Глава 40

Кристиана

Три месяца спустя

Я снижаю скорость, чтобы в малейших деталях рассмотреть внушительный фасад старинного здания. Брауновский университет выглядит так же красочно, как и на брошюре. Он напоминает роскошный аристократический особняк со страниц романов прошлых столетий, и мне не терпится увидеть его интерьер изнутри.

Отвернувшись от окна, я гляжу перед собой и продолжаю путь по территории студенческого городка. Вскоре я торможу на стоянке. Отсюда тянется дорога, ведущая к парадному входу общежития. Рядом с ним толпятся студенты вместе со своими друзьями, и я заставляю себя поверить в реальность. Совсем скоро я тоже стану частью Брауновского университета и буду изучать психологию.

Отстегнув ремень безопасности, я выбираюсь из машины и разминаю ноги после трехчасовой поездки. Вместе со мной на стоянку выходят Кэш и мой брат. Солнечный свет слепит глаза, и я жмурюсь, вдыхая теплый, но не душный воздух, свидетельствующий об окончании лета.

Даниэль забирает из багажника одну из коробок, которые я предварительно подготовила для переезда. Сказав, что ему нужно убедиться, что с моими документами для проживания в общежитии все в порядке, брат уходит, оставив нас вдвоем с Кэшем.

– Признавайся, Жасмин – это твой коварный план по возвращению Десмонда?

– С чего ты решил? – я отвечаю вопросом на вопрос, перевешивая свой рюкзак через плечо.

– Я веду обратный отсчет до приезда моего братишки, – усмехается Кэш. – У тебя есть несколько минут, и он примчится сюда, когда узнает, что ты будешь жить в одном здании с теми, у кого есть члены.

– В общежитии не принято, чтобы девушки жили с парнями в одной комнате, – возражаю я. – Моя соседка учится на втором курсе меда.

– Мы оба знаем, что Дес состоит на три части из пороха и на одну из огня. И он взорвется, если узнает, что ты его не послушала и не осталась в доме, который он купил для тебя.

– Десмонд доверяет мне. И мы работаем над тем, чтобы уважать решения друг друга.

– Уверена? – задает вопрос Кэш и, видя мое неубедительное выражение на лице, качает головой. – Готов поспорить, что ты ему до сих пор не сказала о своем решении жить на территории кампуса? Иначе в университетском городке давно бы прогремел гром, а в общежитие ударила молния.

Я чуть не роняю чемодан, когда достаю его из багажника.

– Мне будет некомфортно жить одной в большом доме.

Кэш забирает чемодан из моих рук и, вынув коробку из багажника, уходит со стоянки.

– Прибереги этот аргумент для моего брата, – бросает он напоследок.

Я закатываю глаза и иду следом за ним. Я действительно еще не сказала Десмонду о своем решении жить в общежитии. Но я искренне надеюсь, что мы с Десмондом достигнем компромисса. Мне не хочется пребывать в одиночестве в огромном пустующем доме. И раз уж я стала студенткой Брауна, то почему не могу позволить себе окунуться в студенческую жизнь?

Продолжая идти за Кэшем, я поднимаюсь по широким и гладким ступеням из мрамора. От мысли, что по ним на протяжении веков ходили многие выдающиеся личности, у меня захватывает дух.

С коробкой наперевес Кэш умудряется открыть для меня высокую парадную дверь, и я впервые вхожу в главное фойе общежития, нервно сжимая лямку у рюкзака. К моему удивлению внутри все выглядит вполне обычно. Больше напоминает вестибюль простого отеля. Только старинная лепнина на потолке и узорчатые бордюры говорят о том, что этому зданию несколько веков.

У стойки администрации я вижу своего брата. Даниэль разговаривает с ассистенткой и одновременно подписывает какие-то бумаги, вероятно связанные с моим пребыванием.

Проходящие мимо меня студентки весело смеются. Но стóит Кэшу оказаться рядом со мной, как они резко замолкают. Девушки сосредоточивают все свое внимание на нем, и одна из них награждает его многообещающей улыбкой. И я не могу ее в этом винить. Кэш выглядит идеально в элегантной черной рубашке и брюках на фоне студентов в толстовках и футболках.

Однако со стороны Кэша не проявляется ни малейшего интереса к какой-либо девушке. Со скучающим выражением на лице он направляется вместе со мной к лестнице, как раз в тот момент, когда Даниэль забирает документы у стойки администрации.

– Кристи, можно тебя на пару слов? – спрашивает брат и отводит меня от Кэша, поставив на пол коробку с моими вещами.

– Что случилось?

– Никогда бы не подумал, что скажу это, – мрачно произносит Даниэль. – Но ты должна остаться в доме Десмонда.

О, Боже. Начинается нравоучительная лекция от старшего брата. И пора ее заканчивать.

– Даниэль, перестань за меня волноваться. Ты же знаешь, что у меня есть голова на плечах.

– Я знаю, что у тебя все в порядке с мозгами, – ворчит брат. – Но я не знаю, что на уме у других, – Даниэль бросает недружелюбный взгляд на проходящих мимо парней, один из которых смотрит на меня дольше положенного.

– Видишь ли, помимо меня, здесь живет много других девушек. И никто из них не кричит, что их домогаются, – я поднимаю руку и кладу ее на плечо Даниэля. – Пожалуйста, не переживай за меня.

– Я всегда буду переживать за тебя. Ты – моя младшая сестра и мое наказание.

– Я тоже люблю тебя, – я улыбаюсь ему. – Обещаю, что не совершу ничего такого, за что тебе будет стыдно.

– А я обещаю, что к Кристи никто не подойдет, кроме моего брата, – рядом с нами встает Кэш. – Я прослежу за этим.

В этот момент мне кажется, что я слышу чей-то скрип зубов. И, похоже, это мой собственный.

– Кэш… – недовольно произношу я, но меня перебивает мой брат.

– Кристи, не спорь.

– Но я серьезно! – восклицаю я. – Нет необходимости, чтобы меня оберегали, как маленькую девочку!

– Я буду присматривать за тобой, – отрезает Кэш. – И это не обсуждается.

Я никогда не могла такого представить, но в этот момент Даниэль благодарит Кэша. Затем они вдвоем берут мои коробки и отправляются дальше, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

К сожалению, они до сих пор не могут смириться с тем, что меня не нужно оберегать и сдувать пылинки.

Что ж, из этого можно вынести свои плюсы. Например, отношения моего брата с Десмондом и Кэшем достигли нового уровня.

Мой брат, тот самый человек, который вел себя так, будто Аматорио – зло и проклятье всего мира, начал пожимать руку Кэшу при встрече. А еще во время наших видеозвонков с Десмондом, Даниэль стал приветствовать его словами, а не уничтожающим взглядом.

Между тем, я поднимаюсь следом за братом и Кэшем на третий этаж. Спустя несколько минут мы находим мою комнату. Но неожиданно ее дверь распахивается, и из нее показывается моя будущая соседка. Я знаю, что ее зовут Джарвис. Мне удалось заранее достать ее номер и пообщаться с ней.

– Привет, ты Кристи? – спрашивает она и, не дожидаясь моего ответа, притягивает меня к себе, чтобы обнять. – Ух ты! Ты красотка!

– Спасибо, – я улыбаюсь ей. – Ты тоже настоящая красавица.

Я говорю это не из вежливости, а потому что это действительно так. У Джарвис темные волосы, на несколько тонов темнее моих, миндалевидные глаза и золотистая кожа. На ней простое черное платье до колен прямого кроя и туфли на высоком каблуке.

– Придется ставить на дверях засов, – вдруг произносит моя соседка, и я улавливаю в ее голосе легкий южный акцент.

– Почему?

– Потому что парни тут очень настойчивые. А с факультета политологии еще и озабоченные.

О, черт, Джарвис, ты говоришь совсем не то, что ожидает услышать мой брат и Кэш. Мне срочно нужно сменить тему!

– Джарвис, познакомься – это мой брат. Его зовут Даниэль. А это мой друг – Кэш.

– Я, кстати, с факультета политологии, – сообщает Кэш, и через короткое неловкое молчание мы с Джарвис начинаем смеяться.

Однако Даниэль не разделяет нашего веселья. Мой брат расправляет плечи и смотрит на Джарвис таким взглядом, который явно не предназначен для соседки по комнате его младшей сестры. Пожалуй, парни так смотрят в одном случае. Когда представляют, как девушка закидывает ноги на его плечи…

О, нет! Я не хочу видеть такие картинки с собственным братом!

– Приятно познакомиться, – мило улыбается Джарвис после того, как перестает смеяться. – Два года назад я переехала в Провиденс из Нью-Йорка, чтобы поступить в Браун. Я уверена, что тебе здесь понравится, – она обращается ко мне. – Попозже я обязательно расскажу, как здесь все устроено, но сейчас мне нужно бежать на свидание. Я договорилась о встрече в кафе за пределами кампуса.

Джарвис прощается с нами, а я украдкой наблюдаю за Даниэлем. Кажется, моя соседка по комнате только что разбила сердце моему брату новостью о свидании.

– Извини за любопытство, – слова вырываются из меня быстрее моего чувства такта. – Это твое первое свидание?

– Да, – признается Джарвис. – Я переписывалась с этим парнем два месяца, и он наконец предложил мне встретиться.

– А ты не боишься идти на встречу с незнакомцем? – настороженно спрашиваю я. – Вдруг он окажется маньяком или извращенцем?

– Поэтому я назначила встречу в общественном месте.

– Это все равно небезопасно, – я осуждающе качаю головой. – У меня есть идея. Возьми с собой моего брата.

– Что? – одновременно удивляются Даниэль и Джарвис. – Зачем?

– Если парень окажется извращенцем, то Даниэль тебя выручит, – уверенно произношу я. – Ты подашь знак Даниэлю, и он притворится твоим ревнивым бывшим. У него отлично получится, поскольку он играл в театральном кружке.

– Кристи, это было почти двадцать лет назад! – возмущается Даниэль, а я смиряю его свирепым взглядом. Вообще-то я стараюсь для тебя, мистер Тугодум.

– А это неплохая идея, – задумчиво произносит Джарвис. – Вдруг этот парень присылал мне фейковые фотки, и окажется не в моем вкусе…

– Поэтому ты обязана взять с собой Даниэля, – настойчиво добавляю я.

Я выхватываю из рук Даниэля коробку и буквально подталкиваю его к Джарвис.

– Не тормози, – шепчу ему я и повышаю голос. – Я разберу сама свои вещи, так что можешь не торопиться, мой самый ответственный старший брат!

Я захожу в свою комнату вместе с Кэшем и захлопываю за нами дверь.

– И с каких пор ты стала подрабатывать свахой? – спрашивает Кэш.

– Если ты такой догадливый, то почему бы тебе не помочь мне с остальными коробками, которые остались в багажнике? – спрашиваю я, изогнув бровь.

Кэш оставляет на полу мой чемодан и открывает коробку, достав оттуда мои черные трусики. Боже, почему из всех коробок ему досталась именно та, в которую я сложила белье?

– Я бы мог помочь тебе с другими вещами, – он ухмыляется. – Мой брат далеко, а ты долгое время была без сек…

– Кэш! – я закатываю глаза, ставлю коробку на пол и тут же отнимаю у него свои трусики. – Смени тему.

– Но если серьезно… – Кэш плюхается на кровать, опершись на локти. – Ты и Десмонд не виделись больше полгода и все это время не трахались. Как вы справляетесь?

– Что? Я не буду отвечать на этот вопрос. Десмонд – твой брат, и…

– Мой брат, и мы все знаем, как он обожает трахаться, – перебивает меня Кэш. – Ты присылаешь ему фотки, чтобы он подрочил на тебя? Или раздеваешься перед ним во время видеосвязи?

Мои щеки вспыхивают. Я не собираюсь с ним обсуждать свою сексуальную жизнь с Десмондом!

– Ты ужасный пошляк. К тому же ты брат моего парня. И если ты думаешь, что я буду с тобой говорить об этом… – бормочу я, собирая свои волосы в хвост и принимаюсь распаковывать чемодан. – То, похоже, ты спятил.

***

Моя комната в общежитии оказывается гораздо больше, чем я себе представляла. Полутороспальная кровать, застеленная серыми простынями и с двумя подушками, рабочий стол и вместительный шкаф для вещей. Тот же самый комплект мебели на половине комнаты Джарвис.

Кстати, моя соседка прислала мне эсемеску. Джарвис написала, что вернется после десяти часов вечера. Следующие два сообщения пришли от Даниэля. В первом брат спросил, знаю ли я свое расписание на понедельник? А во втором написал, что у него появились срочные дела этим вечером, и он приедет навестить меня на следующих выходных.

Я с трудом подавляю улыбку. Отлично. Мой план, чтобы Даниэль отправился на свидание Джарвис, сработал успешно.

Мне требуется пара часов, чтобы разложить свои вещи, и после этого вдвоем с Кэшем отправиться в кафетерий, расположенный в студенческом городке. Съев двойной чизбургер с дополнительным беконом, я возвращаюсь в свою комнату, и мне становится одиноко и скучно. Я включаю ноутбук, запускаю Zoom и звоню Десмонду.

Сейчас его гоночная команда находится в Бельгии, и разница между нашими городами составляет пять часов. Обычно вечером Десмонд посещает спонсорские встречи, однако его статус показывает, что он в сети. И к моему счастью, любимый мгновенно отвечает на вызов.

– Привет, Крис.

Я вижу Десмонда, и мой язык буквально приклеивается к небу. Черт возьми, мой парень выглядит просто потрясающе!

На нем белая рубашка, ее пару верхних пуговиц расстегнуты. Его галстук-бабочка развязан и свисает с воротника черной лентой. Рукава его рубашки закатаны до локтей, обнажая мускулистые предплечья с выступающими венами. Черный пиджак повешен на спинке стула, на котором расслаблено сидит Десмонд.

– Привет, – говорю я едва слышно. – Ты уже вернулся в гостиничный номер?

– Да, – Десмонд проводит рукой по густым растрепанным волосам, падающим на его лоб. – Я был на гала-вечере и ушел при первой возможности. Лучше я буду ждать твоего звонка, чем жать руки всяким шишкам.

Я замечаю на его столе бутылку виски. А рядом с ней стакан рокс, наполовину наполненной жидкостью янтарного цвета. Взяв стакан, Десмонд подносит стекло к губам и делает несколько глотков. Первый, второй, третий. Его кадык дергается, и я отмечаю, что даже алкоголь Десмонд пьет так искусно, что я не могу отвести от него глаз.

Либо мне так не хватает любимого, что всякое его действие воспринимается, как нечто прекрасное.

После этого Десмонд поигрывает стаканом то ли от нервов, то ли от раздумий. Затем наполняет его виски и вновь выпивает.

– Десмонд, что-то случилось? Обычно, ты не пьешь ничего крепче вина.

Он откидывает голову назад и смотрит на меня несколько секунд. Его красивое лицо с тенью под глазами выглядит настолько мучительно, что мой желудок переворачивается. С Десмондом что-то не так. 

– Я ненавижу каждую секунду своей жизни, – внезапно признается он. – Рядом со мной нет тебя. И вместо того, чтобы поздравить тебя с началом нового учебного года, я нахожусь здесь, – он практически выплевывает последнее слово. – На другом гребаном континенте.

Сказав это, он ставит пустой стакан на стол и берет телефон. Проходит несколько секунд, прежде чем Десмонд находит в нем фотографию, а потом показывает ее мне. Я смотрю на снимок и не могу скрыть удивления.

Тысячи красных роз заполняют пространство гостиной в доме. В доме, в котором я должна жить во время учебы в Брауне.

Мои костяшки пальцев болят от напряжения, с каким я сжимаю руки. Боже, и как мне в такой момент рассказать Десмонду о том, что я изменила решение и буду жить в общежитии?

– Десмонд, это прекрасно, – выдавливаю я из себя. – Но я…

– Это дерьмо, – резко возражает Десмонд. – Я должен быть с тобой.

От усталого и подавленного вида Десмонда невыносимая боль нарастает в груди вплоть до основания горла. Я ужасно хочу, чтобы Десмонд был рядом. Без него я страдаю. Без него страдает мое сердце, мой разум, мое тело и моя душа до ее самых глубин.

Но любовь – это не только принятие, но и отдача. И я всегда буду поддерживать Десмонда: начиная от его безумных идей и заканчивая вращением колеса его гоночного болида.

– Десмонд, я ничего так не хочу, чтобы ты был со мной, – начинаю я. – Но мы должны пройти через это. Каждый день мы открываемся друг другу. Каждый день наши чувства растут. Каждый день наша любовь выдерживает проверку расстоянием. И мы пройдем ее. Мы справимся. Так, что происходит с тобой?

Десмонд задумчиво смотрит на меня, и я продолжаю:

– Ты – удивительный гонщик. Ты – смесь таланта и драйва. Скажи мне: ты знаешь много парней в возрасте двадцать один год, которые подписали контракт с «Даймлер»? Я не знаю ни одного. Кроме тебя. Ты – лучший на треке… – после паузы я добавляю. – И в постели.

Десмонд издает хриплый смешок.

– Мы уже на половине пути и назад дороги нет. И когда твой гоночный сезон закончится – начнется наша история. История любви, где мы доверяем друг другу. Где мы достигаем компромисса и прочей хрени, про которую твердит твой терапевт. И у нас впереди целая жизнь, чтобы продолжить нашу историю, – заканчиваю я.

От своей пламенной речи меня трясет и колотит. Глаза наполняются слезами, и я быстро вытираю их пальцами, пока Десмонд внимательно на меня смотрит. Его взгляд следит за каждым моим движением.

– Я люблю тебя, детка, – хрипит его голос. – У нас с тобой самая лучшая история любви.

– Я тоже люблю тебя, – всхлипываю я. – Но то, что я собираюсь сказать тебе – это провал. Я не стала жить в твоем доме. Мне будет там слишком одиноко и грустно. Поэтому я изменила решение и буду жить в общежитии, как большинство студентов Брауна.

На лице Десмонда непроницаемое выражение, и я отвожу взгляд. Потом снова смотрю на него, но его глаза по-прежнему ничего не выражают.

– И с кем ты будешь жить? Кто твой сосед?

– Джарвис, – я тороплюсь сказать ему. – Она учится на втором курсе меда.

Десмонд все еще не читаем, и в моем горле растет ком. Я смотрю на Десмонда, и чем дольше выдерживаю его взгляд, тем быстрее скачет мой пульс. Скулы и линия подбородка на его лице заостряются, глаза темнеют за долю секунды.

Ох.

Я выдыхаю, готовясь к тому, что Десмонд вновь возьмется за старое. Он включит усиленный режим собственника.

– Я не понимаю, почему ты так поступила, – его голос напрягается. – Мы же договорились, что будем все обсуждать. Почему ты мне ничего не сказала?

– Я… Я думала, что ты будешь против.

Смотря мне в глаза, Десмонд говорит:

– По правде, я сразу подумал о том, что мне придется подкупить кого-то из администрации. Чтобы в твоей комнате начался ремонт или что-то типа того, что заставило бы тебя вернуться в наш дом. Но это было бы хождением по кругу. Я должен тебе доверять. Хоть мне это и нелегко, но я… – Десмонд кивает, глубоко морщась. – Я не против. Я уважаю решение моей девочки.

До меня доходит смысл его слов, и я плачу сильнее.

– Детка, пожалуйста, прекрати плакать. Я схожу с ума от того, что не могу убрать твои слезы. Я далеко от тебя, и меня разрывает на части, что я не смогу сделать так, чтобы ты издавала другие соблазнительные звуки, а не рыдания.

Вытирая слезы, я улыбаюсь ему бледным подобием улыбки.

– Мы могли бы это исправить.

Взгляд Десмонда внимательный и настороженный. А затем его привлекательные губы, как гребаный грех, растягиваются в ухмылке.

– М-м-м, – тянет он. – У меня есть идея.

Десмонд

– Я заинтригована, – отвечает Крис. – Что мне делать?

Она смотрит на меня широко распахнутыми блестящими глазами и прикусывает губу в предвкушении. Я обожаю такой ее взгляд. Особенно, когда я являюсь его причиной.

– Ляг на кровать и положи ноутбук так, чтобы я смог полностью тебя видеть, – требую я.

Крис тревожно переводит взгляд в сторону, и я тут же спрашиваю:

– Твоя комната заперта?

Кивнув, Крис тянется за ноутбуком. Фокус камеры перемещается, и с этого ракурса я могу увидеть, что на моей девочке футболка с моим гоночным номером. Черт, как же мне это нравится.

Спустя несколько секунд Крис устраивается на матрасе, расположив ноутбук у подножья кровати. Она садится напротив экрана на таком расстоянии, что мне удается рассмотреть на ней милые короткие розовые шортики. Черт возьми, мои руки покалывают от желания стянуть их с любимой и провести своими грубыми пальцами по ее нежной коже на бедрах.

И не только на бедрах.

– Хорошая девочка, – говорю я. – А теперь разденься для меня.

– Нет, – с вызовом отвечает мне Крис. – Для начала я хочу, чтобы твоя рубашка исчезла.

Я не в состоянии сдержать ленивой самодовольной ухмылки. Отстраняюсь подальше от стола вместе со стулом и расстегиваю пуговицы на рубашке одну за другой. Я бы с удовольствием предпочел, чтобы это сделала Крис, но у нас ограниченные возможности.

– Все, что пожелаешь, – говорю я, и слова покидают мои губы с хрипом.

Отбросив рубашку в сторону, я обхватываю себя между ног, чувствуя под тканью брюк твердый член.

– Теперь ты, – прошу я.

Крис мотает головой.

– Твои брюки, – она указывает мне между ног. – Они здесь лишние.

От ее командного тона мой член дергается. Ох, если бы Крис была рядом, я бы заставил ее стать более сговорчивой. Однако сейчас мне приходится играть по ее правилам.

Я выпрямляюсь в полный рост и быстро избавляюсь от брюк вместе с боксерами. Затем сажусь обратно на место и наблюдаю, как похотливый взгляд Крис прикован к моему члену. Ее соблазнительные пухлые губы приоткрываются, и она медленно проводит по ним языком.

Черт, это зрелище лучше всякого порно.

– Твоя очередь раздеться для меня.

Я вижу, как Крис нервничает, но вместе с этим ее прекрасное личико полыхает от возбуждения. Взявшись за края футболки, она стягивает ее с себя и остается в черном бюстгальтере. Я расслаблено откидываюсь на спинку стула, чтоб было удобнее на нее смотреть, и обхватываю рукой пах.

– Не останавливайся, – говорю я.

Словно завороженный, я гляжу на то, как Крис избавляется от лифчика, и не могу оторвать от нее глаз. Я официально заявляю: моя любимая – настоящая красавица.

Нет.

Она. Самая. Сногсшибательная. Девушка. На земле.

Ее идеальная округлая грудь, созданная для моих ладоней. Ее тугие розовые соски, созданные для моих пальцев и губ. Крис целиком создана для меня. От макушки до кончиков пальцев ног.

Под моим пристальным взглядом она смущается. Готов поспорить, что пройдет мгновение, и Крис стыдливо прикроет свою прекрасную грудь рукой. Но я не дам ей этого сделать.

– Я не велел тебе останавливаться, – почти рычу я.

Крис медленно опускает руки и проводит им по своим загорелым бедрам. Ее движения сексуальные и грациозные, и пускают по моему телу мощную волну желания. Я смотрю на нее и представляю, что это не ее руки, а мои гладят ее шелковистую кожу.

– Давай, детка. Сними с себя низ.

Крис кивает и, откинувшись на изголовье кровати, стягивает с себя шортики. Ее молчаливое согласие делает меня еще более твердым. Кровь приливает к члену, он пульсирует под моими пальцами. Охренеть, я сойду с ума от того, как хочу быть внутри нее.

Следом за шортами Крис медленно и дразняще снимает с себя трусики. Мой пульс ускоряется, я чувствую, как на головке члена выступает капля смазки. Я вижу ее гладкий живот, длинные стройные ноги, согнутые в коленях, а между ними то, отчего я с шумом втягиваю воздух. У меня во рту все пересыхает. Как же я хочу поцеловать ее. Каждый дюйм ее потрясающего тела.

– Ты мокрая? – спрашиваю я. – Я хочу знать.

Я поглаживаю член, наблюдая, как Крис проводит рукой по груди. Прогнувшись в спине, она закрывает глаза и запрокидывает голову. Ее тоненькие пальчики зажимают сосок, и он становится твердым. От мысли, что я развращаю Крис, член набухает практически до боли. Я не могу подавить легкий стон.

Ее вторая рука движется по животу и направляется все ниже и ниже. Я слышу, как Крис тяжело дышит, когда ее ладонь опускается на клитор. Черт. Я едва могу дышать и не моргаю, смотря, как моя девочка начинает ласкать себя пальчиками. Она поглаживает свои складки и неожиданно открывает глаза. Наши взгляды встречаются, и она вводит в себя палец.

О, да. Это самая возбуждающая вещь, которую я когда-либо видел. И, поверьте мне, я повидал много.

– Вот так, моя девочка, – хрипло произношу я. – Представь, что я рядом. Мы в одной постели. Мое горячее дыхание в твоем ухе, когда я говорю тебе эти слова. Мой вкус у тебя на языке, а твои руки отчаянно цепляются в мои плечи. Ты готовая и мокрая, едва можешь усидеть на месте и трешься о мой член, который прижимается к тебе.

– Десмонд, – стонет Крис.

Она вводит в себя еще один палец практически до конца. Затем вынимает их полностью и поглаживает клитор, чтобы вновь погрузить в себя пальцы. Двигая ими все быстрее и быстрее, Крис пытается довести себя до оргазма. Боже, как же я хочу оказаться внутри нее. Почувствовать ее. Свести ее с ума, как она меня.

Я смотрю на нее и представляю, как медленно вхожу в нее. Мы занимаемся любовью, и с каждым толчком я убираю все это гребаное время, когда мы были далеки друг от друга. С каждым толчком я заполняю Крис и все свои горькие ощущения от ее отсутствия.

– Я теряю контроль и вхожу в тебя, – сбивчиво продолжаю я. – Ты чувствуешь меня внутри, и с каждым толчком жар наполняет твое тело. Ты глубоко дышишь, капля пота скатывается по твоей ложбинке в груди. Ты кончаешь подо мной, выкрикивая мое имя.

– Десмонд! – шепчет она. – Да!

Ее тело содрогается в освобождении, пока вся кровь приливает к моему члену. Я кончаю на руку, и приятное покалывание распространяется от пальцев ног и заканчивается у основания шеи. У меня не было секса гребаных полгода, и мне приходится дрочить по два раза в день. Но то, что я сделал вдвоем с Крис прямо сейчас намного ярче и притягательнее.

Единственное, чего мне не хватает – обнять Крис после оргазма и поцеловать.

– Я запомню этот вид на всю жизнь, – говорю я, рассматривая ее распростертое тело.

– Ты такой извращенец, – говорит Крис, натягивая на себя футболку вместе с трусиками.

– Будто ты была против, – я любуюсь ее румянцем на щеках после оргазма. Мне всегда нравится, как выглядит Крис, и я хочу сохранить эти моменты на всю жизнь.

Раньше я думал, что самое главное – это победа в гонках. Сегодня я знаю: самое лучшее, что есть в моей жизни – это побеждать вместе со своей любовью. Побеждать над своими ошибками и сомнениями.

– Я с нетерпением жду Рождества, – говорит Крис и выдвигается вперед, оперевшись на локти.

Мое горло сжимается от того, что я скрываю от Крис свой сюрприз. Я приеду чуть раньше Рождества – на ее день рождения. Только причина моего возвращения будет не в ее девятнадцатилетии.

На этот раз я исполню свои давние планы – сделать ее Аматорио.