Глава 28. Гостеприимство землян

2 недели спустя.

Фран

— Знаешь, таких мужчин, как ты… Здесь сейчас нет, просто не бывает. Почти все они хотят отношений без обязательств, говорят, что наша жизнь коротка и о семье пока не стоит даже задумываться — вряд ли правительство её разрешит, — нежно говорила Кайлин Альберту.

Говорила она не слишком-то тихо, мы слышали их почти отовсюду, а приходила она к нам теперь каждый день. Девушка была даже моложе Альберта, из какого-то удалённого района Доминиона, и как они познакомились, я понятия не имела. Зато видела, что чувства молодых людей за эти пару недель превратились в настоящее безумие.

— У нас все такие, и Ленор, и Лойд тоже, — отвечал ей Альберт, и разговор прерывался поцелуями. — У нас не приняты отношения без обязательств, как это делается здесь. Если я выживу, я обязательно женюсь на тебе…

Почему у нас настолько тонкие стены?!

Анна скривилась, показывая, как её достали сюсюканья этой парочки, но из квартиры уходить не собиралась — она вообще стала домоседкой, проводила время здесь, общаясь с Ленором, и отлучалась только на поиски работы. Ленор по-прежнему восстанавливался, но, насколько я знала, через неделю он тоже сможет выходить в город.

Мы с Лойдом официально тоже ходили искать работу — для этого здесь существовала специализированная служба, и мы почти сразу же оба выразили желание вступить в разведгруппу за вуаль, хотя я видела, что Лойд сомневался.

Никто не собирался оседать здесь, начиная новую жизнь. Лойд и вовсе мог в любой момент решиться на путешествие обратно в Астралис, со знаниями, которые и не снились предыдущим отрядам. Единственной причиной, по которой он оставался здесь, было его решение… помочь мне уничтожить преобразователь вязи.

Сначала, конечно, он посчитал мою идею безумной и опасной — для всех, но мне удалось убедить его, что вуаль — это не защита, а ловушка. Никто не мог пересекать её, кроме драконов и землян, мы все стали заложниками внутри. И мы не жили на головах друг у друга, как люди здесь, в Доминионе, только потому, что огромное количество людей и, наверняка, целых королевств погибло после появления вуали, оказавшись отрезано от ресурсов. Таким образом земляне — или дракарры — всегда будут контролировать города, и остальные останутся на их милости, кроме единственного дня в году, просчитанного до мелочей.

Я не думала, что Лойд был до конца со мной согласен, но единственный другой вариант — ничего не менять. Позволять всё новым печатям появляться, позволять драконам быть правителями неба, заводить всё больше потомков и жён, на силы которых тоже уходят чьи-то жизни.

— Он опять пришёл, — Лойд посмотрел сквозь глазок двери и увидел, судя по всему, Рауля. — Не знаю, какую силу ты над ним имеешь, но попробуй узнать больше, у нас не так много источников информации. И я не верю, что Альберт не проболтался Кайлин о твоём статусе, тебя в любой момент могут запереть за связь с Тарреном и начать допрашивать. У нас нет практически никаких зацепок…

На самом деле это было не совсем так — за две недели мы смогли выяснить расположение энергетического сектора, прошерстить библиотеку, узнать, где находятся входы в подземелья, которые сейчас оставались по большей части необитаемы, и даже получить свободный доступ к военным объектам у вуали, поскольку проходили тесты на знания и готовность там работать. Проверка могла занять ещё месяц, но мы уже ходили туда как к себе домой, правда, не дальше зданий приёмной комиссии.

— Я попытаюсь, — улыбнулась я, думая про себя о том, что пытаться мне и не нужно.

За меня это сделает Целесте.

***

У нас с Талирой существовал сигнал на отключение и включение Целесте, понятный без слов — три коротких звонка, именно так я деактивировала её, когда находилась в комнатах допроса. Именно к Талире я обратилась первой, понимая, что по-хорошему у меня и Лойда нет совершенно никаких козырей по сравнению с высокоразвитой группой землян.

Единственное, что шло нам сейчас в плюс, — это то, что правительство и люди расслабились, никто не пытался изменить порядок вещей много сотен лет. Они не догадываются, что я знаю о преобразователе вязи, и уж точно, как я надеялась, им не придёт в голову мысль, что я могла бы хотеть этот самый преобразователь уничтожить.

Жаль, они не водят к нему экскурсии…

Талира оказалась неожиданным кладезем информации и сразу же отметила тот факт, о котором я даже не задумывалась.

У каждой группы землян был свой собственный искусственный интеллект, но никакая другая Целесте не управляла Доминионом. А это значит, что, скорее всего, курс землян и их решения не поддерживались их собственными технологиями.

— Если у них был доступ к протоколу, который ты использовала, я удивлена, что они не применили его раньше и сами не стали дракаррами. Земляне уничтожили свою планету, и, судя по твоим словам, направление их развития здесь показалось искусственному интеллекту слишком агрессивным, потенциально деструктивным.

— Ты говоришь почти как Целесте, — усмехнулась я. — Откуда ты всё это знаешь?

— Я получила доступ к огромному пласту информации… Думаю, что первые колонизаторы тоже получили эти сведения при основании города, именно поэтому они были так успешны.

— И что ты думаешь?

— Нужно убедиться, что настройки Целесте направлены именно на долгосрочное выживание человеческой популяции на этой планете, тогда её решения смогут идти вразрез с тем, чего хочет правительство Доминиона. Нужно вновь повысить порог её уверенности, тогда она будет действовать более радикально, но это больший риск.

— Спасибо… Давай попробуем. Талира… почему ты помогаешь мне? — я не могла представить, как настолько занятая женщина может тратить столько времени на меня и мои эксперименты. К тому же она всегда была на связи.

— Я глубоко беременна, почти не могу ходить от усталости и этого огромного живота, так что ты моё единственное развлечение, — честно ответила девушка. — Ты не представляешь, что земляне натворили на моей планете, и, судя по всему, они точно так же нарушили баланс всего, чего только можно, на твоей. Кроме того, время у вас течёт по-другому… Чуть быстрее. Только… Фран?

— Да?

— Рано или поздно Целесте догадается, что ты постоянно меняешь её настройки под собственные нужды. Она перехватит контроль над твоим телом и больше не вступит в диалог.

***

Мир с Целесте наступил неожиданно быстро — достаточно было пары смен настроек и включений-отключений с помощью ключа обхода. Искусственный интеллект признала, что преобразователь вязи приведёт к разрушительным последствиям для планеты, поскольку эта энергия пронизывает всё живое. Что, если рано или поздно земляне научатся извлекать её из деревьев и почвы, а не только через печати?

Последнего Целесте, конечно, не произносила, она никогда не попыталась бы сама настраивать меня против землян и наверняка остановила бы любую попытку навредить им лично.

Зато её помощь оказалась по-настоящему неоценимой — как и всегда. Она не только видела, слышала и замечала больше остальных, но и могла воздействовать на людей, подбирая именно те слова, которые они хотели услышать.

— Ты задумчива сегодня, — произнёс Рауль, не отрывая от меня взгляда.

— Просто думаю о том, что смысла находиться здесь нет. Какая разница, жить здесь или в Астралисе… Наверное, нам с Лойдом нужно возвращаться, — отвечала вместо меня Целесте, даже не притрагиваясь к чашечке кофе и кусочку шоколада. — Там, по крайней мере, у меня есть успешная работа.

Недавно она объяснила мне, что каждое её действие в общении с Раулем имеет смысл. По его реакциям легко можно было изучить, чего именно он ожидал, и действовать соответственно — подыгрывая его ожиданиям или, наоборот, разрушая их. Она также говорила, что её поведение не слишком отличается от моего, она использовала точно такие же короткие ответы или попросту молчала, но…

На самом деле Целесте обладала куда большим контролем, она не умела злиться, радоваться или вообще чувствовать эмоции вообще.

Вот и сейчас Рауль сразу же нахмурился. Несмотря на то, что он знал меня всего ничего, ему явно не нравилось, что я совершенно не рассматриваю его в качестве любовника, а вместо этого думаю о другом. И я не скрывала своих настоящих чувств и желаний, не пытаясь смягчить ответ.

— Ты и здесь найдёшь работу, — ответил он почти раздражённо. — Бруно рассказал мне, что вы прошли базовые тесты, причём с отличием. Вы готовы к встрече с девятью разными видами нежити и нормально оцениваете свои шансы, хотя ваша психологическая устойчивость оставляет желать лучшего, да и физическая подготовка сильно отстаёт от нашей.

В этот момент я подумала о том, что все они не шли ни в какое сравнение с Лойдом — тем Лойдом, который когда-то покинул Астралис, а не его нынешней тощей копией. И Целесте почему-то решила озвучить эту мысль, несмотря на то, что не могла читать мои мысли:

— Ты не знаешь, каким был Лойд до того, как его почти сгнобили в тюрьме, — ответила Целесте в моём облике. — Он был сильнее вас, намного, и быстрее, и ему не требовались все эти технологии, чтобы сражаться с нечистью. И его физическая сила — это даже не половина всех его достоинств.

Рауль, услышав это, блеснул глазами, будто не верил, что я на самом деле это произношу.

— Ты влюблена в него? Ты вообще слышишь себя?

— А что, для того чтобы восхищаться человеком, нужно обязательно быть в него влюблённой или хотеть его? Ты понятия не имеешь, через какие ситуации Лойд протащил нас, через сколько конфликтов, через сколько смертей.

— А я? Ты восхищаешься мной хотя бы наполовину так же?

— Почему тебя это интересует? — Целесте наконец-то отпила из кружки кофе, но к шоколадке даже не притронулась. И это почему-то очень задевало Рауля, который постоянно ждал, что я попрошу о чём-то большем. — В тот первый день ты сказал, что твой интерес ко мне связан только с тем, что я жена дракарра, так какое тебе дело до того, восхищаюсь я тобой или нет?

Этот прямой вопрос зацепил что-то внутри Рауля. Он наклонился, не сводя с меня тёмных, почти чёрных глаз.

— Ты права, я сам не знаю, зачем это делаю. И сегодня не собирался приходить, и позавчера, но, видимо, твой отказ сильно ранит моё эго и заставляет пробовать вновь и вновь. Ты отказала мне, но при этом продолжаешь со мной общаться, и это сводит меня с ума, мне кажется, всё это — твоя жестокая игра.

Сама я ни за что не продолжила бы с ним общаться именно потому, что верила, что это даёт ложные надежды. И его открытое предложение мне не было интересно, даже в качестве эксперимента.

— Чего ты хочешь? Хочешь, я организую для вас встречу с Бруно? Он может взять вас в пробный выезд за вуаль, тогда у вас появится шанс проявить себя и доказать, что вам не нужны годы на то, чтобы получить разрешение. Зарплата участников разведгруппы очень высока, и вам понравится жить здесь, поверь, деньги многое меняют.

«Начальник безопасности — Матео Кастелланос, он родной брат Бруно, командира нашей разведгруппы», — промелькнуло у меня в голове.

Целесте только хмыкнула моими губами.

— И зачем это тебе?

Хорошо, что Целесте не умеет показывать эмоции. Точнее, она показывает только то, что хочет показать.

— Не знаю, может, хочу, чтобы ты и мной восхищалась? Ты ведь толком не видела, на что я способен, — заговорщически произнёс Рауль.

— А если я скажу, что всё равно не заинтересована в твоём предложении? Я не могу относиться к сексу так же спокойно, как это делаете вы, и не умею без чувств и доверия.

Видимо, Целесте хорошо меня изучила — её ответы в точности отражали мои собственные мысли.

— Как же это бесит… — Он говорил негромко, но раздражённо. — Никому ваше воздержание здесь не сдалось, вы просто обманываете самих себя. И чувства… не думаешь же ты, что я способен влюбиться в тебя, тем более так быстро?

Целесте ничего не ответила — просто поднялась, поблагодарила за кофе и за нетронутую шоколадку и вышла, не прощаясь. Рауль каждый раз выходил из себя от этой консервативности, но, видимо, она была достаточно необычной, чтобы удерживать его на крючке.

Вернувшись домой в тот день, я сказала Лойду, что у нас появился шанс подобраться к Бруно.

***

Бруно был неразговорчив, но в вылазку нас действительно включил. Едва оказавшись за вуалью, я сразу же задрала голову к небу, высматривая драконов, если они здесь ожидались.

Никого…

Ворона, к счастью, тоже не было видно, я не знала, какого размера он достиг к этому моменту, но надеялась, что он в безопасности. Я ощутила нити энергии, рванувшие от меня к нему, куда-то высоко в высь, и поняла, что он приближается… Пришлось приложить все силы, чтобы ментально оттолкнуть его.

Не знаю, сработало ли это, но чувство чужого приближения ушло. Так лучше, я не хочу, чтобы ему навредили.

— Если на нас нападут драконы или опасная нежить, вы не сможете просто скрыться за вуалью, как мы это делаем, — недовольно произнёс Бруно.

— Это наши проблемы, не так ли? — ответил Лойд. — Мы рискуем собственной жизнью и полностью это осознаём. Кроме того, ваша техника тоже пострадает.

Интересно, что неодушевлённые предметы мы проносили сквозь вуаль без всяких проблем, как и земляне, но с их боевым автомобилем возникло столько мороки. Скорее всего, дело в том, что он тоже работал на вязи, а не на обычных источниках энергии, просто простым людям об этом не говорили.

Рауль недовольно фыркнул, услышав слова Лойда, следя за моей реакцией. Но, не дождавшись её, он двинулся дальше, зато остальные новички провожали нас по-настоящему враждебными взглядами.

Они пытались пробиться сюда больше года, в то время как нас с Лойдом включили в группу просто так, через две недели после прибытия в город, основываясь лишь на прошлом опыте. Мы не казались им крепче или быстрее, поэтому новенькие считали, что мы оказались здесь исключительно благодаря удачному знакомству.

Так и было — благодаря знакомству с Раулем.

— Какие здесь могут встретиться представители нежити? — громко спросил Бруно, напоминая учителя на уроке.

— Скребуны и древники, — ответили несколько новеньких самый очевидный вариант.

— Никакие, — спокойно отозвался Лойд, вновь заработав этим кратким ответом враждебные взгляды.

— Господин Лойд Рассел, конечно же, захочет объяснить нам, почему он так думает? — подал голос один из участников разведгруппы, которого, кажется, звали Барис.

— Нежить не любит вуаль и почти никогда не появляется непосредственно около неё, — спокойно, почти доброжелательно ответил Лойд, никак не реагируя на то, насколько все недовольны нашим присутствием.

— Так и есть, — подтвердил Бруно. — Увидим, на что вы способны… Извините, я должен ответить.

В его руках зажужжала рация, куда более современная и тонкая по сравнению с той, что сейчас лежала в моей комнате, и он отошёл в сторону.

— Следуй за ним, — произнесла Целесте в моей голове. — Поддерживай дистанцию не менее пятидесяти метров и не сокращай её слишком быстро. Твои действия должны выглядеть как обычный осмотр местности.