Глава 4

Варвара

— Ура! Малышка, мы это сделали, — прыгала возле меня Настя.

Вот если бы не она, честное слово, моё настроение было бы лучше. Согласитесь, когда вы упорно сидите за учебниками и зубрите билеты, в конце концов, сдаёте все экзамены, и в минуту счастья, гордости на вас выливают ведро лицемерия. Вот кто будет в хорошем настроении? Хотя я, наверное, не меньше лицемерю, улыбаюсь этой лживой суке.

— Мы молодцы, — божечки, какой у меня фальшивый голос.

Самой противно. Я вообще последнюю неделю, само очарование. Вру. Моя стервозность достигает десяти баллов из десяти. Местную Цацу довела до срыва. Над красавчиком стебусь постоянно, что он теперь старается меня избегать. Не вывозит мальчишка, а жаль. Одной Насте везёт, потому что на ней папино табу. Но ведь табу не вечно, и это греет душу.

— Давай сходим в клуб, развеемся? — щебечет мисс лицемерка.

— Не могу, у меня семейный ужин, а завтра мы улетаем на отдых, — улыбаюсь, в этот раз искренне.

Потому что я свалю подальше от всех и вся. Надоело мне постоянное напряжение. А ещё надоело думать о соседе, и представлять его в компании какой-нибудь плюс три или плюс четыре.

Может, я комплексую насчёт груди? Или я влюблена в своего соседа бабника. Мой мозг выдаёт разные предположения и от всех мне плохеет. Хочу отдохнуть. Устала.

— Ой, прекрати, неужели ты не можешь сбежать, тоже мне. Посиделки с предками не самый лучший вариант праздновать окончание сессии, — морщится Настя.

— Для кого как! — отвечаю достаточно холодно, чтобы поняла и не лезла, куда не надо.

— А твой парень скучает один? — спрашивает Настя и просто прокручивает нож у меня в спине.

Ни за что не покажу, что для меня это значит! Улыбаюсь.

— Почему? С нами, папа очень хотел с ним познакомиться.

На лице Насти на секунды появляется неприкрытое раздражение, которое скрывается под лживой улыбкой.

Меня сейчас на неё стошнит. Все, пора заканчивать цирк на этот год.

— Пока Настя, увидимся в следующем году, — крепко обнимаю и целую в щеку.

— Пока, — недовольно говорит Настя, и я, наконец-то, тикаю в сторону остановки.

«Я маленький, оловянный солдатик, который выдержит всё это дерьмо”

Бурчу себе под нос пока еду на автобусе и пересаживаюсь на такси, чтобы папуля не начал читать мне нотации на тему денег.

Стоит мне подойти к дому, как я скидываю с себя весь негатив и все свои мозгосжирательные мысли. Кружусь, вдыхаю запах настоящей зимы, вспоминаю своё счастливое детство, как я обожала Новый год и все подарочки от папы — деда мороза.

Зарядившись позитивом, захожу в дом, чтобы подарить своим близким только одну положительную энергию и свою счастливую улыбку, и никак иначе.

Геннадий

Прошла неделя, как я не видел Ангела. И это п*здец.

Ломка по ней не сравнится ни с чем! Мне не хватает её улыбки, смеха, злобного взгляда, язвинительности. Хочу всего и побольше. Сколько раз я набирал ей сообщение и стирал его, уже не сосчитать. Тупая гордость, мешает написать первому, показаться больше зависимым от неё, хотя так и есть. Я люблю её. Втюрился, как мальчишка.

Кручу в руках телефон и смотрю на ночной город, кругом эти фонарики, ёлочки, побрякушки и вся эта тошнотворная тема Нового года.

Ненавижу Новый год. Ещё с детства, когда в нашей семье у всех были приклеены искусственные улыбки, множество гостей и никакой теплоты. Я получал лучшие подарки, о которых мечтал любой ребёнок. А я в то время завидовал семьям, где царила любовь, может без крутых подарков и изысканных блюд, но по-семейному, тепло.

Всегда поражаюсь человеческой тупости. Все твердят про деньги, но самое паршивое, что будет у тебя до х*я денег, но это не залог гребенного счастья.

Решительно набираю сообщение и отправляю Ангелу.

Я: «Привет, соседка;-) Как дела? Как экзамены?»

Сжимаю телефон и жду ответа. Минута, две, пять, десять. Закрываю глаза и падаю на постель. Чувствую себя ещё поганее, но уведомление о входящем сообщение, заставляет сердце биться чаще.

Ангел: «Привет, Генка:-* Я сдала все экзамены, можешь меня поздравить) Только что поужинали с семьёй. И я, как обожравшая хрюшка, валяюсь на постели в своей старой комнате, и не могу пошевелиться. Ты там как? Не голодный?»

Я: «Скучаю по тебе»

Ангел: «Ой, как это мило) Наверное, в компании, какой-нибудь красотки?»

Я: «Один»

Ангел: «А что так? Я уж думала, воспользуешься моментом, а ты теряешься)»

Вот сейчас она меня бесит.

Я: «Действительно, что это я теряюсь. Ничего, сегодня исправлюсь;-)»

Ангел: «Вот и молодец!»

Я: «Не говори!»

Ангел: «Тогда не буду отвлекать. Иди, ищи свою красотку, где ты там их ищешь.»

Я: «А я уже нашёл, только она настолько глупая, что ни хрена не понимает»

Ангел: «Что не понимает? Да они у тебя всегда были не особо умными»

Тупик.

Я: «Что мне никто кроме неё не нужен!»

Ангел: «Совсем не понимает?»

Я: «Нет, её недавно парень предал и, наверное, она больше зациклена на своих чувствах»

Вот на хуя, я все это ей пишу.

Ангел: «Генка, ты это прости, давай завтра поговорим, меня рубит. Сладких*»

Заебись!

Я: «Спокойной ночи»

Написал сообщение и, со всей силы, швырнул телефон в стену.

***

Варвара

Сижу попой на снегу и думаю о Генке. Сейчас бы радоваться, как круто я прокатилась. Так нет, сижу и обдумываю нашу последнюю переписку. Не нужно обладать сверхъестественными способностями, чтобы понять намёк соседушки. Только вот, нашёл время на меня всё это вывалить. Меня, как будто по голове приложили.

Первой реакцией было отшвырнуть телефон подальше. Что впрочем я и сделала. Попрощалась с соседом, и выключила телефон от греха. Чего я испугалась? Скорее всего своей реакции и непонятного чувства в районе груди.

Я девушка не глупая и в сказочку, где бабник превратится в верного принца, не верю. Если мужик любит залазить на все, что движется, то так будет всегда. Может не вполне здоровый взгляд и немного скептический, но увы, после предательства он только укоренился.

Весь полет, и остальную дорогу до пункта назначения я занималась тем, что боролась с собой. Боролась со своей дуростью и желанием верить в чудо. Встречу Нового года первый раз я провела не так, как обычно. Приклеенная улыбка и задумчивый взгляд. Если мама не заметила мою игру, то папа смотрел на меня подозрительно. Слава всем Богам, не лез ко мне с вопросами.

Вообще я старалась проводить время одна и оставлять родителей наедине. Тем более они были похожи на двух голубков. Мама порхала и светилась счастьем. Папа от этого распушил свой хвост и ходил с горделивым видом настоящего мужчины. Забавляли они меня. А уж их тихое шушуканье с интимными намёками, заставляли меня тихо похихикивать.

Правда, иногда я чувствовал себя лишней. Их счастье касалось и меня, это были мои родители. Но это было в первую очередь их счастье, которое они выстраивали долгие годы брака. А я девочка взрослая и должна сейчас зажигать со своим парнем или хотя бы строить глазки местным поистине красивым парням. Только вот я не могла. Наверное, глупо, но мне, казалось, если я начну флиртовать с другими, я сделаю больно Генке и предам его. Вот я дурная.

Надо бы позвонить ему или написать. Спросить, как дела? Правильно, так и сделаю.

От своего решения мне стало так легко и радостно, что я соскочила на ноги и чуть не упала обратно, когда услышала громкий крик Насти. Ничего себе у меня глюки. А нет, не глюки, жаль.

— Варька, — повисла на мне Настя. — Представляешь, папа сделал нам подарок. Я так рада!

— А я-то как рада, — прошептала я, замечая на горизонте Артёма со своей девушкой.

О, как это мило. Как у меня, однако, Новый год начался.

— Не обращай на них внимания, — махнула рукой Настя, вот только в её глазах было столько злорадства. — Где, кстати, твой парень? Что-то его не видно.

— Он приедет завтра, — растянула непослушные губы в улыбке.

Вот что я несу?

— Правда? — не поверила Настя.

— Правда. Пойду я, пожалуй, обещала позвонить любимому.

— Хорошо, если что мы разместились в соседнем коттедже.

Обрадовала подруженька. Тикая подальше от лживого семейства, лихорадочно думала, как объяснить всё Генке.

Промчавшись мимо родителей, закрылась в своей комнате, набрала побольше воздуха и позвонила соседу.

— Ты мне нужен! — выпалила я, как только Генка ответил на звонок.

— Мне нравится такое приветствие, — учащённо дыша, ответил Генка.

— Ты что делаешь? — спросила, с черт знает откуда взявшейся злостью.

— Я в спортзале — спокойно ответил Генка.

— А-а-а…

— Так что ты хотела? — неуверенно спросил сосед.

— Ты мне очень нужен. Я понимаю, как это эгоистично с моей стороны. Но ты не мог бы приехать ко мне.

— Куда?

— В Швейцарию.

— Хм.

— Генка, тут Артём и…

— Я приеду, — перебил меня Гена.

— Ты же сыграешь моего парня? — закусила губу.

— Без проблем.

— А что я буду тебе должна?

— Позже решу.

— Значит, ты приедешь?

— Да, позвоню, как буду вылетать.

— Спасибо Геночка.

— С тебя жаркий поцелуй, вместо приветствия.

— Хоть двадцать.

— Замётано.

— Э-э!

— Всё, не могу больше разговаривать, Богдан идёт. До встречи конфетка.

Гена отключился, а я задумалась. Подозрительный у него был тон. И почему я такая счастливая? Улыбка против воли растягивается на губах.

— Доченька с тобой всё в порядке? Мы не знали, что они сюда приедут, — начала мама, как только они вошли с папой ко мне, между прочим, без стука.

— Мама, папа, завтра прилетает мой парень, — мило улыбнулась я.

***

Что может быть лучше семейного ужина? Наверное, ничего. Хотя, если к Вам не напросилась на ужин очень наглеющая семейка. Сидят все, улыбаются, а я в ответ им скалюсь, что аж зубы сводит. Знала бы, подложила в еду яд или лучше слабительного, да такую порцию, чтобы у них какашки из попки, как пробка из шампанского вылетали. Но как бы, да я бы. А теперь вот сижу, вилкой по тарелке свою порцию размазываю.

— Слышал, у Варвары появился парень. Решил не впускать молодца в семью? Не доверяешь? — хитрожопый отец моего бывшего активизировался.

— Почему? Гена приедет завтра утром, — спокойно ответил папа, и смотри ка, его даже не перекосило, как днём после моего заявления.

— Как быстро у Варвары меняются вкусы, — обронил папаша Артёма.

— Не так быстро, как у вашего сына, — мило улыбнулась.

Съел, да?

— Я бы попросил тебя не высказываться так о моей дочери, — с угрозой в голосе сказал папуля.

— А мы с Тёмой женимся, — брякнула Рита, девушка моего бывшего.

Кто-нибудь ловите мою челюсть.

— Беременная что ли? — вырвалось у меня, и бровь приподнялась.

Ну а что? Я реально в шоке.

— Почему сразу беременная, у нас любовь, — оскорбилась Ритуля.

По виду бывшего не скажешь, вон как пот со лба вытирает. Залетела деваха и на него удавку закинула. Всё интересней и интересней.

— Ясненько, — протянула я.

— Что ясненько? — взвизгнула Ритуля.

— Милая, не нервничай, — засуетился Артём.

Вот кто бы не хихикнул, я вот точно не смогла сдержаться.

— Пожалуй, я пойду к себе, с любимым поболтаю, а вы не нервничайте и ешьте, главное не подавитесь.

— Варвара! — прикрикнула мама.

— Сорян мамуль, вырвалось, — потупила глазки и ушла к себе.

Где впрочем сразу же позвонила Генке, тем более чем не повод, лживая подруга, ушла за мной. Я же должна сыграть.

— Конфетка, — протянул Генка вместо приветствия.

— Пусечка, я так соскучилась, — подразнила я.

Пусечка, ха!

— Боже, не говори это слово, меня аж выворачивает!

— А что такое, Пусечка, что-то не то съел?

— Конфетка, доиграешься, отшлёпаю, а может и не только отшлёпаю, — с игривыми нотками в голосе сказал сосед.

— Оу, интересно и что же ты сделаешь?

— Например, сделаю тебе приятно. Помнишь, как в том фильме? Стоит мне только вспомнить тот вечер, как у меня во рту сохнет, и стоит по стойке «смирно».

— Ты такой пошлый, — краснею и отворачиваюсь от подруги — ухогрелки.

— Ты даже не знаешь насколько, но я тебе научу.

— Что-то не помню, чтобы изъявляла желание учиться?

— Ты захочешь, я тебя уверяю. Сама попросишь.

— Фигушки.

— Поспорим?

— А давай.

— Если ты проиграешь, то согласишься со мной встречаться!

— Что?

— А если проиграю я, то я отдам тебе свою малышку.

— Что?

— Сам не верю, что я это сказал.

Хм, машинка у него классная, и я ведь совсем не собираюсь просить Генку о ТАКОМ

— Идёт.

— Отлично.

— Что это ты такой довольный? Думаешь, я проиграю?

— Я это знаю, девочка моя.

— Посмотрим!

— Угу, ну всё до завтра, не могу разговаривать, — сказал Генка и отключился.

Это почему он не может разговаривать?

— Всё в порядке? — спросила Настя.

— Ага, отлично.

***

Мало того, что вчера они испортили нам ужин, лживая подруга час сидела со мной в комнате, и мне пришлось прикрикнуть на неё, чтобы она свалила, так ещё они решили с нами покататься.

Я была вся напряжена, эта Рита при любом случае, пыталась меня задеть, толкнуть или засосать бедного Артёма рядом со мной. Я так и представляю, что будет с его губами, но да ладно, не мои проблемы. По странному стечению обстоятельств, я ни капли не ревновала. Мне было абсолютно всё равно, а вот Генка меня волновал.

Этот соседушка так и не написал мне сегодня ничего. И я не знаю, приедет он или нет. Я так задумалась, что не заметила мимо проходящей Риты, вот только столкновение с ней, заставило меня упасть на попу.

— Неужели не видишь куда идёшь? — поморщилась Рита.

— Слушай ТЫ, — взбесилась я.

— Тише Ангелочек, не нервничай, девушка малость не умна, — протянул Генка и поднял меня на ноги.

— Генка, — улыбнулась я, забывая про эту стерву.

— Ты мне рада, я посмотрю, — прищурился Генка.

— Очень, — да я улыбалась во все тридцать два зуба.

— Помнишь, что ты обещала? — спросил Генка, наклоняясь ко мне.

— Помню, — тихо ответила я и даже успела прикрыть глаза, как раздался голос Артёма.

— Слушай ты, придурок, ты кого назвал не умной?!

— Прости, конфетка, я немного отвлекусь, — оскалился Генка.

Я думала, он сейчас повернётся к бывшему, но Гена сначала отряхнул мою попу от снега, потом обнял меня за плечи и только тогда повернулся к злому Артёму, возле которого стояла Рита вся в слезах.

— Я скажу один раз, мальчик, поэтому слушай внимательно. Ещё раз твоя курица подойдёт к моей женщине и попробует её задеть, я разукрашу твоё лицо так, что родной папочка не узнает. Понял? — улыбнулся Генка.

А мне стало так стрёмно, потому что Артём правда понял и потупил глаза.

— Ты её толкнула? — спросил Артём со злостью, только направленную уже на свою Риту.

— Тёмочка, ты веришь им, а не мне? — истерично завизжала она.

— А мы вас уже заждались, Геннадий, — сказал папуля, с непонятной мне интонацией.

Ох, ты ж… Я совсем не заметила, как они подошли. Но по восхищённому взгляду мамы, можно сделать выводы, что услышали они предостаточно.

Геннадий

— Мария Алексеевна, это вам, — большой букет красных роз перекачивал из моих рук в руки моей будущей тёщи.

— Владимир Аркадьевич, это вам, — дорогой виски, напиток для настоящих мужчин.

— И моей конфетке, — с улыбкой сказал я, протягивая подарок в подарочной упаковке и букет слегка розовых роз.

— Конфетка? — прочистив горло, спросил отец Вари.

— Не будь занудой, — шикнула на тестя, Мария Алексеевна. — Когда вы всё только успели, Геннадий?

— Сначала разместился в своём коттедже, потом пошёл на поиски Ангела.

— Ангела? — изогнул бровь отец Вари.

— Папа, прекрати, — буркнула Варя, с блеском в глазах рассматривая мой подарок

— Разве она не похожа на Ангела? — с интересом спросил я.

И взгляды женщин были направлены на тестя.

— Так, нечего здесь так на меня смотреть! Давайте сядем за стол и поговорим.

— Можешь раскрыть и посмотреть, — шепнул я Вари, когда отодвигал для неё стул.

— Потом, сейчас папа будет вещать, — так же шёпотом ответила Ангел.

Я сел рядом и постарался держать свои руки подальше от своей девочки. Хотелось затащить её к себе на колени и, наконец-то, поцеловать эти вишнёвые пухлые губы.

— Варвара сказала, что вы начали встречаться недавно, — строго сказал Владимир Аркадьевич.

— Папа, я же сказала, перед отъездом я согласилась встречаться с Геной, — закатила глаза Варя и без палива проинформировала меня.

Спасибо малышка, а то я как-то растерялся.

— Что вас смущает? — спросил прямо.

— Вы заселились в отдельный коттедж, дарите дорогие подарки, срываетесь в Швейцарию по первому звонку моей дочери, мне интересует все. Кто вы? Кем вы работаете? Кто Ваши родители? И почему мне знакомо ваше лицо?

— Так! Дети, идите развлекайтесь, а я здесь сама разберусь, — достаточно твёрдо сказала Мария Алексеевна.

— Дорогая!

— Замолчи! Что ты за допрос устроил? Надо было этому Артёму устраивать такие допросы! Или своему компаньону! Что же ты молчал? Нашу девочку выставили неизвестно кем, причинили боль, а теперь ты будешь трепать ей нервы, и её новому, и я хочу сказать достойному, парню? НЕТ, этого не будет! Дети, собирайтесь и уходите. Кстати, Варвара можешь спокойно переезжать к Гене, я понимаю молодая горячая кровь.

— ЧТО? Какой переезжать? — возмутился Владимир.

— Молча и не спрашивая тебя. Нашей девочке двадцать лет, и ты думаешь, они живут по соседству и ни разу?

— Мама! — покраснела Варвара, а мне хотелось встать и расцеловать эту женщину.

— Быстро идите, а мы поговорим!

— Владимир Аркадьевич, я люблю вашу дочь, и обязательно отвечу на каждый ваш вопрос, — сказал я, не двигаясь с места.

Нужно изначально показать уважение, а если бы я сейчас просто так бы встал и увёл Варю, были бы проблемы. Тем более я прекрасно догадываюсь, что отец Вари меня знает заочно, только не может вспомнить.

— Извините Геннадий, Маша права мы найдём время всё обсудить, идите отдыхайте, и, Варя, если хочешь, переезжай, — закрыл глаза Владимир, и Мария Алексеевна победно улыбнулась.

— Хорошо, пап, — ответила Варя и мы, одевшись, вышли из коттеджа.

— Так ты будешь ко мне переезжать? — спросил я, обнимая Варю за плечи.

— Если буду родителям мешать, то перееду, у тебя ведь там несколько спален.

— А почему бы сразу не в одну, по ночам будет не холодно, я бы даже сказал жарко, — улыбнулся, как мило она краснеет.

— Прекрати.

— Кто-то должен мне поцелуи, — напомнил я, поворачивая Варю и прижимая к себе.

На горизонте удачно появился горе-бывший со своей актрисой.

— Что-то я не помню, у меня провалы в памяти, — усмехнулась Варя.

— Так я могу напомнить, — улыбнулся и, наконец-то, поцеловал свою девочку.

Такая сладкая и полностью моя.

Варвара

Замерев, я всем своим существом желала этого поцелуя. И когда Генка всё же поцеловал, меня словно током ударило. Внутри всё затрепетало, голова закружилась, а душа словно вырвалась из груди и взлетела ввысь. Я была поражена своими чувствами, и когда Гена отстранился, продолжала стоять с закрытыми глазами, чтобы хоть на мгновение продлить это редкое чувство, такое новое для меня. Нежное прикосновение к щеке заставило меня открыть глаза. От его взгляда сердце ускорило свой бег. Теплота в его почти черных глазах так яро отражалась, что не оставалось сомнений — я что-то значу для него, как и он для меня. Неужели это и есть любовь?

— Надо же, твой парень и правда здесь! — радостно закричала Настя, разрушив необъяснимое волшебство.

Чувство полета пропало, меня словно спустили с небес на землю, где Гена совсем не мой принц. Что бы я к нему ни чувствовала, не позволю себе больше строить воздушные замки. Горько. Внутри всё кричит о моей глупости и желании утонуть в глазах соседа. Но я отвожу взгляд, чтобы уделить время своей лживой подруге.

— Да, любимый приехал, познакомься, Настя, мой Гена. Любимый, это Настя, моя подруга.

— Хочу заметить — лучшая подруга, — мило улыбнулась Настя, стреляя своим взглядом в Гену и оценивая его.

Заметив неприкрытый интерес подруги, я цепко посмотрела на Гену, только вот он до сих пор продолжал смотреть на меня.

— Приятно познакомиться, Настя, но я бы хотел провести своё время с любимой женщиной, поэтому мы, пожалуй, удалимся.

Гена не позволил Насте ответить, взял меня за руку и потянул к коттеджам.

— Ты ей понравился, — усмехнулась я, пряча за усмешкой своё волнение и ревность.

— Предлагаешь трахнуть твою подругу? — грубо спросил Гена, останавливаясь и устремляя на меня злой взгляд.

— Как хочешь.

— То есть ты будешь не против, если твой парень пустится во все тяжкие?

— Ты не мой парень!

— А для родителей? Или ты любитель их обманывать?

— Можешь убираться отсюда! Я больше не нуждаюсь в твоей помощи, — прошипела я и вырвала свою руку, поворачивая к коттеджу родителей.

Гена перехватил меня за талию.

— Глупый ребенок, — прошептал он, прижимая меня сильнее к себе.

— Отпусти.

— Не могу.

— Ген, это всё неправильно, я запуталась, — по щекам побежали слезы.

Эмоции бушевали внутри, я знала только то, что должна с ними бороться до последнего.

Гена повернул меня лицом к себе и вытер мои слезы.

— Давай подарим друг другу новогоднюю сказку?

— Какую? — шмыгнув носом, спросила я.

— Давай представим, что есть только мы и мы встречаемся, нет нашего прошлого, ничего нет. Только мы.

— Опасная сказка.

— Но такая желанная.

— Ген, мы никогда не будем вместе. Я не смогу принять твой образ жизни. Не смогу тебе верить.

— Один месяц сказки, и я исчезну из твоей жизни, словно меня в ней не было.

— Это отчаянный шаг и глупый. Что ты сделаешь? Переедешь?

— Да.

— Я не хочу, чтобы ты исчезал, ты мой друг.

— Малыш, я не твой друг и никогда им не буду. Я хочу большего, чем дружба.

— Ты предлагаешь мне…

— Предлагаю тебе отпустить свои эмоции. Я видел твой взгляд. Я ощущаю твои чувства. Скажи, неужели ты не могла решить проблему по-другому? Ты позвонила мне, позвала, потому что хотела видеть рядом.

— Ген, это так больно… любить.

— Знаю. Предательство тех, кого ты любил, всегда живет вот здесь, — Гена притронулся к своей груди, — но мы не в силах не любить больше. Думаешь, я хотел влюбиться? Чувствовать боль от твоих отказов? Знаешь ли, я не мазохист. В самолете я наблюдал за молодой семьёй с ребёнком. Пацан, такой мелкий и пухлый, пробуждал во мне тоску. Другие сидели и нервничали, когда он устраивал истерики, а я завидовал. Завидовал его родителям, их любви, которую ощущали все присутствующие. Всегда презирал и, наверное, продолжаю презирать женщин. У меня есть на это свои причины. Черт возьми, но я хочу попробовать. Поэтому к черту все наши споры. Не хочу больше играться. Хочу настоящего. Позволь показать, что я могу тебе дать. В конце ты сама решишь, будешь со мной или нет. С четырех лет я знал, что деда Мороза нет, я не чувствовал волшебства и никогда не верил в чудо. Но завтра мне исполнится 29, и я хочу поверить в гребанное чудо. Так что, конфетка, ты согласна рискнуть вместе со мной? По-взрослому?

— А тебя политика не интересует? Мне кажется, у тебя хорошо выходит толкать речи.

— Варь.

— Давай попробуем. Но только когда мы будем уезжать, всё прекратим.

— Не ставь на мне крест заранее, — фыркнул Гена, обнимая меня. — Я могу удивлять.

— Так что, ты ко мне больше приставать не будешь? — улыбнулась я.

— Интересно, когда я говорил "по-взрослому", ты чем слушала? — приподнял бровь Генка и взял на руки, закружив.

— Генка, уронишь! — завизжала я, и мы упали на снег, где Генка удобно устроился на мне.

— Я буду не только приставать, — сказал Генка и поцеловал меня.

Внутри что-то откликнулась на его вызов, и я со страстью ответила на поцелуй, укусив Генку за губу. Он зарычал, вжимая меня в снег.

— Темочка, ты говорил, что твоя бывшая скромная девушка, по ней не скажешь. Ты уверен, что она тебе не изменяла? — раздался голос Ритули.

— Рита, пошли, — шикнул Артём.

— Темочка, ты что, его боишься?! — заверещала Ритуля.

— Молчи, дура..

Голоса ссорившейся парочки всё отдалялись.

— Можно я ей всеку, хоть раз? — спросила я у Генки.

— Нет, это мне нужно кое-кому голову оторвать.

— Мы с тобой кровожадная парочка.

— Страстная, — поправил меня Генка, помогая подняться и отряхнуться.

— Что будем делать?

— Для начала пошли ко мне, я хочу, чтобы ты открыла свой подарок.

— Мой подарок! — вспомнила я и с облегчением обнаружила, что заветная коробочка у меня в кармане.

— Что там? — вытащила коробочку.

— Нет, малыш, пойдем в коттедж, там и откроешь.

— Тогда пошли быстрее, мне не терпится открыть!

Геннадий

Стоило мне открыть дверь, как Варя влетела в дом, скидывая с себя одежду и обувь, спотыкаясь, направилась в гостиную, чтобы с ногами залезть на диван.

— Можно открывать? — спросила любимая девушка с лихорадочным блеском в глазах.

— Открывай, — с улыбкой ответил, присаживаясь рядом с ней.

Но Варя, как назло, не спешила, осторожно разрывала обертку, а я всё больше и больше волновался. Вдруг не понравится. Вдруг не поймет.

И когда Варя всё же добралась до бархатной коробочки, мои нервы были натянуты до предела. Никогда не хотел так угодить, порадовать.

— Какая красота, — выдохнула Ангел, вытаскивая цепочку с сердцем, усыпанным брильянтами, над сердцем располагались ангельские крылья, по которым Варя нежно провела пальцами.

— Ты заставляешь меня летать, — сказал, прочистив горло.

Варя застыла и с долей робости посмотрела на меня, а я походу покраснел. Это пиздец. Вытащив свой кулон из-под свитера в виде ангела, показал Варе.

— Это ты.

— Что-то грудь великовата, не находишь? — рассмотрев ангела, улыбнулась Варя.

— Мне кажется самое то, — усмехнулся и оценивающе посмотрел на грудь Вари

— Это неприлично.

— Что?

— Так открыто пялиться на мою грудь, — буркнула Варя, скрещивая на груди руки.

— Поверь, когда ты рядом, я в последнюю очередь думаю о приличиях, — усмехнулся, и Варя покраснела.

— Тебе понравился мой подарок? — спросил с необъяснимым страхом внутри.

— Очень, — улыбнулась Варя и подсела ко мне поближе. — Мы вроде бы встречаемся?

— Ты меня спрашиваешь? — улыбнулся.

— В общем, я хочу отблагодарить тебя, как девушка, — сказала Ангел и закусила нижнюю губу.

— Хм. Интересно.

— Не улыбайся так, просто хочу поцеловать тебя, сама, — покачала головой Варя, увидев мою мечтательную улыбку.

Эх, а я уже нафантазировал, но ничего, когда-нибудь она это сделает.

— Целуй, — решил не облегчать задачу Варе, было видно, как она волнуется.

Всегда смеялся над придурковатыми влюблёнными парочками, идиотские улыбки взгляды, хихиканье. А теперь знаю, что в те моменты, идиотами были не они, а я.

— Закрой глаза, — поступил приказ от Ангела.

Улыбнулся и закрыл глаза.

Любимая перебралась ко мне на колени, очертила подушечками пальцев мои скулы, губы. От её теплого дыхания возле моих губ, появились мурашки и внутри так хорошо. Вот она делает этот робкий шаг ко мне навстречу, разве это не хороший знак?

Наконец-то губы любимой прикасаются к моим. Я ловлю губами её взволнованный тихий вздох. Запускаю пальцы в густые волосы и прижимаю к себе, как можно ближе.

Страсть, химия летающая, между нами, с первой встречи прорывается сквозь бастион придуманных границ и размывает их. Стон, наполненный неприкрытым желанием, вырывается из Вари. Моё тело отзывается на её потребность в большем. Я сам хочу большего.

Сжимаю любимую в объятьях и перебираюсь с ней на пол, где позволяю своим рукам больше чем обычно. Варя не отталкивает, а только сильнее сжимает мои волосы на голове, углубляет наш поцелуй и стонет от моих ласк.

Снимаю с неё свитер, лифчик и целую твердые вершины груди, ласкаю языком, зубами, посасываю, ищу то, что нравится ей больше всего. Любимая изгибается мне навстречу и стонет.

Нет лучшей музыки на земле, чем стоны её наслаждения, едва различимые, но такие настоящие.

— Гена, нам нужно остановиться, — просит, учащено дыша.

Закрываю глаза. Пытаюсь унять дрожь в руках и во всем теле.

Хочу до боли. Так часто я потакал своим желаниям, получал легкие победы и не знал настоящих чувств. Поэтому с легкостью делаю выбор, не переходить границу, пока она сама не захочет. Трудно.

Улыбаюсь испуганному Ангелу, целую её в губы. Какая она у меня ещё маленькая.

— Прости, — извиняется одевшись.

— Думаю, я переживу, только душ приму, — усмехаюсь и, морщась, направляюсь в сторону ванной.

— Ты же меня подождешь? — поворачиваюсь к ней.

Такая раскрасневшаяся, растрёпанная с опухшими губами и горящим взглядом.

— Я посижу здесь, — выдавила из себя Варя, и я оставил её наедине с собой.

В ванной, раздеваясь, посмотрел в зеркало и криво усмехнулся. Знатный мне бумеранг прилетел, кричали ведь все эти девицы, уходя, нужно было прислушаться, так может быть успел и карму подчистить. Теперь остаётся только одно — отрабатывать.

Варвара

Я смотрела вслед уходящему Гене, испытывая возбуждение и стыд вперемешку с полной растерянностью. Хотела всего лишь поцеловать, щелкнуть по носу, показывая, что я совсем не ребенок. Только вот мне кажется, убедила его в обратном.

Я испугалась того, к чему всё шло. Всё же в моём понимании это должен быть осознанный шаг. Первый секс, первый мужчина. Так почему я чувствую сожаление?

Сидеть на диване и ждать, когда Гена выйдет из душа я не могла, слишком нервно. Поэтому бродила по гостиной, обнимая себя за плечи и уговаривая успокоиться. Судьба или что-то другое, но мимо коттеджа прогуливалась злосчастная парочка. Подошла к окну и первый раз позволила себе внимательно рассмотреть Артёма, его поведение, взгляд.

Он так смотрит на Маргариту, как не смотрел на меня. Вот Рита, сморщив нос, что-то эмоционально говорит, и Артём смеётся. Он счастлив по-своему, так почему же я возвела из-за него столько барьеров? Наказываю себя, за что?

— Ты его до сих пор любишь? — раздался голос Гены.

Вздрогнула от неожиданности, совсем не слышала, как он подошёл.

— Напугал.

— Ты не ответила, — Гена заставил меня повернуться лицом к нему.

Он был напряжен, словно ждал от меня удара.

— Нет, просто грустно всё это, что было со мной. Безответная любовь долгие годы, а я об этом и не догадывалась. Жалко потраченного времени впустую, неоправданных надежд. Поэтому я и зависла, наблюдала за ним, подмечала перемены в поведении. С ней он другой.

— С тобой я тоже другой, — сказал Гена, убирая волосы за ухо.

— Поцелуй меня, — попросила я, положив ладони на его голую грудь.

Гена был практически голый после душа, одно полотенце на бедрах сложно назвать одеждой.

— Это из-за него?

— Глупый, мне просто нравятся твои поцелуи, да и ты нечего, — хмыкнула я, наблюдая, как на Генкином лице появляется широкая улыбка.

— Очень хочу тебя поцеловать, но думаю, пока я на взводе, не стоит, — Гена не сводил взгляда с моих губ.

— Душ не помог? — улыбнулась.

— Не особо, — Гена посмотрел мне в глаза. — А ты как?

Прислушалась к своим ощущениям и покраснела

— Понятно, значит выходим из дома. Давай покатаемся на лыжах, может на сноуборде, какие варианты тебе ближе?

— Сноуборд!

— Понял, давай только приоденем меня, и в путь, — улыбнулся Гена и поцеловал меня в макушку. — Вкусно пахнешь.

— Спасибо.

— Поможешь мне выбрать доску? Я сто лет не катался.

Мне так приятно стало, что он доверяет мне.

— Конечно помогу.

Геннадий

Вот дебил, пока я отсюда буду скатываться, себе шею сломаю или спину, а возможно и ногу.

— Готов покататься? — с улыбкой спросила Варя.

Готов ли я разбиться? Сомневаюсь. И позорно признаться, что я не умею кататься, наверное, тоже не смогу. Мать вашу, а можно я тут постою.

— Готов.

Рембо недоделанный, трус бесхребетный, вот разобьюсь сейчас и буду знать, как красоваться перед любимой девушкой. Интересно, какие у меня шансы не выставить себя придурком?

— Генка, ты чего такой задумчивый? — спросила Варя.

— Ой, Гена, Варька, как я рада Вас встретить. Вы такие неуловимые, — хихикнула Настя.

Моя надежда на то, что она будет одна, не оправдалась, стоило мне повернуться в её сторону, бывший и его актриса. Класс. Самое то, чтобы опозориться.

— Привет, — безразлично сказала Варя, прижавшись ко мне, словно обозначая свою территорию перед подругой.

Приятно, конечно, но сейчас меня волнует другое. Обнял любимую и прошептал на ухо:

— Я не умею кататься.

— Что? — так же тихо спросила Варя.

— Я терпеть не могу все эти лыжи и доски, не перевариваю, ну или боюсь, — уткнулся в шею.

— Тогда зачем соврал?

— Хотел впечатлить, — трудновато говорить правду.

— Дурак, — хихикнула Варя. — Интересно, чем ты думал, когда выбрал самый крутой склон. Наверное, хотел разбиться в лепешку.

— Очень смешно.

— Да мне не смешно, это нервное. Пошли-ка отсюда, буду учить тебя кататься. Зря что ли доску выбирали. 152e1bc

— Может пойдем в коттедж? — простонал я.

— Нет уж, хотел впечатлить, вперед учиться, мачо, — улыбнулась Варя и отстранилась от меня.

— Мы пойдем, увидимся позже.

— А как же прокатиться? — озадачилась Настя.

— Мы передумали, — хихикнула Варя.

Через час на другом склоне.

— Ты уверенна, что мы должны учиться здесь? Кругом одни детишки.

— Думаю, здесь ты себе ничего не сломаешь, старичок, — хмыкнула Варя.