Глава 51

После разговора на музыкальном вечере Ее Величество перестала опасаться миссис Олмидж. Зато однажды пригласила Оливию в свой будуар. Пока одна из фрейлин читала вслух, дамы склонились над столом, повернулись ко всем спиной, делая вид, что рассматривают гравюры.

– Взгляните, миссис Олмидж, – королева вынула из кармашка медальон и открыла вторую, совершенно незаметную крышку. Внутри блеснули зернышки черных бриллиантов. – Можете передать моей бабушке мою благодарность за подарок?

– Она вас слышит, Ваше Величество, – ответила девушка, тихонько поглядывая в угол, – и улыбается.

Супруга монарха улыбнулась, сдерживая слезы, и, повернувшись к остальным дамам, завела ничего не значащий разговор об искусстве модных художников. Поскольку Оливия в течениях современной моды разбиралась слабо, она просто сидела подле Ее Величества и писала в блокноте то, что ей говорили духи. Когда одна из дам язвительно поинтересовалась, что так усердно записывает провинциальная гостья, девушка спокойно ответила:

– Конспектирую ваши высказывания, леди, чтобы блеснуть умом в более скромном обществе.

Обескураженные ответом фрейлины даже не обратили внимания на то, что королева незаметно читает все записи и явно что-то откладывает в своей памяти.

К счастью для утомленной «миссис Смерть», визит не продлился долго. Вскоре настало время собираться на торжественный ужин, посвященный какому-то давнему событию, и дамы захлопотали, а гостью отпустили.

Телохранительница встретила подопечную у дверей будуара и проводила до покоев. На ужин миссис Олмидж не собиралась. Поначалу король присылал ей приглашения на все придворные мероприятия, но Оливия дала понять, что очень устает, общаясь с призраками, и у нее не остается сил на любезности со светскими щеголями. Тогда Его Величество сменил тактику: кавалеры начали подходить к девушке на прогулке. Кто-то любезничал, кто-то пытался обаять, но находились и те, что просто угрожали неприятностями, если девушка не отнесется к ним благосклонно, или, напротив, обдавали ледяным высокомерием, показывая, что недовольны приказом короля пообщаться с простолюдинкой.

Сначала Оливия пугалась. Потом поняла, что это претенденты на ее руку и сердце. Присмотрелась, представила себе жизнь с одним из напыщенных аристократов или с надменным юнцом в стесненных обстоятельствах и однажды на уже привычных вечерних посиделках с чашкой чая, попросила больше ее ни с кем не знакомить.

– Но как же я смогу выполнить вашу мечту? – удивился король, – если вы не желаете ни с кем знакомиться? Или… тут монарх поставил чашку и выпрямился: – вы уже знакомы с тем человеком, за которого желаете выйти замуж!

– Это не так, Ваше Величество, – бледно улыбнулась Оливия, опуская ресницы, – я осознаю свое положение и понимаю, что все эти мужчины ищут во мне выгоды. Это и неплохо, брак не всегда строится на чувствах, но каждый из представленных мне кавалеров держал в мыслях, как он накажет меня за то, что ему пришлось взять в жены простолюдинку. Брак не стоит такой жертвы.

К удивлению девушки, король внимательно отнесся к ее словам, и больше никто не портил «миссис Смерть» прогулку.

Оливия не догадывалась, что по поручению сюзерена лорд Мербиус отыскал в архивах и библиотеках все, что было известно о «слышащих». В толстенном старинном трактате они и нашли список причин, по которым девушка может утратить свой дар. Список был длинным, но в самом начале стояли «неудачный брак» и «усталость от общения с призраками». В пример приводились зафиксированные летописцами моменты жизни прежних «королевских слышащих». Так, например, Ниринея Залесская утратила свой дар после того, как Тарин Илейский пожелал услышать слова прощания от всех воинов, павших в жестокой битве. Аглая Леорнская перестала слышать призраков после того, как нетрезвый супруг ударил ее по голове так, что кровь пошла из ушей. Карида Твирская испугалась пожара, который вспыхнул рядом с ее покоями, и тоже перестала видеть и слышать духов.

А ведь практическая польза от «миссис Смерть» давно превысила ее содержание и подарки! По традиции, аристократы, вернувшие свои родовые замки, передавали десять процентов от накоплений в сокровищнице рода в королевскую казну. Плюс вновь обретенные артефакты, очищенные «пугающие» коридоры и склепы, приструненные конкуренцией с «провинциальной замарашкой» придворные дамы… Вот и думал король, а вместе с ним и его советник, как бы уберечь столь редкое сокровище?

К сожалению, внимание королевы к «фаворитке» не укрылось от глаз придворных. Пара любезных слов, присланные свежие фрукты из личной оранжереи Ее Величества, и на Оливию обрушился новый град насмешек, обидных подколок и сплетен. Все это девушка могла бы перенести, ведь она почти не покидала своих покоев, но… В один не прекрасный день, когда в воздухе уже чувствовалось приближение первого снега, миссис Олмидж упала в обморок прямо на прогулке. Ее тотчас отнесли в комнаты, вызвали лекаря, и по дворцу поползли шепотки о беременности новой фаворитки. Однако лекарь, увидев посиневший язык и лопнувшие сосуды в глазах, сразу постановил – отравление! И принялся спасать девушке жизнь.

Пока в спальне с переменным успехом шла борьба, телохранительница рвала и метала, пытаясь обнаружить яд. Она лично проверяла все блюда! Каждый флакон крема, каждый горшочек мыла! Кто и как мог подсунуть яд? Подсказку дал лекарь, когда вышел из опочивальни и объявил, что жизнь пациентки вне опасности.

– Яд попал в организм миссис Олмидж через нос, рот и глаза. Это особенно заметно, потому что эта отрава может действовать даже через кожу, а следов нигде, кроме лица, нет!

Тара озадачилась. Крем? Тогда были бы следы на руках. Мыло? То же самое!

Секрет открыла горничная, которая собирала с пола одежду Оливии, чтобы отдать ее в чистку. Она небрежно подхватила шляпу и несколькими движениями влажной ладони расправила вуаль, которая по последней моде прикрывала лицо до подбородка. Служанка ойкнула и потянула в рот палец, но лекарь перехватил ее и показал телохранительнице мелкие пузырьки, похожие на легкий ожог:

– Вот и яд!

Испуганную горничную утешили, обработали ее кожу противоядием и услали прочь. А шляпку испытали еще раз и убедились, что именно вуаль пропитана опаснейшим веществом.

– Кто подарил шляпку? – отрывисто спросил королевский следователь, в очередной раз появляясь на пороге гостиной.

– Все наряды миссис Олмидж доставляют от королевского портного, – ответила Тара. – Он присылает сразу готовый наряд, от белья до туфелек и шляпки, так что мы не знаем, кто отравил ткань.

– Узнаем! – рубанул мужчина и ушел.

Следующие два дня Оливия лежала в постели, излечивая последствия отравления, а на третий день к ней прямо в спальню пришел король.

– Лежите, миссис Олмидж! – прикрикнул он на смущенную «слышащую», когда девушка попыталась встать. – Я знаю, что вы еще больны, но, надеюсь, вы в состоянии меня выслушать.

– Конечно, Ваше Величество, – чуть слышно ответила Лив.

– Было проведено расследование. На вас покушалось весьма высокопоставленное лицо. Конечно, это было сделано через подставных лиц, помощников, приспешников и разных мелких людишек вроде уборщиков. Однако наказать его официально я не могу. Не могу и оставить Вас при дворе, хотя ваша помощь неоценима. Зато я могу вас спрятать. Завтра вы скончаетесь. А послезавтра моя супруга отправит замуж одну из своих воспитанниц, графиню де Ланнуа. Ею будете вы.

– Я?

– Да. Я уже подписал указ о даровании вам титула и земель. А также заключил от вашего имени брачный контракт. Раз в полгода или чуть реже вы будете приезжать в столицу и выполнять некоторые мои поручения. Миссис Олмидж умрет, а Оливия де Ланнуа выйдет замуж и передаст титул детям.

– Замуж? – девушка побледнела.

– Прочтите. Меня уверили, что вы не откажетесь, – монарх протянул девушке бумагу и, пока она пыталась прочесть угловатые выразительные буквы, добавил: – У вас будет несколько дней на сборы. Все необходимое доставят вместе с вами. Платье тоже.

Оливия как раз добралась до имен жениха, и сердце забилось где-то в горле. Король дернул за сонетку, вызывая служанку, но вместо горничной вошла Тара и тотчас принялась хлопотать вокруг бледной девушки.

– Я правильно понимаю, к алтарю вас тащить не придется? – с легкой усмешкой поинтересовался монарх.

– Не придется, – потупившись ответила Оливия.

– Я рад. Что ж, лорд Мербиус берет организацию всего на себя. Прощайте, миссис Олмидж!

– Прощайте, Ваше Величество! – с улыбкой ответила Лив.

Следующие несколько часов прошли в панике. В спальню примчался лекарь, забегали служанки, по этажу поплыл запах зелий и куриных перьев. Множество любопытных видели своими глазами, как новая фаворитка билась в агонии, а потом лекарь накрыл ее простыней и пошел доложить Его Величеству о смерти миссис Олмидж. Пока спальня стояла закрытая, вымазанную ягодными притираниями для лица Оливию вывели через потайную дверь, а на ее место уложили тело девушки, недавно скончавшейся в тюремном лазарете. Несхожесть замаскировали, обезобразив лицо ядовитым ожогом, и запретили служанкам приближаться к телу, дабы не отравиться самим.

Пока шли приготовления к быстрым похоронам на ближайшем городском кладбище, Оливия отсиживалась в опочивальне Ее Величества, безбожно обыгрывая супругу монарха в карты. Королева кусала губы и чертыхалась, но призрак виконта Вайберга стоящий у нее за плечом, продолжал докладывать Оливии, какие карты находятся в руках у первой леди королевства.

К ночи их теплую компанию разбавил король, рассказавший последние новости. В смерть фаворитки поверили. Настоящий яд не зря вылили на умершую: были попытки «случайно» сорвать с тела саван и опрокинуть гроб, но моментально проявившиеся признаки отравления убедили подсылов не лезть в комнаты усопшей.

Тара упаковала все личные вещи «покойной», вынесла их к повозкам и пожаловалась на кухне, что лекарь приказал сжечь все до нитки, чтобы больше никто не отравился. Оливия горячо поблагодарила короля. Все же за время проживания во дворце она успела обзавестись удобными и памятными вещами. Кроме того, за минувший день Ее Величество по собственному желанию собрала для «графини де Ланнуа» приданое, положенное ее придворной даме, выходящей замуж.

– К сожалению, вам нужно уезжать прямо сейчас, – сообщил король. – Для вас приготовлена карета с постелью, лекарь едет с вами, как и телохранительница. Я громко уволил ее, узнав о вашей «кончине». Возле замка вас встретят, устроят на ночевку и сообщат, когда будет свадьба. Благословляю вас, графиня де Ланнуа, будьте счастливы! – с этими словами Его Величество поцеловал Оливию в лоб, а постоянно болтающийся рядом призрак лорда Вайберга ревниво проворчал, что нечего при законной жене целовать чужих невест.

Дух был просто счастлив грядущему возвращению в фамильное гнездо и совершенно игнорировал страхи Оливии.