Глава 8

А Лада и рада бы отказать, да не смогла. После сцены с булкой до сих пор неловко, а уж после того, как прогулялась до детского ожогового отделения и совсем тошно стало. Ведь к кому-то он ходил! И вернулся весь задумчивый, пасмурный. Что же это такое? Когда она перестанет жалеть всех подряд? Но спустя некоторое время пришло осознание, что едет не просто в кафе или ресторан, а едет к нему домой! Домой к Королеву! Каждый раз рядом с этим человеком происходит что-то странное — мозг отключается напрочь. С ума сойти! Может, снова «уснуть»?

В какой-то момент Лада поймала себя на том, что грызет карандаш. Это уже пятый. Можно сказать, в день по карандашу, а все из-за нервов. На самом деле еще дня не было, чтобы она не переживала. Хотя нет, все-таки дня три-четыре были, когда Королев отсутствовал на рабочем месте. И вот сейчас. Господи, дай сил пережить предстоящее испытание и дожить-таки до выходных.

Машина тем временем свернула налево и покатилась по асфальтированной дороге, вдоль которой с каждой стороны выстроились в ровные шеренги высоченные ели. Выходит, Королев живет почти в сотне километров от города. Интересно, в котором часу он выезжает на работу? Спустя минут десять подъехали к воротам, Денис нажал кнопку на пульте, и те пришли в движение.

— Ого, — слетело с девичьих губ.

Они оказались, будто в чаше — небольшой коттеджный поселок домов на тридцать находился в окружении густого леса. А дома здешней знати походили скорее на дворцы. Этакое мини-феодальное государство, где у каждого свое княжество. Какой же дом у Королева? Наверняка крепость, окруженная рвом с крокодилами. Но нет, владения хозяина Регента разительно отличались от соседских. Во-первых, дом расположился в отдалении, во-вторых, представлял собой образец современных технологий в архитектуре. Как Лада называла подобные строения — куб на кубе. Белые стены, металлические сваи, идеальные пропорции, геометрия в чистом виде. И, конечно же, много стекла, что странно, учитывая любовь Дениса Викторовича к полумраку. Хотя чему собственно удивляться? Все, что связано с этим человеком, все странно и словно недосказанно.

Королев же въехал в очередные ворота, у которых на сей раз дежурила охрана. Лада как глянула на амбалов, так снова побледнела. А вдруг ее ждет путь в один конец? Вдруг призрак оперы решил похитить и заточить в своем невероятно современном и стильном подземелье? Только беда в том, что Рауля-то нет, который бросился бы спасать любовь всей своей жизни. Тут и сон как назло вспомнился, и музыка органная в голове заиграла.

И стоило машине остановиться, как Лада выскочила на воздух. Денис даже не успел ничего сказать или подумать. Вот же реактивная какая. Буквально два часа назад умирала, а уже скачет точно горновая козочка. В итоге пришлось припарковаться на открытой стоянке недалеко от крыльца.

— У вас очень красиво, — пробормотала, рассматривая голубые ели, кои высились и ширились вдоль забора. — Зимой здесь наверно сказка.

— Да, зимой тут красиво, — принялся перебирать пальцами ключи от дома. — Как себя чувствуете? — уловил аромат ее духов, отчего аж скулы свело.

— Ой, — присмотрелась к одной из елей, — да у вас белки! Обалдеть, — просеменила к высокому дереву.

— Лада… Дмитриевна, — с трудом произнес отчество, — может, зайдем в дом?

На что она нехотя кивнула. Погода сегодня просто чудо, как было бы здорово погулять, полюбоваться природой. Но нет, господин призрак тянет в свое подземелье, тянет потянет, затянуть не может. Или может?

Лада поднялась по ступенькам вслед за боссом, параллельно оценив шикарную палубную доску, коей были покрыты полы просторной веранды. А Денис открыл дверь.

— Прошу, — и отошел в сторону.

В доме все оказалось под стать хозяину. Минималистично, технологично и, что удивительно, уютно. Не было столь нелюбимых Ладой сочетаний черного и белого или наоборот, засилья какого-то одного цвета, здесь присутствовали приятные глазу теплые тона. Беж и молоко в отделке, венге и беленый дуб в мебели.

— Располагайтесь, — Денис провел девушку в гостиную.

— А вы куда? — опустилась на широкий угловой диван.

— Так, за обедом.

И скорее ретировался. Направился Денис в кухню, где прислонился спиной к прохладной стенке холодильника. Надо было срочно успокоиться. Слишком сложно ему даются эти встречи, едва ли получается сдерживаться. Потом налил себе воды из-под крана и за пару секунд осушил стакан. Все происходящее можно описать одним единственным словом — паника! Да, он в панике, потому что привез ее домой, потому что нарушил с десяток данных когда-то себе обещаний, потому что поддался новым для себя чувствам, и они теперь мешают, мучают изо дня в день.

Но Лада паниковала не меньше. Шутка ли, оказаться в доме начальника! И живот что-то опять разболелся, и голова в придачу, и вообще вся эта поездка какая-то не такая. Тут взгляд пал на кофейный столик, на котором белел песком японский садик с миниатюрными граблями. Лада сейчас же пересела поближе к антистрессу, взяла грабельки и принялась разравнивать песок. Всегда мечтала о такой штуке, действительно успокаивает, расслабляет.

А Денис кое-как взял себя в руки и полез в холодильник. Коль пригласил на обед, нужно, собственно, приготовить этот обед. Только вот, что она любит? Рыбу в ресторане съела за милу душу. Однако вся имеющаяся рыба была заморожена, зато говяжий стейк — нет. На гарнир можно салат с рукколой и перепелиными яйцами. И Королев снял пиджак, затем закатал рукава рубашки. Готовить он умел, да и любил. В детдоме хорошо подготовили к самостоятельной жизни, потом в армии закрепил имеющиеся навыки. Лада меж тем весь садик сто раз перекопала. Вдруг за спиной раздался голос хозяина дома, отчего бедняжка выронила грабельки.

— Все готово.

Знала бы Лада, что Денис стоит там уже минут десять, стоит и созерцает, ведь фантазия последних дней материализовалась. Вот она — Павлова, сидит у него дома на диване, правда, чересчур напряженная и явно неважно себя чувствует, но, тем не менее, девчонка здесь.

— Что готово? — подняла грабли и вернула на место.

— Еда, что ж еще.

— А, да…

Лада брела за ним, точно овечка за пастухом, лишь бы только ее не «остригли» сегодня и не «поджарили». И чем ближе двое подходили к кухне, тем ярче становился аромат. Лада очередной раз восхитилась современностью интерьера. Кухонный гарнитур цвета топленого молока в сочетании с уже знакомым венге. Вся техника встроенная, сияющая чистотой, на столах только самое необходимое, это у них с Танечкой на кухне черти что творится, а тут раздолье.

На столе тем временем исходили паром две тарелки с мясом, а по центру стояла чаша с салатом.

— Это вы сами? — обомлела. Вот так неожиданность, Королев еще и повар.

— Ну да, сам. А что вас так удивило?

— Да ничего, просто… в общем, благодарю, — вроде хотела сделать комплимент, но быстро перехотела. Тон Королева каждый раз приводит в чувства. Это она бестолочь оловянная продолжает надумывать себе неизвестно что.

Мясо удалось — мягкое, сочное, с розовой сердцевинкой, прямо как в хорошем ресторане. И салат пришелся как нельзя кстати.

— Очень вкусно, — сделала глоток красного вина, которое каким-то чудом появилось на столе. Притом от вина довольно быстро полегчало — голова перестала болеть.

А Денис ел как всегда медленно и явно без аппетита.

— Я рад, — себе же в бокал налил сока.

Он рад. И все! Ни слова больше. Что ж, хорошо, хоть рад. Это уже третья их встреча за пределами компании, однако, ясности по-прежнему никакой. Зачем Королев привез ее к себе? Зачем подарил булку? А главное, зачем просил о новой встрече, да так настойчиво? Кажется, надо подлить еще вина. И только Лада хотела взять бутылку, как Денис опередил.

— Еще?

— Да, пожалуйста.

После второго бокала тело расслабилось, а мысли успокоились. И дико расхотелось молчать.

— У вас чудесный дом, — посмотрела в окно, что выходило на передний двор.

— Если хотите, могу устроить экскурсию.

— Хочу, — позволила себе стыдливую улыбку. — Вдруг, поможет. Насмотрюсь на ваши интерьеры и как нарисую жемчужину.

А Денис вдруг понял, что жемчужина уже есть. Вот она… сидит перед ним. На ее шее любое из ею же созданных украшений будет смотреться по-особенному. И от фантазии, как она примеряет колье, как позирует перед фотоаппаратом, как смотрит с легкой тенью недоверия в объектив, становится невыносимо жарко, душно. Хочется немедленно встать, подойти к ней и …

— Денис Викторович? — Лада заметила его пристальный взгляд, притом глаза Королева потемнели. — Все в порядке?

— Да, да, — сразу осекся, — так что? На экскурсию? — и тут понял, что не готов встать из-за стола в силу определенных причин. — Хотя, это еще успеется. Лучше расскажите о своих планах. Есть наброски? Идеи?

— Конечно, есть. Много… я же вам показывала.

— Ну, мало ли…

— А ваши партнеры? Возьмутся за изготовление?

— Само собой. Это же деньги, Лада, — до чего приятно называть ее просто по имени. — Большие деньги.

А она посмотрела на тарелку босса, снова не доел. Хотя с виду не сказать, что он малоежка. В плечах широк, фигура подтянутая, видно, что мышечная масса там ого-го.

— Вам неуютно? — вот и настала ее очередь задавать вопросы.

— В смысле?

— Ну, вы очень зажаты, напряжены, — сделала очередной глоток вина, — будто всегда, как бы это сказать, на низком старте, вот.

— И тебе это не нравится?

Смотреть на вечно каменное лицо? Думать каждый раз, о чем он думает? Раздражен ли, доволен ли? Нет, определенно не нравится.

— Вы, кажется, экскурсию предлагали, — убрала салфетку с колен. — Я готова.

— Готова? — улыбнулся, причем настолько открыто, добродушно, что Лада ощутила какой-то теплый трепет внутри. — Тогда идем.

Однако едва собрались встать из-за стола, как телефон Лады завибрировал, смс прилетело. Денис глянул на экран, и улыбка мигом сошла с лица.

— Кто-то тебя потерял? — постарался не подать виду, что успел прочитать.

— Крамер. Я пообещала ему кое-что, но пришлось срочно отпроситься, в итоге не успела предупредить, что … не важно.

— Как же не важно? — засунул руки в карманы. — По работе что-то?

— Не совсем. На обед собирались.

А Денис даже выдохнул, незаметно. Не соврала.

Все-таки Павлова не похожа на остальных. Она не врет, не юлит, не играет, она такая, какая есть. Простая. И это притягивает к ней сильнее всего — простота, искренность. Эти ее черты угадываются и в работе. А еще запах… Лада пахнет чем-то таким… нежным. Да, именно нежным. Только вот обращаться с подобной нежностью надо уметь, он же не умеет. И учиться как-то поздновато уже, только позориться. Как говорится, четвертый десяток пошел, а в некоторых жизненных вопросах остался девственником.

— Куда пойдем? — расплылась улыбкой и поняла, что конкретно перебрала с вином. Эх, насмотрится сегодня начальник на свою пьнчужку-дизайнершу и отправит в долгосрочный отпуск без выходного пособия.

— Можно начать с моей личной коллекции камней.

— А среди них есть красные алмазы?

— Боюсь, нет. Более того, среди них даже полудрагоценных нет.

А вот это уже интересно. Если камни обычные, значит, имеют нематериальную ценность для Королева.

Двое отправились на второй этаж, и Лада снова залюбовалась красотой дома. Лестница была сконструирована как бы отдельно от остальных помещений и находилась, будто в колбе, выполненной из толстого стекла. Вернее, то были окна. Дома с подобным дизайном доводилось видеть разве что на фотографиях или в телепередачах о зарубежных звездах. Русские олигархи, как правило, стремятся к классике, впрочем, соседские замки тому прямое доказательство, но не Королев. Королев приверженец современных технологий, правда, без перегибов.

Денис ввел девушку в просторную комнату, вдоль стен которой тянулись стеклянные стеллажи, а на стеллажах на оригинальных подставках поблескивали камни. Лада внимательно рассматривала каждый образец. Именно с такими камнями она и работала до того, как пришла к Королеву. Что забавно, рядом с образцами на бирках значилась дата и название места, где очевидно камень был найден. Особенное внимание обратил на себя кусочек слюды с подписью «1988 г., Каменская детская больница».

— Это самый первый? — указала на минерал.

— Да, — и встал у нее за спиной. Сейчас влечение достигло пика.

А Лада ощутила затылком горячее дыхание, отчего стало не по себе, но при этом захотелось дождаться его дальнейших действий. И Денис не стал сдерживаться, спустя мгновение положил руку Ладе на живот, а второй убрал волнистые локоны в сторону, оголив шею. Хотя бы так…

— Что? — покрылась мурашками с ног до головы. — Что вы делаете?

В тот же миг почувствовала не сказать, что поцелуй, скорее легкое прикосновение губ к шее. А его горячая ладонь так и лежала на животе. Еще это вино, будь оно неладно, напрочь отключило чувство самосохранения.

— Денис Викторович, — прикрыла глаза, — не надо.

— Тебе неприятно со мной?

Очередной жутко неудобный вопрос. Да что ж он такой прямой?

— Дело не в этом.

— А в чем? — и снова прикосновение, снова легкое, едва ощутимое.

— Вы мой начальник, — и накрыла его руку своей, чтобы убрать, но не смогла. — А еще мы с вами совершенно разные.

— Лада, я хочу ухаживать за тобой, — и вдохнул аромат тела, который словно ярче стал, прянее.

Ухаживать? Нет, ну это уже ни в какие ворота.

— Пожалуйста, отвезите меня домой или я вызову такси, да точно. Лучше такси.

Вдруг Королев резким движением развернул ее к себе лицом. Губы девчонки сейчас манили до судорог, до желудочной колики. Но беда в том, что он ни разу не целовался с женщиной. С девушками по вызову всегда был только секс, причем в одной единственной позе. О поцелуях никогда даже речи не заходило, да и не хотелось. А здесь прямо жгучее желание.

— Денис Викторович, — посмотрела на него снизу вверх, — я хочу домой.

— Хорошо. Я отвезу тебя. И можешь отлежаться несколько дней. И еще… мне больше не нужна жемчужина.

— Как? — аж оторопела. — Почему? Из-за моего вам отказа? — а глаза заблестели от слез.

— А ты мне отказала?

— Я… я не знаю.

На что последовало долгое молчание, сопровождаемое пристальным изучающим взглядом темно-карих глаз. И когда бедняжка уже собралась провалиться сквозь землю, Королев таки заговорил.

— Нет, Лада, не из-за твоего отказа. Просто я нашел то, что искал. Коллекцию должно представлять не украшение из этой же коллекции, а человек. Женщина. Ты.

— Я? — вмиг протрезвела.

— Да. К слову, это не обсуждается. Когда коллекция будет завершена, я договорюсь о фотосессии.

— Нет, нет, нет… я совершенно не фотогеничная, не надо меня.

— Ты себя недооцениваешь. Так что все, решено. Мою линию украшений будешь представлять ты.

— Дурдом какой-то, — не выдержала. — Вы меня в гроб скоро загоните.

— Это почему?

— Потому что, — и поспешила вон из комнаты.

Не думала, не гадала, а попала в такой водоворот. То были коллекторы, которые требовали деньги, в принципе, требовали на законных основаниях, а теперь Королев. И денег ему должна, и ухаживать разрешить тоже должна, и себя в качестве модели предоставить должна. Слишком что-то много всего должна.

Пока спускалась, набрала службу такси. Только вот беда, адрес-то не знает. Клуша, самая натуральная клуша. Ее посадили в машину, привезли неизвестно куда, а она ни гу-гу.

В итоге села на диван в гостиной и уставилась на японский садик.

— Едем? — послышалось спустя минут пять.

Денис стоял у двери, и надо же, переоделся. В светлых джинсах и сером джемпере его прямо не узнать. Помолодел сразу, а фигура у него и впрямь загляденье.

— Да, едем, — поднялась. — Денис Викторович? Можно вы будете забираться не восемьдесят тысяч из зарплаты, а сто в счет погашения долга?

— Можно, но не нужно.

— И все-таки.

Н-да, Павловой не терпится расплатиться. Он бы мог простить ей эту сумму, тем более, теперь знает, с кого спросить. Но тогда и глазом моргнуть не успеет, как Лада уволится. Уволится и исчезнет из его жизни.

— Я рассмотрю твою просьбу. При одном условии.

— Каком? — захлопала длинными ресницами.

— Ты отправишься со мной в деловую поездку. Я планирую закупить партию камней и хочу, чтобы ты поучаствовала.

— Когда и куда?

— В Колумбию через три дня. Как раз успеешь подлечиться.

— И как надолго?

— На пару дней не дольше.

— Зачем меня? А как же эскизы?

— Рисовать сможешь и в дороге, это ведь не проблема. А готовые модели отправишь Крамеру, он их обработает. Да и потом, всего лишь два дня, Лада.

— Тогда и у меня условие, — выпятила грудь.

— Внимательно слушаю.

— Я поеду с вами, если здесь и сейчас пообещаете пересмотреть выплаты и внести правки в договор займа. Только так.

— Да ты меня к стенке приперла, — усмехнулся, — хорошо, обещаю. Завтра у тебя на руках будет договор со всеми правками.

Всю обратную дорогу Лада просидела мышью. На Королева даже не смотрела. Что-то больно много его стало в ее жизни. И отступать Денис Викторович не собирается. В Колумбию. Черт побери, они полетят в Колумбию! Кстати, а загранпаспорт-то у нее два года как просрочен. И это просто отлично! Вот завтра получит обещанный договор, после чего вдруг вспомнит о паспорте. Но, постойте, завтра же она не пойдет на работу…

От мыслей очнулась, когда машина замедлила ход. Оказывается, приехали.

— Завтра я завезу вам договор.

— Во сколько?

— Часов в девять утра.

— Ладно, — вдруг поняла, что не хочет покидать машину. Что же такое происходит? Какие-то жуткие перепады настроения и дело не в красных днях календаря, дело в чем-то другом. — Спасибо, Денис Викторович, — взялась за ручку.

— До завтра.

Это его «до завтра» прозвучало так неизбежно, так притягательно, так страшно, так… приятно…

В квартиру Лада вошла будучи без сил. И хорошо, что Тани не было дома, она бы своими расспросами вконец добила.

А Денис поехал обратно домой. И пока ехал, не переставал прокручивать в голове проведенные вместе часы. Столько эмоций в его жизни никогда не было, чтобы и разочарование, и радость, и возбуждение, и злость, и все это сменяло друг друга ежеминутно. А виной тому она, только она. Не думать о ней уже не получается. Запах девчонки, тепло, частое дыхание в моменты волнения и глаза — огромные, глубокие, ясные. Трогал бы ее и трогал. В дом вошел в состоянии дикого перевозбуждения, из-за чего первым делом наведался в душ. И когда выпустил пар, стало чуть легче. Телу легче, но не душе. Лада боится его, по сей день. Видимо надо с ней как-то по-другому общаться. Правда, знать бы как именно.

В этот момент раздался звонок сотового.

— Слушаю, — ответил, не глядя на экран. — А, Сурков. Да-да. Вот как, — присел на край стола, уставился на тарелку, из которой ела Лада, — очень хорошо. Хочу с ним поговорить «по душам». Сможешь устроить? Благодарю.

Вот и Суслов нашелся. Прямо-таки интересно посмотреть, что за элемент обманул Павлову — это маленькое нежное создание, невероятно талантливое и честное. Создание, которое скоро полетит с ним в Колумбию. Может, там получится сдвинуться с мертвой точки?

В этот момент прилетело сообщение от Суркова: «Встреча в 13:00, на квартире». Отлично! После того, как завтра завезет Ладе договор, сразу отправится в квартиру-студию, которую приобрел для деловых встреч, все ж некоторые клиенты отличались своими своеобразными взглядами на процесс переговоров, кто-то любил заседать в клубах, кто-то предпочитал гостиничные конференц-залы, а кто-то в силу специфики деятельности просил более уединенную обстановку.

Денис снял маску, посмотрел на внутренний слой, который так не понравился доктору. Хотя, что не так? Вроде все нормально, но специалисту, наверно, виднее. Вдруг невольно представил Ладу, которая смотрит на него такого, какой он есть. Смотрит, а потом сбегает. Однажды случилось утратить бдительность, и девушка из агентства увидела лицо клиента полностью. Что ж, отвращения в ее глазах было предостаточно. Конечно, с тех пор прошло три года, и все это время он носил маску, которая возымела-таки эффект, пусть и слабый. Но все равно… все равно разительных изменений не произошло и уже не произойдет. Что до Павловой, она и в маске его боится, как огня, что уж говорить, если увидит без…

А Лада сейчас лежала на разложенном диване, наблюдала за плывущими тенями на потолке и думала, думала, думала. Когда Королев встал за спиной, когда дотронулся, это было нечто. Нечто такое, не передать словами, какое. Сердце, разум, душа — все полетело в бездну, закружилось там, завертелось и, не успев достигнуть дна, вернулось обратно, потом снова и снова… вверх-вниз, вверх-вниз. И будет ложью сказать, что это состояние не понравилось, наоборот, понравилось, потому что подобного никогда ни с кем не испытывала. Да и чего греха таить, с мужчинами близости не было давно. А какие руки у Королева! Сильные, прямо мужские — большие, жилистые, пальцы длинные. Когда накрыла его руку своей, то просто не смогла ни убрать ее с себя, ни перестать касаться. Но эта его маска, что там под ней? Неужели настолько все плохо?

— Не спишь? — в комнату осторожным шагов вошла подруга.

— Не сплю, — приподнялась, прислонилась к мягкой спинке дивана.

— Ну, как прошел день? Как большой босс?

— Ты себе не представляешь, — устало улыбнулась.

— Ну-ка, ну-ка, — забралась на диван с ногами.

— Я почти весь день провела с ним. Была у него дома.

— Да ты что! Дома у самого загадочного миллионера страны. Дома!

— Именно так. Он меня обедом накормил.

— У него там наверно хоровод из прислуги. И живет, небось, во дворце.

— Нет, — усмехнулась. — Ни прислуги у него, ни дворца, ни рва с крокодилами. Королев одиночка, и это никакой не образ, это на самом деле так. Из окружения только охрана, всё.

— Ну, не в теремке же он обитает.

— Его терем тянет миллионов эдак на двести, если не больше. Но не в этом дело, Тань. Королев словно чурается людей.

— Что тут сказать, есть на свете бирюки.

- А еще через три дня я должна полететь с ним в Колумбию.

— У-у-у-у, подруга, чем дальше в лес, тем толще партизаны. Такими темпами скоро наш господин Эрик из бирюка превратится в общительного рубаху-парня. Ты его изменишь, покажешь, каким прекрасным может быть мир.

— Иди ты на фиг, — бросила в нее подушку. — Денис Викторович и без меня прекрасно существует в миру. Я вот тоже не люблю суету, не люблю шумные компании, мне приятнее лишний раз посидеть наедине со своими мыслями. А уж после Суслова тем более.

— Тогда еще лучше. Вы два сапога пара. 1439f7c

— Иди-ка ты спать, Березкина.

— Я-то пойду, а ты давай, морально готовься к Колумбии. Только представь, жара, наркобароны вокруг и такой мужчина рядом.

— Угу, вот как раз представлю себе и успокоюсь. У меня паспорт просрочен, причем давно.

— Эх, Ладка… вечно с тобой все не слава богу.

— Оно и к лучшему. Королев не мой уровень. Я для него слишком, как бы это сказать, простая, слишком бестолковая. Знаешь, я ведь лишний раз даже рот при нем боюсь открыть, чтобы не сморозить какую-нибудь чушь.

— А кто тогда твой уровень? — нахмурилась Таня. — И давай по-честному, хочешь сказать, твой уровень такой ширпотреб, как Суслов? Вот это парнокопытное?

— Видимо, — что-то больно резанули ее слова. — Спокойной ночи, — и зарылась под одеяло.

— Глупая, я ж на твоей стороне. И хочу, чтобы ты наконец-то встретила нормального мужика. Более того, мне кажется, ты его уже встретила.