Глава 11. Расширение. Первый филиал и первая любовь

Возвращение в имение Денис запомнил надолго. Не потому, что дорога была трудной — князья, напуганные его внезапным появлением в столице, выделили охрану и свежих ящеролошадей. А потому, что у ворот его встречали не как беглого отброса, а как хозяина.

Крестьяне выстроились вдоль дороги — молча, но с любопытством. Мирон, сняв шапку, поклонился в пояс. Егор, ехавший следом, выпрямился и гордо оглядел толпу. Агафья, сидевшая в телеге, утирала слезы — то ли от ветра, то ли от радости.

— Ну здравствуй, имение, — сказал Денис, спешиваясь. — Я вернулся. С правами, с деньгами и с планом.

Он прошел в дом, сел за стол. Перед ним лежала береста, исписанная за время пути.

План расширения Корпорации «Болото» на второй квартал.

Удвоить количество рудников (с трех до шести). Договориться с князем о новых точках добычи.

Построить второй очистительный цех — на месте старой конюшни. Вместимость — двадцать очистителей.

Открыть представительство в столице. Адрес — лавка Вощагиных, Варвара в курсе.

Нанять дополнительный персонал — не только крестьян, но и мастеровых: кузнецов, плотников, портных.

Создать службу безопасности — отряд из двадцати человек под руководством Мирона. Вооружение — арбалеты, артефактные кинжалы (закупить у Вощагиных).

Наладить сбыт в соседние провинции. Перспективные направления — Смолен, Тверь, Новгород.

— Много, — сказала Агафья, заглядывая через плечо. — Слишком много, граф. Не надорвемся?

— Надорвемся, если не попробуем. — Денис отложил перо. — Давай по порядку.

Разговор с князем болот оказался легче, чем Денис ожидал. Древняя нежить, получив свою долю чистой энергии, заметно подобрела. В смысле — перестала угрожать смертью при каждой встрече.

— Три новых рудника, — сказал Денис, стоя на кочке посреди болота. — Два — на южной стороне, один — на восточной. Твои условия?

— Моя доля — половина, — ответил князь, сверкая белыми глазами.

— Сорок пять процентов. И ты предоставляешь охрану — твои твари не будут трогать рабочих.

— Мои твари трогают только тех, кто вторгается без спроса. Если ты договоришься с ними отдельно...

— Договорись сам. Ты их хозяин.

— Я их пастырь, — поправил князь. — Разница есть.

— Какая?

— Хозяин приказывает. Пастырь уговаривает.

Денис задумался. В болоте водились не только духи, но и вполне материальные твари — болотные псы, склизни, черные угри. Некоторые из них были опасны для людей. Но если князь даст слово, что они не тронут рабочих... это снизит риск.

— Договорись, — повторил Денис. — Я плачу тебе пять процентов сверху за охрану.

— Десять.

— Семь с половиной.

— Восемь, — сказал князь. — И ты даешь мне чистую энергию не в жемчужинах, а в жидкости. Вязкой. Той, что остается после очистки.

— Зачем тебе отходы? — удивился Денис.

— Мои твари питаются слабой магией. Жемчужины — слишком сильны для них. А отходы — в самый раз.

— Идет, — кивнул Денис. — С завтрашнего дня начинаем строить.

Князь растворился в тумане. Болото вздохнуло — тысячи пузырьков поднялись на поверхность. Денис поежился и пошел к имению.

Строительство новых рудников заняло три недели.

Денис лично руководил процессом. С утра до вечера он ходил по болоту, показывал крестьянам, где копать, где ставить деревянные настилы, где укреплять почву сваями. Технология была простой: найти древний артефактный камень (их было много в болоте, просто никто не умел их активировать), очистить от тины, подключить к системе энергоснабжения (то есть — к нему, Денису).

Печать, ставшая золотой, пульсировала в такт каждому новому руднику. Когда включался очередной камень, Денис чувствовал удар в груди — как будто добавляли еще один двигатель к общему механизму.

— Осторожнее, граф, — предупреждала Агафья. — Ты не железный.

— Я знаю, — отвечал Денис. — Но другого проводника нет. А если я не подключу рудник — нас никто не подключит.

К концу третьей недели шесть рудников работали в полную силу. Производительность выросла в два раза — до двухсот черновых монет в день. Очистители, которых теперь было двадцать пять (пришлось занять под них не только конюшню, но и часть жилого дома), перерабатывали их в полторы сотни чистых жемчужин.

Выручка — двенадцать тысяч серебра в день. Расходы — восемь тысяч. Чистая прибыль — четыре тысячи.

— Это больше, чем я планировал, — признался Денис, глядя на цифры. — Через месяц мы окупим все вложения. Через три — начнем скупать соседние земли.

— Какие соседние? — спросил Мирон.

— Те, что принадлежат Барятинским. Они — наш главный конкурент. Если мы выкупим их долги, они станут нашими должниками. А должники — это управляемые люди.

— Ты хочешь купить долги княжеского рода? — удивился Егор.

— Хочу. И сделаю это. Барятинские — транжиры. Они тратят больше, чем зарабатывают. Я знаю, у них есть незакрытые кредиты в столичных банках. Мы выкупим эти кредиты со скидкой, а потом предъявим к оплате.

— А если они не заплатят?

— Тогда их земли отойдут нам. По закону.

— Их земли — это половина провинции, — прошептал Мирон.

— Будет половиной Корпорации "Болото", — поправил Денис.

В столицу Денис поехал через месяц — забирать Варвару.

Их роман (если это можно было назвать романом — деловые переговоры, совместные ужины, долгие разговоры о рынке и технологиях) развивался медленно, но уверенно. Агафья, конечно, заметила первой.

— Ты на неё смотришь не как на партнера, — сказала она однажды, когда Варвара уехала после очередного визита. — Ты смотришь как на женщину.

— Она умная, — ответил Денис. — Красивая. И у неё есть деньги. Идеальная жена для предпринимателя.

— Жена? — Агафья подняла брови. — Ты уже о жене думаешь?

— Я думаю о будущем. У Ремезовых нет наследников. Если я умру, всё отойдет короне. А если у меня будет сын...

— То сын унаследует дар? — Агафья покачала головой. — Ты отброс, граф. Дар не передается по наследству от отца-отброса. Даже если мать — из знатного рода.

— Знаю. Но дар — не главное. Главное — технологии. Их можно передать без дара.

— Ты наивен, граф.

— Я прагматик, Агафья.

Но в глубине души Денис понимал: Варвара ему нравится. Не как актив, не как партнер, не как будущая мать его детей. А просто — нравится. Её резкий смех, её умение спорить, её упрямство, которое не уступало его собственному.

Когда он приехал в столицу, Варвара встретила его у ворот своей лавки.

— Граф Ремезов, — сказала она с ироничной улыбкой. — Какими судьбами?

— По делу, — ответил Денис, спешиваясь. — И не только.

— По какому же делу?

— Хочу пригласить тебя на ужин. В ресторан. Говорят, в столице есть хорошие места.

Варвара удивилась. Потом рассмеялась.

— Ты приглашаешь меня на свидание, граф?

— Если хочешь — называй это свиданием. Я называю это деловым ужином с элементами личной симпатии.

— Осторожно, — сказала Варвара, беря его под руку. — У тебя могут появиться чувства. А чувства в бизнесе вредны.

— Я знаю. Но иногда — полезны.

Они пошли в ресторан — «Золотой фазан», лучшее заведение в городе. Денис заказал столик на двоих, вино (дорогое, из южных провинций), утку с яблоками. Варвара сняла плащ, под которым оказалось платье — темно-синее, с серебряной вышивкой. Денис подумал: «Черт, она действительно красива».

— Я не ожидала такого, — призналась Варвара, когда они сели. — От тебя — приглашений, ужинов, вина. Я думала, ты весь в работе.

— Я весь в работе, — кивнул Денис. — Но иногда я делаю перерывы. На важные вещи.

— И я — важная вещь?

— Ты — важный человек. Человек, без которого Корпорация "Болото" не имела бы сбыта. Я ценю тебя как партнера.

— Только как партнера?

— Пока — да.

— А потом?

— Посмотрим.

Варвара улыбнулась, взяла бокал.

— Ты странный, Денис. Не такой, как другие аристократы. Те смотрят на купцов свысока. А ты — как на равных.

— Потому что я — отброс. Мне не от кого смотреть свысока.

— Сегодня — уже не отброс. Сегодня — член Совета кланов. Практически.

— Практически, — согласился Денис. — Но внутри я всё тот же парень, которого сослали в болото умирать. Тот парень не умеет смотреть свысока. Тот парень умеет только работать.

Они проговорили до полуночи. О рынке, о технологиях, о планах на будущее. О чувствах — ни слова. Но когда Денис провожал Варвару до её дома, она взяла его за руку.

— Ты мне нравишься, — сказала она тихо. — Не как партнер.

— А как кто?

— Как мужчина. — Она отпустила его руку и ушла в дом, не оборачиваясь.

Денис стоял на улице, сжимая в кармане жемчужину (чистую, идеальную) и не зная, что с ней делать.

Вот так, — подумал он. — Я пережил авиакатастрофу, магическое проклятие, политические интриги, а сейчас не могу понять, нравится ли мне девушка или просто выгодна сделка с её отцом.

Бизнесмен до мозга костей. Даже в любви ищу выгоду.

Он усмехнулся, разжал кулак, спрятал жемчужину обратно.

Ладно, посмотрим, куда это приведет.

Возвращение в имение Денис запомнил еще и потому, что там его ждала новость.

Плохая.

— Барятинские не сдались, — сказала Агафья, встречая его на крыльце. — Пока ты ездил в столицу, они наняли банду. Хотят вывезти твои очистители.

— Вывезти? — переспросил Денис. — Куда?

— На свои земли. У них есть инженеры, которые попытаются скопировать технологию.

— И кто им поможет?

— Аристарх. Он лично возглавит налет. Сегодня ночью.

Денис посмотрел на часы (солнечные, сколоченные на скорую руку). До ночи — четыре часа.

— Мирон, — сказал он. — Собери отряд. Двадцать человек с арбалетами. Выставим засаду на подступах к имению.

— Граф, мы не воины, — возразил Мирон.

— Сегодня — будете. Или вы защитите свою работу, или потеряете всё. Выбирайте.

Мирон побелел, но кивнул.

Четыре часа подготовки превратили имение в крепость. Денис распределил людей: десять человек — у ворот, пять — на крыше (для обстрела), пять — в подвале (охранять очистители). Сам с арбалетом (впервые в жизни) встал у окна на втором этаже.

— Агафья, — сказал он. — Ты спрячешься в подвале.

— Ничего подобного, — ответила старуха, сжимая палку. — Я с тобой.

— Ты старая, больная...

— А ты молодой и глупый. Вместе мы — команда.

Денис не стал спорить.

Ночь наступила быстро. Два солнца сели, луна спряталась за тучи. Болото затихло — даже князь, казалось, затаил дыхание.

— Идут, — прошептал Егор, сидевший на крыше.

Денис выглянул в окно. В темноте горели факелы — около тридцати. Люди Барятинского шли к имению, не скрываясь.

— Не стрелять до моей команды, — сказал Денис.

Когда отряд подошел на расстояние выстрела, Аристарх вышел вперед.

— Ремезов! — крикнул он. — Выходи! По-хорошему!

— Чего ты хочешь, Аристарх? — крикнул Денис из окна.

— Очистители! Ты отдашь нам технологию, или мы ее заберем силой!

— Технология — моя. Выкуп — полмиллиона серебряных. Готовь деньги — приходи завтра.

— Шутишь? — усмехнулся Аристарх. — Ребята, вперед!

Тридцать человек ринулись к воротам.

— Пли! — скомандовал Денис.

Арбалеты защелкали. Пять человек упало — не насмерть, но надолго. Остальные залегли. Аристарх выругался, приказал ответный огонь.

Копья и стрелы полетели в сторону имения. Денис пригнулся, услышал, как что-то врезалось в стену рядом.

— Продолжайте стрелять! — крикнул он.

Вторая волна. Еще трое барятинских упали. Аристарх, поняв, что лобовая атака не удалась, приказал обходить с флангов.

Но Денис предусмотрел и это. На флангах — во рву, который он велел выкопать накануне — сидели лучники. Встретили нападающих градом стрел.

Бойня продлилась недолго. Через полчаса Аристарх, потеряв половину отряда, дал команду отступать.

— Ты еще пожалеешь, Ремезов! — крикнул он, уходя в темноту.

— Уже жалею, — ответил Денис. — Что не пристрелил тебя сразу.

Он спустился вниз. Агафья — вся в крови, но, кажется, чужой — сидела у крыльца, перевязывая раненого Егора.

— Егор! — Денис подбежал. — Ты как?

— Царапина, граф, — ответил тот, бледнея. — Пустяки.

— Не пустяки. Агафья, обработай рану. Остальные — разбирают убитых и раненых. Своих — лечить, чужих — в сарай до утра.

— А с Барятинскими что делать? — спросил Мирон.

— Я завтра поеду в столицу. Подпишу жалобу в Совет. Пусть разбираются.

— Они не разберутся. Кланы своих не судят.

— Значит, я сам рассужу. — Денис посмотрел на свои руки. Дрожали. В первый раз с момента попадания в этот мир. — Но не сегодня. Сегодня — отдых.

Он вошел в дом, сел на лавку. Печать горела багровым — смесь гнева и тревоги.

Варвара, узнав о нападении, приехала через два дня.

— Ты жив? — спросила она, вбегая в дом.

— Жив, — ответил Денис. — А ты как?

— Я... испугалась. За тебя.

— За бизнес?

— За тебя, идиот.

Она обняла его — впервые. Крепко, по-настоящему. Денис замер, потом обнял в ответ.

— Теперь я точно знаю, что это не сделка, — сказал он ей в волосы.

— Что?

— Мои чувства.

Она отстранилась, посмотрела в глаза.

— И что же это за чувства?

— Те, которые нельзя посчитать в серебре.

Варвара улыбнулась и поцеловала его.

Агафья, стоявшая в дверях, кашлянула и вышла, притворившись, что ничего не видит.

Корпорация "Болото" получила не только нового партнера, но и первую любовь своего генерального директора.

Бизнес, как известно, штука жестокая. Но иногда — очень иногда — она бывает и человечной.