ГЛАВА 30

Странные чувства я испытывала, когда вся моя небольшая семья собралась на вечернее чаепитие. Вроде, все настолько привычно, что даже обыденно. Та же мебель в гостиной, знакомая с детства и оберегаемая матушкой, потому что средств заменить ее нет. Та же атмосфера простоты и уюта, особенно в это холодное время года, когда весело пляшут языки пламени в камине. Мелькание иглы в умелых мальцах леди Делилы и Реджины, и раскрытая книга у меня на коленях. Но что-то неуловимо изменилось, даже не считая меня самой. Возможно причина кроется в том, что малышка Серина тут, с нами. Она так же чинно попивает чай, одетая в мое детское платье, которая каким-то чудом сохранилось и отыскалось Урсулой. Этот ребенок сейчас кажется мне маленькой барышней, в бантиках и оборочках, с таким серьезным видом она подносит чашку к своим губам и отвечает на вопросы матушки. И говорить ей приходится много, потому что леди Делилу интересуют малейшие подробности жизни в замке герцога. Малышка честно и без обиняков, как это умеют делать только дети, посвящает матушку во все. Лишь на вопросы о самом герцоге отвечает односложно, и леди Делила будучи умной женщиной перестает их задавать.

   Что изменилось? – спрашиваю себя я. И тут же отвечаю, что почти все. Изменились прежде всего мы. Не только я, но и матушка с Реджиной. Мы словно все стали взрослее, независимо от возраста, и такими сделала нас жизнь.

   Я не читала, а лишь делала вид, пестуя в душе приятную грусть. Она разливалась по внутренностям, заставляя жалеть о чем-то смутном, хотеть чего-то неясного, мечтать о чем-то несбыточном. Не помню, чтобы еще когда-либо находилась в подобном состоянии. Это сродни дреме, когда глаза держатся открытыми из последних сил, но приглушенные спокойные голоса завораживают и усыпляют. В какой-то момент моей душе даже тесно стало в теле. Она трепыхнулась, заставляя меня вздрогнуть, словно сделала попытку вырваться наружу. И сердце забилось так сильно-сильно, будто вот-вот должно произойти чудо. И именно в этот момент в дверь позвонили.

   - Дорогая, ты пригласила графа на ужин? – вопросительно взлетели брови матушки, когда она смотрела на Реджину.

   - Нет, матушка, я бы вас предупредила, - не на шутку разволновалась сестра.

   - Кто же тогда решил наведаться к нам в такую непогоду?

   Откуда-то сверху раздались шарканья Урсулы. А в дверь снова позвонили и на этот раз сделали это гораздо более нетерпеливо.

   - Мария, посмотри, кто там, а то Урсула еще долго будет добираться, - велела матушка.

   Я и сама уже об этом подумывала, чтобы только не слушать и дальше тревожный и пронзительный звон колокольчика.

   - Вы смотрите на меня, словно увидели приведение, - усмехнулся Роджер.

   Именно его я увидела, едва распахнула дверь. Припорошенный снегом, с покрасневшим от мороза носом он выглядел несколько необычно.

   - Надеюсь, чувство гостеприимства не позволит вам и дальше держать меня на улице, - уже несколько удивленно произнес он.

   Только тут я сообразила, как должно быть невежливо выгляжу, перегораживая вход в дом.

   - Простите, сэр. Не ожидала увидеть вас так скоро, вот и растерялась, - отступила я вглубь холла, запуская, наконец-то, его в тепло.

   - Разрешите поинтересоваться, почему?

   С ответом я не торопилась. Вместо этого приняла вещи герцога и передала их в руки как раз подоспевшей Урсулы. Меня еще и то сбивало с толку, что матушка с сестрой до сих пор не проявили любопытство и не вышли из гостиной. Впрочем, вскоре этому я получила объяснение.

   - Так почему же, Мэри? – придержал меня за руку Роджер. Я воровато оглянулась и с облегчением перевела дух – Урсула к тому времени уже успела удалиться. – Почему вы меня не ждали?

   - Я ждала вас, сэр, но не сегодня, - честно ответила я. – Ведь на то, чтобы вновь обосноваться во дворце, вам, скорее всего, потребуется не один день.

   - А с чего вы взяли, что я собираюсь там обосновываться?

   - Но как же, сэр… - окончательно растерялась я. – Я… я думала…

   А что, собственно, я думала? Что удобную во всех смыслах жизнь во дворце герцог предпочтет холодному и суровому климату? Наверное, так поступила бы я сама, окажись на его месте.

   - Вообще-то, Мэри, я приехал за вами и Сериной. Завтра утром мы отправляемся домой, а переночевать я предлагаю в порту.

   На это я уже не знала, что и ответить. Сообразила только, что оставлять и дольше свою руку в его неприлично, что мы слишком задержались в прихожей, испытывая терпение матушки с сестрой, и что мне нужно какое-то время, чтобы все осмыслить.

   В гостиной нас встретили три пары совершенно не удивленных глаз. Оказывается, малышка Серина предупредила матушку с сестрой о приезде отца. Уж откуда она об этом узнала, я даже думать не стала. Девочка полна была стольких секретов, что жизни не хватит, чтобы раскрыть их все.

   - Герцог Хопс! – поднялась леди Делила с кресла и с достоинством поднесла к нам свое благородное тело. – Очень рада видеть вас в моем доме!

   - Герцог Норман, с вашего позволения, леди Свейн. А еще лучше просто Роджер, - улыбнулся гость, припадая к руке матушки.

   - Норман?! – воскликнула леди Делила и изумленно захлопала веками. На моей памяти, выдержка впервые изменила ей до такой степени. – Но это же!.. Это имя знают все! Не хотите ли вы сказать, что вы и есть тот самый герцог Норман – первый маг Его величества?

   Роджер выглядел довольным и выслушивал восторги матушки без тени смущения. Вся эта ситуация, которую я бы скорее отнесла к неловким, ему явно нравилась. Во власти все того же приятного изумления к нам присоединилась и моя сестра. Больше, чтобы отвлечь самовлюбленного герцога от самого себя, нежели отдавая дань вежливости, я представила их с сестрой друг другу.

   - Должен сказать, что графу Лэнглею достанется в жены очаровательное создание, - одарил герцог комплиментом Реджину, от которого та зарделась маковым цветом. – Близко с ним я не знаком, но пару раз встречал во дворце.

   И началась суета, так свойственная внезапному визиту важных гостей. Матушка и слышать не хотела о нашем отъезде раньше, чем мы поужинаем. Тут же были даны необходимые распоряжения кухарке и служанке. Все это не мешало леди Делиле вести светскую беседу с герцогом. Нам же с Сериной оставалось только посматривать на них со своего уголка. При этом девочка еще и незаметно хихикала, чего я себе, увы, позволить не могла. Но должна признаться честно, что постепенно ситуация и меня начала забавлять не меньше. Огорчал один лишь факт, что моего согласия отправиться с ними, герцог так и не получил. А вел он себя так, будто является хозяином всего и всех, даже в моем доме.

   - Мисс Мэри, ты же не бросишь меня? – чутко угадала мое настроение малышка Серина.

   - Почему ты спрашиваешь об этом?

   - Потому что мне кажется, ты не хочешь никуда ехать, - тут же надула она губки, готовая, если потребуется, пусть в ход и слезы.

   Я же задумалась. Если бы герцог прямо спросил меня, согласна ли я и дальше служить у него гувернанткой, что бы я ответила? Додумать я не успела, нашелся тот, кто соизволил ответить за меня.

   - Моя леди не бросит вас, маленькая мисс, потому что тем самым разобьет еще одно сердце.

   - Кристофер! – вскричали мы обе разом, уставившись на темное пятно неподалеку.

   И конечно же, от нашего крика в гостиной повисла тишина.

   - Мария? – раздался строгий голос матушки, требующий немедленного ответа.

   - Позвольте мне, леди Делила, все объяснить, а заодно, мисс Мэри, и вам дать ответ, чего раньше сделать не успел, - поспешно заговорил герцог. – Кристофер, можешь показаться.

   От вида тени, появившегося посреди гостиной, лица матушки и сестры заметно побледнели. Но вроде как ни одна из них не планировала лишиться чувств.

   - Знакомьтесь, это Кристофер – мое изобретение, - галантно представил тень Роджер. – Тень-помощник. Вернее, именно такими я планирую их создавать. Кристофер получился немного иным, но он первый экземпляр, и я решил ему подарить жизнь…

   - Хозяин весьма милостив, леди, - я заметила, как матушка потрясла головой и тронула себя за ухо. Реджина побледнела еще сильнее, услышав в мыслях вполне себе реальный голос, но все еще держалась. – Если бы все обернулось иначе, то я не имел бы чести познакомиться с вашей очаровательной дочерью, миссис Свейн, как и посвятить ей собственную жизнь.

   - Кристофер получился поэтичным и влюбчивым, - рассмеялся герцог. – А еще слишком эмоциональным. И по возвращении домой я планирую вплотную заняться работой по получению нового, усовершенствованного экземпляра тени. И не за горами то время, когда производство их я поставлю на поток, открыв фабрику теней. Мисс Мэри, это и был ответ на ваш вопрос, - перевел он взгляд на меня.

   По всей видимости, сейчас он имел в виду, что жизнь во дворце променял на пыльную лабораторию, где планирует посиживать дни напролет. Что ж, это его выбор, в который я вмешиваться не должна. И конечно же, я поеду с ними, но не ради герцога, а ради маленькой мисс.

   Матушка попросила Кристофера больше не скрывать своего нахождения в комнате, на что он с радостью согласился. Весь ужин леди Делила оглядывалась на тень, застывшего в углу гостиной, и вообще выглядела довольно растерянной.

   После ужина я поднялась в свою комнату, чтобы собрать вещи в дорогу. На этот раз я взяла с собой чуть больше платьев, памятуя, как неудобно в удаленном от города замке обходиться двумя-тремя.

   Как и в первый мой отъезд, проводить нас вышли леди Делила и Реджина. Матушка напомнила про свадьбу сестры, которая должна была состояться уже довольно скоро, через какой-то месяц. А Реджина взяла с меня обещание, что приеду чуть раньше, чтобы поддержать ее морально. Прощание получилось довольно сдержанным. На этот раз мы обошлись даже без объятий. И сдается мне, что виной тому был даже не Роджер, а Кристофер, который до конца оставался верным своему слову и маячил рядом с нами. Я-то уже привыкла, что оказавшись случайно в поле его действия, чувствуешь себя не очень уютно. А вот матушке с сестрой думаю это не особо пришлось по душе.

   - Почему вы улыбаетесь? – заинтересованно разглядывал меня герцог, когда мы оказались в карете и неспешно тронулись вперед.

   - Представляю, как рада матушка нашему отъезду, - не таясь, ответила я.

   Роджер понял меня правильно, и смех его не заставил себя ждать. Серина, что успела задремать в уголке кареты, встревоженно очнулась и уставилась на отца. Сама же я тоже едва сдерживала смех, что тоже немало удивило малышку. Но через какое-то время, от вида нас с герцогом губы ее невольно принялись кривиться в улыбке.

   Портовая гостиница встретила нас теплыми комнатами и парным молоком со свежеиспеченными булочками. Уж откуда тут взялось молоко, я не стала ломать себе голову. Мы с Сериной устроились на ночлег в одной комнате. Комната герцога соседствовала с нашей. Странное чувство я испытывала, отходя ко сну и прислушиваясь к мерному посапыванию малышки. Мне было очень спокойно, словно впереди меня ждала безоблачная жизнь. И это-то в крае вечных туманов, где сам климат намекает на определенные трудности. Я даже старалась искусственно вытащить на поверхность какие-нибудь страхи, но их не было. Как следствие, спала я крепко и без сновидений, а на утро встала бодрой как никогда.

   Каюту мы с Сериной разделили тоже одну на двоих. На этот раз нам ни от кого не приходилось прятаться в путешествии, да и герцог большую часть времени проводил у себя, выходя разве что к обеду и ужину. Даже завтракал он в своей каюте. Впрочем, меня все устраивало. Мы смогли возобновить занятия с мисс Норман, правда только в устной их части. Лишь временами, довольно редко, я позволяла себе вспоминать путь в столицу, и тогда испытывала что-то типа тоски. Правда в такие моменты я и сама не понимала, по чему тоскую.

   Даже погода нам благоприятствовала. Море оставалось спокойным на протяжении всего пути. Туман временами рассеивался и позволял любоваться водной гладью, что мы с удовольствием и делали с Сериной.

   На пристани Уокса нас встречал не дядюшка Сэм, как я ожидала, а граф Доусон собственной персоной. Очень удивилась, когда поняла, что рада видеть его полностью оправившемся от травм. Кажется, зла на Энтони я больше не держала. Да и он изменился и превратился в саму учтивость. Граф разве что не утопил меня в комплиментах, но в краску все же вогнал.

   Ну а у дверей замка мы с Сериной попали в пышные и теплые объятья тетушки Пэм. От вида ее счастливых слез на меня снизошло такое спокойствие, словно я оказалась дома, а не покинула оный совсем недавно.