Глава 10

Всю дорогу в машине царила гробовая тишина, время меж тем стремилось к полуночи, так как по пути успели собрать все возможные пробки. Лада иногда посматривала на босса, лицо его стало еще более каменным, значит, злится. Хотя нет, не злится, он в ярости. Это уже правило — чем меньше эмоций на лице Королева, тем он свирепее. Думать, что его так взбесило, не хотелось. Сам расскажет. А к концу пути Лада уже была готова к чему угодно вплоть до увольнения. И пообещала себе не разреветься.

Денис на сей раз спустился в подземный гараж, где было очень тепло и довольно светло.

— Все, на месте, — заглушил мотор.

Лада шла за ним будто на плаху, где ее ждет, не дождется палач, почему-то в роли палача представила Фальцова, а глашатаем — Крамера и улюлюкающего в толпе Суслова. Забавная казнь бы получилась. Двое поднялись по лестнице, коя вывела сразу в холл. Денис включил свет, швырнул ключи на консоль у входной двери. Н-да, за три часа дороги его так и не отпустило.

— Проходи в гостиную, я сейчас, — процедил сквозь зубы.

Вот и японский садик. Сейчас он прямо-таки необходим. Лада взяла грабельки и принялась за дело, но сердце никак не хотело успокаиваться, а когда до ушей донеслись шаги, на лбу бедняжки выступила испарина. Все, смерть ее пришла, гильотину принесла.

— Вот, — Денис подошел к кофейному столику, — прошу, — положил на него светло-серую папку.

— Что это? — раскрыла ту. Да это же договор займа. — Я вас не понимаю, — уставилась на босса.

— Я возвращаю тебе договор, можешь его порвать и выбросить. С этого дня ты мне ничего не должна. И если тебе все-таки интересно, зачем я отыскал Суслова, то поясню. Этот щенок должен ответить за свои грязные поступки. И деньги будет возвращать мне он, а не ты. Или хочешь попросить Цербера, пожалеть бывшего?

А Лада кроме как заплакать, ни на что боле не решилась. Да и не хотела ведь плакать, но слезы полились сами собой. Из-за нервов, из-за стыда, из-за обиды.

— Что с тобой? — вот уж никак не ожидал такого водопада.

— Ничего, — зашмыгала носом. — Спасибо, — взяла папку, поднялась, — хороших снов, — и поплелась к двери.

— Куда ты собралась? Уже полпервого ночи, — в это момент осознал, что она у него дома в столь позднее время, притом Лада наверняка еще не выздоровела до конца.

— Обратно… — зашарила по карманам. Вот ведь дура, а. Шарф схватила, заколку для волос, губку для чистки обуви, а ни денег, ни карты не взяла. И главное, не взяла с собой тампоны, все в сумке осталось, а та осталась стоять на банкетке. Идиотка! — Не одолжите на такси? — промямлила, не оборачиваясь.

— Переночуешь у меня.

— Нет, — замотала головой.

— Да, — и пусть только попробует поспорить.

— Денис… — даже не поняла, как назвала его просто по имени. — Мне надо, понимаете! Очень надо домой!

А он подошел, взял за рукава куртку и стянул ее с хозяйки.

— Останешься здесь и точка.

— Да не могу я остаться! — чуть ли не завизжала, а щеки стали пунцовыми. — Не могу!

— Почему?! — тоже повысил голос.

— Потому что! — и до того взбесил этот злобно-непонимающий взгляд босса, что выпалила то, чего не хотела и не сбиралась. — Потому что у меня критические дни! И с собой ничего нет! Так понятно, Денис Викторович?! — аж на месте подпрыгнула.

— Ну… да… понятно, — сразу стих. — Так, тут недалеко аптека есть. Я могу съездить. Скажи, что нужно.

— Вы издеваетесь? — откровенно заскулила. — Я вам сейчас буду перечислять, какие тампоны мне покупать? Серьезно? Господи, — и хлопнула себя по лбу, — дурдом на выезде.

— Тампоны, я понял. Располагайся, скоро буду.

И мигом ретировался. А Лада так и стояла, хлопала глазами. Нет, это уже клиника. Миллиардер из списка Форбс, владелец крупнейшей компании по обработке драгоценных камней поехал в круглосуточную аптеку покупать своей сотруднице тампоны. Прекрасно! Надо срочно выпить. Хоть бы чая.

Лада зашла в кухню. Вон и чайник… Мама раньше всегда говорила, если вокруг творится полнейший бардак, прежде чем паниковать, надо сесть и выпить горячего чаю. Правда, говорила она про бардак в прямом смысле слова, но не суть. Ей эту мысль в свое время высказал знакомый профессор из Лондона, с которым по работе частенько пересекалась на различных международных форумах. Вот и сейчас. Надо в срочном порядке восстановить душевное равновесие, иначе нервный срыв обеспечен.

И пока Королев блуждал где-то в ночи, Лада вскипятила воду, отыскала заварной чайник, заварку. К его возвращению на столе уже стояло все необходимое для полуночного чаепития. Однако с появлением хозяина дома Лада поняла, что тут без ста грамм не обойтись. Денис вошел в кухню с огромным пакетом доверху набитым упаковками гигиенических средств самой разной степени впитываемости.

— Это что? — прижала полотенчико к груди.

— Я не знал, что именно и сколько нужно.

Хорошо хоть подгузники для взрослых не купил. Но даже так, какой же это стыд! Неужели ему самому было нормально все это покупать? Хотя, с его-то выдержкой…

— Благодарю, — взяла пакет и скорее спрятала под столом, чтобы не мозолил глаза. Н-да, ей этого набора на год вперед хватит. Провизор наверно решила, что кто-то истекает кровью. — Денис Викторович… вы ели сегодня?

— Только в обед. А ты?

— Только утром. Если хотите, я могла бы что-нибудь приготовить.

— Кухня в твоем распоряжении, а мне бы переодеться.

— Ладно.

И Денис поспешил наверх. Сейчас он не верил ни своим глазам, ни своим ушам. Павлова будет командовать в его кухне, будет готовить ему ужин. А главное, останется на ночь. Такого еще не было. Плевать, что она приготовит, как приготовит, важно, Лада здесь, важно, она не стала настаивать на отъезде. Впервые за столько лет дом наполнился движением, шумом и впервые от этого приятно. После детдома хотелось наоборот, закрыться от людей, спрятаться, самоизолироваться, а когда получилось, одиночество вошло в привычку. И вдруг случилась Павлова. Денис вошел в спальню, заперся, после чего начал раздеваться. Девчонка въелась в душу, как так случилось до сих пор загадка. Но ему ли тягаться с тем же Крамером — молодым здоровым самцом. Ладе приятна компания Крамера, это видно. С ним она расслаблена, всегда на позитиве. Тогда как тут все время зажата, напугана. И все-таки Лада здесь…

Кстати, ее съемная квартира желает лучшего. Там вообще не развернуться, не говоря уже о тошнотворных ароматах, что царят в подъезде. Но заикнись он о другом жилье, Павлова встанет на дыбы.

После душа вдруг напала сонливость, все ж за день вымотался. А когда вышел из комнаты, когда вдохнул запахи, еще и желудок скрутило от голода. И странно, пахнет вкусно, но чем — непонятно.

Внизу тем временем кипела работа. Лада испекла свой любимый киш с брокколи и сыром. И снова спасибо маме, научила. Пирог простой, но вкусный до безобразия. В момент появления Королева в кухне, Лада как раз вытащила киш из духовки.

— Что это? — подошел к ней вплотную.

И надо же, очередное преображение господина Королева — брюки песочного цвета и обычная белая футболка, которая еще больше подчеркнула рельефную фигуру.

— Это киш, — в раз двадцатый покрылась мурашками. — Пробовали?

— Нет, как-то не довелось.

— Что ж, надеюсь, удивлю вас. Расставьте тарелки, пожалуйста.

Странно, за весь этот вечер ни болей внизу живота, ни тошноты. Даже аппетит проснулся, на ночь глядя.

А Денис послушно расставил тарелки, разложил приборы:

— Думаю, к такому блюду неплохо было бы вина.

— Не смею возражать, — да, сто раз да! Вино именно то, что сейчас нужно.

За стол сели вместе, и только Денис хотел положить себе кусок пирога, как Лада замотала головой.

— Я сама, — взяла лопатку, — пусть это все будет моей, пусть и слабой, но благодарностью. Жаль, что кроме как пирогом, больше ничем отплатить вам не могу.

Пока Королев мылся, Лада осмыслила его слова, его жест. Конечно, она по-прежнему не понимала, чего ради начальник простил ей долг, но со сказанными им словами полностью согласилась. Суслов должен ответить за все.

— Почему же, можешь, — положил на колени салфетку. — Очень даже можешь.

А бедняжка так и застыла с лопаткой в руке.

— Ты можешь отплатить мне работой, — поспешил развеять опасения, — усердной работой, Лада.

— Это безусловно, — аж выдохнула. — Итак, прошу, — положила ему на тарелку большой кусок пирога. — Снимайте пробу, не томите.

Денис в свою очередь с тоской в глазах посмотрел на аппетитный киш. Снять бы маску и от куска не осталось бы и крошки, но увы. Тогда отломил вилкой небольшой кусочек, когда же хотел попробовать, Лада вдруг выдала:

— Вам ведь не хочется, да?

— С чего ты взяла? — перевел на нее взгляд.

— Ну, вы каждый раз… в общем, почти ничего не едите. И да, я помню, не любите есть в общественных местах, но сейчас вроде дома, а я…

— Дело не в этом. Маска, — постучал по поверхности той. — Из-за нее.

— А, — тотчас закусила губу. — Так, может, снимете?

— Нет, Лада. Не сниму, — грустно улыбнулся. — Под ней мало приятного.

— Выходит, даже пирог мой не распробуете, — начала осматриваться, а спустя секунду подскочила, и побежала в гостиную. Вернулась с шарфом в руках, — вот, — плюхнулась обратно на стул.

— Что, вот?

— Я завяжу себе глаза.

— Ну, что за ерунда? — вот уж чего не ожидал от нее, того не ожидал.

— Никакая не ерунда. Мне не сложно, а вы хотя бы поедите нормально. Если, конечно, вам понравится пирог, — и завязала себе глаза. — Клянусь, ничего не вижу.

— Лада, перестань, — вконец растерялся.

— Денис Витокрович, — вдруг замялась, — Денис. Я, правда, очень хочу извиниться за свои слова и отблагодарить вас ужином.

После чего повисло молчание. Королев совсем перестал что-либо понимать. Но вид Павловой вызвал приступ дикого сумасшедшего влечения, настолько дикого, что еле удержал себя на стуле. Лада с этим шарфом на глазах… нереальная картина.

— Хорошо, — кое-как произнес. — Только ты…

— Даю слово, — опередила, — не сниму, — хотя чего греха таить, были такие мысли, однако надо держать свое любопытство в узде.

А Денис еще колебался некоторое время, но потом все-таки решился — снял маску и медленно положил на стол. Страх, что Павлова возьмет и стянет с глаз шарф, был, правда, тут уж ничего не поделаешь. Пусть будет, как будет. Лада меж тем приступила к еде. Глядя на нее, и Денис немного успокоился, а когда попробовал пирог, то и вовсе расслабился.

— Как вам? — повернулась на звук столовых приборов.

— Очень вкусно, Лада, — все эти минуты не сводил с неё глаз. — Очень.

— Спасибо, — улыбнулась.

— И да, ты можешь не переживать, Суслов больше не появится и не потревожит.

— Что же вы с ним сделаете?

— Объясню на понятном ему языке, чтобы забыл к тебе дорогу. Думал, он поймет с первого раза, но, увы.

На что она кивнула. А вино снова сделало свое дело — отключило мозг.

Когда закончили, Лада поспешила подняться, чтобы убрать со стола, но тут же очутилась в руках хозяина дома.

— Денис, — инстинктивно вцепилась ему в руки.

Но в ответ последовало касание. Королев провел пальцами по ее щеке, спустился к губам, очертил их контур, отчего в теле бедняжки начало происходить нечто совсем уж бессовестное. А когда она ощутила горячее дыхание на губах, то буквально онемела. И ведь хотелось, до умопомрачения хотелось, чтобы поцеловал. Только Денис не спешил, он снова дотронулся до лица, и реакция последовала неожиданная — Лада принялась ластиться о его ладонь, что стало последней каплей.

Прикосновение его губ обожгло, заставило затаить дыхание, но Королев целовал как-то слишком осторожно, слишком робко, из-за чего Лада окончательно потерялась в пространстве и времени, ведь ожидала напора, даже грубости, но нет. Тогда приоткрыла рот и провела кончиком языка по нижней губе мужчины. Спустя мгновение Денис целовал так, что колени подгибались, не говоря уже о происходящем внизу живота, где все ныло от желания. В этот момент Лада положила руки ему на плечи и только хотела подняться выше, коснуться шеи, потом лица, как Денис резко отстранился.

— Не надо, — произнес с придыханием, ибо у самого сердце готово было выскочить, а в паху все болело от перенапряжения.

— Почему?

— Тебе не понравится.

— Денис…

Однако он прошел к столу, взял маску, а через минуту снял с Лады шарф, отчего она тотчас зажмурилась.

— Пойдем, провожу тебя в комнату.

Лада же отметила его покрасневшие губы, затем глянула на грязные тарелки.

— Здесь я сам справлюсь, — все-таки взял ее за руку, — идем.

Спорить не стала, пусть ведет, пусть показывает комнату. Оно и к лучшему, да. Заигрались! А она вообще хороша, опять напилась и расплылась лужицей под ногами начальника. Завтра будет стыдно смотреть ему в глаза, но это будет завтра, а сейчас надо спать. Ведь спать, так?

Денис привел Ладу в гостевую спальню, что расположилась напротив его собственной. Понятное дело, гостей тут никогда не было.

— Хотя знаешь, — обратил внимание на слой пыли на тумбочках, видимо, последний раз клиринговая компания обошла стороной эту комнату. — Иди лучше ко мне.

— То есть? — вытаращилась на него с явным испугом.

— В том смысле, что ложись спать в моей комнате, а я переночую здесь.

— А-а.

У него в комнате так же уютно, как и в остальном доме — теплые тона в отделке, кровать обтянутая бежевой кожей с необычной подсветкой в изголовье. И так сразу захотелось рухнуть в эту шикарную кровать с белым пребелым постельным бельем.

— Ванна там, — указал на одну из двух дверей.

— А там? — ткнула в соседнюю.

— Гардеробная.

— Хорошо.

— Тебе принести пакет?

— Какой пакет? Ой, да, — блин, чертов пакет. — Я сама, если позволите.

— Ладно. Тогда хороших снов.

И скорее закрыл за собой дверь.

— Боже мой, — подошла к кровати, — Ладка, ты спятила. Окончательно и бесповоротно, — опустилась на мягкий матрас.

Мало того, что приготовила ужин Королеву, мало того, что он притащил из аптеки мешок тампонов, так еще и спать уложил в своей спальне. Нет, ну это просто фантастика. Хотя не это фантастика, а поцелуй. Сумасшедший и в то же время странный, такой же странный, как сам Денис. Не сказать, что она целовалась с большим количеством парней, всего-то с двумя, с одним в подсобке в школе классе эдак в восьмом, а вторым стал Суслов, будь он неладен, причем с ним и первая близость случилась. Но не об этом сейчас. Королев словно не целовал, а учился целоваться, настолько его движения были неловкими, пробующими, старающимися.

Лада вернулась вниз за пакетом и, надо же, обнаружила начальника за мытьем посуды, стоял он в фартуке и весьма ловко орудовал губкой.

— Твои… — покосился на нее, — в общем, все стоит у двери.

— Хорошо, спасибо, — и невольно засмотрелась на босса.

Ее отец тоже частенько помогает маме по дому. Вынос мусора, пылесос и мытье полов вообще его главная обязанность, но и посуду может помыть, и приготовить, если мама задерживается на лекциях или семинарах до позднего вечера. И снова оказалась права любимая мамочка, за мужчинами занятыми по хозяйству невероятно приятно наблюдать. За Королевым особенно в его-то фартуке с принтом под смокинг.

— Все в порядке? — развернулся к ней. — Если что-нибудь нужно, смело обращайся.

— Нет, нет, ничего не нужно. Хороших снов, Денис Викторович, — почему-то не смогла назвать просто по имени, видимо, протрезвела.

— И тебе… хороших…

После душа сил не осталось никаких, Лада добрела до кровати, забралась под одеяло и окунулась в новый для себя мир — мир с ароматом Призрака Оперы. Подушка и одеяло пахли Денисом, этот запах ей уже хорошо знаком. Бедняжка уснула за считанные минуты, все-таки день выдался тяжелый.

А утро наступило быстро, быстро и резко, и виной всему сотовый, вернее подруга, которая настойчиво пыталась дозвониться до Лады.

— Алло, — промямлила с трудом. — Да, Тань. Я жива. Да точно жива. Где? Э-э-э-э, — разлепила глаза, — ну, как тебе сказать. Я у Королева. Ой, да хватит, нет конечно. Вернусь? Даже не знаю, может к обеду, может раньше. Ну, всё, всё… до встречи. Да, да и еще раз да, я уже поняла, осознала, больше так не буду.

Лада засунула телефон под подушку. Н-да, надо было Тане хоть смс бросить, что все в порядке.

Тут раздался стук в дверь, ненавязчивый такой, легкий.

— Да, — натянула на себя одеяло, все ж спать пришлось в одном белье.

И в комнату вошел Денис. Что интересно, в спортивных штанах и черной майке.

— Доброе утро, — думал, быстренько проскочить за одеждой, но пройти мимо, не оценив столь необычную картину, не смог. Павлова в его кровати! Убери одеяло и вот она вся, обнаженная, теплая, утренняя. — Я переодеться, — кивнул на дверь в гардеробную.

— Доброе, — уставилась на него из-под взлохмаченной челки. — Да, конечно.

Стоило ему скрыться за дверью, как Лада подскочила. Пока он там переодевается, а это не две минуты, можно успеть самой собраться. И по привычки первым делом начала заправлять постель.

— Лада! — вдруг дверь резко распахнулась. Из недр помещения показался Королев уже в брюках и рубашке, правда, не заправленной.

— Денис Викторович! — взвизгнула несчастная, ибо оказалась перед ним в столь непотребном виде.

— Прости, — и вот сейчас хорошо бы отвернуться, прямо-таки необходимо, но… какая же она красивая. И как же здорово, что не успел заправить рубашку, иначе конфуза было бы не миновать.

А Лада схватила покрывало, прикрылась.

— Вы что-то хотели? — обмоталась этой тряпкой как гречанка.

— Да, хотел… — и кое-как преодолев ступор, наконец-то посмотрел ей в глаза. — Хотел спросить, когда отдать тебе паспорт. Он уже готов. Могу сегодня вечером завезти, а могу в день вылета. Как удобнее?

— Готов? Уже? — закусила губу.

— Так, когда?

— Давайте в день вылета.

Видеть его снова вечером? Снова краснеть и бледнеть, прокручивая в голове поцелуй? Вот как сейчас? Нет, это однозначно перебор. Надо взять паузу и побыть наедине с собой, нормально подготовиться к поездке, пройтись по магазинам с Танькой, в общем, морально дозреть до Колумбии.

— Хорошо.

За завтраком Лада вела себя тише обычного, само собой, в глаза начальнику старалась не смотреть, иначе становилось жарко, стыдно, страшно и томно. Да, именно в такой последовательности. Теперь-то на своей шкуре поняла смысл фразы «запретный плод сладок». Вот он, этот плод. Сидит рядом, пьет чай и наблюдает, как она ест омлет, который каким-то чудом успел приготовить. Видимо утро Королева начинается еще до восхода.

— Сегодня на твою зарплатную карту придут вычтенные ранее деньги, — нарушил-таки тишину.

На что она, молча, кивнула. Ура-а-а, здорово… будут средства на нормальный шопинг.

— Лада, — неожиданно подался вперед и взял ее за руку, — может, хоть слово скажешь?

— Денис Викторович… прошу, не надо, — высвободила пальцы.

— В чем причина твоего страха? Во мне?

— И да, и нет. Я вас почти не знаю. О вас вообще никакой информации… нигде.

— А ты искала обо мне информацию? — усмехнулся.

— Да, — и щеки вспыхнули, — искала.

— Знаешь, давай договоримся. Я расскажу о себе, но не здесь, не сейчас.

— А где?

— В Колумбии. Например, за ужином или во время вечерней прогулки. В Боготе очень колоритно и прогулки запоминающиеся. Ты будешь спрашивать, я отвечать. Пойдет?

— Какой же вы, — замотала головой.

— Какой?

— Странный.

— Какой уж есть. Так что? Договорились?

— Договорились. Неужели ответите на любой вопрос? — наконец-то встрепенулась, в глазах заплясали чертята.

— На любой, — и понял, что погорячился, но слово не воробей.

— Тогда подготовлю список заранее.

Схватить бы ее сейчас и как вчера…

Поцелуй стал очередным откровением, а, получив один, теперь хочется еще и еще. Павлова же сидит, облизывает свои губы, растягивает их в улыбке, словно издевается. И стоит признать, он как неоперившийся юнец мечтает о том, чтобы девочка Лада поцеловала его, разве что не в щечку, а по-настоящему, откровенно, с языком.

— Вы снова смотрите на меня, будто съесть хотите.

Да, так и есть. Пробовать бы ее и пробовать, сантиметр за сантиметром, волосок за волоском.

— А если и так, — вдруг вырвалось, — если хочу.

— Что, прямо серьезно хотите? — растерялась от такой честности.

— Ты доела? — пора уже замолчать, иначе договорятся до какой-нибудь чепухи.

— Да, спасибо. Омлет чудо.

Да не омлет чудо, а она… Чудо, ворвавшееся в его жизнь. Королев поднялся, составил тарелки в посудомойку:

— Ну, что? Едем?

Спустя два часа были уже у дома Лады.

— Вылет послезавтра в час ночи, — остановился у подъезда. — Я приеду за тобой в девять.

— Хорошо.

А когда она хотела выйти из машины, Денис взял за руку, поднес ее к губам и поцеловал, на что у бедняжки дар речи пропал, так и не смогла ничего ответить, да и надо ли было.

Домой вернулась в состоянии прострации.

— Ладка! — в коридор выскочила сгорающая от любопытства Таня. — Я с тебя с живой не слезу, пока все-все не узнаю! До мельчайшей подробности!

— Все расскажу, — кивнула, — только для начала дай мне в себя прийти.

— У-у-у-у, как все запущенно. Неужели ночь была полна сюрпризов?

— Я же тебе сказала, что нет. Никаких сюрпризов. Но мы поцеловались, — и закрыла лицо волосами.

— Это даже круче секса! — схватила подругу за руку и потащила в кухню. — А маска? Маска как же? Не мешала?

— Не было маски, — уселась за стол.

— Выходит, ты его видела?! — аж заерзала на месте.

— Нет, не видела. У меня на глазах был шарф.

— Ох, — схватилась за сердце, — ну разве Королев не мужчина-мечта? Романтик, спаситель, настоящий Эрик!

— Угомонись, Тань. Ты чего завелась так? — усмехнулась.

— Как не заводиться, когда такие дела творятся? Боюсь даже представить, что будет в Колумбии.

— Вот и я боюсь. А еще Денис отдал мне договор займа, больше я ему не должна. Ему теперь есть с кого требовать.

От услышанного Таня так и вовсе рот открыла:

— С кого же он будет требовать?

— С Суслова.

— Да ты что?! Нашел его?

— Угу, нашел и на счетчик поставил. Кстати, этот упырь вчера явился сюда, просил замолвить за него слово перед Королевым.

— Ну и слизняк же.

— И не говори. Главное, заявился, как ни в чем не бывало.

— Вот бы Королев из него коврик сделал. А лучше чучело набил.

— Слушай, нам с тобой по магазинам пора, — глянула на телефон, смс пришло с уведомлением о поступивших на счет деньгах.

— А я готова. Веди!

Три с лишним часа у девушек ушло на прогулку по торговому центру. С таким трепетом Лада еще никогда не ходила по магазинам, а все из-за ночи в доме Дениса, после которой словно второе дыхание открылось. Коктейль из эмоций продолжал пьянить. Еще и Таня внесла лепту — все уши прожужжала, какой Королев не странный, а особенный, какой заботливый и вообще шикарный мужчина.

— Слушай, я больше не могу, — Лада рухнула на мягкий пуф напротив очередного торгового павильона. — Ноги гудят. Да и потом, я полечу всего на два дня, а шмоток накупили, будто на месяц.

— То есть три платья, двое шорт, одни рваные джинсы и три футболки, по-твоему, запас на месяц? Серьезно? Ладка, хватит уже. Сейчас ты хоть на бровях, но заползешь в этот магазин, — указала на павильон, — и выберешь себе еще несколько блузок. Две из них обязательно шифоновые, обязательно полупрозрачные.

— И зачем?

— Чтобы твой Эрик думать забыл о работе, о партнерах, о цели визита в Колумбию. Он поцеловал тебя, дурында. Он камаз тампонов тебе купил, даже глазом не моргнул. Неужели до сих пор до тебя не дошло? Королев спит и видит, как бы…

— Все, хватит, — с трудом поднялась, — пойдем искать шифоновые блузки.

— Вот так бы сразу.

Что ж, магазин Лада покинула с еще двумя пухлыми пакетами. А у дома ее ждал неожиданный сюрприз. Крамер! Только подруги подошли к подъезду, как Кирилл вылез из машины.

— Добрый вечер, — поравнялся с девушками. — Смотрю, идешь на поправку, — как-то странно посмотрел на Ладу.

— Привет, Кирилл. Ну, да. Сегодня мне уже лучше. А ты что здесь делаешь?

— Хотел поинтересоваться, все ли в силе на завтра.

— Лад, я тебя там подожду, — и Таня юркнула в подъезд.

— Ах, да, ярмарка. Боюсь, не получится, — подошла к скамейке.

— Из-за самочувствия?

— А это допрос? — глянула на него с прищуром.

— Да нет, просто сегодня Королев пригласил к себе. Сказал, что уезжает в Колумбию, да не один.

— Правда? — поставила пакеты.

— Да. А я вот все думаю, зачем ему брать с собой в деловую поездку дизайнера? Наверно, будете там работать над каким-нибудь новым совместным проектом.

— Ты на что-то намекаешь? — уже приготовилась послать нахала по батюшке, но не успела.

Кирилл в мгновение оказался рядом и поцеловал.

— Совсем с ума сошел?! — оттолкнула от себя.

— Сошел, да, — облизал губы. — Ты мне нравишься. Но, смотрю, шансом у меня немного. Где я и где хозяин Регента. С его-то возможностями… — говорил спокойно, но глаза огнем горели.

— А я тебе разве что-то где-то обещала?

— Нет, не обещала. Но наврала конкретно.

— И в чем же?!

— В том, что попала в Регент по воле случая. А я дурак поверил.

— Знаешь, ты и впрямь дурак, Кирилл, — схватила пакеты. — Самый натуральный! — и скрылась за дверью.

Таня все это время стояла у почтовых ящиков:

— Что это было? — схватила подругу под руку.

— Мужской ПМС, не иначе, — со злостью ткнула в кнопку вызова лифта. — Это ж надо! А я-то дура решила, что Крамер в человека превратился. Какой там… Представляешь, целоваться полез, а потом давай обвинять в связях с Кролевым.

— Ревнует, — пожала та плечами.

— Угу, ревнует. Если только на профессиональной почве. Мне казалось, он успокоился, мы сработались и вроде как мир, дружба, жвачка. Но нет.

— Ну, хоть целуется хорошо? — захихикала Таня.

— Не знаю, хочешь, догони, спроси. Придурок.

— Ох, Ладка, навела ты смуту в мужском коллективе.

— А мне ведь с ним работать дальше, — покачала головой.

— Ничего, перебесится и успокоится. Ты у нас девушка уже занятая, пусть губу закатает.

— Я тебя сейчас стукну.

А когда вошли в квартиру, Лада вдруг побледнела:

— Слушай, ты правда думаешь, что в этой поездке может что-нибудь ужасное произойти между мной и Денисом?

— Ну, судя по тому, как ты его по имени величаешь, вероятность высока. И почему сразу ужасное?! — всплеснула руками. — Прекрасное!

— Уж не знаю, а потом мы вернемся сюда и будем встречаться каждый день на работе. А вдруг не заладится?

— Мой совет, отключи свой мозг. Перегорит. Иногда, Павлова, нужно уметь лечь удобненько, ручки сложить и позволить волнам нести себя по течению.

— Один раз я уже так легла, унесло меня прямиком в сточную канаву.

— Не надо сравнивать несравнимое, прошу тебя. Королев и Суслов, это как Титан и ма-а-а-аленькая такая гнида, — изобразила пальцами нечто крохотное.

Остаток вечера Лада потратила на сборы, а чтобы уместилось все купленное, Таня великодушно поделилась чемоданом.

— Тринадцать часов на борту, обалдеть, — девушки вдвоем уселись на чемодан, чтобы утрамбовать, как следует содержимое.

— Тринадцать часов вместе, на соседних сидениях, локоток к локотку, — Таня прыгала на несчастном чемодане как на гимнастическом мяче. — Не ленись, — толкнула бедром Ладу.

— Надеюсь, я ничего не забыла.

Что ж, и вечер, и ночь дались с большим трудом. Бедняжка не спала, а мучилась, ибо утомленное сознание рождало совершенно дикие образы. То образ Суслова скачущего на коне и пытающегося отстреливаться от Королева, причем у обоих были Чапаевские усы. То Крамер снился в одном лишь полотенце, которое потом, конечно же, снял и, небрежно раскинувшись на диване, принялся учить ее работать с планшетом, а финалом этой вакханалии стал снова Денис, вернее, секс с ним. Очнулась Лада от вибрирующего телефона под правой лопаткой.

— Блин, — протерла глаза, — приснится же такое, — затем вытащила телефон.

Два часа дня! С ума сойти! Вот это она проспала. И Танька засранка не разбудила, упорхнула на работу втихаря. А когда хотела встать, прилетело сообщение от Кирилла.

«Мне нужен эскиз. Будь добра, сбрось. Если недоделала, не страшно, я сам закончу»

Ни тебе доброго утра-дня, ничего. Что ж, пусть бесится себе на здоровье, уж она перед ним ни в чем не провинилась.

И побежало время…

Лада успела прибраться, приготовить и даже поработать, все-таки высылать совсем уж сырой чертеж не хотелось, а то мистер обиженный опять напридумывает себе с три короба небылиц. Неужели Крамер на самом деле испытывает симпатию? Его поведение, конечно, наталкивало на определенные мысли, особенно в последний месяц, но вот так в открытую заявить да полезть с поцелуями. Он, безусловно, мужчина привлекательный, хотя чего кривить душой, красивый, а еще умный, талантливый, трудолюбивый, но кое-что в нем напрочь отсутствует — натуральность. Все его сногсшибательные улыбки, все эмоции, с которыми он всегда что-нибудь рассказывает, все это какое-то ненатуральное. Забавно, у Королева искренние эмоции зачастую теряются за маской, скрывающей дефекты, а у Крамера за маской идеальной внешности.

Кирилл в этот момент находился дома — лежал на диване и смотрел слайд-шоу. Позавчера привезли новый проектор, а вчера как приехал домой, так взялся за сборку и установку, тем более надо было срочно куда-то перенаправить энергию. И вот, сейчас перед ним на огромном полотне сменяли друг друга фотографии. Отличные фотографии, в высоком разрешении, с хорошим зумом. И на каждой была запечатлена она. То в столовой у окна со стаканчиком чая в руке, то на остановке, то у дома с пакетами из продуктового. Крамер взял с журнального столика бутылку пива, сделал глоток.

— Ну, ничего… Я подожду, когда Королев с тобой наиграется. (3303c)

Тут на экране появилось фото, где Лада примеряет жакет в торговом павильоне, Кирилл тогда остановил показ, затем приблизил фото, и рука сама собой потянулась в штаны. Вдруг пиликнуло уведомление о новом письме.

— О как! Легка на помине, — заглянул в почту.

Павлова прислала эскиз. Но это все потом, сначала надо расслабиться. Однако расслабиться так и не получилось, зато удалось снова разозлиться. Пять лет пахать на этого психа, повернутого на всевозможных правилах, частенько вообще без выходных, терпеть унижения, а теперь еще наблюдать, как он окучивает Павлову, а та и рада. Как же, денежный мешок на нее внимание обратил. Бабы по сути своей все одинаковые. Хоть урод, хоть старпер, лишь бы с бабками.