Глава 27

У Ефимии ныло все тело. Руки затекли и потеряли чувствительность. Поначалу девушка испугалась, на месте ли они, – так сильно веревки впились в кожу. Ее подташнивало. По полу гулял сквозняк, неприятным холодком проникая под одежду. Ефимия с трудом распахнула глаза и пару раз моргнула, привыкая к скудному освещению. Куда она попала? Похоже на сарай: ни единого окна, голые каменные стены, открытые стропила над головой. Похитители бросили на пол охапку соломы и поставили миску с водой – этим их забота и ограничилась.

Где она, сколько времени пробыла без сознания?

С четвертой попытки Ефимия сумела сесть. Пришлось снова пережить пару неприятных минут: от резкой смены положения туловища накатила волна дурноты.

Действительно, деревенский амбар, и старый. Швы законопачены мхом, сквозь прорехи в кровле проникал солнечный свет. Значит, сейчас день.

– Да что же это такое?!

Ефимия в сердцах ударила связанными ладонями по земляному полу. Боль немного отрезвила, заодно порадовала. Если Ефимия ее чувствует, с руками не все так плохо. Нужно скорее избавиться от веревок и выбираться отсюда.

Перед глазами пронеслись последние минуты перед тем, как она потеряла сознание. Вот девушка видит Элизабет, окликает ее. Подруга стоит к ней спиной, не желает поворачиваться. Затем приглушенные голоса… И вроде все понятно, предельно ясно, только Ефимия не могла отделаться от ощущения, что упустила что-то важное. Вонзившись зубами в веревки – ничего острого поблизости не нашлось, – она снова и снова мысленно переносилась в зимний сад, пока не ухватилась за ниточку. Тогда, взволнованная предстоящим примирением с подругой, девушка не обратила на это внимания. Следовало насторожиться, когда Элизабет назначила встречу в непривычном месте. Удобнее поговорить у себя в комнате, а не тащиться куда-то по пустым коридорам. Подмывало назвать Элизабет предательницей, но чем больше прояснялось сознание, тем сильнее Ефимия сомневалась, она ли была в саду. Разве бывшая подруга не захотела бы поглумиться над глупенькой леди Брок, посмеяться ей в лицо? Но Элизабет из зимнего сада упорно молчала и избегала зрительного контакта. Напрашивался простой вывод: кто-то выдавал себя за нее, подделал ее почерк и заманил Ефимию в ловушку. При этом он хотел сохранить инкогнито. Для чего?

Девушка сокрушенно покачала головой. Ну конечно, сообщница преступника! Если предположить, что за похищением стоит именно она, вопросы отпадают. Элизабет – отличный ложный след. Только… Ефимия старалась об этом не думать, но живой она похитителям не нужна.

Скрипнула дверь. Девушка поспешно плюхнулась на спину и прикрыла глаза. Пусть и дальше думают, будто она без сознания.

Земляной пол приглушал шум шагов, но позвякивавшие шпоры помогали определить, что визитеров двое.

Похитители остановились рядом с Ефимией. Она задержала дыхание. Только бы не моргнуть!

– Императрица слишком привередничает! – заметил незнакомый низкий голос. – Волосы, лицо, фигура – все при ней. Происхождение тоже подходящее. Обычно дочери предателей покорны, готовы на все, лишь бы спасти родных. Надо было разыграть эту карту, а не заниматься благотворительностью. Милашка и в постель Ленара бы легла, и сейф взломала, лишь бы только сестренка не угодила на рудники.

– Анне Брок шестнадцать, – напомнил собеседник, в котором Ефимия признала Идриса Блеккуока. – При всем желании не удалось бы доказать ее причастность к делам отца.

– Ну так живы мать, тетка, наконец! – раздраженно отмахнулся первый мужчина и опустился на корточки подле Ефимии. – Да и сама девица вполне могла носить письма предателю. Ей ведь не двадцать, надеюсь, хотя бы это вы знаете?

Вопрос хлестнул ударом бича. Выходит, маршал в чем-то провинился, допустил серьезную оплошность, и вряд ли она связана с Ефимией.

– Знаю, милорд.

Ненадолго наступила тишина. Ефимия ощущала на себе пристальный взгляд незнакомца. С каждой минутой становилось все сложнее дышать ровно, не выдать себя.

– Что же с ней делать? – снова заговорил первый мужчина, судя по почтительному обращению Идриса, знатный вельможа.

– Полагаю, никто не расстроится, милорд, если обесчещенная фаворитка отбора с горя утопится.

От злого предложения Идриса мороз пробежал по коже. Неужели они собираются?.. Их двое, руки связаны, никто не помешает.

– Разумеется, – подобострастно добавил маршал, – милорд возьмет ее первым.

По спине Ефимии скатилась капелька пота, когда чья-то рука – сложно понять, кого из двоих, – скользнула ей под юбки, поползла по чулку.

– Потом, Идрис! – Выходит, пальцы принадлежали Блеккуоку. – Понимаю, у вас личное, но потерпите. Я целиком и полностью уступлю вам девицу для мести, но сейчас нам нужно ее допросить. Я хочу знать планы Ленара Горзена. Уверен, леди Брок поведает много интересного. Так ведь, Ефимия?

От неожиданности девушка вздрогнула и моргнула.

– Вы ведь все слышите, поэтому хватит паясничать!

Открыв глаза, Ефимия первым делом плюнула под ноги Идрису Блеккуоку и наградила его полным ненависти взглядом.

– С характером! – прокомментировал незнакомый мужчина и снова склонился над пленницей. – Ну, узнаете меня или представиться?

Ефимия нахмурилась и, чуть приподнявшись, опершись на локти, уставилась на собеседника. Широкоплечий, высокий, он держался с присущей только аристократам уверенностью. Серые глаза, небольшая бородка, острый подбородок. Вроде бы они никогда не встречались, но вопрос шатена свидетельствовал об обратном. Вдобавок Ефимию упорно преследовал чей-то знакомый образ. У кого такой же нос с горбинкой, тонкий изогнутый рот, пушистые ресницы? Святые угодники, Мирабель! Они очень похожи, но вряд ли перед Ефимией лорд Арно.

– Бал, – услужливо подсказал аристократ. – Или вы так переволновались, что не запомнили никого, кроме императрицы-матери? Меня тоже представили конкурсанткам.

– Герцог Парский! – выдохнула Ефимия.

– Верно, – довольно кивнул собеседник. – Рад, что память вас не подвела. Энрике Имериз, глава Парского герцогского дома.

Сердце девушки пропустило удар. Она угодила в руки ближайшего родственника императора! Зачем, и так понятно. Энрике наверняка устал стоять в тени трона и мечтал примерить корону, вот и плел интриги против кузена. И как ловко! Его имя ни разу не прозвучало, Ефимия подозревала кого угодно, но не Парских.

– Развяжите гостье руки. – Герцог указал маршалу на веревки, впившиеся в кожу Ефимии. – Сомневаюсь, что леди сбежит. Вы ведь дадите слово не совершать подобных глупостей?

– После разрешения на мое изнасилование, милорд? – усмехнулась Ефимия, но требовательно вытянула руки.

С моральным обликом Энрике разберемся потом, сейчас главное – сделать шажок к свободе.

Ефимии по-прежнему не давало покоя сходство герцога с Мирабель Арно. Оно то пропадало, то появлялось, когда Энрике поворачивался к ней в профиль. Положим, у Мирабель волнистые волосы, мягкие черты и другая линия челюсти, но… Да нет, бред, нет никакого сходства! Сейчас герцог смотрел прямо на нее, и Ефимия ничего не видела.

– Скажем так, меня мало волнует ваша судьба. Если граф захочет с вами позабавиться, пускай. В конце концов, – губы Энрике тронула жесткая улыбка, – глупо умирать девственницей. Заодно отработаете вложенные в вас деньги.

Как цинично! Ефимию даже передернуло. Он говорил о ней как о куске мяса!

– Не двигайтесь! – приказал Идрис и, вытащив охотничий нож, освободил девичьи запястья.

Ефимия зашипела и принялась растирать бледную кожу, попутно исподлобья следя за мужчинами. Неужели они ее убьют? Сначала развлекутся, а потом утопят. И никто не найдет…

– Итак, – ноготь Энрике коснулся ее подбородка, понуждая поднять голову, – я слушаю. Постарайтесь выторговать себе быструю и легкую смерть.

– Я не связываюсь с предателями, – дерзко ответила девушка.

Ответом стал короткий смешок и колкое замечание:

– Удивительно слышать подобное от дочери генерала Брока!

– Идрис, – герцог поднялся и отошел в сторону, – прошу, займитесь девицей. После вас она станет покладистой, растеряет свой гонор.

Как, он только что приказал?.. И собирался смотреть?..

Ефимия перевела неверящий взгляд с одного на другого.

– Я, конечно, не император, – Идрис с усмешкой положил ладонь на застежку брюк, – но постарайтесь расслабиться и получить удовольствие.

Расслабиться? Как же! Если маршал ожидал покорности, ему следовало выбрать другую девушку.

Ефимия действовала быстро, как в свое время учил старший брат. Когда Алан приезжал на каникулы из закрытого пансиона, девушка хвостиком таскалась за ним. Сначала малявка жутко злила брата, но потом он смирился, разрешил наблюдать за своими тренировками, даже показал пару приемов. Один из них испытал на своей шкуре Идрис Блеккуок. Взвыв подстреленным зверем, он согнулся пополам, проклиная стерву. Воспользовавшись смятением герцога, не ожидавшего такой прыти от пленницы, Ефимия проскользнула мимо него и ринулась к двери. Увы, попытка бегства провалилась: девушка налетела на приспешника похитителей. Он ухватил Ефимию за шиворот и вернул обратно пред грозные очи патрона. Откуда только взялся? Прямо злость брала. Возник на пороге в самый неподходящий момент.

– Чего тебе? – буркнул герцог, покосившись на слугу.

– Срочное донесение, ваша светлость, – с поклоном произнес верзила и наконец отпустил девушку. – Из столицы.

Энрике вырвал конверт из его рук и взломал печать. Лицо его потемнело. Показалось или герцог произнес: «Бесово отродье!»? Оттолкнув оказавшуюся на пути Ефимию, он скомандовал Идрису: «За мной! Девчонку оставите на потом» – и стремительно вышел вон. За ним увязались остальные. Ефимия вновь осталась одна.

Девушка старательно гнала от себя образ первого министра. Что толку вздыхать о том, кого никогда не получишь? Лучше бы ее не пустили на императорский отбор! Тогда бы она не познакомилась с Ленаром, не узнала бы правду об отце, варила бы варенье и рожала Льюису Бару детей, зато осталась бы жива. А, к бесам! Лучше закончить свои дни на дне реки, чем влачить жалкое существование с постылым мужем. Ефимия бы через пару месяцев повесилась. Да и разве все кончено? Что-то в плане герцога пошло не так, а любой его промах – благо для нее.

Ефимия расхаживала по амбару, постепенно приводя руки в порядок. Она не собиралась терпеливо ждать смерти и, вернув былую чувствительность пальцев, для порядка подергала дверь. Та ожидаемо оказалась заперта, однако Ефимия не унывала. Она осмотрела амбар и обнаружила путь к свободе. Может, стены и каменные, зато крыша соломенная. Нужно умудриться забраться наверх, не упасть со стропил и проделать дыру. И Ефимия энергично принялась за дело. Она как раз, задыхаясь с непривычки, катила очередной бочонок для самодельной лестницы, когда услышала возню снаружи. Неужели похитители вернулись? Ефимия выпрямилась, готовая с высоко поднятой головой встретить свой конец. Ни герцог, ни былой покровитель не услышат просьб о пощаде. Однако геройствовать не пришлось: вместо Энрике и его приспешников на пороге возник офицер императорской гвардии.

– Леди Феррир?

Он склонился перед ней в почтительном полупоклоне.

– Да, – недоуменно подтвердила девушка.

Руки безвольно скользнули вдоль тела. Неужели спасена?

– Успокойтесь, миледи, вам больше ничего не угрожает. Его величество распорядился со всем возможным комфортом и почтением к вашей особе доставить вас во дворец. Похитившие вас люди схвачены и вскоре предстанут перед судом.

Его величество? Ефимия испытала легкое разочарование. Она надеялась, что приказ отдал Ленар. Ефимия понимала, он не мог, как в любовных романах, бросить дела и примчаться ей на помощь, но мог хотя бы послать других.

– Прошу, миледи! – Офицер галантно подал ей руку. – Я провожу вас в ближайшую гостиницу, где вы сможете отдохнуть перед дальней дорогой.

Ефимия чуть помедлила, но положила ладонь ему на локоть. Может, офицер – обманщик, но проверить это можно только одним способом – доверившись ему.

После полутьмы амбара яркий солнечный свет ослепил.

Ефимия замерла у входа в сарай, недоуменно озираясь. Ни одного деревца, только камни и кустарники. Да еще овцы, неспешно жующие траву на склонах холмов. А на горизонте – горы. Подумать только, как далеко она от Йента! Со времени ее похищения наверняка прошел не один день: при всем желании невозможно проделать столь длинный путь за сутки.

– Если угодно, обопритесь на меня, – заботливо предложил офицер.

– Нет, благодарю, – пробормотала девушка, продолжая удивленно разглядывать пейзаж.

Немудрено, что похитители вели себя так нагло! Вокруг ни души, зато рядом река, в которой предлагал ее утопить Идрис Блеккуок. Через воду переброшен горбатый мостик. У съезда с него рассредоточился конный отряд, охранявший пленных. Ефимия привстала на носочки, желая убедиться, что среди них мелькнут знакомые лица. Увы, главным злодеям удалось ускользнуть, их вовремя предупредили. Обидно, они разминулись с правосудием от силы на полчаса.

– Простите, миледи, – вновь привлек ее внимание офицер, – нам лучше поторопиться. До ближайшей гостиницы путь неблизкий. К сожалению, вам придется проделать его в седле.

– Ничего страшного, – улыбнулась Ефимия и мысленно добавила: «Зато на свободе».

– И вот еще что…

Офицер замялся, воровато огляделся по сторонам, после чего сунул руку в карман и извлек конверт без именной печати.

– Просили передать.

Отойдя в сторонку, к стене амбара, Ефимия взломала сургуч и извлекла сложенный пополам лист бумаги. Сердце забилось чуть чаще, когда взгляд упал на подпись – Ленар. Ни титула, ни фамилии, но они и не требовались, для Ефимии Брок существовал всего один мужчина с таким именем.

«Не бойтесь, – гласило послание, – вас сопровождают верные люди. Надеюсь, вы в порядке. К сожалению, император не отказался от идеи с отбором и настоятельно требует вашего возвращения. Сообщники известной вам персоны схвачены и дают признательные показания. Скоро мы арестуем и его самого. Остальные подробности при личной встрече».

Дальше первый министр пропустил строку и добавил: «Надеюсь, вы не желаете становиться императрицей, иначе герцог выиграл». Ефимия несколько раз перечитала эту фразу, но так и не поняла ее сути. Ничего, потом спросит.

Улыбнувшись солнцу, девушка спрятала письмо на груди и крикнула терпеливо дожидавшемуся ее офицеру:

– Я готова, можем ехать!