куксился злой букой, как сейчас.

– Я не договорил, – добавил в голос стальных ноток. – Это ничего не меняет в наших отношениях. Мы расстались. Точка. Твоя помощь кое в чем мне совершенно не нужна.

Она перестала лизать мою шею. На несколько секунд в комнате повисло тягостное молчание.

– Игорь, знаешь, ты очень жесток с людьми, которые тебя любят. – В голосе принцессы нашего города даже послышались слезливые нотки.

А мне совершенно плевать. Не хотелось больше ничего отвечать, объяснять и оправдываться. Она все равно меня не слышит.

– Лика, тебе пора домой, – лишь повторил я, кивнув головой в сторону двери.

***

– Сонька, я тебя прибью! Задушу, паскуду! Втравила меня в историю, – орал симпатичный русоволосый парень. – На работу нигде не берут. Сказали, прямое указание руководства холдинга «Родные просторы». Теперь даже извозом частным не могу заниматься, права на два года отобрали. И все ты, гадина, виновата!

– Пить надо меньше. Я тебе чего? Пиво в глотку не заливала, – нагло отвечала полноватая некрасивая блондинка.

Мытарства брата мало волновали Соньку. Ее мысли занимали другие проблемы. Она нашла более дешевую клинику, где ее обещали превратить в красавицу, без всяких этих «Вы должны понимать, по мановению волшебной палочки, или в нашем случае – волшебного скальпеля, превратить кого-то в красавицу невозможно. И вообще, женская красота – это во многом ежедневная работа над собой». Но и в этой новой клинике для кардинального преображения ей тоже не хватало денег. А так хотелось стать красивой.

– Так бы и дал тебе, чего-чего, – передразнил полноватую блондинку брат. – Из-за тебя, дура набитая, на неприятности нарвался. Использовала меня втемную. Кабы я знал, кто за Дашкой приедет, никогда бы не согласился. Что я, дурак, Богданову дорогу переходить. И вчера меня спецом ловили, не был я пьяный, ну, выпивали мы вечером, но я же утром ехал, там минимальные «промилли» были, а менты привязались со своим протоколом. Деньги предлагал, не взяли. Что я теперь делать буду без тачки? Втравила меня в историю, дура!

– Ой, ну ладно, прямо я во всем виновата, – не стала молчать Сонька, – сам хотел Дашку потискать. Разве не так?!

– Сейчас прибью, идиотку! – Олег даже замахнулся, а Сонька, несмотря на свою полноту, резво отскочила подальше. – Потискал, млять, теперь все девки разбегутся, зачем я им безлошадный нужен? Да и Дашку даже на полшишечки не попробовал, ее олигарх так разбушевался, что все хозяйство скукожилось. Если бы я знал, что она с самим Богдановым шашни крутит, никогда бы не полез. Я что, на смертника похож?! А?! – снова кричал на сестру Олег.

– Да ладно, чего ты драматизируешь, не трусь, все нормально будет, скоро Богданов найдет себе другую игрушку, забудет про тебя. Кому ты нужен?

– Он, может, и забудет, но права мне только через два года вернут. Дура набитая! – Олег снова замахнулся, но Сонька стояла слишком далеко, чтобы ей действительно попало.

– В общем, ты мне должна, сестренка. Думай, как вытащить меня из того дерьма, в которое втянула. И все деньги гони, которые от принцессы получила, мне жить на что-то надо.

Отдавать деньги Сонька была совершенно не готова, ведь она так близка к осуществлению своей мечты.

– Деньги говорю, гони, – повторил Олег и агрессивно шагнул в сторону сестры.

– Будут тебе деньги.

На некрасивом Сонькином лице расплылась довольная, немного зловещая улыбка.

– Я придумала, как тебя, безлошадного, обеспечить.

– Ну и как? – поинтересовался Олег.

– Элементарно, Олежка, еще раз попросим у принцессы. Мы ведь ради ее счастья старались.

– Ага, вроде бы большая, но наивная, принцесса прямо разбежится нам деньги давать.

Сонька на недоверие брата лишь торжествующе улыбнулась.

– Конечно, так и будет, в противном случае мы пригрозим рассказать правду Дашке. Хотя нет, Дашка на Лику не произведет впечатление. Пригрозим рассказать правду Богданову. Наверняка это подействует.

– Слушай, а ты права, можно эту богачку пощипать, – призадумался братец.

– Твоя сестра гений. Будем жить теперь и не тужить.

– Голова! – Олег похлопал Соньку по плечу, как в доску своего парня.

Полноватая блондинка просто светилась самодовольством.

– И вообще, это Лика придумала шутку с голой спящей красавицей. Вот теперь пусть раскошеливается.

– Правильно, пусть раскошеливается, – повторил за ней брат.

На лице полной блондинки возникла торжествующе-мечтательная улыбочка. Довольная жаба внутри радостно подпрыгивала, упиваясь своей ролью злодейки.

– Я буду самой умной в этой сказке, – радостно хихикнула Сонька.