Глава 26. Преобразователь вязи

Несмотря на то, что мы не ожидали тёплого приёма, допросы в следующие два дня нас всё же удивили. К парням отнеслись попроще, расспрашивая только о том, как именно были освобождены драконы, нас же с Анной принимали скептически, без конца выясняя, насколько Рой способен видеть наши воспоминания или чувствовать присутствие. Из комнаты с металлическими стенами нас не выпускали. Иногда приходили… учёные и делали какие-то замеры — ходили вокруг нас и даже снаружи комнаты, настраивали аппаратуру, измеряли показатели наших тел.

При всём этом с нами оставались вежливы, кормили, предоставили все удобства и даже прислали врачей. Те долго осматривали нас и искренне поражались, что у меня обгорели только волосы, а кожа осталась совершенно целой.

Анна молчала, не выдавая моего статуса, как не сделали этого и остальные члены команды — по крайней мере, вопросов на эту тему мне никто не задавал.

Выпустили нас только на третий день, разрешив обосноваться там, где три года назад скончался последний дошедший до Доминиона житель Астралиса. Комнат было всего две, так что мы легко разделились по признаку пола, собираясь в основном на крохотной кухне. С жильём в Доминионе всё обстояло непросто, сам город был жёстко ограничен, территориально… вуалью. Скоро они буквально будут жить на головах друг друга.

Этим утром Ленор проводил глазами Альберта, собиравшегося уходить в город.

— Опять уходит, — проворчал Ленор. Его состояние оставалось самым тяжёлым, и ему настоятельно рекомендовали постельный режим.

— Мне осталась пара месяцев, умирать девственником я точно не собираюсь. Нет чтобы порадоваться за меня, — буркнул самый молодой из нас.

— Не вздумай трепать языком больше чем положено, — пригрозил ему Ленор.

Меня это тоже сильно волновало, я боялась, что влюбившись, Альберт начнёт делиться с местными секретами. Приходилось радоваться хотя бы тому, что моя команда по-прежнему не знала, зачем я здесь на самом деле.

Рауль продолжал иногда общаться с нами, регулярно приводя к апартаментам многочисленных специалистов — учёных, желающих побольше узнать о мире за вуалью, картографов, даже лингвистов, историков и политологов. Особенно сильно их интересовал не Астралис, а Вермитур и Доминис Мора.

Вот и сегодня он явился в сопровождении очередных исследователей, но у меня на него были собственные планы.

— Хочешь сходить куда-нибудь? Мы почти не выходим из дома, но нужно когда-то начинать узнавать окрестности, — спросила я Рауля, и тот моментально с энтузиазмом кивнул.

— Фран? — Лойд заметил, что я собираюсь уходить.

— Всё в порядке, просто голодная, — с улыбкой ответила я.

Командира, конечно, так легко было не провести — он прекрасно знал, что я преследую здесь какую-то цель, но на все разговоры я пока реагировала плохо. Я банально боялась полностью им доверяться и делать поспешные выводы. Фрагменты снов, видений от дракона, крупицы собственных знаний и слова Таррена постепенно складывались в голове в единую картину, но её принятие означало… изменение жизни для тысяч людей.

В худшую сторону.

— Я уж думал, ты не пригласишь, — довольно ухмыльнулся Рауль, когда мы вышли. — Я же видел, как ты смотрела на меня.

Вот как? Он решил, что у нас свидание?

— И как же я смотрела? — спросила я, соображая, как правильнее начать разговор.

— Любовалась. Мускулатурой, моей силой, я же не слепой. Тренируюсь с семи лет, да и у вас в Астралисе явно не настолько хорошее питание, как у нас, пусть вы и готовились к этому походу. Я бы тоже на вашем месте отправился — даже если бы у меня не было печати.

— У тебя кто-то из родных умирал от неё? — осторожно поинтересовалась я.

Молодой мужчина заметно нахмурился, но после короткой паузы всё же ответил:

— Отец, шесть лет назад. Он тоже в разведгруппе и наверняка попытался бы пробраться в Вермитур, чтобы узнать, существует ли возможность убить драконов и уничтожить печати.

— Как ты думаешь, почему никто из землян до сих пор не прошёл в Вермитур? — спросила я. Этот момент я действительно не понимала — с их технологиями, развитием и с учётом того, что вуаль не являлась для них преградой, подобное казалось мне исключительно вопросом времени.

— Может, и прошли, просто секретно, — предположил Рауль. — Наш город выжил только потому, что мы умеем скрываться, а это значит, что мы не тревожим другие поселения. Знаешь ли ты, что в своё время Вигорр полностью уничтожил Доминион, оставив невредимыми лишь подземные убежища? Мы отстраивались буквально с нуля, и сейчас, когда драконы вернулись, всё это снова может быть потеряно.

Я прекрасно это понимала, я своими глазами видела в воспоминаниях Исабо, как Вигорр сжигал Тома и весь тот город, в котором она когда-то пыталась получить протокол для связи с драконом.

— Как вы защищаетесь сейчас? Драконы проснулись, и…

— Думаешь, мне всё рассказывают? — хохотнул Рауль. — Президент уверен, что драконы на нас не нападут. Как именно — я не знаю, думаю, у него припрятаны какие-то секретные разработки. В конце концов, он же сумел накрыть куполом весь город, да и наши автомобили тоже.

Что питало все эти технологии?

Я рассматривала город — высокие каменные и панельные дома, ухоженные узкие клумбы и толпы людей, одетых в странную, очень открытую на мой взгляд одежду. Местные жители совершенно не стеснялись демонстрировать свои чувства. Они целовались прямо на улице — долго, тесно прижимаясь друг к другу, а прохожие ничуть не смущались, отпуская пошловатые комментарии.

— Сюда, — наконец улыбнулся мужчина, открывая двери в заведение, находившееся в трёх кварталах от нашего многоквартирного дома. — Здесь подают самый вкусный горячий шоколад. Давай лучше поговорим о тебе, я раньше никогда не общался с жёнами дракарров. Каково это — когда ты не принадлежишь самой себе? Для женщин в Доминионе подобное звучит как страшный кошмар.

— Для нас тоже, — пожала плечами я, неуверенная, что делать дальше.

Рауль провел меня до одного из столиков, и я осмотрелась — вокруг были в основном именно парочки, явно на свиданиях. Услужливые официантки в красивых кружевных фартуках зазывно улыбались, выдавая нам меню, но я решила доверить выбор собеседнику.

— Но это дало тебе жизнь, разве ты не выберешь любую жизнь смерти? Я бы выбрал, и хотел бы, чтобы и мой отец выбрал, если бы у него была такая возможность.

— Наверное, я не считаю это жизнью… Я верила в миссию, в то, что должна хотя бы попытаться уничтожить печати, но я не считаю жизнь без выбора, связанную с человеком, которого я ненавижу и без возможности иметь собственную семью — жизнью.

В этот момент я заметила в кофейне сидящую спиной к нам высокую светловолосую фигуру — мужественную, крепкую, и моё сердце невольно пропустило удар. Я говорила себе, что не думаю о Таррене, что не вспоминаю его…

Пытался ли он жениться вновь, на Октавии Таггерт? Обнаружил ли отсутствие Ока? Вряд ли это остановит его надолго — Око было и на землях лорда Таггерта, и в Доминис Мора, и, скорее всего, во многих других городах.

Таррен был там, на Этарре, среди драконов, на самом выходе из пещеры. Могли ли они догадываться о том, что я собираюсь сделать?

Моё решение окажется губительным и для него, и для землян. Если только я узнаю, где находится этот преобразователь вязи.

— Вот уж не думал, что ты из тех, кто так отчаянно хочет семью. Вы вообще показались мне достаточно странной группой, но ты самая холодная из всех. Расслабься, ты слишком зажата, мы на свидании, и я тебя не съем. Ну, если только ты сама не захочешь.

Наверное, Рауль считал себя настоящей находкой — и, может, так оно и было. Он был красив, мускулист, бесстрашен и не стеснялся показывать свой интерес.

— Или я тебе не нравлюсь? Только не обманывай, я вижу, что не противен тебе, и знаю, какую реакцию вызываю у женщин, — он ухмыльнулся, зная себе цену. — Я не в курсе, можно ли вообще прикасаться к жёнам дракарров и не причинит ли это вам боли, но наш купол серьёзно ослабляет влияние драконов, так что я готов рискнуть.

Я вообще не думала о подобных вещах — до тех пор, пока не появился Таррен, пока не внушил мне это общее чувство единства и пока я не влюбилась в него, как полнейшая идиотка.

И если Рауль узнает, что я собираюсь уничтожить, он возненавидит меня — и будет абсолютно прав. Так что лучше даже не начинать, даже ради того, чтобы проверить, сумею ли я забыться в объятиях человека, которому нравилась.

— Откуда вы берёте энергию? — спросила я, рассматривая множество светящихся ламп. — Я не вижу здесь ни одной паровой электростанции или завода, а у нас в Астралисе почти всё работает на пару, в городе невозможно дышать.

Мой собеседник недовольно нахмурился, поскольку я сменила тему слишком резко, да ещё и перевела разговор на столь скучные вещи.

— У нас есть отдельный квартал для всех таких заводов, он закрыт для обычных граждан ради безопасности. Вот там, наверное, и паровые станции, и топливо.

Что случится с этим городом, если я уничтожу преобразователь вязи? По видениям дракона его глазами, по потокам энергии и словам президента из воспоминаний Вигорра я поняла, что они научились превращать вязь в чистую энергию, и я подозревала, что именно на ней держится большая часть технологий землян.

И совершенно точно — Око Дракона, а значит — и ритуал. Именно преобразователь помогает уравновешивать вязь и дарует дракаррам бесконечную жизнь.

— И что ожидается сейчас от нас? — спросила я после паузы. — Будет ли над нами надзор, как мы будем оплачивать квартиру?

В действительности всё, о чём я хотела спрашивать — это энергетический квартал, но вызывать подозрения тоже не стоило, хотя я и поняла, что сам Рауль ничего об этом не знает — или же делает вид, что не знает.

— Не знаю, — искренне ответил он. — Ваши ребята скоро погибнут, для всех с печатями еда и проживание в Доминионе бесплатны, а ты, Лойд и Анна… Сможете найти работу? Если тебе негде жить, можешь остаться у меня на какое-то время.

Он вновь улыбнулся, протягивая ко мне ладонь, а я попыталась прислушаться к себе — понять, что именно ощущаю. Рауль не вызывал отторжения, хотя и был слишком настойчив, почти сразу переводя всё к… сексу.

В этот момент услужливая официантка поставила перед нами две чашечки с горячим шоколадом, невольно задержав взгляд на Рауле, а потом ушла. Мой собеседник, конечно же, видел, какое внимание ему оказывают.

— Знаешь, сколько нас тренируют перед тем, как выпускать за вуаль? — он так и не убрал свои пальцы от моих.

— Думаю, что долго, — я пыталась поддержать разговор. — Как вы добываете пропитание? Мясо, растительность… вы выходите за вуаль?

Он кивнул, и я тут же почувствовала острую несправедливость всего происходящего — земляне спокойно могли уходить наружу, добывать мясо, ловить рыбу в реках, в то время как остальные города должны были выживать за вуалью. Нам в Астралисе повезло — у нас была и широкая река, и множество озёр, и даже несколько лесов на территории, но я сомневалась, что так повезло всем.

— Да, поэтому нас и тренируют — для борьбы с нежитью. Стоит признать, единственная польза от возвращения драконов в том, что нежити стало намного меньше. Здесь в округе уже месяц крутился гаргант, но он ушёл сразу после того, как появились драконы.

Мужская ладонь тем не менее немного расслабилась — но большой палец начал медленно ласкать меня по внешней стороне кисти. И я, и сидящий напротив Рауль смотрели на это движение, при этом на его лице расплывалась всё более дерзкая улыбка.

— Как зовут вашего президента?

К сожалению, я не помнила имени того, с кем общался Вигорр в единственном воспоминании, которое показал мне Ворон.

— Мэйсон Кросс, — ответил Рауль. Его рука тем временем перевернула мою ладонь, а большой палец принялся медленно водить по внутренней стороне. — Вице-президент — Лукас Вейл, начальник безопасности — Матео Кастелланос, он родной брат Бруно, командира нашей разведгруппы. Эти люди, по большей части, и управляют городом.

Когда я открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, он внезапно перебил меня:

— Подожди. Почему мы разговариваем об этом? Я надеялся поговорить о тебе, о твоих взглядах на жизнь, о том, что ты любишь. Или ты могла бы спросить что-то обо мне, если тебе интересно. Ты не говоришь «нет», вам сейчас понадобится любая поддержка, и я для тебя — самый простой вариант.

Я ничего к нему не чувствовала.

— Я не сплю с незнакомцами сразу после встречи, — я не хотела терять столь ценного собеседника, поскольку надолго здесь всё равно не планировала оставаться, но и дать ему то, чего он хочет, я не могла. — Кроме того, весь твой интерес ко мне обусловлен тем, что я жена дракарра, хотя я удивлена, что ты не выбрал Анну.

Рауль улыбнулся ещё шире:

— Я слышал разговоры в машине, похоже, она всё ещё страдает по своему погибшему мужу, — спокойно ответил он. — И да, мой интерес к тебе связан именно с этим, но ты нравишься мне физически, и я не собираюсь делать вид, будто ты не привлекаешь меня сексуально. У нас здесь современные взгляды на жизнь, и я не предлагаю тебе чего-то серьёзного.

— Как я уже сказала, я не сплю с незнакомцами сразу после встречи, — ответила я мягко, забирая свою руку.

— Я мог бы сильно тебе помочь, но, похоже, остальные правы — вы и правда сильно отстали и, скорее всего, руководствуетесь некими религиозными представлениями. Я также думаю, что ваши мужчины далеко не так щепетильны, и, честно говоря, не понимаю, в чём проблема, если ты ненавидишь своего мужа. Разве что ты настолько зарылась в эту ненависть, что не способна испытывать человеческие эмоции. Девственность ты точно не бережёшь.

Я говорила, что ничего к нему не чувствовала?

Эти слова очень задели меня, противно вгрызлись в грудь — наверное, потому что я действительно начала ощущать, что в моей жизни ничего не осталось, кроме преследования цели, которая, возможно, была невыполнима. А может, так продолжалось уже много лет, и единственным, кто на какой-то период осветило моё унылое существование, был Таррен… Прежде чем вернуть меня в ту же самую темноту.

Поднимаясь и понимая, что разговор окончен, я посмотрела в сторону выхода — там стоял невероятно серьёзный Лойд и жестами просил меня выйти к нему.

А потом, осмотревшись, я прикусила губу.

— Денег местных у меня нет, — честно сказала я. — Но когда-нибудь будут.

— Это всего лишь шоколад, Фран, я не обеднею, — он посмотрел на меня так, будто я сморозила глупость, предлагая оплатить свою порцию.

— Всего хорошего, Рауль, — попрощалась я, приближаясь к Лойду, который смотрел мимо меня — на моего собеседника.

— У нас проблемы, — сказал он вместо приветствия и кивнул в сторону улицы, где сейчас было не так много людей.

Вообще-то это являлось здесь редкостью, почти везде бродили толпы — Доминион был перенаселён, и совсем скоро всем этим гражданам просто негде будет жить. Трудно поверить, что когда-то этот город уничтожили почти до основания, но сейчас, благодаря возможности свободно пересекать вуаль, у них не оставалось никаких ограничений для роста популяции, кроме свободного пространства.

— Что случилось?

— Альберт. Он слишком сблизился с этой девушкой, Кайлин, всего за несколько дней. Достаточно того, что он случайно проговорится, что ты была фавориткой, и тогда все узнают о твоей связи с Тарреном, и конечно же, о том, что ты нашла его, что ты… помогла ему.

— Они ничего не знают, Лойд. Не знают, почему появляются печати…

— И не знают, что не все дракарры были бессмертными, — закончил за меня Лойд. — Я думаю, есть серьёзная причина, по которой они скрывают это, не так ли, Фран?

Его голос стал куда более жёстким. Я же посмотрела высоко в небо, надеясь, что где-то далеко-далеко, в безопасности, летает мой маленький Ворон.

— Ты собираешься рассказать мне, в чём твой план?! Ты шла сюда специально, не просто так, я достаточно хорошо выучил тебя. Или ты мне не доверяешь?

— Если кто-то узнает, Лойд, нас просто запрут в тюрьме. Мы здесь полностью в их власти, и они отнеслись к нам неплохо.

— Я никому не расскажу, Фран, даже нашим, пока ты не посчитаешь это безопасным. Ты спасла мою жизнь… — он не упрашивал, скорее, приказывал, как командир.

Я же осмотрелась, убеждаясь, что никто нас не слышит. Целесте я полностью отключила ещё три дня назад, боясь, что она перехватит контроль в любой момент, хотя она и не видела всех тех видений, воспоминаний Исабо… Но она, скорее всего, могла догадаться, в чём заключается мой замысел.

— Когда я соединилась с Вороном, я увидела воспоминания о Вигорре, когда он был ещё смертен. Президент Доминиона, или же всех землян, предложил ему бессмертие, предложил ему Око. Эта технология, преобразователь вязи, распределяет её, а в обмен драконы будут защищать землян от нежити, держать дороги пустыми.

— И если ты уничтожишь преобразователь?.. — он дождался моего кивка. — Что случится тогда, Фран?

— Дракарры станут смертными, печати исчезнут. Все технологии землян перестанут работать, и, скорее всего… вуаль тоже падёт.

— Запуская нежить во все города?!