глава шестнадцатая

Глава 16

Ткач Империи: Встреча с Сергеем Витте

Перед тем как отправиться в Лондон, Георгий должен был «взять приступ» самого могущественного человека в правительстве — министра финансов Сергея Юльевича Витте. Если Николай II был сердцем Империи, то Витте был её позвоночником, нервной системой и, что важнее всего, её кошельком.

Георгий вошел в кабинет Витте в здании Министерства финансов на Мойке. Помещение было под стать хозяину: массивное, лишенное избыточной лепнины, заваленное горами папок, диаграмм и образцов промышленной продукции. Здесь пахло дорогим табаком, чернилами и тем особым сухим ароматом, который исходит от миллионов гербовых бумаг.

Сергей Витте поднялся навстречу. Огромный, неуклюжий, с тяжелыми чертами лица и взглядом, который, казалось, мгновенно вычислял стоимость вашего мундира и вероятность вашего банкротства. Он не был аристократом по духу; в нем чувствовалась хватка провинциального железнодорожника, ставшего демиургом российской индустрии.

— Ваше Императорское Высочество, — Витте поклонился, и в его низком голосе прозвучало не только почтение, но и искреннее любопытство. — Ваше чудесное исцеление обсуждает весь Петербург. Но я вижу, вы пришли ко мне не за поздравлениями.

— Вы правы, Сергей Юльевич, — Георгий сел в глубокое кожаное кресло, не дожидаясь приглашения. — Я пришел к вам, потому что вы — единственный человек в этой стране, который понимает разницу между «величием на параде» и «мощью в балансовом отчете».

Витте едва заметно усмехнулся. Лесть он распознавал мгновенно, но эта была приправлена пониманием дела.

Георгий разложил на столе ту самую карту, которую показывал Ники, но теперь на ней была нанесена жирная красная линия, идущая от Каспия через Тегеран прямо к Индийскому океану.

— Вы строите Великий Сибирский путь, Сергей Юльевич. Это титанический труд. Но я предлагаю вам второй выход Империи — Трансперсидскую железную дорогу.

Витте прищурился. Его пальцы, привыкшие перебирать четки или счета, замерли. — Британцы объявят нам войну на следующий день после начала изысканий. Индия — их святыня. Железная дорога к океану для них — как нож, приставленный к горлу.

— Если мы будем строить её одни — да, — Георгий подался вперед. — Но я еду в Лондон, чтобы предложить им сделку.

Доступ в Индийский океан: Мы получаем незамерзающий порт и базу флота (например, в Чабахаре), которая будет контролировать торговые пути.Экономический экспресс: Русские товары — сталь, хлеб, керосин — пойдут в Индию и британские колонии в обход Суэцкого канала.Британский интерес: Англичане получат сухопутный путь для своих колониальных товаров в Европу. Быстрее и дешевле, чем морем. Без посредников.Разграничение: Мы официально признаем юг Персии зоной их влияния в обмен на свободу наших действий на севере и гарантии для этой дороги.

Витте встал и начал мерить кабинет своими тяжелыми шагами. Он молчал несколько минут. В голове этого человека сейчас крутились цифры: стоимость тонны рельсов, таможенные пошлины, курс фунта стерлингов к золотому рублю.

— Вы понимаете, что это означает разрыв с Германией в перспективе десяти лет? — Витте остановился перед Георгием. — Париж кормит нас кредитами под обязательство воевать с Германией. И Франция...она ревнива.Если мы уйдем к англичанам, французская биржа рухнет.

— А вы хотите, чтобы русская кровь вечно была залогом французских долгов? — жестко спросил Георгий. — В Лондоне сидят люди, которые ценят выгоду выше реваншизма. Если мы дадим им гарантию безопасности Индии через этот союз, они откроют нам свои рынки.Наш хлеб им все рано нужен.Мы в этом им не конкуренты,а партнеры.

Витте тяжело оперся о стол. На его лице появилось выражение, которое Георгий видел у топ-менеджеров будущего перед подписанием контракта века.

— Железная дорога к теплому океану... — прошептал Витте. — Это сделает нас неуязвимыми. Никакая блокада в Балтике или Черном море не задушит Россию, если у нас будет прямой выход в Индийский океан.

Он посмотрел на Георгия с новой долей уважения. — Ваше Высочество, если вы привезете мне из Лондона хотя бы предварительный протокол о намерениях со стороны британских банкиров и Форин-офиса... я найду средства. Я переиграю французские займы. Я заставлю Адмиралтейство замолчать.

— Я привезу вам больше, Сергей Юльевич. Я привезу вам архитектуру нового мира, где Россия не «пушечное мясо», а главный торговый хаб планеты.

Витте протянул свою огромную ладонь. — Езжайте, Георгий Александрович. Но помните: в Лондоне улыбаются как друзья, а считают как ростовщики. Не дайте им обмануть себя в деталях.

— В деталях я разбираюсь лучше, чем они думают, — Георгий ответил на рукопожатие. — У меня была хорошая школа.

Выходя из министерства, Георгий чувствовал: теперь у него за спиной не только воля брата, но и стальной кулак Витте. Оставалось самое сложное — покорить Альбион, не надевая шляпы и не теряя лица.