Глава 20. Пришёл

Рабы ушли, а я удовлетворённо и вместе с тем устало откинулся на спинку кресла. Думать совершенно не хотелось, но мозг моего желания не спрашивал. Что это было? Вчера, сегодня… С какого перепуга меня так переклинило на этом нижнем? Ну не получилось трахнуть, не потому, что не мог, а потому, что не захотел пользоваться таким его состоянием. И ведь чувствовал недоумение и лёгкое осуждение со стороны Морта. Будь я на его месте, тоже, наверное, удивлялся бы. Но я на своём. А вот в причинах неадекватного состояния разобраться надо бы.

Благо сейчас, после неожиданной выходки Морта, голова прояснилась и готова была выполнять привычные свои функции — думать. Вот ещё тоже, кадр — Морт. До сих пор стыдно, что так сорвался на нём, наказал совершенно незаслуженно, но если бы не он, боюсь даже представить, как прилетело бы остальной охране за тоже, в общем-то, не сильно большой косяк. А телохранитель продолжал делать всё, чтобы привести хозяина в адекватное состояние. Понимаю, с одной стороны — вполне шкурный интерес, но с другой — нянькой он точно быть не обязан.

Ладно, хватит себя пилить, жалеть и вообще заниматься всякой ерундой. Облажался? Да. Есть повод больше такого не допускать, не доводить себя до состояния неуравновешенности. А ещё лучше — в следующие выходные оттрахать нижнего до состояния бессознательности и успокоиться, что ничего особенного в нём нет. У меня просто был стресс, усиленный эмпатией и плачевным состоянием парня. Всё.

Пару раз мотнув головой, рывком встал и отправился спать — время позднее, душа успокоилась, тело тем более. А декада пролетит быстро. В том, что нижний придёт на встречу, небольшие сомнения тревожили, но я гнал их, убеждая себя: жертва, познавшая Палача, будет стремиться пусть не к нему самому, но к повторению ощущений, дать которые в состоянии только такой, особенный Верхний.

Именно потому я периодически всё же проводил сэмры с несчастными, преследовавшими меня в Риосте — знал, что, совсем исчезнув из их жизни, обреку на медленное и мучительное скатывание в падение. Как кто-то обрёк этого мальчика со странной кличкой «эй». Особенно одного из них — двое других вполне смогли бы сосуществовать с обычным, просто чуть более жёстким Верхним. Но при наличии в доступе Палача, выбор для них пока очевиден. И пусть ни один из троицы не вызывал желания сделать своим, решись они проситься ко мне насовсем — взял бы не раздумывая. На своих условиях, разумеется. Для меня это совершенно не проблема: трое нижних на самом деле не так и много, а мысль о наложниках посещала голову уже не раз.

Но вот последняя жертва, я чувствовал, подходила мне идеально. Наверное, поэтому и повело так. Судьба не судьба, а иметь это тело в постоянном доступе точно не откажусь. Может и пройдёт, вместе с эффектом новизны, но пока я собирался хорошо так поработать с мальчиком. Он мне ещё кое-что должным остался, и в следующий раз уже спрошу по полной. Принятое решение позволило успокоиться и наконец-то заснуть.

Декада прошла… деятельно. Как обычно, третий день был приёмным — любой житель принадлежавших мне деревень (четыре штуки по тридцать-сорок дворов, но всё же) мог прийти со своей проблемой или жалобой. Вот и заявились представители всех четырёх — звать господина в гости, на празднование Сна Земли (это когда сняты последние урожаи и земля отдыхает перед следующим сезоном). В замке, по понятным причинам особо не разгуляешься — нечего снижать боевой дух воинов, расхолаживать. Вот и оставались только деревни, расположенные дальше от границ, хоть и сам замок не прям на разделительной полосе стоит. Причём праздновать все собирались одновременно, и теперь просили обозначить, к кому приеду. А я, сделав задумчивое лицо, конкретно подвис.

Ведь жил себе эти полгода, жил, и даже не задумывался о таких обыденных вещах, как праздники, обязанности сюзерена и… вассала. Просто выполнял их, не задумываясь. А тут, как обухом по голове: ведь в начале весны, через почти три месяца, предстоит Бал Начала Года в королевском дворце — единственный, на который вне военного времени обязаны являться все аристократы, а конкретно — главы Родов, безо всякого напоминания и приглашений. И это он так называется, Бал, на самом же деле их предстоит целая череда в течение декады, а между делом всякие аудиенции, совещания и — если правитель возжелает — личные беседы. Мать моя женщина!

Мне много чего попутно вспомнилось, на что до этого просто не обращал внимания. И непривычный для Веры-землянки тёплый климат (сейчас середина третьего месяца осени, а на улице никаким снегом не пахнет, да и не бывает его здесь — два месяца зимы просто прохладно и дождливо, но и на субтропики не похоже). И некоторые обычаи, в числе которых подложить приехавшему на празднование господину понравившуюся ему девушку или юношу (и это не позор для деревенских, а благодать — семью временного любовника в этом году освобождали от уплаты подушного сбора). И что одновременно в поездке господин присматривается к деревенским парням, если надо обновить состав гарнизона (служба тоже для любого жителя благо — возможность заработать приличные деньги), а обновлять его надо — срок обязательной службы составляет восемь лет, и потом, если воин хочет вернуться к семье, никто не станет ему препятствовать.

А поскольку я точно помнил, что раньше Алиран не особо утруждал себя вниканием в дела принадлежащих ему деревень, решил это исправить. Задвинул посланцам, что в честь своего чудесного спасения в этом году постановляю отныне праздновать Сон Земли «всем миром», то есть собираться по очереди в какой-нибудь одной деревне. Дома, насколько я помнил, у всех добротные, просторные, не то что у крестьян из прошлого Земли, разместиться смогут. Меня, естественно принимать будут в доме Старшого, да и выбор на предмет кандидатов в постель получится богаче. А не выбирать нельзя — обидишь. Да мне и не сложно, просто сразу предупредил, чтоб девушек не собирали.

Посланцы обрадовались, но и озадачились тоже: это ж надо как-то с обязанностями определиться — кто за что отвечать будет. Ну да ничего, у них на это ещё две с лишним декады. А чтобы время не напрасно потратить, сказал, что заодно устрою общий сбор Старших — пусть попутно отчитываются: что за год произошло, какие убытки/прибыль получили, сколько привезут подушного сбора (сам сбор потом, но должен же я знать, чем казна пополнится?). Заодно со всей ситуацией подробно познакомлюсь.

С одной стороны, хорошо быть приграничным бароном: никого сверху, кроме короля, да и вассальный налог платить не надо. Но с другой, ту самую десятину, что должна бы отходить правителю, я обязан тратить на обеспечение безопасности своего участка границы, на зарплату воинам, вооружение, лошадей. Да и обеспечить пополнение своей казны — тоже сам, в случае чего никто помогать не будет.

Это деревенские у меня сознательные, платят исправно (хотя в этом ещё надо убедиться, а то что-то посланник одного из поселений, Масты, кажется, как-то нерадостно выглядит после известия об общем собрании), но вот, помнится, кто-то из родственников уже пару лет про свою обязанность отдавать мне десятину с доходов подзабыл. А ведь они за счёт этого и принадлежности Роду тоже от королевского налога освобождены! Хитрые какие. Надо напомнить, а то прошлый Алиран достаточно легкомысленно к этому относился.

Вот пройдёт праздник, сдадут мои крестьяне сбор, и можно будет проехаться с визитом по родственникам — тогда уж не смогут отбрехаться, что денег нет. Зима — время относительно спокойное, даже контрабандисты реже границу нарушают, за декаду-две разъездов ничего случиться не должно. Я теперь учёный: охраны возьму десяток, Морта и обязательно Брана с переноской, а второй десяток останется на усиление гарнизона и дозорных отрядов.

Так и прожил декаду, строя разные планы. В личном никаких заскоков больше не случалось, ну да я и не позволял организму почувствовать в чём-то нехватку. Слуг, готовых раздвинуть ноги перед бароном, предостаточно. А желания палача прекрасно реализовались в сэмре с Мортом. И Наем. Мелкий негодник после проведённого у меня вечера светился, что золотой, так что пришлось немного приструнить, напомнить, что означает быть моим нижним. Не по силам ему это, должен чётко понимать.

Так что, в общем и целом, к намеченной поездке я был собран и спокоен. Лишь на подходе к клубу разумом завладело какое-то предвкушение: ошибся я или нет? Придёт ли моя жертва, или переборет слабость? Но с чего бы ему это делать? После столь долгого-то, мучительного ожидания того, кто сможет подарить нужные ощущения.

В этот раз мы не слишком торопились: приходить рано и ждать, сбудутся мои опасения или нет, не хотелось. Если парень всё же не придёт, прождав его час, буду выглядеть дураком. А так, придя спустя полчаса после официально принятого времени ужина и посвятив ещё столько же лёгкой выпивке и еде, я с полным моральным правом могу выбрать кого-то другого. Если нижний хочет встречи, он уже должен быть в зале.

Представившись на входе — правило любого Клуба, — я тут же был сопровождён к свободному столику в глубине зала услужливым и улыбчивым подавальщиком. Не тем, что в прошлый раз. И столик был иной, вроде и в общем зале, но немного с краю, вдали от основного прохода и столпотворения. Рассмотреть светловолосую макушку в толпе посетителей, при полумраке, царящем в зале, не представлялось возможным. Да это и не понадобилось: принеся меню и уже заказанный коктейль (тот, освежающий, очень даже пришёлся по вкусу), мне сообщили, что один из клиентов просит разрешения присоединиться.

— Как он выглядит?

— Высокий, светло и длинноволосый, в серой маске. Откликается на имя Эй.

Нет, я, в общем-то, и не сомневался в личности «просителя», но мало ли? Согласно кивнув головой, погрузился в изучение меню, от чего меня оторвал знакомо-мягкий голос.

— Здравствуйте, господин Лир. Могу я присесть?

Посмотрев на гостя, с удовольствием прошёлся взглядом по крепкой фигуре. Правда, опять в этих грубых бедняцких штанах и простой рубашке.

— Разумеется. Надеюсь, вам не пришлось слишком долго ожидать меня?

— Нет, спасибо. Я здесь всего час.

Нормально — всего! Впрочем, я лишь кивнул.

— По-прежнему желаете, чтобы к вам обращались «эй»?

Нижний отвёл взгляд.

— Да, господин Лир. Мне… так проще, — что ж, дело его. — И ещё, можно попросить?

И где логика?

— Можно, конечно. Впредь, если возникает просьба, не надо спрашивать предварительно разрешения, если, конечно, я этого особо не оговорил. Так что вы хотели?

— Вот… пожалуйста, не могли бы вы обращаться ко мне на «ты», господин? Мне комфортнее, и настроиться помогает.

У всех свои заскоки, а мне не жалко.

— Договорились.

Я определился с заказом и, из вежливости, поскольку не сомневался, что, пробыв в Капризе столько времени, парень уже поел, спросил:

— Присоединишься ко мне?

— Эмм… Нет, спасибо, я не голоден.

Врёт! Нагло, и в то же время наивно. Я выпрямился и позволил злости отразиться в глазах.

— А если я спрошу у подавальщика, заказывал ли ты что-нибудь с момента прихода? Эй, одна из вещей, которые меня бесят, это попытки обмануть. С Палачами это не проходит, ты должен знать.

Парень опустил голову и даже как-то сгорбился.

— Простите, господин. Я не думал… Я не хочу есть, просто кусок в горло не лезет.

Кусок ему не лезет, а кое-что покрупнее как влезет? Но об этом я благоразумно промолчал, не собираясь отступаться в целом — волнение волнением, но сэмра и так стресс для организма, а уж на голодный желудок…

— Это неважно. Ты должен. Не хочу испытать сомнительное удовольствие выводить тебя из голодного обморока на фоне сильных эмоций. Итак, закажешь сам, или положишься на мой вкус?

— Мне всё равно, выбирайте.

— Есть что-то предпочтительное из еды, или, наоборот, нелюбимого?

— Рыбу не люблю, и не пью алкоголь.

Я хмыкнул. Положим, алкоголь я и сам бы ему не разрешил, да и вообще наедаться не собираюсь, так, только сосущее чувство в желудке угомонить.

— Учти, то, что я закажу, ты должен съесть.

— Да, хорошо.

Ну вот, теперь поем, и можно уже нормально сосредоточиться на мальчике. Подозвав подавальщика сделал заказ. Нижний только горестно вздохнул, когда услышал предназначавшееся ему. А по мне так совсем немного для нормального мужика. Себе я взял лёгкий овощной салат и порцию как раз таки рыбы, а для Эя — половинную порцию грибного протертого супа с кусочками птицы и поджаренный хлеб с маслом. Из напитков заказал сок из ассалии — фрукта, похожего на яблоко, — а себе повторил коктейль.

Ужин прошёл в молчании. Под моими периодическими взглядами Эй сначала неохотно, а под конец очень даже резво доел свою порцию и выпил сок, и теперь сидел, бросая на меня нетерпеливые взгляды из-под ресниц. Я посмеивался про себя и… не спешил. Сегодня хотелось насладиться обществом нижнего в полной мере, и не только за закрытыми дверями в известных ролях. Маленькое наказание для мальчика, а то счёт к нему уже скопился приличный. Отставив пустой бокал, уловил облегчённый вздох.

— Что ж, теперь нам осталось просмотреть твоё соглашение, убедиться, что я ничего не забыл, а ты всё нужное указал, и можем переходить в более уединённое место. Сейчас позову…

— Господин Лир… простите, но я в этот раз не заключал соглашения с клубом.

Вот так номер!

— То есть?

— Ну я подумал, раз иду к конкретному Верхнему, зачем посредники? Заключим между собой, я взял бумаги…

Под моим скептическим взглядом Эй потихоньку сдулся и замолчал. Мне что, ещё и основы безопасного поведения вдалбливать в светлую, но, похоже, напрочь тёмную голову? Что это? Наивность? Или привычка экономить, поскольку мне не придётся оплачивать выкуп соглашения клубу? А может, он так заботится о моём кошельке, считая, что это дорого? Да я вроде не похож на бедняка, даже не особо это скрываю.

— Эй, ты понимаешь, что в этом случае клуб не несет совершенно никакой ответственности за твоё состояние? Они будут лишь следить, чтобы клиент оставался жив, не более того. Ты к этому готов?

— Но… вы же Палач, вы говорили, что почувствуете, если что-то не так.

— Я — человек. И могу ошибиться, заиграться, вовремя не остановиться. Нельзя доверять безоглядно незнакомым тебе Верхним!

Парень упрямо сжал губы и отвернулся.

— Вы вытащили меня…

— Да, и был полностью сосредоточен на задаче. А теперь опасности нет, это расслабляет.

Не люблю, когда врут, но самому порой приходится. Как иначе донести до балбеса, что он сильно рискует? Пусть не жизнью, но душевным здоровьем точно. Тяжело вздохнув, протянул руку:

— Давай соглашение, просмотрю.

Всё те же два сиротливых листочка, свёрнутые в трубку, легли в ладонь. А, нет, кое-что изменилось. Добавились предпочтения: удушье, жёсткий секс (кто бы сомневался?), большие размеры (ну и где я ему возьму большой… хм… гур? Да-да, на местном — аналог русско-матерного, здесь тоже ругательство. Впрочем, имитаторы мне в руки), всевозможные ограничения подвижности. Ничего экстраординарного, а придушивать так я и сам люблю. Список запретов же остался прежним — публичные унижения, «грязные» практики, случка с животными и… и всё, собственно. И здесь мы полностью совпадаем.

Но что с остальным? И где останавливающее слово? Я в себе уверен, и парня в основном пугаю — специально. Ну нельзя быть таким доверчивым с незнакомыми, будь они хоть сто раз Палачами! Нижний только передёрнул плечами.

— С остальным — я готов попробовать что угодно. Да и разве стоп-слово вам нужно?

— Так, это не обсуждается. Оно нужно в первую очередь тебе, как и гарантия безопасности, — я поднял руку и щёлкнул пальцами, отслеживая боковым зрением, что подавальщик шустро двинулся в нашу сторону. — Сейчас ты его пропишешь в соглашении, мы поставим подписи, и отдадим на хранение местным служащим. Вы ведь можете предоставить такую услугу? — обратился я к уже подошедшему парню.

— Разумеется, господин Лир.

— Замечательно. Принесите самописку, пожалуйста, и счёт. Мне нужна самая оснащённая комната, скорее всего, до утра.

Служащий сделал большие глаза, а у Эя они загорелись предвкушением. Вскоре всё требуемое лежало передо мной, но счёт меня как-то смущал.

— Уважаемый, у вас точно в расчёты не закралось никакой ошибки? Для лучших комнат цена несколько странная, я бы сказал.

Парнишка сначала замялся, но ответил:

— Эээ, господин Лир, господин Суорн сказал, что, как особому клиенту, вам предоставлена скидка на все услуги.

— Не пойдёт. Передайте, пожалуйста, хозяину, что я привык платить за свои развлечения. Но, чтобы его не обижать, готов принять в качестве подарка бесплатное хранение нашего соглашения и наблюдающего, который будет следить за его соблюдением. И восстановитель — он должен быть готов, когда бы ни потребовалось.

Подавальщик поклонился:

— Я сейчас уточню.

Вернулся он быстро. Щёки горели, взгляд вилял. И чего Ластур в меня вцепился? Уже прознал, кто и что? Если б я ещё скрывался тщательно… Но на это не было ни желания, ни навыков, по правде.

— Простите, господин Лир, но стационаров у нас всего два и может так случиться, что оба будут заняты. Всё зависит же от обстоятельств. Может быть, вы согласитесь на переноску? Тогда артефакт всегда будет под рукой.

— Этот вариант меня тоже устроит, спасибо.

Парнишка выдохнул очень уж облегчённо. Потом Эй вписал требуемое слово — Атийяра (очень в тему — кого ещё просить о заступничестве, как не богиню милосердия?), мы поставили подписи и отдали листы провожатому. Даже не заметил, когда те перекочевали кому-то другому, но у дверей предоставленной нам комнаты его руки уже были пусты. Процедура передачи ключа повторилась, и нас наконец оставили одних.

Войдя в комнату, даже немного разочаровался: стандартный такой номер с огромной кроватью (спинки для разнообразия не кованные, а сплошные, деревянные, но кольца для фиксации вкручены) и креслом с небольшим столиком рядом, крестом, козлом, цепями и крюками, свисающими как по стенам, так и с потолка. И всё? Тут я заметил ещё две двери, в дальнем углу, на смежных стенах. Окинуть всё это взглядом хватило пары секунд.

— Эй, в центр комнаты, на колени, руки за спину.

Нижний тотчас же повиновался. Сэмра началась. Пусть постоит, настроится, а я исследую двери и то, что они скрывают. Немного посомневался, с какой начать, но потом потянул ручку той, что смотрела прямо на меня. Вот теперь понимаю — лучшая комната! Вернее, комнаты, как оказалось. Вот где все девайсы запрятаны. И эта больше на прошлую пыточную смахивает, только всё равно видно, что игровая. Зато здесь уже можно развернуться. Захватил средней ширины наручи и ошейник, связанные в единую конструкцию тонкой цепочкой, и стек, простой, без всяких фигурных шлёпалок, просто с кисточкой.

Вторая дверь, уже ожидаемо, привела в ванную. Причём туалет был и в основном помещении, и отдельно, за ещё одной дверкой. В голове кружилась куча мыслей, но придётся выбирать, а то так недолго и «заиграть» мальчика, совсем. Теперь он от меня никуда не денется — времени хватит опробовать все фантазии. А сегодня… сегодня будут пытки и трах. Побольше, значит, любит? Будет ему побольше.