Глава девятая. · План спасения.

Все доброе начинается с плохого.

Для начала мы зарезали Лампу.

И отправили ее на тот свет.

А затем вытащили ее обратно.

Получилось все удивительно быстро, четко и жутковато.

Я все видел в повисшем над ловушкой экране. Шагнувший к Лампе холодно усмехающийся Шепот нанес всего один короткий тычок пальцем с надетым на него странным металлическим шипом. Лампа мгновенно потеряла девять десятых здоровья, и оно побежало дальше вниз — яд. Едва уровень здоровья достиг одного жалкого пункта в дело вступил вернувшийся в свою физическую скелетную ипостась Аньрулл. Он стиснул плечи девушки в своих лапищах. Странно, но стальные тиски не добили ее. Возможно потому, что руки бога смерти окутались зеленоватым туманом. Пара гортанных слов. Лампа обмякла и завалилась на землю. Но соли она не коснулась — еще в полете ее тело стало полупрозрачным и кануло как в пропасть.

Она просто провалилась… как в шахту лифта.

И «выпрыгнула» уже за пределами ловушки. Просто оказалась лежащей у ног госпожи Мизрелл, на чьих очках медленно угасали те самые особые и столь редкие драгоценные камни. К Лампе шагнул Док, наложил на ее голову руки. Мощная целительная магия сделала свое дело и здоровье Лампы поползло вверх. Яд уже прекратил свое действие — он не сумел перейти путем призраков, как это сделала девушка. Вместе с ядом не прошли и остальные предметы — экипировка, мешок, оружие и прочее. Лампа явилась к нам в неглиже. Если применить реалии реального мира — она явилась в чем мать родила.

— Ну что, Иуделла — пробасил Бом — Видела, что–нибудь в момент смерти? Тоннель там крутящийся. Ангелов хихикающих? Тридцать прыгающих и звенящих серебренников?

Девушка промолчала, медленно встала. Док закончил исцеление. Я глянул на Храбра. Тот протянул короткую накидку. Условности, конечно. Это Вальдира. Тут только наши электронные воплощения. Можно и голым ходить. Но приличия соблюдаем и здесь. Накидка, сандалии, изумрудная шапочка с пером, короткие коричневые штаны, старый латаный мешок, отыскавшийся у Бома. И готово. В наши ряды вернулся умелый специалист поддержки.

— Что от меня требуется, б-бос… Рос? — нарушила она молчание.

— Орбит подскажет — ровным голосом ответил я — Не переживай. Вреда от нас не будет. Я все понимаю — бизнес это бизнес, ничего личного. Бом. Прекрати ее стебать. Нужна спокойная рабочая обстановка. Я ко всем обращаюсь. Хорошо?

Кивки — охотные и нет — дали понять, что мой спрятанный за вежливой просьбой приказ услышан и принят. Мне самому хотелось открыть рот пошире и вывалить на нее кучу искренних путанных обвинений и обид. Но к чему?

— Там все спокойно? — качнул я головой в сторону ловушки.

— Инвазия. Аньрулл. Все не очень хорошо — вздохнула Лампа — Фагнир Некроз. Его пока сдерживает леди Гвиневра, но…

— Леди Гвиневра — повторил я — Да уж…

— Хорошо, что Аньрулл ментально здесь, а не там. Мир долго не продержится. Помимо этого, случилось уже пару конфликтов между Неспящими и наш… и Тамплиерами.

— М-да… тогда поторопимся — Аньрулл вернулся?

— Я здесь — проблеял козлоголовый призрак.

Поймал себя на мысли, что общаюсь с богом как с равным. И Аньрулл подобное общение принимает. Какое другое божество столь легко примет фамильярность от каких–то там чужеземцев и смертных? А Аньрулл принимал. Его гордыня огромна. Но контролировать ее он умеет прекрасно.

— Что нужно сделать? — спросила Лампа у эльфа, что под присмотром подлетевшего «вселенного» призрака заканчивал чертить сложный рисунок на вершине соляного утеса.

Да. Вершина утеса. Мы покинули опасную зону и вернулись на границу пещеры. Вновь поднялись на утес и на этот раз разбили здесь настоящий лагерь. На все ушел час. Теперь здесь стало почти уютно. Расстеленные одеяла, опять еда, булькающий над магическим огнем котелок с кофе. Госпожа Мизрелл понимала толк в походных бытовых удобствах. А еще утес находился на кратчайшей прямой линии от Белого Дельфина, чей изломанный силуэт виднелся в сумраке. И это важно — что между нами кратчайшая прямая. И важно, что ловушка поймавшая кланы находится в стороне.

Большой овальный рисунок на нависающим над пещерой языком утеса. Рисунок сложнейший. Из множества деталей. Выглядит круто. Линии пока мертвы, но, как я уже успел узнать, вскоре они засветятся призрачно- синим светом. Подсев к Бому, я проверил выбранное им место и остался доволен — полуорк разбирался в наблюдательных пунктах. А в чем Бом не разбирался? Что он только не умеет… я окружен удивительными людьми. И в этом моя великая удача.

Лампа заняла указанное эльфом место. Внимательно слушала, понятливо кивала. Еще один крайне способный игрок. Еще один перерожденный. Сколько уровней она потеряла ради того, чтобы внедриться в наш клан?

Пригнувшийся, почти припавший к пламени, оплетенный огненными языками Храбр колдовал над пыхтящими колбами. Он по капле добавлял густую красную жидкость в небольшую колбу с кипящим оранжевым содержимым. Две уже запечатанные склянки лежали на подстеленном платке. Заметив мой взгляд, алхимик жестом дал понять — еще минута. Самое больше. Отлично. Мы ждали только Храбра и его алхимические усиливающие снадобья.

Госпожа Мизрелл заняла место по правую сторону рисунка. Аньрулл–призрак приземлился по левую. Раздул бычью грудь, топнул уцелевшим копытом, передернул мощными плечами, замычал. Проверяет силы. Ему непривычно в этом обличье. И при нем лишь крохотная толика его сил. Но этого должно хватить для задумки Орбита.

Вернее — задумка моя. А вот ее техническое осуществление взял на себя Орбит. И я до сих пор не знал как у него получится исполнить всплывший в моей голове бред. Это случилось, когда я наблюдал за тенью колышущейся на стене. Она была очень сильно похожа на…

— Готово! — довольно рыкнул Бом — Начинаем, босс? Проклятье! Если получится — это будет невероятный щелчок по носу создателям локи! Просто невероятный!

— Должно получиться! Просто обязано! — не сумел я сдержать переполняющих эмоций — Должно!

«Может уже откроете секрет?» — выдала свое нетерпение Баронесса, отписавшая в общем чате.

Ее поддержало несколько игроков. Я остался безучастен к намекам. За меня ответил казначей:

«Попрошу не мешать Героям проводить спасательную операцию!».

Ух!

Жутко оскорбительно и унизительно для столь мощных кланов. Но чистая правда. Если нас сравнить с малолитражкой, то мы сейчас пытаемся вытащить на буксире два завязших в болоте мощных внедорожника. И завязшим кланам не нашлось что ответить. Они сумели смирить гордыню и промолчать.

— Кукан в пукан! Начинается! — подскочил до предела возбужденный алхимик — Я снимаю видео! Если получится — оно войдет в легендариум Вальдиры!

— К-кукан? — повторил хрюкнувший Док — Куда–куда его?

Я кашлянул. Бом заржал. Алхимик развел руками:

— К слову пришлось. Ладно! Начинаю съемку блокбастера! Фильм катастрофа!

Я глянул на обернувшегося Аньрулла. Мы посмотрели понимающе друг на друга. Этот тоже помнит. Отлично.

Лампа выпила два приготовленных Храбром зелья. Ее ладони и стопы вспыхнули синим. Она выпила содержимое третьей склянки. Синий свет стал глубже, насыщенней, посинели и ее вставшие дыбом и странно заколыхавшиеся волосы. Девушка качнулась, подняла руки над головой. Глянула на стоящих по ее бокам Аньрулла и Мистри. Обернувшись, посмотрела на замершего за ее плечом Орбита, держащего в руках искрящийся сачок, флягу и страшный черный нож. Эльф выглядел так, будто собирался в любой момент вбить нож под лопатку девушки. Но на самом деле его целью было другое существо. Лишь бы получилось…

Аньрулл начал первым. Из его рук ударила зеленоватая волна. Ударила под ноги Лампы. Туда же уставилась госпожа Мизрелл, смотрящая сквозь линзы очков с драгоценной оправой. Орбит затянул странную песню, заколыхался, забулькал — и пел он со ртом полным вина. Глоток влил из фляжки, сейчас брошенной под ноги. Песня звучала странноватым мелодичным бульканьем. Под ноги Лампы упало несколько золотых монет и пара крохотных сапфиров — камешки мы выковыряли из трофейных предметов. Повезло. Есть жертва. Есть пахучая приманка…

Из поднятых рук девушки хлынул поток воды. Обычнейшая цифровая водичка. Питьевая. Этакий крохотный водопадик вдаривший по зеленоватой волне магии Аньрулла накрывшей соль. Зеленая магия впитала воду без остатка. Вверх ударили синеватые лучи энергии похожие на иглы. Орбит продолжал петь. Госпожа Мизрелл пристальным немигающим взглядом смотрела в водопад. Я стиснул кулаки. Ну же… давай… Орбит говорил про возможно закрытые астральные пути. Если это так — наша затея обречена на провал. Но если нет…

Вспышка! Грозная, темно–красная, с изумрудным отливом.

Вот он!

Нет.

Она!

Явилась!

В струях водопада появилось необычное существо.

Темно–синяя громадная жаба покрытая багровыми бородавками. Бородавки судорожно сжимались и разжимались, они скорее походили на готовые взорваться прыщи, но вместо гнилостной жижи внутри них ворочались глазные яблоки с вертикальным зрачками. Жабья голова слепа. Удивительно большая серповидная пасть снабжена множеством иззубренных клыков. Передние лапы жутко когтисты. Задние без когтей, но настолько большие и толстые, что я живо вспомнил тактического лидера голема–кузнечика. Уровень семидесятый. Название алое, агрессивное. Адская жабграхлабрасса. Язык сломаешь — а демонологам приходится выговаривать куда более заковыристые имена. Румпельштицхен нервно курит в сторонке найденный окурок.

Получилось. Орбиту удалось призвать одного из низших демонов.

Жаба открыла рот. Отвратительно закудахтала, начала распрямлять задние лапы в прыжке. Но ее настиг чудовищный удар призрачного копыта. Удар расплескал воду и вбил жабу в зеленый колышущийся туман. Жаба заорала так, что пещера взорвалась ухающим эхом. Ее шкала здоровья резко просела. Опустившийся на колено эльф набросил на жабу искрящуюся сетку. Занес и опустил черный нож. Жаба взвыла. Ее выгнуло. Подбросило. Аньрулл ткнул копытом еще раз. Придавил демоническое создание. На морде седого козла читалась брезгливость — ну да, нежить не любит демонов, хотя вроде как все они преследуют темные цели. Орбит еще раз ткнул ножом. Едва не промахнулся — черное лезвие прошло в притирку с призрачным копытом Аньрулла. Едва стружку не сняло, так сказать.

Булькнувшая жаба затихла. Через мгновение светящаяся сетка вздулась мыльным пузырем и воспарила. Под ней медленно растворялся багровой дымкой низший демон. В сетке выл и бился жабий демонический призрак. Пошарив в зеленом тумане разлитой темной магии, Орбит поднял коготь, ткнул его концом ножа и нанизал на нить браслета.

Готово…

Коготь не взорвался. Ожерелье устояло. Сетка спала. Жаба–призрак покорно повисла в полной неподвижности, глядя на нового хозяина множеством глаз–бородавок. Ожидает приказа. И он не заставил себя ждать. Повинуясь воле Орбита жаба оттолкнулась от воздуха и без всплеска вошла в зеленую магию накрывшую соль подобно луже. Водопад продолжал изливать воды в зеленый призрачный туман. С края языка утеса в пропасть срывалась тонкая серая струйка напитавшейся солью воды. Знакомый серый студень — предельно густое и соленое желе. Липкая непреодолимая жуть. Но струйка так тонка… она так жалко выглядит на фоне гигантской пещеры насмешливо взирающей на горстку глупцов.

— Давай! — прошептал я — Давай!

— Давай! — проревел, не сдерживаясь Бом.

— Ну же! — крикнул Храбр.

Орбит хлопнул в ладоши. Плещущаяся в зеленой дымке жаба разинула пасть и начала глотать, раздуваясь на глазах. Она глотала страннейший «компот» — зеленый туман темной магии Аньрулла подкрепленный силой артефакта госпожи Мизрелл и зажевывала обычной водой поставляемой водопадом Лампы. Серая струйка иссякла. Над языком утеса подобно дрожжевому тесту вспухала призрачная жаба.

— Давай! Давай!

— Давай!

Жаба достигла размера двухэтажного дома. И продолжила расти. Ее вспучившиеся до предела бородавки широко раскрылись. И в пещеру ревущим напором ударили десятки струй воды напитанной знакомыми черно–зелеными искрами.

Жалкая струйка?

О нет. На этот раз с утеса низвергнулся настоящий ревущий водопад. Он ударил в соляную равнину. Расплескал тут же густеющие воды. Вода стремительно растекалась во все стороны. Обтекала соляные бугры с санстоунами. Напитывалась солью и пропадала, взбухал поглотивший жидкость серый студень. Жаба продолжала расти. Она уже едва помещалась на выдающемся вперед языке утеса. Воды все прибывало.

Вода. Много воды. Вселенский или хотя бы всепещерный ПОТОП! Вот что пришло мне в голову, вот чего я хотел.

Взрыв!

Недалеко от утеса с невероятным грохотом рванул участок пещеры. Пылающая соль ревущей пылевой бурей ударила во все стороны. Окажись там кто… но там были только бугры и вода. Взорвалась ловушка настроенная исключительно на бога смерти Аньрулла. Инферно бушевало секунды. Когда пламя рассеялось показалась глубокая почернелая воронка, заполняемая водой.

Я встал. Продолжил наблюдать за происходящим стоя. Из уважения. Ведь я причастен.

Моя идея была проста. И она даже не была моей. Ведь совсем недавно мы буквально плавали в подсказке — в густющем сером студне. Мы едва не захлебнулись в этой адской жиже. Так почему бы не превратить здешние подсохшие пенаты в очередное чавкающее соляное болото?

Проблема была только в одном — в воде. Ее не было. Многие игроки могут произвести для своих нужд воду — пару кувшинов, даже бочку. Могут обрушить ливни. Могут накидать глыбы тающего льда.

Но тут совсем другой масштаб. Тут требовалась Ниагара — чтобы затопить все здесь к чертовой матери. Копать соль в надежде наткнуться на ревущий от переизбытка воды источник пресной воды? Абсурд. Создатели локации не настолько кретины. Можно даже не пытаться.

Но вот предусмотрели ли они цепочку действий воплощенную нами только что?

Подумали ли они о том, что здесь может появиться могущественный бог смерти управляющий всем призрачным с легкостью фокусника?

Подумали ли они о том, что несколько острых умов объединенных общей нуждой сумеют создать такую комбинацию заклинаний, которая смешает призрачное с материальным, напитает этим составом демоническое привидение и заставит его извергнуть тонны воды напитанной магией Аньрулла..

Нет. Создатели локации такого финта не предусмотрели.

Это уже очевидно. Это видно по начавшемуся хаосу.

Вода с искрами магии бога смерти активировала направленные против него ловушки одна за другой.

Бум. Бум. Бум.

Взрывы следовали частой чередой. Разбивало соляные бугры. Обнажало святых големов. Их не повредило пылающей солью. Им плевать на соляную бурю. Но они не реагировали — угрозы нет. Мирно растекающаяся вода оказалась не вписана в перечень угроз, и они не реагировали. Дремали и скрытые в буграх каменные командиры. Первые холмы оказавшиеся на пути воды уже растеклись попавшими в горячий чай сахарными кубиками. Показались големы. Но показались — это ерунда! Големы медленно погружались в густеющий соляной студень! Он погружались в растворяющуюся соль. И при этом не шевелились, не понимая настигшей их беды.

Затихли взрывы по периметру. Вода мерцающим покрывалом ушла вглубь пещеры. Продолжали неподвижно стоять тонущие големы. Дремала и ловушка захватившая игроков. Вода почти достигла их. Но санстоунам плевать на хлюпающую у их ног соленую воду. Они медленно погружаются. Но им плевать.

— Пошли — скомандовал я.

Часть команды осталась на утесе. Орбит. Призрак–Аньрулл. Госпожа Мизрелл. Лампа. Поддержку из воинов оставлять не стал — случилось что им не защитить магов от санстоунов. Они даже не замедлят их. Поэтому я взял с собой максимум сокланов.

Я. Бом. Храбр. Док. Друмбос.

Мы бегом спустились с утеса. И побежали вперед по тут же выжигаемой мною огненными шарами дорожке. Один за другим. Слаженно двигаясь. Сосредоточенно работая локтями. Мы бежали изо всех сил.

Мы миновали место, где раньше стояли первые големы. Но теперь тут была только ровная серая гладь — големы ушли под соль с головой! Глубоко под солью кое–где светились тускло зеленые и синие огоньки. Но кого волнуют утопленники до тех пор, пока они не лезут на сушу?

Вот и ловушка. Накренившаяся колонна «змея» грозно «глянула» на нас. Чат взорвался сообщениями.

Я не читал послания.

Мне не до этого.

Ведь впереди с шумом и грохотом начал выпрямляться корабль Белый Дельфин, под чье израненное брюхо опять попала вода. Дельфин качнул мачтами и выпрямился. А затем двинулся с места, вяло дрейфуя в соляном студне.

— Рос! — крик Баронессы донесся со стороны.

Я даже ухом не повел. Не из гордости — из занятости дикой. Голову в сторону повести боюсь. Огненные шары с фырканьем взрываются впереди. Волны серого студня набегают на прожигаемую дорожку. Я поводырь. Слепых среди нас нет. А вот мосты наводить могу я один. И навожу как могу, ни на миг не забывая, что за мной с пыхтением несутся товарищи. ЧБ же достаточно умна, чтобы не обижаться. Вообще странно, что она крикнула — уверен в ее способности оценить трезво ситуацию и не лезть под руку малышам, обскакавшим матерых волков угодивших в клетку. Может ее так захватило происходящее вокруг, что попросту не смогла сдержаться?

Скорей всего именно так.

Вокруг нас менялось все. Исчезали соляные шипы и пики торчащие из земли. Разваливались соляные бугры. Уходили в воду спящие святые големы. Впечатление что некий великан работал гигантским ластиком, усердно стирая ландшафт. Все вокруг превращалось в серую унылую равнину. Мы неслись вместе с волной разрушителем. Мы растворяли здешний мир… и постепенно приближались к холмам еще не затронутым водой. Но я не переживал — Дельфин был ближе и тяжело разворачивался носом к нам.

А нет… я уже переживаю и очень сильно — корабль тонул.

Хорошо так тонул! Прямо отлично! Всеми пробоинами глотал густую серую жижу как заправский алкаш. И шустро так проваливался вниз. Туда, откуда нам его так просто не вытащить. Этого допустить было нельзя.

Пока успевали… но впритык.

Двойной удар огня заставил несколько метров студня закаменеть. Удачный выстрел. Передышка позволила мне бросить взгляд в сторону. Выругался Бом. Чертыхнулся Друмбос. Док и Храбр промолчали. Я, хотя и с трудом, последовал их примеру — начали уходить под воду части ловушки. Еще немного и два клановых отряда освободятся. Именно два отряда, а не один — мельком брошенный на чат взгляд позволил увидеть, что Храмовники в спешке покидают общую группу. Теперь каждый сам за себя. И это опять же нам на руку. Не верю я никому. Никто из них не явился нам на помощь. Все пришли ради своих интересов. И убьют любого ради этих же интересов.

Следующий огненный шар ударил по остаткам заваливающегося холма. Пропеченная соль с хрустом застыла невысоким гребнем. Через мгновение по гребню с грохотом прошелся форштевень Дельфина. Соль с треском разлетелась на куски, лишенный последней опоры гребень с плеском ушел в студень и бесследно исчез. Док последний покинул столь опасную тропинку, в неуклюжем прыжке зацепившись за край борта. Сорвался. Его подхватил Друмбос и втащил на палубу. Мы в полном составе оказались на борту мистически исчезнувшего корабля. К этому моменту я бежал к корме. Прямиком к капитанской каюте. Бом тяжелой гирей ухнул в черный люк трюма. Друмбос на бегу бросил следом за учителем Дока и побежал за мной. Храбр прыгнул в трюм сам.

Мы заранее распределили зоны поиска. И с самого начала решили, что артефакт окажется либо в трюме, либо в капитанской каюте. Важный груз как–никак. Наиболее вероятно — в трюме. Там куда легче разместить темный божественный артефакт требующий особой упаковки и большой охраны. Но проверить стоило и второе по вероятности место — капитанскую каюту. Причем проверить одновременно — сейчас к кораблю рванут враждебные игроки.

Пробегая палубу, наткнулся на уйму распростертых скелетов в матросской форме. Перепрыгнул парочку просоленных мертвецов. С разбегу налетел на дверь. Та устояла. Мне в спину врезался Друмбос. Общий вес сорвал дверь с петель и мы влетели в капитанскую каюту. Рухнули на усыпанный мелкой солью пол, подняв облако пыли. Кашляя, чихая, подняли белые от соли лица и замерли. К противоположной стене каюты, представляющей собой застекленное огромное обзорное окно, прижался спиной скелет. Высокие сапоги. Широкий кожаный пояс с большой металлической пряжкой. На поясе сабля с желтым лезвием. Никаких ножен. На плечах болтаются остатки некогда белой рубашки с кружевным воротом.

Странный такой скелет… жуткий… Скелет в чьем животе засела полированная зеркальная линза из темного материала. Линзу бережно прикрывали две костистые руки. Казалось у скелета болит живот — что и немудрено, после того как проглотил такую вот штуковину… Скалящийся череп смотрел в потолок. Корабль вздрогнул. Череп тоже. И с отвратным хрустом упал челюстью на грудь. Теперь черные глазницы смотрели прямо на нас. И я видел, как в них ме–е–едленно разгорается зеленоватое пламя.

«В трюме арта нет!» — это от Бома.

«Каюта. Арт и босс».

«Понял! Летим!» — и через десять секунд новое сообщение — «Ловушка сдохла! К нам толпа!».

Черт…

«Рос!» — это от ЧБ — «Лучше нам, чем им!».

Ну да. Если представится только такой выбор — без раздумий отдам артефакт Неспящим. А Золотым Храмовникам покажу оттопыренный средний палец. Но у меня совсем другие планы.

«Орб! Капитанская каюта! И живее! Два скачка и не больше!».

Письменного ответа я не получил. Страдает дисциплинка. Где рапорт с подписями и печатями? Вместо него раздался короткий ревущий звук больше подходящий поезду, чем живому существу. Тяжкий удар поодаль. Еще один рев — на этот раз долгий и приближающийся.

Скелет у стеклянной стены ожил. Вскинул голову. Полыхнули глазницы. Проявился уровень — четыреста шестьдесят шестой. Зажегшаяся сабля сама прыгнула в костяную ладонь.

— Вы зря явились сюда! За смертью явились! — изрек скелет со свистом рубя воздух.

— Не за смертью, а со смертью — поправил я скелета, буднично вставая и отряхивая пыль с одежды.

В дверной проем влетели Бом с остальными. Скелет нанес последний удар по несчастной исполосованной атмосфере и шагнул вперед. На окно упала черная тень.

— Вы ум…

Грохот. Стеклянная стена устояла. А вот угол каюты снесло напрочь. В дыру шагнула раскачивающаяся громадная тень в черном плаще. Метнувшаяся рука перехватила оружие скелета, сжалась на его запястье. И скелет замер. Замычал что–то, глянул на того, кто посмел остановить его. Клацнул челюстью и начал рассыпаться. Череп отвалился первым. Еще до того, как когтистая лапа вырвала из его живота темную зеркальную сферу. Оглядевший артефакт Аньрулл тоже клацнул челюстями и отправил в разинутый рот резко уменьшившуюся сферу. Я невольно глянул ниже — на дыру в животе окруженную ребрами. Ничего не упало. Я со вздохом клацнул челюстью. За стеной плескалась в сером студне гигантская призрачная жаба. На ее холке сидели трое — Мистри, Орбит и Лампа. Жаба и доставила сюда Аньрулла — первым чудовищным прыжком она пролетела половину пещеры и забрала бога смерти. Вторым прыжком принесла его сюда.

Это была одна из причин почему я решил взять жабу, а не водного демонического богомола способного призывать ураганные дожди. В отличие от богомола жаба отменно прыгала.

Мелькнули тени. В нас ударили тугие струи воздуха. Посреди каюты замерли ЧБ и Шепот. Через секунду в каюту вбежали двое Храмовников. Поднявший с пола саблю скелета Бом удивленно спросил:

— А че так долго? Плыли что ли?

— Плыли — ЧБ все поняла быстро и глянула на меня — Умыл нас. Молодец. Главное не Храмовникам.

Глава Неспов бросила взгляд на Аньрулла и вышла. Шепот за ней, успев показать мне большой палец и насмешливо глянуть на Тамплиеров.

— Ты не подвел — в голосе бога смерти отчетливо слышалась радость. Великая радость. Звенящая, трубящая, ревущая радость.

— Я обещал — дернул я плечом — Но расслабляться рано. Теперь надо найти отсюда выход. И побыстрее — до того, как сюда явится армия светлых жрецов. Причем вместе с проснувшейся Ивавой.

— Мы найдем выход, Росгард Мудрый — успокоил меня Аньрулл — Обязательно найдем. И быстро. Ведь у нас с тобой впереди столько дел… пошли! Не станем терять драгоценное время! Все идем на жабу!

И мы все пошли на жабу. Застонавший Белый Дельфин накренился и быстро начал погружаться. Когда мы оказались на спине призрачного демона, корабль погрузился почти полностью. Над солью торчала пара мачт. Вскоре ушли под студень и они. Осталась торчать верхушка самой высокой мачты с обвисшим рваным флагом. Белый Дельфин лег на дно. Вскоре соль застынет и корабль обретет соленую до горькости могилу. Вместе со всем экипажем.

— Покойся с миром — вздохнул я.

— Я все заснял — вполголоса произнес Храбр — Можно без монтажа сразу в эфир. Съедят и пальчики оближут! Еще и добавки попросят — я про зрителей. Мы герои из героев!

— И мы всегда на крайних рубежах — рассмеялся я и хлопнул друга по плечу — Пошли. Надо искать выход.

— Интересно, где он окажется и куда выведет — добавил Бом.

— Вот и выясним! — подытожил я — Пошли!