Глава 19. Неожиданная забота

В зал барон вернулся удивительно быстро (что такое полтора часа для нормальной сэмры, да ещё со столь запущенным нижним?) и мрачным. Конечно, по маске практически нереально судить о состоянии человека, и движения барона не выдавали его излишней резкостью или суетливостью, но для Морта тяжесть злости хозяина казалась почти осязаемой. Интересно, как парень умудрился настолько его достать? Вроде же тихий и смирный.

Вопреки ожиданию, Алиран не направился на выход, а подозвал одного из служащих. После короткого разговора оба мужчины снова покинули общий зал, и вернулся хозяин примерно через полчаса немного успокоенным. Но в том и дело, что немного. А парни ещё развлекаются — привыкли, что барон меньше трёх часов на сэмру не тратит, расслабились. Будь он в умиротворённом состоянии, как обычно, и всё бы обошлось, но сегодня… Морт тяжело вздохнул: то, что пришло в голову, совершенно точно вылезет ему боком. Хорошо, если не задом, но слову хозяина он давно верил безоговорочно.

Не став выжидать обычной минуты после ухода барона — никто же не страхует, а за воспитанника и господина Зарон кишки вытянет, — Морт поднялся и поспешил следом. Хозяин только один раз оглянулся, не увидел остальных охранников и недовольно нахмурился. Всё время, пока шли до гостиницы, его тяжёлое, постепенно накапливающееся раздражение давило, обволакивало плотным коконом, в то же время подгоняя шевелить ногами и заставляя внимательнее отслеживать окружение.

Про Зарона он не преувеличивал ничуть: хоть они и почти сдружились за прошедшие полгода, хоть ему и позволено при обращении к свободному не говорить «господин» всякий раз, но не дай боги прозевать что опасное для барона, как и статус вспомнится, и воспитательные меры познает на себе в полную силу. А силы у командира охраны навалом — Морт, когда обучил того кое-каким приёмам, вообще почти перестал выигрывать в тренировочных схватках. Впрочем, не в наказании дело. В хозяине.

До гостиницы дошли быстро. А там, в комнате, которую он, по устоявшейся привычке, всегда делил с господином, Морт вздохнул, как перед прыжком в ледяную воду, и словно невзначай, несколько игриво даже, бросил:

— Хозяин, вы прям сегодня в ударе. Аж двоих нижних оприходовали! И как оно, чувствуете себя полностью удовлетворённым?

Упал он, где стоял — возле барона, которому как раз помогал раздеться. А тот нависал угрожающей скалой и зло шипел:

— Как смеешшшь, раааб…

Скрутило болью так, что долго Морт не выдержал, хоть и настраивался перетерпеть, дать господину выплеснуться. Это он привычный, а если парням влетит? Им и так предстоит разнос, но хоть без серьёзных последствий. Хорошие мысли, благородные, вот только он никогда благородным не был. А через несколько секунд всё стало неважным, кроме разрывающей тело, сверлящей, грызущей и боги знает ещё какой боли — Морт не сдержался и тихо взвыл. И боль тут же как отрезало.

Тело тряслось и совершенно не хотело слушаться, но заботливые руки легко подняли его и уложили на кровать. От ошейника пошла волна приятного тепла, успокаивающего, расслабляющего, а перина прогнулась под тяжестью второго тела.

— Ну и какого ты меня спровоцировал?

Разлепив сухие губы, Морт облизнул их.

— Вам надо было, хозяин. Я крепкий…

— Угу, вижу. Никак охрану защищал?

Ничего-то от барона не скрыть.

— Простите, хозяин.

— Вот Бездна! Да я что, по-твоему, зверь какой?! — потом недолгое молчание и тяжёлый вздох. — Впрочем, да, зверь… Морт… ты прости, не знаю, что нашло, не сдержался.

— Не надо, хозяин. Я ведь ваш, для этого в том числе.

— Нет, не для этого, Морт. И оприходовал, как ты выразился, я только одного, последнего. Того мальчика только вывел из падения, он почти не соображал ничего.

Как всё же сложно с этими благородными. Ну отключился нижний от избытка впечатлений, и что? Оставаться неудовлетворённым из-за такой ерунды Морт бы точно не стал — бывало, Ная затрахивал так, что тот в пространстве терялся, а он с удовольствием ещё раз входил в расслабленное отверстие. Наоборот, в этом своё, изысканное удовольствие — так получалось войти особенно глубоко, а сколь угодно грубые движения не несли практически никакого вреда. И мозги потом не переклинивает.

Какое-то время они снова провели в тишине, потом, когда последствия наказания окончательно растворились, господин ушёл мыться, велев после и ему расслабиться в ванне. И, уже засыпая, пробормотал тихо, но Морт услышал:

— Защитник… Всё равно от нарушения дисциплины им не отвертеться.

И не отвертелись. Даже не пытались оправдываться. Стояли перед хмурым бароном, как нашкодившие щенки — вжав головы в плечи. Если бы хвосты были, точно между ног зажали. И наказание своё получили: лишение права выезда из замка на месяц. Переживут, хоть и мало приятного. Весь следующий день прошёл в пути, а вечером к барону начала возвращаться недавняя хмурая раздражительность. Посмотрев на это дело, Морт покачал головой и пошёл в их с Наем комнаты.

Нижний встретил суетливо, помогал раздеться, заглядывал в глаза… Клетка на члене на пару дней поистине творит чудеса! А то без таких профилактических встрясок мальчик начинает чудить. Порол Морт его тоже регулярно, как и велел хозяин, но эффекты разные. Шлёпнув Ная по заднице, убрал шаловливые пальцы от себя подальше и продолжил раздеваться уже сам. Умоляющая мордашка нисколько его не разжалобила.

— Я сам. А ты иди, и очень быстро готовься. Почистись, если не успел ещё, смажься слегка, но не вздумай растягиваться.

Серые глаза загорелись предвкушением: Морт, с его размерами, предпочитал мальчика хорошенько раскрытым, и Най это уже прекрасно выучил. И то, что, когда Верхний желает позаботиться о нём сам, тоже предупреждает заранее.

— Хозяин хочет меня?

Быть нижним раба — не предел мечтаний честолюбивого мальчишки, и тот готов был ухватиться за любую возможность вернуть расположение господина. Одного Най не понимал: такие, как он, хозяину не нужны, скучно ему. Как бы ещё не огрести за эту самодеятельность, но менять решение Морт не собирался. Криво усмехнувшись, подтянул нижнего к себе, вплёл пальцы в волосы, жёстко поцеловал.

— Нет, но сегодня ты сделаешь всё, чтобы он захотел тебя трахнуть. И тогда, может быть, у меня получится уговорить его исполнить твою давнюю мечту.

Скулы мальчика вспыхнули румянцем, дыхание участилось, но почти тут же он мучительно застонал. Клетка.

— Вееерхний… пожалуйста…

Снять или заставить ещё пострадать? Ладно, и так двое суток промучился. Развязав верёвку домашних штанов, Морт быстро снял почти невесомую конструкцию и нежно провёл ладонью по горячему аккуратному члену. Най развратно облизнулся, но он сжал ладонь, вырвав удивлённо-обиженный вскрик.

— Подведёшь меня и вспомнишь, что бывает, когда я сильно расстроен.

Най ощутимо вздрогнул, опустил глаза и быстро замотал головой.

— Я не подведу, Верхний! Можно идти?

В общем и целом нижний его вполне устраивал, а мелкие провокации скорее забавляли, чем сердили, но и у его терпения свои пределы. Он сорвался лишь раз, но мальчишка его тогда действительно взбесил. К Наю было много подходов, но самым жестоким и вызывающим почти ужас наказанием оказалась порка ануса и гениталий. Даже для него самого это вполне серьёзное наказание, что уж говорить про остальных, не испытывающих такой потребности в боли. Нижний после этого пару дней ходил враскоряку, потому что пользоваться восстановителем Морт ему запретил. Зато потом хватало одного упоминания, чтобы говнистый поганец в один момент превращался в образцового мальчика.

А ещё милый, развратный Най мечтал, чтобы его однажды натянули на два члена сразу. Краснел, когда озвучивал желание, боялся и облизывал пересохшие от волнения губы. И кончал с рукой в заднице, всунутой почти по локоть, но… Секс с двумя Верхними, вот чего он страстно хотел.

Как отнесётся Алиран к этой затее, Морт не знал, да и не трогал тот раба с тех пор как отдал. Традиционные утренние минеты не в счёт. Но если удастся помочь хозяину расслабиться, может что и выгорит из просьбы. А вот в случае неудачи, придётся пережить немало неприятных минут, а то и часов. Расчёт был только на то, что хозяин поддастся внезапности, порыву, и не станет прерывать незапланированную, но уже начавшуюся без его ведома сэмру.

К моменту, когда чистый, с сияющими глазами Най вернулся — снова в одних только штанах, — он подготовил всё необходимое. Придирчиво осмотрел своего мальчика и хмыкнул:

— Ты выглядишь слишком довольным, малыш. Наша игра этого не предусматривает. Запоминай: ты — пленник. Достаточно невинный, чтобы бояться секса, но достаточно умный, чтобы понимать опасность сопротивления. Однако бежать пытался, и за это был наказан. А сегодня вечером ты — главное развлечение для эрре отряда, о котором ходят слухи, что он очень жесток с любовниками. Давай, в коленно-локтевую, будем помогать тебе с нужным настроем.

С последними словами он протянул руку и взял с кровати ремень — достаточно узкий, чтобы следы вспухли живописными полосами и напоминали о себе при каждом движении. В серых глазах медленно разгорался страх, кадык судорожно дёрнулся, а нижний повалился как подкошенный и напряжённо замер. Морт не собирался усердствовать, но для вхождения в атмосферу игры — самое то.

Ремень просвистел пять раз, раскрасив белую кожу. Потом, не разрешая Наю подняться, Морт сноровисто связал ему грубой верёвкой запястья за спиной (жаль, что он не может воспользоваться возможностями ракса, но такое попросту невозможно: чтобы раб официально владел кем-то ещё, а уж тем более — носил управляющий браслет), дёрнул за волосы, заставляя выпрямиться, и вставил крупный матерчатый кляп (комок простой тряпки, обвязанный верёвкой) в послушно открытый рот. Закончив, с силой толкнул парня, и тот беспомощно завалился набок.

— Настраивайся. Когда вернусь, я должен видеть перед собой запуганного дрожащего пленника, готового сделать всё, чтобы выжить. И страх. Он должен быть настоящим, чтобы хозяин поверил, — на вопросительный взгляд Морт приподнял бровь. — Задействуй воображение. Вспомни одну из сэмр со мной и представь, что будет, если хозяин захочет что-нибудь опробовать на тебе. А он может — настроение соответствующее.

Удовлетворившись теперь уже неподдельным страхом в расширившихся глазах нижнего, он улыбнулся и направился в ванную, захватив чистую, но походную одежду — теперь его очередь приводить себя в порядок. Быстро вымывшись и одевшись, Морт удовлетворённо оглядел себя в зеркале — воин и воин: плотные штаны с ремнём и кинжалом в ножнах на нём, рубашка, куртка, всё неприметного, серо-зелёного цвета. Поколебавшись, сапоги тоже одел уличные — соблюдать условия игры, так соблюдать.

Из ванной вышел суровый воин, окончательно вжившийся в роль, и направился к сжавшемуся на полу пленнику. Глаза того покраснели и блестели от непролитых слёз, тело сотрясала мелкая дрожь. Морт несильно толкнул его в грудь носком сапога, заставляя развернуться, и слегка придавил, чтобы спина соприкоснулась с полом. Парень тихонько застонал.

— Ну и чего ты хотел добиться этой глупой попыткой бегства? — пленник лишь промычал в ответ. — Вот именно. Радуйся, что цел остался: всего-то несколько ударов за отбитые яйца — это ни о чём. Впрочем, привлечь внимание к своей девственной попке тебе удалось. Можешь радоваться — первый член, с которым она познакомится, принадлежит благородному арасу. Тебе ещё повезло, что оказался нижним. А если очень хорошо поработаешь, возможно, эрре захочет взять тебя себе, не позволив пустить по кругу меж остальными воинами, так что, если не хочешь стать отрядной подстилкой, старайся, тварёныш. Я бы и сам с удовольствием отымел твою узкую задницу, но целочки — прерогатива араса.

Мальчишка под ногой дёрнулся, но тут же испуганно затих, смотря огромными и потемневшими от страха глазами. У Морта от открывшейся картины в штанах почти сразу встало, но это всё не для него. Подхватив пленника подмышки и придерживая за волосы, дёрнул, поднимая, подвёл к двери и вывел в коридор. Дверь хозяина оказалась перед носом слишком быстро. Глубоко вздохнув, он тряхнул головой и решительно постучался.

Выждав несколько секунд, толкнул дверь, перехватывая мальчика за запястья, поднимая их вверх и выкручивая руки, заставляя согнуться от боли. Войдя в гостиную и закрыв дверь ногой, неожиданно натолкнулся на недоумевающий взгляд барона. Тот тоже успел принять ванну, хотя, по времени, скорее душ, и сидел в домашних штанах и полурасстёгнутой рубашке, развалившись в кресле и покатывая меж пальцами бокал с красным вином. Идеально. Молясь про себя всем богам, чтобы хозяин не прогнал, а включился в игру, Морт слегка развязно улыбнулся.

— Вот, эрре, посмотрите, кого я вам привёл: мальчишка из захваченных сегодня, хорошенький, нижний, да ещё и невинным оказался.

Долгую минуту хозяин смотрел внимательно, но отстранённо, словно размышляя, но потом расслабился, медленно пригубил из бокала и даже мимолётно улыбнулся.

— И зачем ты его мне привёл? Раз вы уже выяснили, что он был целкой?

Морт почти незаметно облегчённо выдохнул — получилось заинтересовать!

— Он ей и остался, эрре. Слишком сопротивлялся и плакал, когда парни пытались с ним позабавиться. Спросили, ради шутки, оказалось — девственник. Зовут Най.

— Мне плевать, как его там зовут. Пока будет сладкой попкой.

Барон отставил бокал и плавно поднялся, двинувшись к ним. Морт ещё сильнее вывернул нижнему руки, одновременно потянув за волосы назад, и тот упал на колени, а потом, получив тычок в спину, согнулся, уткнувшись лбом в пол. Пока всё, что задумывалось, шло более чем хорошо: при виде исполосованной спины глаза хозяина одобрительно вспыхнули, а на губах вновь заиграла улыбка.

— За что?

— Попытался удрать. Врезал Стику по яйцам.

— Ммм… Смелый? Или глупый? — подчиняясь требовательному взгляду, Морт снова заставил Ная выпрямиться на коленях. Подбородок у парня дрожал, по щекам бежали первые слёзы. Хорошо играет, стервец, талантливо. Пальцы барона захватили довольно длинную чёлку, оттянули голову назад, запрокидывая, заставляя выставить трогательно беззащитное горло. Второй рукой он медленно вытянул кляп и нижний поспешно облизнул сухие губы. — Мне тоже будешь сопротивляться? Давай, иногда обламывать непокорных интересно.

— Не буду, господин, пожалуйста, не надо меня ломать! Я подчинюсь.

— Не тебе решать, сладкая попка. И заткнись, — свободной рукой барон неспешно расстегнул пуговки на ширинке и вытащил полувозбуждённый член, — лучше займи рот чем-нибудь полезным, — поводив головкой по приоткрытым губам, хозяин на мгновение замер и зажал подбородок мальчика пальцами, побуждая открыть рот. — Но смотри, вздумаешь использовать зубы — выбью. А теперь высунь язык.

Най играл девственника очень убедительно: дрожал, краснел, фонтанировал страхом, и не смел ослушаться. Какое-то время стремительно увеличивающийся член просто скользил по влажному розовому языку, заходя совсем неглубоко, но скоро это развлечение барону наскучило: он резко подался вперёд, почти уткнув нижнего носом себе в лобок. Парень содрогнулся, отчаянно взвыв, попытался отодвинуться, но куда там.

Дождавшись, когда лицо мальчишки начнёт краснеть, хозяин отпустил его, позволив отдышаться. С улыбкой наблюдая, как тот кашляет, делает судорожные вздохи и слизывает тягучие дорожки слюны с уголков рта. Сам Морт уже давно дрочил на это зрелище, наглаживая болезненно возбуждённый член через штаны. И мучительно надеялся, что хозяин позволит и ему получить разрядку. Всякое может статься. А там уже можно будет решить, насколько тот готов идти навстречу. Несмотря на обещание Наю, просто так, сходу предлагать разделить нижнего на двоих он не собирался — нужен подходящий момент и соответствующее настроение. Господина, разумеется.

Барон тем временем жёстко нажал на места соединения челюстей, заставляя Ная снова открыть рот, собрав губы в трубочку, и повозил влажной головкой тому по подбородку, носу, скользнул несколько раз неглубоко в рот.

— А теперь давай, хорошенько поработай язычком и губами.

Най поспешно высунул язык и лизнул приоткрытую дырочку. Он уже было примерился начать облизывать ствол, как хозяин отдёрнул его голову, оглянулся, а потом пошёл к креслу, таща следом нижнего, за волосы. Тот тихонько скулил, но послушно перебирал коленками. А Алиран плюхнулся в кресло, развернув его под углом к столу, раскинул ноги, ткнул парня носом себе в пах и удовлетворённо выдохнул.

— Вот так определённо лучше. Ну же, начинай.

И Най начал. Стоять и спокойно смотреть, как он самозабвенно вылизывает чужой прочный стояк, как, направляемый властной рукой, периодически заглатывает его до самого корня, было решительно невозможно. Умоляюще глянув на господина, Морт получил понимающую усмешку и едва заметный согласный кивок. От души отлегло. Скинув куртку, он тихо подошёл к столу, оперся о край задом, быстро расстегнул пуговицы и выпустил наконец член на волю. Наблюдая за мерно движущейся светлой макушкой, за плавно сокращающимися мышцами спины, от чего казалось, что полосы на коже двигаются в неизвестном, но завораживающем ритме, за обтянутой тонкими штанами соблазнительной задницей, он медленно водил рукой по возбуждённой плоти — хотелось как можно дольше растянуть удовольствие.

Он не знал, что захочет хозяин. Может быть, кончит мальчишке в рот и прогонит, а может, возжелает таки опробовать узкую задницу — сымитировать девственность можно только не подготовив нижнего, чтобы потом овладеть грубо, возможно, даже навредив, как бывает при настоящем насилии. Ха, да если его жестоко оттрахают, Най только возрадуется — маленькое, извращённое существо, обожающее грубые соития.

Долго гадать не пришлось: вволю напользовав рот нижнего, но так и не кончив в него, барон оттолкнул от себя мальчишку, встал и подхватил того за плечо, поднимая следом. Обошёл кресло и швырнул Ная на его спинку — не слишком высокую, как раз до уровня яиц и доставала. Прижал за поясницу и резко вставил палец в слегка смазанную дырку. Судя по жалобному скулежу, даже несколько раз резко провернул его, или покачал, разминая края.

— Значит, девственник? Сейчас проверим.

Взгляд хозяина снова требовательно вонзился в Морта и тот знал, что делать. Метнуться к небольшой тумбочке у стены, взять небольшой флакончик со смазкой, открыть его и налить немного в подставленную ладонь — дело нескольких мгновений. Получить благодарный кивок, краем глаза увидеть, как господин распределяет средство по члену, приставляет блестящую головку к узкому входу и рывком, сильно, входит до упора. Най тонко взвыл и вскрикивал потом на каждом толчке. С шипением выпустив воздух, Морт крепче сжал член, а господин насмешливо протянул:

— Действительно, целочка, узенький, горячий… И громкий. Морт, не стой без дела, заткни уже этот милый ротик, пусть пользу приносит.

Приказ не оставлял сомнений, чем заткнуть, и Морт с удовольствием пристроился спереди, погрузив наконец член во влажное, несущее удовольствие тепло. Ситуация до приятной дрожи напомнила их редкие сэмры «на троих», когда они с господином вот так же пользовали нижнего. Только трахал его он один. А теперь роли сменились. Най же, как и раньше, мог только беспомощно стонать, нашпиленный на два члена.

Кончил он быстро — слишком сильным оказался накал эмоций, да и недавний стресс от наказания требовал выхода. Вжав лицо нижнего в себя, Морт выплёскивался в гостеприимный рот, чувствуя, как Най давится, но спешно глотает тёплую сперму своего Верхнего. А вот господин разрядки ещё не достиг. И пристально смотрел ему в лицо, ловя взгляд, быстро проясняющийся после испытанного оргазма.

— Продолжай.

Одно слово и Морт дёрнулся, понимающе, широко ухмыльнувшись. Господин хочет затрахать «целочку» до состояния полной невменяемости? Очень хорошо. Глядишь, и обещание выполнить появится возможность. Отодвинув от себя голову нижнего, дал ему возможность отдышаться, собрал с уголка рта немного вытекшей спермы и сунул палец в покорный рот. А потом уткнул носом в снова начавший возбуждаться член.

— Работай дальше, малыш, соси.

Най тихонько застонал, но послушно вобрал в себя плоть Верхнего. Барон в это же время немного сдвинулся, подался вперёд, вырывая довольный вскрик, и начал долбиться в найденную точку удовольствия, запустив одну руку под живот нижнему. Видимо, дрочил. Такого напора Най долго не выдержал, выгнулся, затрясся в оргазме, а потом обвис безвольной тряпочкой на кресле. Двое Верхних переглянулись, зеркально усмехнулись… и увеличили усилия, тараня с двух сторон почти бессознательного парня.

В этот раз хозяин не слишком сдерживался и через несколько секунд с довольным, шумным выдохом спустил в нижнего. Тот как раз почти пришёл в себя, и теперь снова постанывал — если продолжать трах после недавнего оргазма, ощущения не особо приятные, как правило. Но ни Морта, ни тем более барона этот момент особо не волновал. Дело раба — ублажать своих Верхних.

Стоило хозяину выйти из расслабленного отверстия, Морт сдёрнул мальчишку с кресла — надо дать Алирану возможность передохнуть. Сам он самоотверженно собирался дождаться, пока господин будет готов продолжать, но тот лишь хмыкнул.

— Ну что же ты? Теперь твоя очередь опробовать эту замечательную задницу. Как раз я её немного подрастянул, не навредишь мальчишке своим монстром.

Оценка его данных приятно грела, разрешение продолжать — ещё больше. Но и трахать нижнего, не получая нужной реакции, не хотелось. Подхватив с пола мальчика, уже опущенного перед этим на колени, Морт опрокинул его спиной поперёк стола, чтобы господину было хорошо видно происходящее. Тот расслабленно сидел в кресле, из так и не застёгнутой ширинки выглядывал опавший, но явно пока ещё оставшийся твёрдым член. Много времени на восстановление ему не понадобится, а уж Морт постарается, чтобы в светлых глазах вновь разгорелся огонь желания.

Раздвинув ноги без малейшего сопротивления со стороны нижнего, он наклонился, поцеловал мелко дрожащий живот, лизнул вялый член и заглотил его, начав активно сосать и ласкать языком. Най, и так лежащий дугой, поскольку никто не собирался развязывать ему руки, выгнулся сильнее и протяжно застонал. Морт провёл ладонями вверх, приласкал соски, а потом сильно выкрутил оба, заставив нижнего издать более пронзительные звуки.

Возбудился тот довольно быстро, так что Морт выпустил изо рта твёрдый член, тут же шлёпнувший по гладкому лобку, резко перевернул мальчика на живот и слегка развёл пальцами края покрасневшего ануса, в котором хлюпала сперма господина. Хорошо. Действительно растянут и смазка не нужна. Направив член в подготовленное отверстие, медленно, но неумолимо вдавился внутрь. Най снова заскулил — Морт действительно был очень не мелким.

Он двигался размеренно и неспешно, каждый раз входя до упора и почти выходя полностью, и, периодически кося глазом, видел, что господин быстро заводится от разыгранного представления, уже откровенно себе надрачивая. Рискнуть? Но барон подстегнул его решимость, поднявшись с кресла и встав достаточно близко. Сейчас.

Подхватив Ная поперёк груди и под живот, прижал к себе, развернулся вместе с ним, опираясь задом о стол, прошептал на ухо: «Согни ноги в коленях и подними». Тот хоть и плавал почти в оргазме, каждый раз умело отодвигаемом его Верхним, услышал приказ и тут же его исполнил, а Морт подхватил сначала одной, а потом и второй рукой под коленями, прижимая ещё теснее и одновременно раскрывая мальчика перед взглядом хозяина. Горло перехватило от волнения, но, глядя прямо в голубые глаза, он просипел:

— Эрре, быть может, присоединитесь?

На мгновение на лице барона промелькнуло удивление, но он тут же взял себя в руки.

— Уверен, что мальчик вынесет столько «любви» за раз?

— Не проверим, не узнаем. Но что-то мне подсказывает, он будет просто счастлив. Потом.

Хозяин хмыкнул, но уже шагнул вперёд, словно не в силах отказаться от столь заманчивого предложения. Да, расчёт себя оправдал. И Най будет доволен, и господин запомнит.

Дыхание слегка перехватило, когда чужие уверенные пальцы коснулись члена, попутно исследуя растяжимость раскрытого и заполненного входа. А затем нырнули внутрь, сначала надавили, даря необычную ласку, а потом отпрянули, и вокруг разом стало свободнее, стенки уже не облегали напряжённую плоть так сильно. Но ощущение пустоты долго не продлилось.

— Разведи ему ноги. Сильнее!

Морт повиновался, чувствуя, что бархатная, нежная кожа скользит вдоль его члена, и чем дальше она скользит, тем плотнее чувствуется давление окружающих стенок. Най откинул голову ему на плечо и закричал, а хозяин незамысловато прикрыл ему рот ладонью — не очень это приятно, когда в голос воют прямо возле уха. Движения другой руки, на наевском члене, он увидеть не мог, но почувствовал. Шевелиться теперь почти не получалось, зато хозяин работал за них обоих, сначала медленно, а потом всё быстрее вбиваясь в нижнего. И продолжал вбиваться, даже когда тот кончил, снова бессильно обвиснув в руках Морта.

Спастические волны, сотрясающие зажатое между ними тело, сделали своё дело: барон взвинтил темп, ещё и сжав оба их члена у основания, так что оба вскоре последовали за Наем, кончив практически одновременно. Хозяин тяжело дышал, навалившись на мальчика, и Морт едва держался под двойным весом, но вскоре стало значительно легче, а следом и давление с члена спало. Ткань штанов спереди уже промокла, придётся отдавать в стирку. Приподняв мальчика, Морт выскользнул из растраханной задницы, а барон тут же забрал у него нижнего и переложил на стол, давая возможность надеть штаны и застегнуться. Сам он уже привёл себя в относительный порядок.

Всё же хозяин им достался отличный, и как человек, и как Верхний — уложив Ная, он внимательно того осмотрел на предмет повреждений, но на первый взгляд всё было нормально. Потрепав мальчишку по волосам, барон сыто облизнулся. Однако во взгляде, переведённом на Морта, не было ни следа расслабленности, только задумчивое внимание.

— Неожиданно… И спасибо, Морт. Я запомню.

Несколько рубленых фраз сказали слишком многое. Морту только и оставалось почтительно поклониться. Главное, что у него получилось вернуть хозяину душевное равновесие, а с остальным тот и сам разберётся.

— Хозяин, мой долг — заботиться о вас.

— Да уж, забота от раба. Неожиданно, но очень приятно и своевременно. А теперь позаботься о своём нижнем, ему это нужно сейчас куда больше. И возьми переноску, там же, в тумбочке. На всякий случай. Крови вроде не было, но…

Уж ему не надо говорить о скрытых травмах. Что ж, каждый получил желаемое от внезапной сэмры, пора возвращаться к обычным ролям. Прижав руку к сердцу, Морт поклонился, забрал из тумбочки артефакт, сунув его в карман вновь надетой куртки, и подхватил практически бессознательного Ная на руки.