Глава 8. Одной проблемой меньше

К обеду план действий более-менее прорисовался и я со спокойной душой отправился в трапезную. На мгновение стало интересно, что там делает Морт, ведь Най сейчас, по идее, должен спать. Но мысль зайти к рабам улетучилась, не задержавшись в голове. Пусть отдыхают. Убийцу и его сменившийся статус мне вообще пока не хочется светить, по крайней мере, в ближайшие пару дней. Так что пусть присматривает за мальчишкой.

Тело помнило, куда идти и где поворачивать, а я впервые за прошедшие дни мог просто посмотреть на своё новое жилище. Капитальное такое, надёжное. Никаких голых каменных стен, всё зашито деревянными панелями, а для большей торжественности — местами висят гобелены и ковры. Есть система отопления, регулируемая Стражем, воины по коридорам не шляются, «на часах» возле дверей не стоят — только у входов снаружи, и по замковой стене, само собой. В общем, дом как дом, просторный, но уютный, без всяких, привычных по фэнтези, аристократических излишеств в виде картин, статуй или позолоченной лепнины.

Обедали мы с Зароном молча и неторопливо, так что рассмотреть, чем здесь кормят, тоже наконец удалось. И ведь я знал, что ем, но как-то неосознанно, а теперь ещё и проанализировал свои ощущения. Ничего так, вкусно. Опять же без изысков, простая сытная еда с узнаваемым вкусом картошки и всяческих каш-овощей, солений, колбас или мяса. Супов только почему-то не было. И за все дни ни разу не случилось поймать себя на мысли: «Фу, блин, это я жрать не буду, гадость!».

Почувствовав приятное насыщение, вытер губы и пальцы (суровые приграничные бароны пользуются не только столовыми приборами, ага, во всяком случае дома) салфеткой и откинулся на спинку стула. Последние спокойные мгновения на ближайшее время.

— Зар, с проводами Исарии проблем не возникло?

— Неее, всё нормально. Её охрана, конечно, знатно удивилась, да и наши взгляды кидали, но молча. Лошадей запрягли, припасы по-быстрому собрали и свалили.

Я поморщился: иногда нарочитая простота Зарона резала слух и взгляд, если он того хотел. Глава охраны усмехнулся.

— Ну всё, извини, извини — степенно и с достоинством уехали. Как её вообще муж отпустил в такое путешествие?

— А ты думаешь, он смог бы её удержать?

— Так он же Верхний, и мужчина…

Я в ожидании приподнял бровь.

— Иии?

С мгновение Зар непонимающее смотрел на меня, потом его зрачки расширились.

— Ого, ты серьёзно?! Вот я тогда арасу Иргану не завидую…

В душе резко вспыхнуло раздражение — моя сестра великолепна! И даже в шутку никому не позволено в этом сомневаться. Я тоже шутить умею, по-своему. Перестав внутренне сдерживать недовольство, выпрямился, сжал пальцы в кулаки и пристально посмотрел на воина. Вот честно, тот даже с лица сбледнул! Подскочил из-за стола, но тут же опустился на колено, склонив голову.

— Прости за глупую шутку, господин! Совсем разучился думать, что говорю. Естественно, арана Исария самая…

Я не дал ему договорить — не хватало ещё слушать откровенную лесть, из страха. А Зарон сейчас боялся, потому что не понимал, чего я так взъярился.

— Зар, шутки шутками, но не в адрес моей сестры. Надеюсь, подобное больше не повторится, — охранник согласно кивнул. — Вставай. Что за привычка у тебя появилась — чуть что, на колени бухаться? Извинения достаточно.

Воин поднялся и глянул на меня исподлобья.

— Да я сейчас вообще с тобой, как в сокровищнице с ловушками — не знаешь, в какой момент, какая и как среагирует. И останешься ли после этого жив. Когда ты злишься, то… давишь, очень сильно.

— Объясни поподробнее. Что ты чувствуешь?

— Угрозу. Как перед хорошим боем, только при полном осознании, что он уже загодя проигран, и сейчас придётся огребать по самое не балуй. Да ты бы себя видел! Глаза прищурены, недобро сверкают, ноздри раздуваются, губы сжаты… — немного помолчав, Зар с неохотой продолжил: — Так что просто хочется упасть и заранее молить о пощаде.

Вот уж не думал, что настолько плохо владею лицом. Или, разрешив себе не сдерживаться, автоматически перестал следить за мимикой? И почему Зара так пробивает? Он же Верхний, не должен бы поддаваться эмоциональному прессингу.

— Вот как… Занятно. Но, Зар, я вполне себя контролирую, так что накидываться по малейшему поводу и тащить в пыточную не собираюсь. Тем более тех, кто мне искренне предан. Но впредь постарайся всё же за словами следить. Моя семья неприкосновенна!

— Да, я понял, Ал. Прости ещё раз.

— Ладно, забыли. Иди лучше, проверь, все ли подошли? Ты что-нибудь объяснял парням? — отрицательное качание головой. — Вот и правильно. Сам всё скажу. Иди. Пришлёшь кого-нибудь, как соберётесь.

Зарон слегка поклонился и ушёл. Знатно его накрыло, однако. И всё же, в чём причина? Так, туплю, у меня же в полном распоряжении аналог местного компа!

— Страж, ты что-нибудь знаешь о способностях палачей и их воздействии на окружающих? Конкретно речь о негативных эмоциях.

— Только общеизвестные факты: палач эмпатически чувствует своего партнёра, и так же эмпатически может оказывать на него влияние при сильных эмоциях. Но уже в одностороннем порядке.

— Ага, а то, что у меня эмпатия проявилась сильнее положенного, заслуга солеев для модификации тела. Я помню. Воздействие моих эмоций тоже может за счёт этого усиливаться?

— С большой долей вероятности, господин. Солеи включают в защитную систему всё, что теоретически может быть полезным. Эмпатия вполне под это определение подпадает. Эффект внешнего воздействия достигается, скорее всего, за счёт энергии симбионтов, реагирующих на ваш эмоциональный фон. Негативные переживания запускают защитную реакцию, а нижние и достаточно восприимчивые слабые Верхние ощущают это наиболее остро. Принёсшие клятву верности также легко поддаются воздействию.

Ну как-то так я и подозревал. Сплошные бонусы, блин. Чему я, наверное, никогда не устану удивляться, так это ослиному упрямству бывшего барона в отношении некоторых моментов, граничащему с идиотизмом. Отвергать такие возможности? Хотя я ведь не помню ничего такого, кроме самого факта наличия у палачей эмпатии. Может, Алиран тупо не знал?

— Страж, это точно общие сведения? Доступные всем и каждому?

— Верхним — безусловно.

— А почему я тогда ничего этого не знал?

— Не могу ответить на вопрос, господин. Мне не известно.

В общем, сам дурак, как говорится. Теперь буду знать. В этот момент дверь в трапезную открылась и вошёл один из воинов личного отряда. Причём из тех, кто на клятве, Дартан.

— Господин, эрре просил передать, что все воины в сборе.

Вот и славно. Пора разобраться с самой неприятной и приоритетной на данный момент угрозой — сузить круг подозреваемых в шпионаже. Страшно это, когда не можешь полностью доверять людям, от которых зависит твоя жизнь. Решительно поднявшись, я последовал за Дартаном в тренировочный зал.

Зарон стоял рядом с построившейся своеобразной «змейкой» двадцаткой. Провожатый остановился возле своего командира и принялся так же напряжённо наблюдать за мной, как и остальные. Нервничали они по тем же причинам, что и Зар, когда примчался ко мне после восстановителя: накажет господин за откровенный косяк в охране, или нет? Что скажет, зачем собрал, что изменится в службе (а не измениться не может, после такого-то!)?

В последнем они точно были правы: изменения я собирался внести значительные, если не кардинальные. Я внимательно рассматривал каждого воина, пытаясь понять, кто из них способен на предательство. Понимаю, что причины могут быть разные, необязательно откровенная неприязнь, но суть-то не меняется. Бесполезно. В эмоциях у всех поголовно царит напряжённое ожидание, да и я понял, что в толпе выделить источник конкретных переживаний невозможно — всё сливается. Решив, что градус нагнан вполне достаточный, я встал прямо перед строем.

— Ни для кого из вас не секрет, что меня пытались убить и чуть было не добились задуманного. Скажу сразу: у меня нет претензий к вам, как к охране. Предугадать засаду и предотвратить выстрел из арбалета на кристалле невозможно. Если, конечно, не знать об этом заранее. Но я не думаю, что среди вас есть такие, кто промолчал бы, зная о грозящей моей жизни опасности.

Острая вспышка сожаления чуть не выбила из равновесия. И всё равно я не понял, от кого она шла. Вот гадство! Зато теперь точно могу быть уверен, что предатель среди охраны. Но и в своих словах я не сомневался: вряд ли шпион догадывался о том, что нас ждёт на пути домой. Иначе Страж среагировал бы на угрозу и желание навредить мне. Скорее, это была просто передача информации по каким-то важным для воина причинам, без осознания, что с ней станут делать дальше. Впрочем, оправдывать его я не собираюсь.

— Я всегда давал вам свободу выбора. Сейчас обстоятельства изменились и требуют жёстких мер. А потому рядом со мной останутся только те, кому смогу безоговорочно доверять. Те, кто принесёт мне сейчас полную клятву верности, — удивлённый, а местами и встревоженный гул всколыхнул строй. Я поднял руку, призывая к тишине. — Это не значит, что я требую от всех вас эту клятву. Бывают обстоятельства, препятствующие её принесению, к примеру, иные обязательства. Я это прекрасно понимаю. И не буду настаивать. Те, кто не сможет пройти ритуал, просто вернутся в состав основного войска и продолжат службу. У вас есть десять минут на принятие решения. Те, кто уже принёс клятву, выйдите из строя. После проведения ритуала с остальными, мы обсудим текущее положение.

Оставив тихо переговаривающихся воинов переваривать новости и обдумывать свои шаги, вышел из зала. Пусть расслабятся без моего присутствия. А я пока схожу за солеями. Решил взять четырнадцать штук, по числу воинов отряда — не могу же я продемонстрировать, что изначально сомневаюсь в ком-то из них. Несколько раз резать себя ради того, чтоб искупать солей в крови для каждого воина — затея не особо умная (опять же — долго), так что взял небольшой широкий кубок.

Вернулся как раз через оговоренное время, даже припоздал немного. И уже перед самыми дверями резко затормозил.

— Страж, ты можешь как-нибудь выделить людей, за которыми нужно проследить особо? Ну, как-то отметить их для себя?

— Если вы пару секунд постоите рядом с человеком, я смогу считать и запомнить показатели чужого энергополя, контактирующего с вашим, господин.

— Что в твоём понимании энергополе?

В кои-то веки Страж не ответил мне, а сам принял решение о наиболее оптимальном способе передачи информации, и в голове возникла картинка переливающегося разными цветовыми пятнами контура. Офигеть, натурально, как описывали видение ауры в книгах!

— Только мне нужно указание, кого именно запоминать.

— Здесь не проблема, я сообщу.

Заручившись помощью защитной системы, вошёл наконец в зал. В рядах воинов произошли изменения. Четверо из них стояли немного в стороне и отводили взгляды, остальные на них даже не смотрели. Всего четверо — круг здорово сузился. Но… Целых четверо из двадцати! Очень много. И им ещё нужно подыскать замену, ведь в личную охрану отбираются лучшие. Ладно, это забота Зарона.

— Итак, решения приняты. И я напоминаю: причины отказа от принесения клятвы могут быть разными, и вполне возможно — уважительными. Так что никакого презрительного отношения к бывшим соратникам! — я повернулся к четвёрке. — Каждый из вас при поступлении в отряд получил из моих рук отличительную нашивку. Будет справедливо, если вы вернёте мне их также из рук в руки. Спарывайте и можете быть свободными.

Воины осторожно срезали с правой стороны курток нашивки с моим гербом и по очереди подошли, возвращая знак отличия. А я перед этим приказал Стражу запомнить четыре ауры, что будут сейчас со мной контактировать. Потом мы повторили ритуал, проведённый с Мортом, только резанул я по запястью, чтоб крови было побольше и текла она быстрее. И солеи закинул в кубок все разом. А воины достали каждый свой камень, одновременно взрезали плоть и принесли клятву. Вот теперь я успокоился — ближайшее окружение точно уже не предаст. Не сможет.

Несколько часов мы вместе с охраной устраивали мозговой штурм, прогоняя разные варианты событий, готовность замка к возможным нападениям или диверсии, разрабатывая схемы сопровождения и слежки. За всеми и вся — не успокоюсь, пока не вычислю всех «дятлов» в своей вотчине. На Земле есть замечательная поговорка: «Здоровая паранойя продлевает жизнь параноика», или что-то вроде. Так вот — полностью согласен!

Из тренировочного зала мы с Зароном отправились прямиком в трапезную, выжатые в ноль. По крайней мере я — точно. Да и Зар не выглядел бодрым. Поужинали быстро и разошлись, день здорово вымотал, и хотелось просто упасть и заснуть, ни о чём не думая. По пути в свои комнаты вспомнил про рабов и решил зайти, глянуть, как там Най. Всё же мне не свойственно вот так спихивать заботу о нижнем на кого-то. Но едва открыл дверь в общую гостиную, мальчишка шустро метнулся ко мне, упал на колени и обхватил мою ногу, прижимаясь и всхлипывая. Слишком напоказ, как по мне, зато Морт молча играл желваками, но следил за ним напряжённо.

— Хозяааин, умоляю, защитите меня от него! Ведь я же не обязан под него ложиться, даже если он Верхний, ведь правда?

Вот так номер… От Ная шла волна искренней паники, и я пристально посмотрел на телохранителя. Тот отвёл взгляд, но чувства вины в этом не было, только лёгкое раздражение, сквозь которое всё равно пробивалась симпатия.

— Он тебя принуждал? Угрожал?

Я в общем-то не верил, что Морт способен на такое именно по отношению к этому парнишке — слишком говорящий у него был взгляд в моей комнате, но хотелось понять для себя некоторые моменты. Най колебался, мучимый сомнениями, зато телохранитель отмер и вскинулся.

— Нет, хозяин, ничего подобного не было!

Най развернулся к нему всем телом, продолжая цепляться за мою штанину.

— Ты меня лапал!

— Я тебя успокаивал, обнимал, пока ты отходил от сэмры!

— А потом сказал, что я должен тебе подчиняться, как Верхнему!

— В рамках разумного. Зачем ты начал грубить и истерить?

Так, кажется, картина более-менее прояснилась.

— Хватит! Никаких истерик и разборок я не потерплю. Морт, — парень перевёл на меня напряжённый взгляд, — принуждать Ная к сексу ты права не имеешь. Как и к каким-либо действиям, относящимся к сэмре, — тут я не удержался и подмигнул. — Если только мальчик сам не попросит тебя об этом. Ты, Най, — я ухватил светлые вихры и развернул лицо раба к себе, — принадлежишь мне. Но Морт Верхний, так что выказывать стандартную статусную вежливость придётся. На этом всё. Морт, послезавтра вечером придёшь ко мне.

Лицо Ная на последних словах дрогнуло, хотя его раздражение ощущалось и до этого, но парень сумел сохранить покорный вид, когда я озвучивал решение. В самом начале проскочило даже яркое торжество. И всё равно этот засранец пытается мной управлять! Саб из него откровенно никакой, да и боли боится… Может, если бы не рабский питомник, парень вырос бы Верхним? Сейчас не узнаешь.

— Хозяин, а я?

Уверенная ладонь скользнула по бедру и погладила пах. Пришлось перехватить, и сжать сильнее пальцы в волосах — на секс я сегодня уже не настроен, устал. В серых глазах появилась мольба.

— Пожалуйста, хозяин, позвольте быть вам полезным.

Играешь в правильного нижнего, малыш? Ладно, почему бы и нет?

— Хорошо, идём со мной.

Мальчишка склонил голову, пытаясь скрыть от меня взгляд, и грациозно поднялся. А вот чувства… Торжество, превосходство. Хрен там он должен был стать нижним! Но и Верхним уже быть не сможет, не умеет. Вот и получился конкретный такой хжм-щик, только не мазохист, а просто раб, изо всех сил старающийся занять тёпленькое местечко и обеспечить себе будущее. Ну, или я преувеличиваю, а то и вовсе ошибаюсь, и парнем движут иные мотивы, и цель у него действительно угодить мне? Посмотрим.

Придя в мои комнаты, обрисовал парнишке его обязанности: помогать одеваться-раздеваться, принимать ванну, следить за чистотой гардероба и спальни, будить меня по утрам. А после выполнения всего необходимого просто отправил раба восвояси, хоть тот и упорно пытался меня возбудить во время купания, словно невзначай лаская. Ненасытность ненасытностью, но я реально хотел спать, так что просто выгнал парня, отчётливо ощущая его недовольство и разочарование. Вот же, блин, я так надеялся, что подарок Исы с Ирганом станет воплощением всех моих желаний! Я же хотел раба. Но проклятая эмпатия не оставляла шансов — не то.

Утро началось с восхитительного минета, и я с удовольствием кончил в услужливый рот. А потом наказал Ная за самоуправство — ведь такого приказа я не отдавал, а инициативу в его случае лучше сразу пресекать. Впрочем, после наказания добавил в обязанности мальчишки ещё одну — минет по утрам действительно бодрит.

День пролетел в обычных заботах, а вечер — в разборе «подслушанных» Стражем разговоров. Наутро здорово трещала башка, как будто накануне я перепил. Но что делать? Однако ничего подозрительного так и не нашлось. Ну да и не собирался уповать только на эту возможность и сидеть сложа руки. Был ещё один способ выйти на заказчиков, напрямую связанный с Мортом, его я и собирался вечером обсудить. После небольшой сессии — завтра он будет нужен мне спокойным и собранным.