Глава 14

После напряженной ночки ожидаемо просыпаю. И на будильник мне ровно.

– Настя, а тебе разве сегодня никуда не надо? – слышу сквозь плотный сон мамин обеспокоенный голос.

Неразборчиво мычу ответ.

– Что ты там гундишь? – голос мамы приближается.

С трудом отрываю тяжелую голову от такой мягкой и соблазнительной подушки.

– Я говорю, что мне к десяти, – на этот раз получается понятнее.

– Ну тогда у меня для тебя плохая новость.

Хмурюсь.

– Какая?

– Время уже девять пятнадцать.

Эти слова действуют на меня получше тазика с ледяной водой, которой меня однажды окатил любимый братец.

Меня сбрасывает с кровати, и я на ходу скидываю пижаму.

– Блин, мам, а что ты меня раньше не пнула? – возмущенно кричу уже из ванной.

– Я просто думала, что ты у меня уже взрослая и самостоятельная девочка и тебя не надо контролировать, – появляется мама в проеме ванной, – видимо, я ошиблась. Буду теперь знать, что это не так.

Стону, рассматривая вмятины на правой щеке и спутанные ресницы.

Вот же, природа наградила густыми и длинными ресницами. Но какая же боль их приводить утром в порядок.

Пытаюсь их причесать. Нет времени искать гель для них.

Закручиваю две гульки на голове и несусь в комнату. Пролистываю одежду на плечиках, хватаю белую футболку и синюю плиссированную юбку, хватаю тетрадь со стола и на бегу целую маму.

– Эй, а завтрак?

– Там что-нибудь поем, мамуль. Времени нет, я сейчас как раз успеваю на маршрутку.

Спрыгиваю с крыльца.

– Не убейся только, – летит мне вслед взволнованный голос мамы, – летаешь как супермен.

Хохочу, разворачиваюсь и на ходу посылаю маме воздушный поцелуй.

– А может, я хочу быть Бэтменом.

Мама только качает головой и хмыкает.

Распахиваю калитку, и все игривое настроение улетучивается, когда вижу морду машины, стоящей перед моим домом.

Фары моргают. Включаю игнор и разворачиваю лыжи в сторону остановки. Я тебя не знаю, парень.

– Настеныш, – шуршание гальки под кроссовками Марка ускоряет стук сердца, – давай садись, вместе поедем.

Закатываю глаза. Ни «Привет», ни «Извини за вчерашнее представление». Сразу прям в лоб.

– Насть, не дури.

Округляю глаза. Ах вот как он это расценивает? Как мою дурь.

Поднимаю руку и складываю фигуру из трех пальцев со средним в главной роли.

Злой рык за спиной, и все тело покрывается пупырышками. Хочу уже ускорить шаг, но земля из-под ног исчезает, а меня закидывают на плечо.

Взвизгиваю и выдыхаю после того, как плечо Марка слегка впивается в живот.

– Эй, – толкаю его пяткой, но этому слону все равно.

Разворачивается и тащит меня в противоположную сторону.

– Господин извозчик, мне в другую сторону, – ударяю его кулаком по спине.

Марк не реагирует. Продолжает нести меня в сторону своей тачки.

– Отпусти меня, животное! – повышаю голос, но не сильно.

Не хочется, чтобы на крики вышла мама и застала такую сцену.

– Не устраивай скандал, сладкая, – спокойно одергивает меня Марк.

И мою ягодицу обжигает от шлепка. Я шокировано вскрикиваю. Для меня поведение Оленина становится полной неожиданностью.

Никогда Марк не вел себя со мной так фривольно.

И стоит заметить… меня это волнует посильнее его близости.

Вот такой он меня задевает куда сильнее, чем спокойный и уравновешенный.

Он в этот момент похож на первобытного человека, несущего добычу.

Встряхиваю головой. Настя, что за дурь у тебя в голове! Тебя нагло пытаются запихнуть в тачку, а ты тут какие-то розовые мечты мечтаешь.

Дурочка какая!

Меня упаковывают на заднее сидение. Я пытаюсь достать до Оленина ногой, но он успевает захлопнуть дверцу. Сам Марк усаживается за руль, и машина трогается с места, не давая мне возможности выскочить.

– Да ты что себе позволяешь? – взвизгиваю я, снова колотя Оленина по плечу.

Он дергается, пытается сбросить мою конечность с себя. Но я упорнее.

– Я тебя просил по-хорошему, блин. Ты, как всегда, нос задрала и мимо…

– Куда хочу, туда и хожу.

– Не угадала, сладкая.

От удивления мой рот распахивается, а я только могу непонимающе хлопать глазами.

– Да что ты себе позволяешь, Оленин?

В конце концов мне удается взять себя в руки.

Марк хмыкает. Стреляет взглядом в зеркало заднего вида, и наши глаза встречаются.

– Отпадно выглядишь, Настеныш.

Щеки под его жадным взглядом вспыхивают. Прижимаю к лицу прохладные ладошки.

– Тему не переводи, Марк. С какого перепуга ты решил, что ты можешь мне диктовать?

Злюсь. Психую из-за этой непрошибаемости.

– Ты меня вообще слышишь, Марк?

Марк ударяет по тормозам. Приходится вцепиться в подголовник переднего сидения, чтобы не пролететь вперед между креслами.

Мимолетная мысль, что вот он шанс смотаться, когда Марк выходит из машины, испаряется.

Задняя дверь открывается, и меня вытягивают из машины, как куклу. Словно я не вешу ничего.

– Давай-ка ещё раз, а то, я смотрю, вчера ты ни черта не поняла, что я говорил.

Марк прижимает меня к машине, а сам нависает надо мной. Мое дыхание ускоряется, сердце не отстает, пока я завороженно смотрю на его двигающийся рот.

– Я все помню, – скрывающимся голосом пытаюсь возразить.

Марк прижимается к моему телу так сильно, что между нами и лист бумаги не пролезет.

– Сомневаюсь, – ловит выбившуюся прядь и наматывает на палец.

Наши губы разделены парой сантиметров, и я ощущаю, как он дышит. Каждый его выдох встречается с моими губами.

Облизываю свои губы, к которым тут же прилипают глаза Марка. Он громко сглатывает.

Стискивает руку на моей талии, пропуская через моё тело разряд. Перестаю дышать.

Мы стоим сейчас на обочине дороги. Вдвоем. В любой момент может кто-то проехать и увидеть нас. Или менты могут остановиться и узнать, какого лешего мы тут стоим.

Но мне становится наплевать. Я жду…

– Сладкая, я вчера тебе сказал, что теперь все между нами серьезно, – замолкает, обхватывает меня сзади за шею, – ты думаешь, за ночь что-то изменилось?

Я хочу ему ответить. Честно-честно. Но не успеваю, потому что он затыкает меня поцелуем.

Нежным и сладким. От которого коленки дрожат, и ручки сами тянутся к нему.

Прижимаюсь к Марку, обнимая за шею. Добровольно тону в поцелуе и не хочу отрываться от его наглых губ. Мне сложно дышать, но я не рассоединю наши губы, даже если это будет угрожать моим легким.

Вздрагиваю от глухого удара по машине. Не сразу соображаю, что это Марк долбанул по своей же тачке.

Отрываюсь и оборачиваюсь, чтобы понять, что случилось.

– Поехали в универ?

Неуверенно киваю, хотя сомневаюсь, что смогу пройти три шага. Ноги настолько ослабли, что я рада опираться сейчас на машину Марка.

Марк окидывает меня жарким взглядом и прикусывает губу. Медленно поднимает глаза, находя мой взгляд. Дыхание перехватывает, а он продолжает дерзко усмехаться.

– Прям сам себе завидую. Выглядишь на сто баллов из десяти.

Хмыкаю. Закатываю глаза. Но глупо отрицать, что мне приятно слышать от него такие слова. Добавляет уверенности.

Марк распахивает передо мной дверь и кивает на пассажирское сидение.

– Не испугаешься ехать на соседнем сидении?

Выгибаю бровь.

– Ты только что назвал меня трусихой?

В глазах Марка пляшут чертики, которые перескакивают и на меня. Настроение взлетает.

– Ни в коем случае.

Усаживаюсь. Марк наклоняется, чтобы помочь пристегнуться.

– Тут ремень заедает. Все руки не доходят сделать, – бормочет, сосредоточенно занимаясь защелкой.

Задевает мое бедро, и меня бросает в жар. Мысленно одергиваю себя. Ну нельзя же так остро реагировать на любое прикосновение Оленина!

Марк быстро чмокает меня в губы.

– Сладкая, – довольно скалится и распрямляется.

– А как ты тут оказался?

Марк непонимающе смотрит на меня.

– Так на машине же приехал, – косится на руль, словно сам не верит в свои же слова.

– Ты специально приехал сюда?

Почему-то до конца не верю, что он сделал такой крюк из города, чтобы подвезти меня.

– А, ну да, – увиливает от прямого ответа и хлопает дверцей. – Значит, ты сегодня с рыжим? – паркуется напротив входа в универ и недовольно сжимает губы.

– Марк, серьезно, если ты решил выносить мне мозг из-за Рима, то нам стоит сразу же прекратить общение.

Получаю в ответ такой взгляд, как будто меня сейчас тут четвертуют или сожгут на костре как ведьму.

– Лучше ничего не придумала?

Цокаю. Толкаю Оленина в бок, на что он отвечает только смешком.

– Ещё раз, Марк, я не собираюсь в угоду тебе прекращать общение с Римом. Мне это нужно.

– Да зачем? – всплескивает руками Марк, но быстро берет себя в руки и шумно выдыхает сквозь стиснутые зубы.

– Если ты не знал, то я пою. И поступаю в этот универ именно потому, что тут есть музыкальный факультет, и это для меня важно, – начинаю растолковывать элементарное Марку.

Он недовольно сопит, но хотя бы не перебивает.

– Ладно, ладно, я тебя понял. Тебе это важно, значит, мне стоит заткнуться по этому поводу.

С недоверием кошусь на напряженного Марка. Но нет, мне явно не показались его слова. Он согласился.

Мысленно даю сама себе пять. Маленькая, но победа. Конечно, я бы ни в коем случае не перестала заниматься с Римом, но вот это сопротивление Марка не упрощало жизнь.

– Это было бы идеально, да.

Оленин округляет глаза, а я сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться.

А ты как думал, милый, что я буду держаться за тебя и исполнять каждый твой каприз? Ну уж нет, это время давно уже позади. Сейчас все будет по моим правилам.

– Внезапно, – откашливается Марк и выходит из машины.

Пытаюсь самостоятельно отстегнуться, но с досадой закусываю губу, когда понимаю, что Марк мне не врал и с ремнем действительно какие-то проблемы.

– А ты думала, я соврал, что ли? – Марк быстро и ловко освобождает меня из пут.

Невольно задаюсь вопросом, как часто он вот так освобождает девчонок из плена. Встряхиваю головой, отгоняю невеселые мысли.

Мне нельзя так глубоко погружаться в него. Это не приведет меня ни к чему хорошему.

Рядом с машиной Марка тормозит авто, и из него выходит братец.

– А, – обвожу пальцем машину и выгибаю бровь, – ты прикупил ночью тачку?

Стас выглядит слегка помятым, но довольным. Даже я начинаю завидовать. Как кот, которого всю ночь за ухом чесали.

– Не моя, – братец подходит ко мне и чмокает в щеку.

Корчу ему рожицу и наигранно вытираю место поцелуя. Стас прищуривается, перебрасывает взгляд на замершего Марка.

– Доброе утро, – Марк переводит взгляд за спину Стаса, и на его лице расползается понимающая улыбка.

Оборачиваюсь и вижу, как с пассажирского места выходит Оля. Она выглядит посвежее моего братца.

– Привет всем.

– А мама знает, что ты дома не ночуешь? – скорее беру его на понт.

Брат смотрит на меня как на дурочку.

– А ничего, что мне уже далеко за двадцать?

– Ну, для мамы мы с тобой оба ещё маленькие, – с интересом разглядываю маникюр.

Надо бы обновить.

– Мама знает, так что не надо тут сейчас нагнетать, – Стас щелкает меня по носу.

Успеваю шлепнуть его по ладони. Оля внимательно наблюдает за нами, и этот взгляд слегка меня смущает.

Оля встречается со мной глазами и слегка краснеет. Видимо, смутило то, что я поймала её на гляделках.

– Мы там на занятие не опоздаем? – подает голос Марк.

– Ага, пора бы уже идти, – прерываю гляделки с Олей.

– О, кстати, – вступает в разговор Стас, и мы переключаемся на него.

Брат замолкает, отвлекается на что-то в телефоне. Кивает и снова поднимает глаза на нашу троицу.

– Ты че, забыл, что хотел сказать? Заметку в телефоне ищешь? – Марк притягивает меня к себе.

Не сопротивляюсь. Могу же я хотя бы немного расслабиться и не бодаться с Олениным, а просто постоять в его руках и ни о чем не переживать. Именно спокойствие приносят мне его руки.

– Ну я же не настолько старый, Марик, – брат пихает Оленина в плечо.

Марк притворно ойкает и потирает якобы ушибленное место, но вместо того, чтобы закуситься с братцем, он только стискивает меня крепче.

– Ну так что там такого у тебя, кстати? – напоминает Оля.

Вижу, как в её глазах пляшут смешинки. Мне кажется, что после этой ночи между Стасом и Олей что-то изменилось. В лучшую сторону. Они оба сияют и заряжают своим позитивом все вокруг.

– А, ну да, – брат очухивается и хмыкает, – кто чем занят на выходных?

Переглядываемся с Марком. Сердце застывает, когда я поворачиваю голову и ловлю на себе взгляд Оленина.

Он будто бы почувствовал, что я посмотрю на него. Вопросительно мотает головой. Дает мне шанс высказаться.

– У меня не было пока планов, – решаю ответить первой.

– Аналогично, – поддерживает Оля.

Стас растягивает губы в коварной улыбке.

– Отлично. Предлагаю забуриться в лес за грибами.

Моргаю. Получить такое предложение от братца – все равно что увидеть извержение вулкана, который давно уже спит.

– За грибами? – на всякий случай уточняю.

Судя по смешку Оленина, он тоже слегка в недоумении.

– Ну а что? – братец недовольно сжимает губы. – Снимем пару домиков за городом и проведем весело выходные.

– Бегая по лесу за грибами? Стас, вроде солнца нет, – смотрю в небо, на проплывающие облака, – ты не перегрелся?

Брат стискивает зубы и смотрит в сторону притихшей Оли.

Я же на всякий случай наклоняюсь поближе к брату.

– Ты же ненавидишь лес. Там же пауки и все такое.

– Стас, да не стоит всех тащить из-за того, что я люблю так время проводить.

И тут до меня допирает, в чем смысл. Он хочет угодить Оле. Упс!

– Ну а чего бы и не скататься? – подхватывает идею Марк. – Да, Настен? Развеемся.

Приободряюсь. Потому что я-то тоже обожаю лес. Я там энергией напитываюсь.

– Отлично, я в деле.

– Я же сказал, они не откажут, – подмигивает Оле брат.

А я решаю, что его можно и потом в лесочке прикопать за то, что не предупреждает о таких вот предложениях.