Глава 21.

Кристиана

Внутри дом выглядит так, что я не осмелюсь назвать его «гостевым». В одной части гостиной с панорамными окнами с видом на лес находится незаженный камин. В другой стороне стоит книжный шкаф. Диван и два кожаных кресла располагаются в центре. Множество горящих крупных ламп свисают с высокого потолка, который удерживают массивные деревянные балки.

Хотелось бы мне остаться навечно в этом месте?

Определенно.

Десмонд снимает ботинки, и я следую его примеру. Мы ступаем по полированному паркету, который сменяется толстым бежевым ковром. В ноздри просачивается мускусный аромат, перемешанный с хвойным и каким-то еще, который я не могу распознать.

– Кто читает все эти книги? – я останавливаюсь у шкафа.

Его полки прогибаются под тяжестью томов. В глаза бросаются старинные книги с выцветавшими позолоченными корешками.

– Кэш. Он многое здесь обустроил для себя.

С этими словами Десмонд оставляет меня. Он подходит к камину и, нагнувшись, вытаскивает полено из плетенной корзины, бросив его в каминную решетку.

– Разве это не гостевой дом? – спрашиваю я.

Десмонд присаживается на корточки и раскладывает еще несколько дров. Затем вытаскивает старую газету из той же корзины, откуда взял полено, и вырывает страницы. Просунув их в щели между нарубленными кусками дерева, он оглядывается на меня через плечо:

– Перед тем, как я улетел во Францию, этот дом был гостевым. Но когда я вернулся, Кэш сказал, что часто здесь останавливается.

Ничего себе. Это место выглядит, как излюбленное убежище интроверта. Но точно не такого человека, как Кэш.

– Никогда бы не подумала, что Кэш любит проводить время за книгами, – признаюсь я.

Пока Десмонд чиркает длинной спичкой и поджигает бумагу, я беру с полки «Этюд в багровых тонах». Раскрываю ее и натыкаюсь на засохший цветок гортензии между страницами. В моей голове не укладывается, что Кэш предпочитает использовать цветок, как закладку.

Захлопнув книгу, я собираюсь вернуть ее на место, но вдруг замечаю торчащий уголок фотографии рядом с последней страницей. Я вытаскиваю снимок и вижу… Кэша в форме академии.

– Говнюк здесь еще совсем мелкий, – усмехается вставший за моей спиной Десмонд. – Ему тут около пятнадцати.

Честно говоря, на фото Кэш выглядит гораздо больше пятнадцати лет. Но Десмонд его старший брат, и безусловно ему лучше известно, в каком возрасте был сделан снимок.

– Кэш предпочитает закладки для книг в виде цветов? – спрашиваю я.

– Сомневаюсь. Такими закладками пользовалась Ким.

Десмонд достает с верхней полки книгу и, расстегнув кожаный ремешок на обложке, открывает ее. Внутри находится еще один засохший цветок, похожий на белую магнолию.

– Здесь точно такая же закладка, – задумчиво говорит Десмонд и обводит взглядом шкаф. – Видимо, это книги Ким. И каким-то образом Кэш собрал ее библиотеку.

Невидимый кулак сжимает мое сердце. Кэш хранит книги своей бывшей девушки, и мне кажется это таким трогательным, милым и… совершенно не свойственным для младшего брата Десмонда.

Похоже, я многого не знаю о другой стороне Кэша Аматорио.

Я возвращаю книгу обратно на полку и среди старинных томов замечаю вытянутую прямоугольную коробку. Мне становится любопытно, что внутри нее. Но я не могу вот так взять и открыть ее. Вдруг там что-то личное?

– Что это? – спрашиваю я, указывая на интересовавший меня предмет.

Взгляд Десмонда задерживается на коробке, и что-то печальное проскальзывает на его лице.

– Мама хотела сохранить наши детские воспоминания.

– Что-то вроде памятных вещей? – уточняю я и смотрю на Десмонда. – Можно мне посмотреть?

Он молчит, и это не тот Десмонд Аматорио, которого я знаю. Это не тот, кто уверен в себе и уверен в том, кто он есть. Этот Десмонд напряжен и несчастен. И невооруженным глазом заметно, что он не хочет отвечать на мой вопрос.

Не считая истории с Кэшем и Кимберли, и тех ничтожных крупиц, которые Десмонд случайно оборонил во время наших разговоров, он редко рассказывает о семье. И меня это порой раздражает.

У Десмонда есть досье на меня. Он знает о моем прошлом, и о моих родителях. И мне бы хотелось знать о нем в той же степени, что и он обо мне. Нечто большее, чем стандартная информация в Google.

Что скрывать, я пыталась найти в Сети какие-то факты. Но все они содержали то, что я и так могла выяснить от учеников Дирфилда: отец Десмонда владеет самой крупной строительной компанией в штате. Мать Десмонда – Алессия скончалась на тридцать восьмом году жизни. Единственное, что было указано о ней в интернете – снимок, где Маркос стоит возле усыпанного цветами гроба. Ни слова о том, что явилось причиной смерти Алессии.

– Ладно, можешь не показывать, если не хочешь, – расстроено говорю я и отворачиваюсь.

Десмонд обхватывает мое плечо и разворачивает меня к себе.

– Мы договаривались, что не будем иметь друг от друга секретов. Ты можешь открыть ее и посмотреть.

Судя по тому, как сильно напряжена его челюсть, и как между бровями пролегла морщинка, для Десмонда эти слова стали настоящим достижением. Поэтому я благодарно ему улыбаюсь и достаю коробку из плотного кашированного картона. Сверху поблескивает золотистое тиснение с надписью «Аматорио». Недолго думая, я открываю крышку на магнитном клапане.

Передо мной три подписанные секции: «Десмонд», «Кэш» и «Грейс». В каждой лежит шкатулка для первого зуба, разные по размеру конверты и несколько тканевых мешочков. Судя по рисункам на них – внутри хранится первая пара обуви, соска и погремушка.

Я аккуратно беру в руки открытку с отпечатком маленькой ножки Десмонда. Господи, его ступня тут настолько крохотная, что едва превышает мой мизинец. Не могу поверить, что Десмонд, который сейчас представляет собой гору мышц, был когда-то беззащитным младенцем.

– Почему ты не хотел мне показывать? – спрашиваю я. – Это же так… мило.

Я поднимаю взгляд на Десмонда, и он смотрит на меня в упор.

– Сегодня я испытал страх за тебя. Я чертовски боялся за твое состояние. И сейчас, когда ты здесь и со мной, последнее, что я хочу делать – это разговаривать о своем прошлом.

Десмонд берет из моих рук коробку и возвращает ее на полку.

– Можешь задать мне сколько угодно вопросов. Но не в сегодняшнюю ночь. Давай потратим ее на себя, а не на прошлое?

Я сомневаюсь всего секунду и медленно киваю. После этого Десмонд крепко прижимает меня к себе. Он утыкается лицом мне в шею, и его дыхание обжигает кожу.

– Ты ледяная и вся, черт возьми, посинела от холода. Камин еще не скоро прогреет дом. Идем.

Не дав мне шанса ответить, Десмонд ведет меня в следующую комнату.

Это просторная темная спальня с окнами в пол, рядом с которыми находится огромная белоснежная ванна джакузи. Десмонд отходит от меня, и я смотрю ему вслед, наблюдая, как он открывает сначала один кран, потом другой. Пока льется вода, Десмонд запрокидывает руки за голову и стягивает с себя промокшую футболку.

Господи, какой же он горячий.

Затаив дыхание, я гляжу на его спину. Точнее на обнаженное пространство мышц и безупречной загорелой кожи. В кончиках моих пальцев покалывает от желания к нему прикоснуться.

Почувствовав на себе мой долгий взгляд, Десмонд оборачивается. Приглушенный свет в спальне освещает его грудь, оттеняет черты лица. Его губы приоткрыты, а в глазах таится выражение… Я не могу быть точно уверена, но кажется, это выражение нежности, жажды и желания.

– Эта та часть, где ты предлагаешь повторить за тобой и снять мокрую майку? – спрашиваю я.

Десмонд ухмыляется.

– Эта та часть, где я жду, когда с тебя исчезнет вся одежда.

Он читает мои мысли? Я и в самом деле хочу избавиться от этой проклятой адски холодной ткани, прилипшей к моему телу.

Без лишних слов я хватаюсь за края майки и снимаю ее с себя. После этого расстегиваю пуговицу на джинсах и стягиваю их с ног. Оставшись в белье, я стараюсь не слишком много думать о том, как выгляжу после проливного дождя и бега в лесу.

Поднимаю голову и встречаюсь с пристальными голубыми глазами. Этот взгляд. Десмонду даже необязательно меня трогать. Достаточно того, что он смотрит, и мое тело изнемогает без его прикосновений. И мне хочется, чтобы он глядел так только на меня.

– Ты так и собираешься там стоять?

Нет.

Я ничего не говорю и просто иду к нему. С каждым шагом я чувствую, как воздух вокруг нас насыщается напряжением. Он кажется сладким, когда просачивается в ноздри и оседает в легких. С каждым шагом мышцы Десмонда каменеют на глазах, а его плечи приподнимаются. С каждым шагом я ближе к нему, и когда между нами остается расстояние не больше двух футов, Десмонд срывается.

Он притягивает меня к себе, обвив рукой мою талию. Я мгновенно чувствую тепло его тела, и как его губы накрывают мои. В ответ я поднимаю руки и впиваюсь холодными пальцами в его горячие плечи.

Будь у меня такая возможность, я бы не раздумывая забралась к Десмонду под кожу, чтобы слиться с ним в единое целое.

Положив ладонь на мою щеку, Десмонд углубляет поцелуй. Его язык находит мой и умело ласкает меня, заставляя терять рассудок. Приятные импульсы проходит через губы и проносится по всему телу от макушки до кончиков пальцев ног. Я испускаю стон, прижимаюсь грудью к его груди и обнимаю его за шею, дрожа от желания.

Я абсолютно отчаянная.

И абсолютно отчаянно нуждаюсь в Десмонде. И в том, что может мне дать только он. Больше никто другой.

– Десмонд, – шепчу я, тяжело дыша. – Я хочу тебя.

– Я и так твой. Хочешь узнать почему?

– Почему?

Десмонд отстраняется и берет меня за руку. Мои холодные пальцы переплетаются с его теплыми, когда он проводит нашими сцепленными руками по его голове.

– Потому что ты здесь. В моих мыслях, снах и мечтах.

С этими словами Десмонд опускает наши сплетенные руки ниже ремня. Через джинсы я ощущаю его твердость, и сердце начинает биться быстрее.

– Ты здесь, – прерывисто говорит Десмонд и поднимает наши руки к груди. – Но больше всего тебя здесь. Крис, ты повсюду.

Ты повсюду.

Его слова взрываются фейверком в моей голове. Мне хочется сказать в ответ тоже самое: я чувствую Десмонда повсюду. Но внезапно все изменяется. Пол спальни сдвигается, когда Десмонд хватает меня за бедра и приподнимает в воздухе.

– Ах, – вскрикиваю я, когда Десмонд опускает меня в бурлящую воду.

Водяные струи расслабляют мышцы, мое тело окутывает тепло. Но оно не сравнится с тем, какой жар я испытываю рядом с Десмондом. Я прислоняюсь спиной к бортику ванной и не свожу с Десмонда глаз.

Он не спешит ко мне присоединиться. Не прерывая наш зрительный контакт, Десмонд расстегивает ремень и спускает джинсы.

В нетерпении я облизываю губы, наблюдая за ним. На нем остались только боксеры. Я смотрю между его ног, и жажда пронзает меня. Затем поднимаю взгляд на лицо Десмонда и сталкиваюсь с глазами, в которых заметно самодовольство.

– Да, мне нравится то, что я вижу, – я хлопаю на место рядом с собой. – А теперь иди ко мне.

– Звучит заманчиво, – с полуулыбкой отвечает Десмонд. – Но я жду, когда ты… – он дразняще замолкает.

– Что я? – уточняю я.

Взгляд Десмонд становится серьезным.

– Я хочу увидеть тебя.

– Ты и так меня видишь.

– Я хочу увидеть больше.

Больше.

Я сжимаю бедра, пытаюсь успокоить вспыхнувший жар. Но это не помогает. Пульсация между ног становится ощутимой. Неприлично ощутимой.

Следующее, что я осознаю – моя рука спускает лямку лифчика и медленно тянет ее вниз по плечу. Я проделываю тоже самое со второй бретелькой, и Десмонд смотрит на меня таким взглядом, будто от моего следующего действия зависит его жизнь.

– Избавься от него, Крис.

Его слова звучат то ли, как мольба, то ли, как приказ. Но я все равно расстегиваю бюстгальтер, обнажая перед Десмондом грудь. Прохладный воздух в спальне мягко щекочет мою чувствительную кожу на сосках.

– Если бы ты только видела себя со стороны, – выдыхает Десмонд. – Ты бы трахнула сама себя, детка.

От его непристойных слов мои щеки вспыхивают. Пока я пытаюсь справиться с учащенным дыханием, Десмонд оказывается рядом со мной. Его грубые руки под водой проскальзывают за мою спину и хватают меня за задницу.

Без особых сложностей Десмонд приподнимает меня и усаживает к себе на бедра таким образом, что его лицо становится прямо напротив моей груди.

– У тебя прекрасное тело, – хрипло говорит он.

Я издаю стон, когда Десмонд берет полностью сосок в рот. Он обхватывает его губами, а потом прикусывает его, пуская по мне возбуждающий трепет.

– Боже мой, Десмонд… – шепчу я и пропускаю пальцы в его влажные волосы.

Десмонд переходит к другому соску и играется с ним языком. Я не могу выравнять дыхание, пока он пробует меня мучительно и сладко. Его поцелуи сменяются укусами, заставляя гореть самые чувствительные места на коже.

Я прикрываю глаза, чувствуя, как его член упирается мне в ягодицы. Низ живота пронзает желание. Это чистое, горячее и дикое желание.

Я начинаю ерзать на нем, а тем временем рука Десмонда властно движется к груди, не оставляя без внимания второй сосок.

Десмонд действительно повсюду. Точнее его руки, губы, язык…

– Открой глаза, – требует Десмонд, и я делаю то, что он хочет.

Я опускаю голову, наблюдая за тем, как он продолжает сладко меня истязать. Десмонд целует, посасывает и тянет мою кожу, которая заметно раскраснелась. Желание обжигает меня между ног, и я настойчивее прижимаюсь к Десмонду бедрами в попытке стать с ним еще ближе. Мне хочется ощутить каждый дюйм его твердого тела. Я начинаю активнее тереться об него, и Десмонд издает нечто похожее на рык.

– Черт, Крис.

Второй рукой он крепко сжимает ягодицы и направляет меня взад-вперед. Я скольжу вдоль его бедер, ощущая через белье всю его мужскую силу. Капли воды стекают по мне, я вся мокрая. Но особое влажное тепло скапливается у меня между ног.

– Чувствуешь меня? – хрипло спрашивает Десмонд.

– Да, – шепчу я. – Ты всегда для меня твердый.

Глаза Десмонда вспыхивают. Я двигаюсь на нем и вращаю бедрами, словно моя каждая часть заточена под него.

– О, Боже, как же я хочу всего тебя, Десмонд,

Мы оба глубоко дышим, но вдруг он задерживает дыхание. А затем отрывается от меня и пристально смотрит прямо в глаза. Он молчит, и мне кажется, будто внутри него сейчас ведется какая-то борьба.

– Это та часть, где я должен спросить: ты действительно этого хочешь?

Я провожу рукой по его плечу, а затем обнимаю за шею. Я давно уже решила, что Десмонд тот, кто станет моим первым. Я ни на минуту не сомневаюсь, что это должно произойти именно с ним. Я люблю его.

– Да, – тихо, но уверенно отвечаю я. – Я хочу тебя.

– Ты единственная, с кем мне хочется заняться любовью, а не просто трахнуть. Но я должен быть уверен, что ты готова.

Черт возьми, неужели он этого не видит?

– Я готова, Десмонд. Я…

Люблю тебя.

Я уже признавалась ему в любви. Так почему мне кажется это таким сложным сейчас?

– Я хочу, чтобы ты стал моим. Тебе недостаточно этого ответа?

– Мне всегда было плевать на правила. Но с тобой, черт возьми, все по-другому. Я готов ждать твоего восемнадца…

– Это ничего не изменит, – возражаю я. – Я люблю тебя, Десмонд.

Наверное, это то, что он ждал от меня услышать.

Вытащив меня из воды, Десмонд несет меня к кровати и, уложив, незамедлительно снимает с меня трусики.

– Раздвинь ноги, – хрипло командует он.

Я выполняю то, что он от меня требует и развожу перед ним бедра. Не отрывая от меня глаз, Десмонд стягивает с себя боксеры и скидывает их на пол. Его член массивный и реально чертовски большой.

Я впиваюсь ногтями в ладони так сильно, что могу проткнуть кожу. Я много раз слышала и читала, что первый раз всегда болезненный, и наравне с желанием страх охватывает меня.

Но все мысли выветриваются из головы, когда Десмонд обхватывает меня за бедра. Его губы касаются влажной кожи на моем животе, и я вздрагиваю. Затем Десмонд опускается дальше, целуя каждый дюйм на моем теле и заставляя меня прогнуться в спине.

– Десмонд! – шепчу я.

Пожалуйста, не останавливайся.

От каждого поцелуя мое желание нарастает все больше и больше. Я зажмуриваюсь в ожидании, когда Десмонд сделает для меня то, в чем я так нуждаюсь. Десмонд еще шире разводит мои бедра плечами, и его поцелуи вдруг прекращаются.

Я поднимаю голову, чтобы узнать, что заставило его остановиться, как внезапно он обхватывает губами клитор.

– Боже! – выдыхаю я.

Я запрокидываю голову и цепляюсь в его густые волосы. Десмонд водит языком по кругу и бессовестно дразнит меня, то усиливая ласку, то облегчая ее. Я стону, мои пальцы настойчивее зарываются в его волосы, когда он проскальзывает языком и находит нужную точку.

– Десмонд, пожалуйста, – мой голос дрожит. – Пожалуйста, не останавливайся.

Я извиваюсь над простыней, позволяя волне удовольствия пройти через мое тело.

– Ты особо потрясающая, когда кончаешь.

Десмонд отрывается от меня, и я чувствую прохладу на том месте, где только что был его рот.

Я приподнимаюсь на локтях и смотрю, как его затуманенные глаза обращены на меня. И все, о чем я могу думать в этот момент – то, что я хочу доставить ему удовольствие. Хочу заставить его шептать мое имя, как и я его несколько минут назад.

Я соскальзываю с кровати и опускаюсь перед ним на колени, не спуская с Десмонда глаз.

– Крис, ты так смотришь, что я могу кончить прямо сейчас.

Я перевожу взгляд на его член. Затем прижимаюсь к его головке губами и раздвигаю их, вобрав его в себя. Десмонд вздрагивает и опускает руку на мою голову, сжимая в кулак волосы.

– Черт, – шипит он. – Черт, я так чувствую тебя…

Десмонд внезапно замолкает, когда я добавляю язык и осторожно посасываю его. Он твердый, и легко проскальзывает в мой рот. Я поднимаю руку и сжимаю его у основания, чувствуя бархатистую кожу.

– Крис… Черт возьми… Блядь, это невероятно.

Десмонд произносит множество ругательств, напряженно сжимая мои волосы на затылке, и я осознаю, что теперь – он мой.

Темный и опасный Десмонд Аматорио, способный одним взглядом вывести из равновесия, теперь в моей власти. И одним легким движением языка я могу заставить его склонить передо мной голову.

– Это слишком хорошо, – из его груди вырывается стон.

Мое сердце бешено стучит, когда Десмонд тянет меня на себя и во второй раз укладывает на простыни. Я слышу стук пульса в ушах, и как дождь продолжает барабанить по окнам.

Десмонд отходит от кровати и приближается к ванной. Подняв с пола свои джинсы, он вытаскивает из кармана упаковку презервативов.

– Прежде чем ты задашь вопрос, откуда они у меня, я скажу, что это резинки Кэша, – говорит Десмонд.

Мой рот открывается, но я так и не издаю ни звука. Десмонд взял с собой презервативы, которые в него кинул Кэш? Значит, он предполагал, что у нас будет секс?

Но затем эту мысль обгоняет другая: выходит у Десмонда не было с собою средств защиты, когда он отправлялся сегодня на гонки? Значит, Десмонд не допускал того, что будет с кем-то спать…

Он возвращается, и матрас рядом со мной прогибается. За рекордное быстрое время Десмонд надевает презерватив, и я стараюсь не думать о том, в который раз он проделывает этот трюк.

– Ты такая красивая.

Десмонд склоняется надо мной и проводит кончиком носа по моему лицу. Затем целует меня, и его язык переплетается с моим, отчего я закрываю глаза.

Широко раздвинув мои ноги своими, Десмонд устраивается между бедер. Его член упирается в меня, и внутри все содрогается от предвкушения. Не могу поверить, что это произойдет со мной. Я волнуюсь. Я знаю, что первый раз в большинстве случаях будет болезненным.

Но я также уверена, что Десмонд сделает все, чтобы мне было хорошо. И я все равно не могу раскрыть глаз, как последняя трусиха.

– Крис, – Десмонд зовет меня, и его горячее дыхание касается моих губ. – Посмотри на меня, детка.

Я послушно открываю глаза. Десмонд с волнением на меня смотрит и проводит большим пальцем по моей щеке. И только сейчас я понимаю, что у меня из глаз скатилась слеза.

– Я люблю тебя, – тихо произносит он.

Десмонд не отводит от меня глаз, и в них я вижу, как глубоки его чувства ко мне. Я хочу, чтобы он знал, что я испытываю к нему тоже самое.

Поднимаю руку и прижимаю ладонь к его груди. От моего прикосновения Десмонд опускает веки, и от этого мое сердце трепещет. Точно также, как и у Десмонда. Я отчетливо ощущаю его сильное биение под рукой.

– Я люблю тебя, – шепчу я.

Десмонд склоняет голову, и мы теряемся в очередном поцелуе. Его руки обнимают меня и крепко держат, словно он боится меня потерять. Затем Десмонд направляет себя к моему входу, давит, и как только оказывается во мне, я зажмуриваюсь. Это действительно больно.

– Десмонд!

Я с силой цепляюсь в его плечи, и он замирает. Все, что я сейчас испытываю – обжигающую боль от непривычного чувства наполненности. Но я не хочу, чтобы Десмонд останавливался. Не хочу запоминать нашу первую ночь таким образом.

– Ты можешь продолжить, – сбивчиво шепчу я.

Десмонд погружается до конца и опускает руку между нашими телами. Большим пальцем он потирает клитор, и приятная вспышка зарождается где-то в глубине моего живота.

– Все еще больно? – спрашивает он.

– Не так, как в начале, – признаюсь я.

Продолжая ласкать меня пальцем, Десмонд выходит и снова надавливает, проскальзывая в меня. С шумом я втягиваю воздух через плотно сжатые зубы, и моя грудь поднимается от глубокого вздоха. Ногтями я отчаянно впиваюсь в его твердые плечи.

– Крис, расслабь бедра. Не сжимай их.

Я стараюсь сделать так, как говорит Десмонд. Когда мне удается расслабить бедра, острая боль сменяется чувством дискомфорта. Я уже не испытываю неприятного жжения, когда Десмонд одним толчком полностью погружается в меня.

– Боже, Крис, – Десмонд опускает губы на шею и целует меня. – Внутри тебя так приятно.

Он снова входит в меня и задевает какую-то точку. От этого я прогибаюсь в спине и шире развожу бедра. Боль угасает, тело начинает наполняться жаром. Я обнимаю Десмонда, ощущая, как под пальцами двигаются его мышцы на спине.

Вместе с этим его губы скользят по шее, но внезапно Десмонд отстраняется от меня и медленно выходит. Он смотрит мне в глаза, затем на губы, а потом задерживает взгляд на груди.

– Ты всегда была моей. С момента, как я увидел тебя.

Взяв член в свою руку, Десмонд проводит им вдоль моих складок и, качнув бедрами, полностью входит в меня всей длиной. Я содрогаюсь, моя грудь подпрыгивает под его толчком. Стараясь справиться с частым дыханием, я наблюдаю, как напрягается его лицо, как сжимается его челюсть, пока он совершает ритмичные толчки.

– Тебе нравится? – хрипло спрашивает он.

– Да, – выдыхаю я.

Его рука проводит по внутренней стороне моего бедра, и на этот раз Десмонд глубоко погружается в меня. Я извиваюсь от нового ощущения, чувствуя его целиком внутри себя. Прижавшись ко мне, Десмонд возвращается к моим губам, и его язык страстно сплетается с моим.

Вскоре Десмонд ускоряет темп, его толки становятся все сильнее и сильнее. Спальня наполняется нашими стонами и прерывистым дыханием.

Ногами я обвиваю его бедра, а руки запускаю в его мокрые волосы. Мы прижимаемся друг к другу, жадно наслаждаемся и даем то, в чем каждый нуждается.

С каждым проникновением грудь и низ живота наполняются нестерпимым жаром, бедра сковывают приятные тиски, и оргазм взрывной волной проносится по всему моему телу. Он намного ярче предыдущих.

– Десмонд! – я вскрикиваю и крепче цепляюсь в его спину.

Десмонд издает хриплый стон, и этот звук проходит вибрацией между нашими телами. Его член внутри меня дергается, пока Десмонд не прекращает говорить мое имя. После этого он опускает голову на мое плечо, и мы оба пытаемся восстановить наше дыхание, оба липкие от пота.

Кристи, у тебя только что был первый секс в твоей жизни! С тем, кого ты любишь, и кто любит тебя.

Десмонд поднимает голову и, обхватив мое лицо ладонями, целует.

– В каком-то смысле у меня сегодня тоже был первый раз, – бормочет он. – Я впервые занимался любовью, а не трахался.

– А есть разница?

Неожиданно для меня Десмонд хмыкает.

– Поверь, ты почувствуешь разницу, – усмехается он и приподнимается. – Мне нужно помыться.

Я киваю, и Десмонд выскальзывает из меня. Он направляется к ванной, и я любуюсь его подтянутой задницей.

По стеклам продолжает стучать капли дождя, и я прислушиваюсь к звукам бегущей воды и к тому, как дико колотится мое сердце. Бах, бах, бах.

Я прикусываю губу, испуганная тем, насколько сильны мои чувства к Десмонду. Я думала, что потеряла его и испытала при этом нечто ужасное. Но теперь я наконец оказалась в том месте, которое никогда не хочу покидать – в его постели, и в его объятиях.

Когда Десмонд возвращается ко мне, я замечаю в его руках полотенце. С мягким взглядом он опускается, и одной рукой раздвигает мои ноги, а второй бережно прижимает ко мне полотенце.

– Спасибо, – шепчу я. (3303c)

Десмонд наклоняется ко мне, и его темные волосы свешиваются на лоб, а глаза говорят сами за себя.

Он любит меня, а я люблю его. И несмотря на то, какую боль мы причинили друг другу, наши чувства стали только сильнее. И мы вместе преодолеем проблемы, и вместе будем делать друг друга счастливее.

Десмонд целует меня, а я обнимаю его за спину. Умиротворяющий шум дождя за окном заставляет закрыть глаза и расслабиться. Я проваливаюсь в сон и в этот момент чувствую, как меня накрывает одеяло.