Глава 26

Петля третья

Красное зарево пламени, резкий, завывающий шум, внезапный крик сорвался с губ. Сердце билось учащённо, дыхание перехватило, вокруг лишь непроглядная мгла. Страх сковывал тело, а мои руки почему-то подвешены вверх, и очень затекли. Глотка болезненно сжималась спазмом, будто незримые пальцы сдавливают шею.

Что со мной? Что я видела во сне? Нужно вспомнить, это крайне важно, но сознание пустое, никак не удаётся сосредоточиться... Хочется громко позвать Мари, однако горло, охваченное невидимой петлей ужаса, отказывается повиноваться.

Вспомни… Вспомни… Вспомни!!! - билась настойчивым гулким набатным ударом мысль.

— Вспомни… — наконец-то простонал слабый, хриплый голос, принадлежащий мне самой.

И я вспомнила… Ужаснулась. Неужели я попала в день Сурка?

Точно! Наблюдатели разрешили моей силе вновь отмотать время назад. Они сказали: «Страж Равновесия способен творить подобную магию, но лишь после смерти и когда требуется выровнять баланс в мире». Сейчас перевес в сторону хаоса, поэтому мне удавалось отмотать и заново проходить ситуации.

Я вспомнила лишь две последние петли, а Зорс, судя по его снам, помнил больше, но осознавал не до конца. Теперь мне понятны слова призраков: «Вернувшая время вспять…».

Высшие давали мне время на план, осталось только его вспомнить.

— Ева… — едва слышно позвала Мари.

Я встрепенулась. Надеюсь, я очнулась раньше, чем в прошлый раз.

— Мари, послушай меня очень внимательно, — осипшим голосом начала я.

Я подробно изложила свой план, описала её действия и то, что она должна передать Зорсу. После призвала свой посох, наложила на своё тело заклятие, а затем приказала оружию перейти к Мари. Посох нехотя подчинился: поплыл в сторону подруги, замерцал и вселился в её грудь, отчего драконица испуганно пискнула.

— А ты, Ева, ты… Почему сама всё это не сделаешь? Зачем всё это? — выкрикнула она.

— Так надо, Мари, — жёстко прервала я. Как ей объяснить, что буду только обузой? Здесь огромное тёмное войско, да и кто меня отпустит? Не могу пожертвовать ею. — Ты мне веришь?

— Верю! — без запинки ответила она. — Значит, нам придётся ждать?

— Около трёх месяцев, так сказали Наблюдатели. Не сомневайся и действуй, помни: от тебя зависит всё.

— Но я же просто человек…

— Мари, принято считать, что у Стража Равновесия один защитник, но это не так. У меня их два… Ты всегда со мной, помогаешь…

— Но именно из‑за меня мы в такой ситуации, — расплакалась она. — Это я во всём виновата!

На меня нахлынула волна воспоминаний. Кажется, на меня влияли в прошлых петлях, и именно я допустила безумие — всё потому, что не верила в свои силы, винила во всём себя. Зло воспользовалось моей слабостью.

— Не смей так говорить! — яростно прошептала я, резко дёрнув руками, и цепи зазвенели. — Никогда не впадай в отчаяние! Сомнения в себе ослабляют твою душу. Это всё не случайно, ты поняла меня?

Она всхлипнула.

— Хорошо…

— Умница, — улыбнулась я. — Дерес, ты ведь слышишь нас?

Несколько секунд молчания.

— Да…

— Поздравляем! У тебя родились чудесные тройняшки, и они в безопасности — в Академии. С твоей женой тоже всё отлично. Она по тебе скучает и плачет, поэтому не смей умирать. Ты должен вернуться к семье. Понял?

— Постараюсь… — и закашлялся.

— Какой душераздирающий диалог, не правда ли, Нерс? — донеслись до нас хлопки и насмешливый голос мужчины.

Началось!

Мне сейчас ещё страшнее, чем было в первый раз. Свежи воспоминания об той адской боли, а предстоит это пережить вновь.

— Мне больше нравится слышать их крики.

— Как думаешь, кто из них одарённый — посланный Наблюдателями, избранный, Страж Правосудия и Равновесия?

— А нам обязательно это выяснять? Можно просто их замучить.

— Обращайтесь ко мне, я Ника, — чуть раньше начала Мари. Хотя мы это обсудили, но ладно… Надеюсь, это сильно не отразится на их поведении.

Но нет. Судя по проявившимся силуэтам от активизации магии, я разглядела, как Мари душат. Хорошо. Точнее, это плохо, но хорошо.

— Это не она! — выкрикнула я на драконьем. — Я Ника, ты жалкий паразит!

Он отшвырнул драконицу в темноту. Цепи оборвались с потолка. Послышался удар о решётку. Девушка закашлялась, а затем затихла. Так она должна там и оставаться, не привлекая внимания, чтобы её не бросили в камеру.

— Ты-ыыы… — меня хотели уже схватить за горло, но я успела начать произносить древнюю клятву на старомагическом языке — согласия бракосочетания. Свет, окруживший меня, ослепил противника, а его вытянутая рука мгновенно обожглась, заставив врага прорычать от боли.

— Ни, Еваника Сычёва, индо килмэ хорм Алта эн Зорс, нэр вэрно олорэ, нис вэсса, мэлиссэ ар митте уэлде. Мел хроа оира иени куилэ. Яна гил элея Светило илфирин феа, мелме вэрно, аирита ланат эттул ванима нат луву. (Я, Еваника Сычева, всем сердцем принимая предложение Правителя Зорса, любимого моего избранника, становлюсь твоей супругой, спутницей жизни и матерью наших будущих детей. Обещаю любить тебя вечно — в этой и всех грядущих жизнях. Пусть Творец свяжет наши души навеки, скрепит наш союз бессмертной любовью, чтобы ни что и никто не смог разорвать путеводную нить нашей общей судьбы).

Свет погас, а дорогой подарок, от которого исходила успокаивающая магия, исчез. Вместо него образовался тонкий золотой браслет, похожий на татуировку, а чуть выше — лик белого льва с зелёными глазами.

А дальше разгневанный паразит начал свою пытку. Только, кажется, в этот раз он был более жесток, чем в прошлый. Да и Нерс возмущался, что это не спасёт мою душу — она всё равно останется его.

— Чёрный Властелин Хаоса, — из тёмного пространства появился демон и склонился в поклоне. — На нас напали. С ними Зорс.

Кажется, я целую вечность ждала этих слов. Ну что ж, наконец‑то я умру, но возрожусь вновь. Последний удар кинжала в сердце — веко тяжелеет, хочется спать.

— Нерс, иди направь своих мертвецов в бой, а после делай что хочешь с её душой, как и договаривались. Тело же отправишь мне — я покажу его. О, как же я предвкушаю эту ситуацию!

Ох, как ты ошибёшься… Я, наверно, улыбнулась. Послышались удаляющиеся шаги. Всё, теперь пора.

Мари тихо подползла ко мне.

— Евушка, — рыдала она, — что же они с тобой сделали…

У меня не было сил ответить, а хотелось напомнить, чтобы она поторопилась: скоро вернётся некромант.

— Я всё сделаю, подруга, всё, как ты сказала. У меня получится… Не прощу себя… Я верю тебе… Верю…

И убежала… Вот и умничка… А теперь мне пора…

— Если ты думала, что твои мучения закончились, то глубоко ошибаешься. Они только начинаются, а боль будет куда сильнее физической. Ты поплатишься за смерть моей возлюбленной.

Я осознала себя призраком. Всё в той же пыточной камере я зависла над своим телом.

— Что за… Ах ты тварь…

Мне хотелось зловеще расхохотаться прямо в лицо этому идиоту. Ведь я наложила на тело заклинание, которое активируется после моей смерти. Вот и наблюдает этот помешанный, как моё тело превращается в прах, а после и он растворяется. Так вам, шакалы!

Нерс провёл обряд, заключил мою душу в чёрные цепи и повёл на поводке по тем же ходам. Мы прошли через тёмный портал и вышли в драконий лес.

— Я хочу, чтобы ты видела, что случится с теми, кто пришёл тебя спасать. А ещё чтобы ты посмотрела на страдания своего ненаглядного, — прошипел он, указывая на туманные магические зеркала.

И я смотрела.

Всё та же битва. По ощущениям, мы побеждали: стражи сражались с демонами, фениксы и ведьмаки — с драконами, эльфы и орки — с мертвецами, гномы, вампиры и маги — с предателями, оборотни — со своими «братьями». Ведьмочки летали и помогали в исцелении. Мои друзья на передовой, словно смертоносное торнадо, сметали всё вокруг, целенаправленно продвигаясь вперёд — туда, где, по их мнению, я находилась в плену.

Только Зорса почему‑то не видела. Ранее его невозможно было не заметить: он всюду прыгал на мощных лапах или летал, отрывал головы, рвал плоть, разрывал на части. Где же он?

Появился чёрный дракон с наездником — моим убийцей. Как и тогда, он держался как победитель и предвкушал веселье.

— Зорсик, брат, покажись… — повертел он головой. — Я принёс тебе прекрасные новости.

Тишина.

— Твоя Синеглазка померла, Зорс, аха‑ха… Не веришь? Зря.

А дальше он хвастался, как меня мучил, и всё в этом духе. Но мой защитник так и не показался, отчего паразит стал хмуриться. Жестом он приказал слугам принести тело, но через несколько секунд зависший в пространстве демон что‑то шепнул своему господину и исчез.

— Обломись, уродец!

Сверху с грохотом приземлился массивный белый лев с крыльями. Ему явно приходилось сдерживать себя, чтобы не наброситься на врага. По зелёным глазам зверя я поняла: Зорс уже поговорил с Мари, и ему сейчас больно. А о том, что я умерла, он узнал в тот момент, когда душа отделилась. Связь супругов сильна, да и браслет мог сообщить ещё в прошлый раз о случившемся. Но надежда таилась в сердце, что это ошибка.

Лев нервно расхаживал из стороны в сторону, а хвост злобно бил по бокам. Ему хотелось убить это ничтожество, но он не сделал этого.

Взрыв! Земля задрожала. Все повернули головы туда, где лежали руины Источника — Летающего Острова. Столп красного пламени пронзил небеса, а каменная громада поднялась ввысь, являя взору энергетические золотые драконьи крылья. Взмахнув ими, враги повалились на землю, придавленные мощью. А пленники в тюрьмах, не предавшие свою землю и расу, наконец смогли обратиться и разрушить стены. Остров вернул своим преданным детям крылья. Они взмыли ввысь и стали жечь всех, в ком видели зерно хаоса.

Паразит хотел бежать, да только Зорс ему не дал. Его магия взбунтовалась, и активировались зелёные печати, помешавшие врагу скрыться. А далее явилась она — невероятной красоты драконица с золотыми глазами. В звериной ипостаси она, прорычав:

— Я, Мари из мира Нарийзы, будущая Правительница драконов, Защитница Стража Правосудия и Равновесия, посланная Наблюдателями в этот мир, выпускаю свою силу и изгоняю тебя, Безумие! Очистись, дракон Дрокс, я, взывая к твоей душе!

И обрушила на него своё мощное красное пламя с золотым дымом и кристаллическими частицами. Мой посох вырвался вперёд, поглотил летящий энергетический сгусток и пронзил грудь Чёрного Властелина Хаоса. Очищающий огонь охватил весь силуэт дракона. Чёрная клякса выскочила в сторону, сбежав из ловушки, расставленной Зорсом, и вселилась в первого попавшегося хилого демона. Да только мой любимый был настороже. Он вновь активировал печать и собственной силой начал сжигать. А Мари, не мешкая, тоже присоединилась к этому процессу, уничтожая не только тело демона, но и паразита — теперь уже навсегда.

Веда подлетела к телу Дрокса и стала вливать одно зелье за другим.

— Мама, смотри, я же говорил, что дракон! — подлетел к ней её сынок Гай, широко улыбаясь клыкастой мордой.

— Я тебе тоже говорила, что ты ведьмак. Посмотри на свои лапы, — махнула она рукой, продолжая поддерживать голову Дрокса.

— Это как? — удивился новообращённый дракончик. На его лапе появилась татуировка нового ведьмовского источника — Ивы, а на другой — дракон. — Я ведьмак и дракон одновременно? Но это невозможно!

Я перевела взгляд на Зорса и Мари. Подруга говорила ему:

— Призови её душу.

— У него ничего не получится! — выкрикнул некромант, до этого, в шоке, не отрывавшийся от зеркал. Нерс не мог поверить, что его Властелин так легко погиб — и не от рук Стража Равновесия, а всего лишь от какого‑то оборотня и драконицы, называвших себя защитниками. Последнее — полная чушь! Ведь их дражайшая Ника померла, а он держал её душу. И, кажется, все были равнодушны.

— Что они там сказали? Призвать душу? Он этого не позволит. Я призову своего Бога!

Зорс по связи душ призывал меня. Чёрные цепи натягивались, грозя вот‑вот порваться, но некромант стал разбрызгивать кровь и взывать к Безумию, чтобы оно помогло. Тёмные тучи сгустились, откликаясь на зов мага. Нерс рассмеялся, думая, что теперь всё получится. Но он никак не ожидал, что на него внезапно нападёт оборотень‑гиена, одним движением перегрызёт горло, и он, с выпученными глазами, не веря в происходящее, посмотрит на Дереса — и умрёт.

— Лети, Ника! — вытерев пасть, махнул когтистой рукой друг.

Я кивком показала, что и ему надо идти со мной.

— Понял. В портал?

Кивок.

— Уже бегу.

Чёрные цепи исчезли спустя две минуты после смерти некроманта, и меня с невероятной скоростью притянуло к своему возлюбленному.