Глава 9

Наутро Лада проснулась и поняла, что встать не в состоянии. Живот, спина, тошнота. Ну, отлично. Что-то тошноты раньше не наблюдалось.

— Тань! — позвала подругу, но пространство ответило тишиной. На работе, значит. — Вот бы чаю, таблеточку, — прохныкала в подушку.

Вдруг раздался звонок домофона.

— Ну, кто еще…

Кое-как стащив себя с дивана, прошлепала в прихожую, взяла трубку и только потом посмотрела на экран. Тут-то и случился шок. Вот балда, про визит Королева совсем забыла!

— Блин! — вскрикнула, а получилось довольно громко. — Ой, извините, Денис Викторович. Открываю.

И что-то сразу забылось про все на свете. Лада побежала в ванну, уставилась в зеркало.

— Матерь божья! — ну и ну, губы опухли, глаза опухли, нос опух, волосы торчат как у чучела огородного.

Быстренько почистив зубы и пригладив взлохмаченную копну, Лада побежала одеваться, но не успела, зазвонили в дверь.

В итоге накинула халат поверх ночнушки, продышалась перед дверью и открыла.

— Доброе утро, — улыбнулась и напомнила себе в зеркале китайца.

— Доброе, — уставился на нее с нескрываемым удивлением. — А… вы… как-то изменились.

— Водички на ночь многовато выпила. Бывает, — пригласила босса в квартиру.

— Вот договор, — протянул файл.

— Спасибо.

Взяла файл, выудила бумаги и принялась читать.

— Ой, хотите чаю? — поняла, что даже присесть начальнику не предложила.

— Хочу, — все никак не мог оторвать от нее взгляда.

— Проходите в кухню, а я… — и замялась, — скоро подойду.

Через несколько минут Лада вернулась к гостю уже в более подобающем виде — в спортивном костюме и с гладко зачесанным хвостом на темени. А Денис испытал некое разочарование, зря она переоделась, очень зря. И снова фантазия завела в такие дебри, что пришлось закинуть ногу на ногу, а руки сложить в замок и разместить на коленях, чтобы скрыть последствия богатого воображения.

— Так, чаю или кофе? — встала как солдат на плацу.

— Чаю.

И пока чайник закипал, Лада изучала правленый договор. Правда, под взглядом Королева это далось с большим трудом. Когда же он поймет, что так пялиться, по меньшей мере, некрасиво. Надоело уже чувствовать себя экспонатом на выставке.

— Денис Викторович, — глянула на него, — вы могли бы не смущать меня.

— А что такое? Чем я тебя смутил?

— Ну, смотрите так…

— Как?

— Слишком откровенно.

— На то есть как минимум одна причина.

На что брови девушки взлетели вверх, а в глазах поселился вопрос.

— Мне нравится на тебя смотреть. Озвучить вторую причину?

— Нет, нет, первой вполне достаточно, — побагровела.

До чего сейчас хотелось пригласить ее куда-нибудь, неважно куда, только бы побыть с ней рядом. Но, увы, на повестке «свидание» с аферистом Сусловым и несколько встреч, которые отменить никак нельзя. Придется потерпеть, но скоро… скоро они будут вдвоем далеко отсюда.

Лада за это время налила начальнику чая, насыпала в креманку своих любимых крендельков с солью. Не пустую же воду пить.

— Вот, прошу, — подала угощенье.

— Благодарю.

— Денис Викторович, видите ли, тут такое дело. Боюсь, я не смогу полететь с вами в Колумбию, — последнее слово вообще прошептала.

— И почему? Мы же договорились.

— Да, да… но у меня паспорт просрочен.

— Покажи, — взял один кренделек и бросил его в кружку.

— Да, пожалуйста, — быстренько сходила за паспортом, — прошу, — протянула ему документ.

— Угу, вот же неприятность, — вдруг засунул его себе во внутренний карман пиджака.

— А… — открыла, было, рот.

— Ничего, ничего, не переживай. Я разберусь. Как ты себя чувствуешь?

Да как-как? Вот только что стало совсем плохо.

— Чуть лучше.

— В таком случае до субботы. Лечись активнее, — и сделал один единственный глоток чая вместе с кренделем.

Когда же поднялся из-за стола, снова взялся за свое — за созерцание этой пугливой лани, сейчас она словно обескуражена, растеряна. Интересно, почему? Не потому ли, что хотела отбояриться от поездки? Что ж, ее постигнет разочарование, уже завтра паспорт будет готов.

— Так понимаю, живешь в съемной квартире с подругой?

— Угу, — кивнула, отчего хвост на темени забавно колыхнулся.

— Устраивает? Места здесь не сказать, что много.

— Вполне. Мы уже привыкли и по деньгам приемлемо.

— Ясно. Заметил объявление на подъезде, у вас тут по дому клопов травят. Не кусают?

— Да вроде нет.

— Очень хорошо, а то клопы соседи так себе. В общем, поправляйся, — после чего направился к двери.

Стоило ему уйти, как Лада села на банкету и уставилась вперед себя:

— И что это вообще было? — пролепетала.

Но есть один существенный плюс во встречах с Королевым, рядом с ним все текущие проблемы меркнут, даже тело перестает чувствовать боль. Вон, проснулась умирающим лебедем, а сейчас будто и нет ничего, однако спустя некоторое время чувствительность вернулась, и Лада побежала за но-шпой, а потом села за стол, взяла кружку с чаем, пододвинула поближе креманку с крендельками. Только когда опустошила емкости, вспомнила кто пил из этой кружки, тогда же провела кончиком пальца по ободку, а следом ощутила мышечный спазм внизу живота, болезненный, но приятный.

Денис тем временем созвонился с Сурковым, удостоверился, что все в силе и отправился на встречу. Уж свое-то он требовать умеет и сегодня товарищ Суслов будет искренне раскаиваться за содеянное.

К новостройке на окраине города приехал спустя полтора часа, затем поднялся на двадцатый этаж.

Дверь открыл начальник по безопасности.

— Все спокойно? — Денис снял пиджак, ослабил галстук.

— Само собой, Денис Викторович. Клиент тих и благодарен.

— За что благодарен? — усмехнулся.

— Что привезли не в мешке, как обещали изначально.

— М-м, — кивнул.

Королев прошел в гостиную.

— Что тут вообще происходит?! — тотчас с дивана подскочил молодой архаровец. — Я требую объяснений! Это похищение!

— Будут тебе объяснения, — проследовал к большому овальному столу, расположившемуся у окна. — Присядем.

Мужчина с минуту соображал, что делать, но иного пути кроме как сесть и выслушать это чудище в маске, не было, потому опустился на стул напротив.

— Итак, ты Суслов Александр Владиславович, верно? — оценил стать парня, неудивительно, что Лада повелась на него, тут есть, за что глазу зацепиться. Для молодых девчонок самое то. Высокий, спортивный, ухоженный, татуировки через каждые десять сантиметров, одет по моде.

— Да. А ты кто? И какого…

Но Денис не дал договорить:

— Чтобы не тратить время, а я уверен, парень ты занятой, перейдем к сути. Ты должен мне денег. Два миллиона шестьсот шестьдесят тысяч рублей.

— С чего бы вдруг! Я тебя вообще первый раз вижу, мужик.

— Павлову Ладу Дмитриевну знаешь? — сложил руки в замок, положил на стол.

— Ладку? Ну, знаю. Мутили с ней какое-то время, потом разбежались.

— Значит в курсе кредитов, которые она взяла по твоей просьбе. Так вот, банки продали ее долги мне. Выходит, ты теперь должен мне.

— Нифига, — замотал головой, — ничего я тебе не должен. Не я брал деньги. Хочешь бабки, иди к Павловой.

— Угу, к Павловой, — затем подозвал к себе Суркова, взял у него папку, — тогда поговорим по-другому. Вот это, — подтолкнул папку к Суслову, — все твои заслуги за последние шесть лет. От мелких краж до махинаций с документами, а именно, подделка паспортов, студенческих и военных билетов, и да, здесь же два заявления от обманутых тобою женщин. Почитай, освежи память. Если я дам этому всему ход, а я дам, ты уж не сомневайся, тебе светит приличный срок. В тюрьме, знаешь ли, такие холеные мальчики как ты в цене.

Суслов быстро пролистал папку, и настроение у него как-то сразу испортилось, плечи опустились, брови сошлись у переносицы.

— Чо вам от меня надо? Бабки вернуть? Верну.

— Вернешь.

— Но у меня нет такой суммы, чтобы отдать разово. Время хоть дайте.

— У тебя будет полгода. Попытаешься скрыться, мои люди тебя найдут. Кстати, у тебя же мать пенсионерка, диабетом болеет уже как двадцать лет.

— Вот не смей ее трогать! — завелся. — Только узнаю!

— Заткнись, Суслов. Не тебе мне здесь условия ставить. Если не хочешь за решетку, если не хочешь, чтобы мать осталась без помощника, пиши расписку и ищи деньги.

— У меня тачка есть. Тысяч на семьсот потянет.

— Меня твое имущество не волнует, продавай, закладывай, делай, что хочешь. Мне нужны деньги на счете, реквизиты которого тебе выдадут сегодня же.

— Хорошо.

И Денис кивнул своему охраннику, тот положил перед горе-аферистом составленную расписку, куда оставалось внести лишь фамилию и поставить роспись с расшифровкой. Суслов справился быстро.

— Теперь меня отпустят? — с опаской глянул на амбала, что встал за спиной.

— Конечно, — улыбнулся Королев, — что ж мы, варвары что ли. И до дома тебя довезут, и с матерью твоей познакомятся.

Когда паршивец покинул квартиру, Королев поднялся, подошел к окну и уставился на город. Этот Суслов типичный дамский угодник, девкам по ушам хорошо научился ездить, а на деле обычное трусливое чмо. И деньги он вернет, потому что деваться ему некуда.

— Я могу быть свободен? — послышался голос Суркова.

— Да, Семен. Единственно, мне нужен новый загранпаспорт, вот, — достал из пиджака паспорт и положил на стол, — хорошо бы уже завтра.

— Да не вопрос. Хорошего дня, Денис Викторович.

— И тебе хорошего.

Интересно, как бы отреагировала Лада, если бы узнала обо всем? Была бы благодарна? Или наоборот, посчитала бы вторжением в личную жизнь? С другой стороны, какая уж тут личная жизнь, подонок бросил ее, оставил на растерзание коллекторам. Но теперь с ней все будет хорошо. И все деньги, вычтенные из зарплаты, вернутся обратно, потому что Лада их заслуживает. У нее талант.

А сейчас пора на работу, потом бы заскочить в ожоговый центр, посмотреть, как справляется новая няня. И, черт побери, совсем забыл о визите представителя из опеки, еще с этим бюрократом встречаться.

Весь день Королев провел за рулем, разве что под вечер все-таки заглянул в Регент, чтобы подписать несколько писем для налоговой. И только сел за стол, только взял ручку, как раздался стук в дверь.

— Да.

— Добрый вечер, Денис Викторович, — Крамер пожаловал.

— Добрый, Кирилл Федорович. Чего хотел?

— Хотел поинтересоваться, вы получили последнюю модель?

— Наверно, я еще не смотрел. Завтра гляну.

А Крамер все стоял, мялся.

— Что-то еще?

— Мне сказали, Лада вчера отпросилась. Она заболела?

— А я похож на ее личного секретаря?

— Просто, она с вами уехала, на звонки не отвечала, а у нас эскиз в работе. Вот я и хотел узнать, все ли в порядке.

— Раз не отвечала, значит, не могла. Ответит, Кирилл Федорович, не переживай. Теперь все?

— Да, прошу прощения за беспокойство.

И поспешил покинуть кабинет.

Кирилл вернулся к себе, засел за планшет, но скоро понял, что работать не может.

Лада вчера ушла, и слова ему не сказала, хотя могла бы предупредить, что неважно себя чувствует. Если это, конечно, так. В течение дня ни на звонки не отвечала, ни на смс. Может, наведаться к ней? Или нет. Гордость все-таки иметь надо. Но червь сомнения так и сидел внутри, так и дергал за нервы. Все эти дни, проведенные с Павловой за работой, стали, словно отдушиной. То шел на работу как на службу, еле высиживал положенные часы, а девчонка все изменила. Сначала бесила, раздражала, но в какой-то момент из раздражителя превратилась в необходимость. Необходимостью стало пойти с ней в столовую, наведаться в кабинет по какому-нибудь нелепому поводу, только чтобы посмотреть на Павлову, посидеть с ней рядом, напитаться чем-то, чем-то свежим, легким, вдохновляющим. А споры с ней? Всегда считал себя человеком сдержанным, но с ней не получается сдерживаться, иногда споры заканчиваются раздутыми щеками и хлопаньем дверью, но минут через пять все сходит и снова хочется просочиться к Павловой в кабинет. Однако все это ничто, если Лада с Королевым. При его бабках немудрено. Вот ведь, то уже все решили, что Фантомас заднеприводный, ан нет… Только слепой не удивит очевидного, босс подкатвает к Ладе чуть ли не с первого её рабочего дня здесь.

В этот момент раздался стук в дверь. У Карпина как чуйка срабатывает на хреновое настроение.

— Привет, Антон, — Кирилл откинулся на мягкую спинку кресла, принялся медленно раскачиваться.

— Крамыч, — кивнул и, как всегда, рухнул на диван. — Опробовал новые плагины?

— Угу, работают.

— И ни спасибо мне, значит, ни «какой ты молодчина».

— Спасибо, — уставился в потолок.

— Чего с тобой опять? Творческий затык? Или Королев хвоста накрутил?

— Ни то, ни другое.

— Личное, выходит. Кстати, меня тут постиг большой облом с Павловой. Я к ней неделю и так, и эдак. И на обед звал, и на ужин, и в кино, и в театр, — усмехнулся, — а она ни в какую.

— Угу…

— Чего ты угукаешь как филин. У друга горе, между прочим.

— Антох, ты чего-то хотел?

— Хотел. Позвать тебя на пиво вечером. Договорились с мужиками из отдела пойти в паб, матч посмотреть. Тебе как раз полезно будет.

— Я сегодня домой. Надо в срочном порядке несколько моделей закончить.

— Ну, как знаешь.

Только поехал Крамер не домой. А через два часа уже стоял у подъезда и набирал номер квартиры на панели домофона.

— Лада?

«— Да» — послышался немного искаженный голос.

— Это Кирилл. Крамер. Можем поговорить?

Спустя мгновение раздался характерный звук, и дверь открылась.

Когда Лада вышла, Кирилл ощутил облегчение. Выглядела она действительно не совсем здоровой. Очень бледная, глаза красные, лицо припухшее.

— Привет, — удивилась столь неожиданному визиту.

— Привет. Я вот проведать приехал. Ну и поинтересоваться, когда ты к нам вернешься.

— Ты из-за эскиза? — позволила ему войти. — Так я дома закончу, потом сброшу тебе.

— Хорошо. Это, кстати, тебе, — протянул бумажный пакет. — Чтобы болелось не так грустно.

— Спасибо, — заглянула внутрь, — ого! С таким набором я в двери Регента не пролезу.

В пакете было и печенье, и конфеты, и пирожные, баночки с джемами и медом.

— Простудилась? — принялся ее разглядывать.

— Да нет, скорее всего, отравилась. Спасибо тебе огромное, могу, кстати, чаем угостить. Одной мне всего этого многовато будет, — обхватила пакет обеими руками.

— С радостью…

Кирилл прошел в кухню, а Лада про себя завыла волком. Что же это такое делается? Поболеть спокойно не дадут! То Королев, то Крамер.

И только хозяйка поставила чайник, только подготовила две чашки, как раздался звонок домофона.

— Ждешь кого-то? — сразу насупился Кирилл.

— Нет, — а в голове уже чего только не напредставляла себе. Не дай бог это Королев. Он ведь черт знает что подумает. И Крамер черт знает что подумает. Хоть бы Танька пришла пораньше с работы, хоть бы она.

Лада просеменила в прихожую и чуть на месте не села, с экранчика домофона на нее смотрело до боли, до дрожи, до слез знакомое лицо. Суслов! Какого дьявола? И что делать? Пустить? Или послать куда подальше?

— Кто это? — за спиной возник Крамер.

— Ой, — аж вздрогнула, — это… это… знаешь, как-то даже слов подобрать не получается. Ну, назовем его сволочью. Да, это сволочь, из-за которой я оказалась в долговой яме. И если бы не Денис Викторович, продолжала бы в ней сидеть, на самом дне.

— Бывший, значит?

— Угу, он самый.

— Так открывай, послушаем человека. Ой, прости, сволочь.

И Лада открыла, молча. А через минуты три раздался звонок в дверь.

— Не робей, — Кирилл встал рядом, — я же здесь, подстрахую.

— Ладно, — потянулась к двери.

Надо же, Суслов ничуть не изменился, такой же красивый, разве что с настроением нелады, обычно улыбка не сходила с губ, в последний раз ушел из дома тоже с широкой улыбкой.

— Привет, — кивнул, затем покосился на Кирилла. — И вам доброго дня, — на что получил скупой кивок.

— Тебе чего надо?

— Поговорить надо. Желательно наедине.

— Боюсь, этого не будет, брат. Есть что сказать, вперед, — прислонился к стене Крамер, руки сложил на груди.

— Ну, ок. Войти-то хоть можно? — перевел взгляд на Ладу.

— Можно, — сделала шаг назад.

Тогда Суслов вошел, закрыл за собой дверь, после чего некоторое время стоял, молча, собирался с мыслями, все-таки никак не рассчитывал встретить тут очередного защитника. Хотя, вполне вероятно эта дылда прихвостень урода в маске.

— Короче, — прислонился к дверному косяку, — отзови своего Цербера, будь добра.

— Какого Цербера? Ты о чем вообще?

— Только не строй из себя божьего одувана. Твой Королев прессовать меня начал. Я, конечно, понимаю, уехал, все дела. Но у меня были веские причины, между прочим. И ты в курсе, какие.

— Больная мама? — покачала головой. — Помню, помню. И как она?

— Будет в норме, если твой хахаль от нее и от меня отвалит.

— Слушай, братец-кролик, — вышел вперед Крамер, — вали-ка ты отсюда.

— В общем, Ладка, — попятился к выходу, — ты меня услышала. Я перед тобой не виноват, ты сама деньги взяла, я лишь предлагал, но решение принимала ты.

— Ну, ты и урод, — Лада схватила зонт и уже было хотела огреть бывшего, но Кирилл помешал — перехватил орудие.

— Лад, этот кусок дерьма того не стоит.

Когда Суслов ушел, Лада вернулась в кухню, села за стол. Зачем Королев это сделал? Зачем? И Крамер теперь свидетель всей этой унизительной разборки. Вот же позор. Но Королев… ему что, захотелось сразу с обоих вернуть? С удвоенным, так сказать, процентом?

Лада даже не заметила, как Кирилл подошел к столу, взял чайник.

— Заявляю официально, — поставил перед Ладой чашку крепкого чая, — не расстраивайся из-за этого недоросля.

— Ты не понимаешь… — достала из пакета конфеты, печенье.

— Любила его? — опустился на стул.

— Не знаю. Тогда любила наверно. А теперь вон, чуть на зонтик не насадила, — печально усмехнулась, — спасибо, не дал совершить тяжкое преступление. Слушай, а у тебя есть номер Дениса Викторовича?

— Есть, а что?

— Можешь дать, я ему позвоню.

— Так, на, — разблокировал свой телефон, набрал босса.

— Угу, — скорее взяла сотовый.

Королев ответил не сразу, а когда все-таки ответил, то голос прозвучал настолько сурово, что у Лады руки похолодели.

«— Тебе чего, Кирилл?»

— Кхм, — аж поперхнулась, — Денис Викторович, нам надо срочно поговорить.

«— Лада?» — а вот теперь настала его очередь давиться воздухом.

— Да, это я. Мы могли бы с вами встретиться?

«— Могли. А что у тебя делает телефон Крамера, позволь спросить?»

— Кирилл у меня. Когда?

«— Через час-полтора буду. Подойдет?»

— Хорошо.

Денис сейчас сидел на переговорах. А после разговора с Павловой понял, что хочет немедленно все бросить и поехать к ней, не из-за важности вопроса, нет. Но встречу надо было закончить, дела есть дела.

Последние полчаса провел как на иголках, внутри все кипело. Какого черта к ней заявился Крамер? Все трется рядом, никак не угомонится. И главное, с какой простотой Павлова об это рассказала: «Кирилл у меня». У нее он… сидит там, штаны протирает. А время, между прочим, девять вечера.

Когда все бумаги были наконец-то подписаны, Денис вежливо отказался от фуршета и отправился к машине.

Лада же проводила Кирилла практически сразу после разговора с начальником, благо, он понял всю серьезность предстоящего разговора и вроде как не обиделся. Часы отмеряли минуту за минутой, за окном слышались звуки машин, проезжающих по мокрому после непродолжительного дождя асфальту, ветер колыхал штору. В итоге Лада подскочила и скорей закрыла форточку. Сейчас все звуки раздражали. Королев влез туда, куда не должен был лезть. Несмотря на мотивы. И вообще! Какие у него могли быть мотивы? Вот какие? Быстрее отбить деньги?

Спустя еще час раздался звонок, причем сразу в дверь. Но прежде чем открыть, Лада досчитала про себя до десяти. Видимо эта психотерапия уже входит в привычку, с Королевым иначе не получается.

— Денис Викторович, — распахнула дверь, — проходите.

Денис вошел, осмотрелся, к счастью, признаков Крамера не наблюдалось.

— О чем ты хотела поговорить? — принялся изучать Ладу. Хмурится, как-то недобро сопит, значит, разговор выйдет малоприятный.

— Зачем вы его нашли?

— Кого?

— Суслова.

— С чего ты…

— А с того, Денис Викторович, что он заявился ко мне часа три назад и настойчиво просил, цитирую, «отозвать своего Цербера», которого я, выходит, натравила на него.

— Вот как, — засунул руки в карманы, — н-да, от мужичка в нем совсем ничего, печально.

— Так, зачем? Зачем вы его нашли? Я вам возвращаю деньги, дай бог, верну все до копейки. Но он-то… — в легких резко закончился воздух, слезы начали душить. — Решили по двойному тарифу? С меня и с него?

— Чего?! — вытаращился на нее, а глаза точно кровью налились. — А, ну… собирайся, — голос зазвучал так, что у Лады снова похолодели руки. Таким тоном Королев обычно увольняет тех, кто конкретно проштрафился.

— Куда? Зачем? — прижалась к стене.

— Хочу кое-что вернуть. Идем.

— Может, не сегодня? — чуть ли не прошептала.

— Быстро! — гаркнул так, что бедняжку как ветром сдуло.

Собралась за пару минут и опять забыла про все на свете. Болит, не болит, тошнит, не тошнит, не важно, тут вот-вот сердце пробьет грудную клетку и боевым снарядом полетит дальше.

— Я все, — вернулась в коридор, нацепила куртку, распихала по карманам все нужное и ненужное, что лежало на тумбе.

Но Денис ничего не ответил, он рывком открыл дверь и покинул квартиру.