Многоликая

Я – величайшая из цариц. Родилась первой из четырёх дочерей царской четы прародителей. Мы были последними детьми Великих, и в этот раз именно так и стоит называть ту истинную пару – Великими, потому что они создали оборотней, как отдельную расу. Мать отдала мне все свои силы, колдовство моё уникально.

Для меня нет границ – я часть Бесконечности. Моя миссия – забота об оборотнях. Это в крови, для своих «детей» я готова на всё.

Ром назвал меня Ясной. Истинный отвоевал меня сразу после моего рождения. Да, он совершил ошибку, оставив меня на попечение чужой семьи, поэтому я его не приняла.

Гена так извинялся за это, просто ковром расстилался. Но ничего в нём за долгое время отсутствия не изменилось. Он как был бешеным, так и остался.

Но всё по порядку. Я никогда не рожала детей, но два раза перерождалась сама. Моя мать и моя бабушка, это и есть я. Многоликая царица так умеет. И не с дочерью выходил Ром из мира людей в Лес, а с женой. Пришлось переродиться, потому что не жилось нам с Ромом в мире.

Я умею перерождаться. Это помогает стереть часть накопившихся злых эмоций. И так, как я Рома не приняла в далёкие времена моей юности, перерождение было очень удачным решением.

Ром не выполнил свою клятву, он меня маленькую не воспитывал, умер, оставив Ардису. Что было у нас с Ардисом тяжёлая история. Он действительно взял меня силой и брал драконом. За это ненависть к нему почти не вытравить из моей крови.

Ром всегда был твёрд в решениях, когда дело касалось охоты и боёв. И становился совершенно дурным, когда дело касалось меня.

Я ему что наказала?!

Не трогать меня до двадцати лет!

А он что сделала?

Создал любовный треугольник. Душу мне вымотал, сердце изранил. Я не должна была знать его. И сам исстрадался. А всё потому, что дал обещание и не выполнил его. И это уже не первый раз. И как не разочароваться после этого в своём муже? Не мог смотреть, что я с Ардисом? Так у меня не истинная пара на первом месте, а спасение двуликих. Тем более этот муж… Кинул меня на многие тысячелетия. И сейчас решил убить всех двуликих, нарожать Многоликих и тем исправить все свои косяки. Скотина! Так я и позволила.

И ещё один... Гад!

Ардис был засажен мной на Изничку в первую войну между Теплокровными и Хладнокровными. Здесь гады создали свою цивилизацию.

У дракона армия. С ней он хочет выйти в Лес и уничтожить Теплокровных. Он очень бережно хранил тайну, каким образом собрался переместиться с Изнички в Лес в одночасье. Эту тайну разгадать было мало, нужно было препятствовать.

Для этого я переродилась вновь.

Ардис следил за мной. Ему ничего не стоило околдовать Никанора, чёрного льва. А всё потому, что Никанор был человеком и даже мысли не допустил, что его используют. У людей сильно развита гордыня, которую они выдают за гордость. Вот так попался котолак. Мне на руку, ничего делать не нужно было, дракон сам заманил меня к себе и сам познакомился.

Наивный. Думал, что меня можно вскрыть, как консервную банку.

Я не допущу, чтобы дракон перекинул своё войско. Он просто выжжет всё дотла за считанные месяцы. Это такое будущее, самое вероятное, самое близкое. И Ардис знает это. Он уже примеряет венец двух миров и строит планы на уничтожение ненавистных ему людей.

Моя память восстановилась, когда исполнилось три года. Единственный Бесконечный, с которым я общалась – Бонифаций, чёрный единорог. С ним я работала.

Дрёму закидывали шпионом вдвоём. Был риск, что Гоша Дрёма погибнет. Но мы надеялись, что он справится, и наши надежды чёрный волк полностью оправдал. Мало того, что поселился на Изничке и не умер, он теперь величайший из колдунов. Для меня Дрёма всё узнал про Трансферт. Через портал Ардис собрался переместиться вместе с армией в Лес. Только вот портал работает в обе стороны, это мне на руку.

Альфы двух племён. Злые, жестокие и лютые. Они посчитали, что могут меня, как приз разыграть. Невинная девочка, с которой можно делать всё, что захочешь. Любовный треугольник у них. Соперничество. Забыли, что я - царица. И у меня свои планы на эту войну.

— Глупые, — зло фыркнула я и заиграла на флейте.

Моя сталь засветилась в ликовании, что я наконец-то стала единым целым со своим зверем. И сила её колдовства была невероятной. Трансферт, источник Бесконечной силы, отозвался на моё появление. Дрогнули стены замка.

В комнате завизжали рабыни, и всполошились евнухи.

Я заиграла на последней клавише. Флейта уничтожала. Комната от звуков наполнилась кровью, мясом и переломанными костями. Даже колдун Ра не спасся.

***

Дрёма навалился на двустворчатые двери, раскрыл их передо мной. Я шла вперёд, спускалась всё ниже к Трансферту. Вара еле поспевала за мной.

— Я все знание любимому отдала, — говорила она на бегу. — Ты получаешь такого колдуна, Многоликая! Равному Гошеньке не будет среди Теплокровных. Всё правильно, я так давно мечтала, чтобы кто-то Ардиса прищучил. Ты не представляешь, какой он скользкий аспид. И многие на Изничке не хотят войны. Мы не испытываем ненависти к вам и к людям тем более. Выросло новое поколение, которое не знает людей вовсе.

Во дворце началась паника. Парень-волк, что шёл впереди меня и указывал дорогу к таинственному порталу, резко вырос на несколько метров ввысь. Разнеслась в стороны широченная спина, покрытая чёрным густым мехом. Налились мощной мускулатурой руки, вытянулись острые когти. Возбуждённо встала дыбом холка, навострились длинный острые уши, и выпал из-под юбки хвост.

Дрёма на задних волчьих лапах клацал когтями по каменному полу. Впереди возникло пламя, из которого проявился чёрный дракон Ка Ирдис. В половине оборота. Лицо вытянутое, глаза горели, на теле чешуя.

Дракону не давали расправить крылья своды зала, он двигался быстро, но Дрёма — волк Убийца, у него такая скорость, что Гончие позавидуют. Чёрный волк метнулся в сторону от клыкастой пасти и вцепился зубами и когтями в чешуйчатую шею. Но повредить не смог, только поранил пасть. Но на то Дрёма так долго и жил на Изничке, чтобы знать врага в лицо. Загорелись его синие глаза колдовством. Дрёма — Бесконечный волк. Нет, не Догода. А именно Георгий Маркович. Но это Ардис не знал. Я умею подготавливать бойцов, так их прятать, что никто не докопается до истины.

Ждёт Хладнокровных большой сюрприз в виде Догоды Геннадия Гурьяновича… Но об этом я лично Великому дракону расскажу.

— Не убивай его, — приказала я Дрёме и свернула следом за Варой.

Я вытянулась ввысь, дав, уставшей от заключения, Дивии волю. Она обернулась огромной тигрицей и выпустила рога. Такие рога только у Демона по имени Кор. Острые, как клинки, ветвились вдоль полосатого тела, защищая от колдовства и нападения.

Вара столкнулась с охраной, а я с молодыми драконами. Никакая чешуя не устоит перед рогами Многоликой. Если подумать, то я, в общем-то, почти неуязвима. Только одна неприятность — я, как Трансферт, могу иссякнуть и устать. Но пока полна сил, должна уровнять силы противников. Мне нужен естественный отбор, а не убийство младенцев. А несчастные Теплокровные в проигрыше даже с Догодой.

Острыми когтями я выцарапала глаза Му, рогами пробила шею Да, клыками вырвала кусок мяса из груди Ки.

Обернулась девушкой и заиграла на флейте, оставила на голове рога. Охрана справлялась с моим оружием, теснилась, держала защитные заклинания. Воины Ардиса не смогли приблизиться к битве, что творилась в пламени.

Ка Ирдис дрался с сумрачным волком и гигантской змеёй Варой.

Змея своим хвостом скрутила лапы дракону, Дрёма ломал крылья. Колдовать против пары потрясающих магов несчастный Ка не смог, хотя силён, не спорю. Эффект неожиданности и точные удары сделали своё дело. Ка сдался, спрятал дракона, скрыл в человеческом теле, чтобы тот выжил. Иначе нельзя, зверя нужно беречь.

Он смотрел на меня огромными чёрными глазами, в которых отражалось пламя горящего зала. В его глазах такое разочарование и горе предательства, что я невольно усмехнулась. Ка Ирдис ожидал, что восстанет против его царства Гоша, потому что пришлый, он ненавидел Вару, но чтобы я…

— Ардис любит тебя, — сорвалось с его разбитых губ.

— Я тоже люблю, — ехидно ответила я и направилась дальше по коридорам.

Вокруг меня, Вары и Дрёмы, что повязал по рукам и ногам Ка и нёс его на плече, образовался полупрозрачный голубой полог. Змеи орали, бились, кидались с открытыми клыкастыми пастями на мою защитную стену, но ничего не получалось. На то мне и десяток тысячелетий, чтобы быть недоступной для простых смертных.

— Мой, — простонала я умилённо, глядя на голубой источник Бесконечности, что таился в подвалах замка. — Ты мой любимый.

В зале горели факелы. Круглый источник, что бил из-под земли, окружали камнями, из него сделали купальню. По чёрным камням я добралась быстро до бортиков небольшого озерца. Стелился синий туман, клубился и плескался иногда водой.

Защитный полог окружил нас. Вокруг стали собираться воины. Ардис появится совсем скоро. Но город он уже не спасёт.

— Сколько у Ардиса Бесконечных? — спросила я у Дрёмы.

Волк скинул Ка Ирдиса на камни у моих ног, специально ударив его головой посильнее. Молодой мужчина простонал, попытался развязать руки. Я приставила к его горлу флейту, и он замер. Чёрный дракон тяжело дышал и смотрел на музыкальный инструмент.

— Семь, — утробным басом ответил Дрёма. — По семи племенам.

— Сам он Бесконечный дракон? — с прищуром рассматривала Ка, который задыхался от обиды, негодования и глубокого вожделения. Хотел меня.

Ещё бы! Гад же.

— Да, — ответила Вара за мужа. — Я Бесконечная Песчаных змей.

— Как действует портал?

Я выпрямилась и посмотрела на змею. Она ещё сильнее похудела, ещё жёстче высохла, из её фиолетовых губ то и дело вываливался раздвоенный язык, пытаясь осязать меня. Глаза огромные, выпученные, с вертикальным зрачком. Но она безопасна, Гоша постарался.

— Я работала над его изобретением тысячи лет, с того момента, как Ардис нашёл источник Бесконечности. Мы пили из него. — Она указала на купальню. — И каждый видел своё предназначение. Я же увидела, что должна создать путь с Изнички до Леса. Широкий, свободный, чтобы и корабли, и драконы спокойно передвигались. И чтобы прыгать в пространстве было свободно.

Она вскинула руки вверх. Факелы в зале отреагировали сильным пламенем. По полу от Трансферта поползли во все стороны ярко-синие трещины, наполнялись Бесконечной силой. Они вырисовывались в таинственные орнаменты, заполняли выбитые в полу письмена. И стало от силы Бесконечной светло в зале. А мы стояли в центре магического портала.

Бесконечность пульсировала, наполняла помещение приятным запахом грозы и свежести. Раздавала бесплатные магические силы, чем попытались воспользоваться колдуны и охранники за пределами моего защитного полога.

— Осталось немного, — Вара чувствовала себя виноватой. — Я почти открыла его. Ардис пока не готов. Но мы планировали в ближайший месяц освободить путь до Леса.

Она бы это сделала. Хорошо, что у Теплокровных есть я, иначе бы дракон с армией появился неожиданно. Я, итак, задержалась благодаря Догоде, которому видите ли не хотелось меня ждать до двадцати лет. А любой день мог стать решающим. Ардис ждал, что Вара найдёт ключ, если б это произошло неделю назад, ни Вары ни Гоши в живых бы не осталось, ну и Лес бы погиб.

Даже страшно подумать, чтобы произошло.

Тупая старая шлюха! Ненавидела Ардиса и наивно полагала, что может скрыть от него открытие портала. Да дракон только и делал, что следил за ней и за её любовником. Это называется у Теплокровных, медвежья услуга. Вроде и помогала нам с Дрёмой, и в тоже время работала на дракона. И это бабе десять тысяч лет.

— Дрёма, давай, — обратилась я.

— Пять лет мечтал, — коварно усмехнулась здоровая волчья морда.

Он подлетел к своей любовнице и воткнул ей в горло три острых когтя. Пробил шею и вошёл через рот в голову.

— Волчья верность, — шипел он умирающей перепуганной Варе, которая не могла обернуться, потому что Гоша действительно сильнейший колдун и может даже запретить оборотню принять облик зверя. — Касается только волков.

Дрёма резко вытащил когти из змейки Вары. Та ошалело смотрела на него, захлёбываясь собственной кровью. Чёрный волк хлопнул в ладоши и размозжил её голову.

Брезгливо очищал когтистые пальцы.

Только самый сильный волк на свете мог столько лет жить с неистинной парой и заставить её влюбиться, поделиться тайнами, силами, знаниями. Но всё это время глубоко внутри он страдал и мучился, потому что извращал ради моего приказа свою моногамную природу. Никто бы не справился с таким заданием. Был ещё вариант привлечь к делу Лео Леопарда, того самого Леонида Львовича, который был моим опекуном. Но слаб Лео. Не хватило бы твёрдости. Будь на месте Дрёмы котолак, ревел бы по своей женщине или, ещё хуже, попросил у меня за неё.

Волки не такие, они любят только истинных.

Я продолжила открывать Трансферт, подыскивая ключ. Энергия выплывала из источника по желобам. Колдуны Ардиса за пределами моего полога пытались сбить желоба, но Бесконечность заняла свои позиции в огромном портале и уже не отступала.

— Ты знала, как открыть его? — удивился дрёма и Ка Ирдис смотрел на меня во все свои змеиные глаза.

— Нет. Предполагала, — ответила я и усмехнулась.

— Яся! — раздался на весь зал голос Ардиса.

Он не обернулся драконом. Подошёл к пологу юным парнем. Руками тонкими с пальцами изящными чуть коснулся моего полога. Его я видела, как через прозрачный шёлк. До чего же этот аспид коварен, кровав и лют! Никто просто не знает, что это за исчадье ада. Выблядок преисподней. В нём нет ничего святого. Наша связь, влюблённость просто вспышка, которую он пожелал испытать. Если бы я хоть раз ошиблась, он бы попытался меня убить или поработить И сделал бы это с особой жестокостью. Но всегда есть «но». Я сильнее.

— Ясна! — рявкнула я. — Вот моё имя, Ирвий Дисара, опальный аспид Шипящего племени.

Ир выпучил на меня глаза и остолбенел. Я дала ему время, чтобы понять происходящее. И он понял. Глаза сине-зелёные прищурил и хищно улыбнулся.

Именно это он и пытался однажды найти во мне. Откопать воспоминания и мои планы, но не смог, потому что я хорошо маскируюсь.

Но Ардис древний колдун, подозревал, что Многоликие умели перерождаться. Влюбился в меня и пустил на самотёк все события. Он бы мог убить меня, приковать, постараться лишить памяти. Колдуны умеют стирать память так, что, даже увидев знакомых или услышав о себе историю, не поверишь, не вспомнишь.

Ардис вляпался, влюбившись по-настоящему. Я старалась, чтобы это произошло. А ещё он раскаялся. Как бы глупо не звучало, но аспид раскаялся в грехе своём. Он насиловал девушку, о которой обязан был заботиться. И это его мучило всю жизнь, до встречи с новой Ясной, перед которой он предстал уже иным.

Я оценила. Мне понравилось. Но зная его, все эти его «любови» ненадолго.

— Ты ушел от своего племени, чтобы приклеиться к Рому, самому сильному молодому из Теплокровных, — это я говорила, чтобы он не сомневался в моих способностях и в моём царственном статусе. Начала нашу историю рассказывать издалека. — Тебе не нужна была от Рома дружба — ты хотел его колдовских знаний. И Ром был настолько глуп, что повёлся на твою лесть, на твоё скользкое враньё. Считал тебя своим другом. И когда пришло время битвы, ты сказал ему, что будешь ему соперником. Именно поэтому ты выжил у скрытой пещеры, когда шла борьба за жён. Я же родилась в царской чете первой и мне достались все их способности, знания и сила. За меня билось двести семьдесят три самца из всех племён, и Ром вышел победителем. Ты завидовал, исходил на яд, но не отступал от Рома.

Но Ром никогда истинную любовь не променяет на истинную дружбу, и тебе пришлось уйти, когда мы с Ромом поженились. Но жили мы, Ирвий, очень плохо. Помнишь, как мы воевали с мужем? Потому что Ром был глуп, а я заносчива и строптива. Тогда старый колдун научил нас с Ромом двум уникальным заклинаниям. Первое было перевоплощением в туман. Многоликие умеют терять плоть и рассыпаться туманом. А второе — перерождение. И мы с мужем решили, что я перерождаюсь, чтобы заново начать знакомство и жизнь, потому что мы из древних, и у нас не было тогда Запасных истинных, только одна пара на века. Я забеременела. Организм родил сам себе. И когда мир исполинов затапливало, не с дочерью на руках уводил вас Ром, а с женой. Дальше ты знаешь. Племена попали в Лес и потеряли Многоликость, кроме троих: меня, Рома и девочки четырёх лет, которую ты хотел взять себе в жёны. Рома убили. И ты выкинул девочку Многоликую, как слабую, взял меня себе, воспитывал, любил и баловал. — Я покрутила в пальцах флейту. — Всё для меня делал, пытался услужить. Но я была поздняя, созрела только в восемьдесят лет. И ты, понимая это, ушёл с Хладнокровными змеями, у которых ты единственный был самцом. А потом вернулся ко мне. И знаешь, Ир, я готова была остаться с тобой. На тот момент не знала, чья жена, и памяти моей не было. Но ты не удержал зверя и насиловал меня пятнадцать суток в облике дракона. Помню это как сейчас. Знаешь, любимый, мне не понравилось. В когти свои взял почти мёртвую и в небеса поднялся, а я вытекла из твоих лап туманом. Неудивительно, что после этого ты оказался на Изничке, сука, запертым со всех сторон. — Я окрысилась, показала ему клыки. — Я мстительная, Ир Ардис.

Ардис бледный, изнеможённый, сделал шаг назад. Он был таким несчастным в этот момент.

— Ты носишь моего ребёнка. — У него потекли слёзы. — Я так надеялся всё исправить.

— Такие вещи исправить нельзя.

— Ясна, — он протёр лицо ладонью и натянул улыбку, — с какой целью ты открываешь Трансферт?

— Я уравняю шансы в этой войне. Через десять минут на Изничке появится армия Теплокровных. Ты беги из города, любимый. Беги к своим бойцам.

— Ты не уравняла шансы, — рассмеялся Ардис острыми, как пилы, клыками. — Ты Теплокровных подставила, им не выжить здесь и сейчас.

— Тебя ждёт очень большой сюрприз, Ардис, — усмехнулась я. — Послушай свою царицу, беги. Забирай всех, кого сможешь, и уходи.

— Знаешь, что будет с тобой, когда я растопчу этих лесных уродов? — Он ударил по защитному пологу, но тот даже не прогнулся, только дрожь по нему пробежала.

Клыки в пасти Ардиса ещё сильнее вытянулись. Только за то, что он их мне показал, только за этот вопрос, в живых ему не остаться.

А портал уже открылся, пульсировал Трансферт и выкидывал в воздух голубое свечение.

— Ничего ты со мной не сделаешь, Ардис. Потому что я ношу нашего сына. Но для начала тебе придётся за нас с малышом повоевать. Это называется естественный отбор.

Я покосилась на Ирдиса, который молча сидел на камнях и смотрел на меня.

— Хочешь, прикол расскажу, мудрый Ка?

— Что такое прикол? — хмыкнул сын Ардиса.

— Интересная штука.

— Вряд ли у тебя есть что-то интересное для меня, — уныло усмехнулся мудрый Ка

— Гоша, он не верит, что я интересная. Дай ему в глаз.

Гоша моментально подлетел к связанному дракону и ударил его в глаз. Ка ни одного звука не произнёс.

— Ирдис, хочешь прикол расскажу? — плюнула в него.

— Да, конечно, — кивнул Ирдис и покосился на отца оставшимся глазом, другой вытекал по острой скуле.

— Что там с Ромом случилось, знаешь?

— Его убили племена, — тут же ответил Ка.

— Да, плоть. Он успел обернуться туманом. — Я посмотрела на Ардиса. — Но, к сожалению, в отличие от меня, вернуть плоть не мог очень долго. Бестелесным скитался тысячелетия по земле, пока не умудрился приобрести плоть. Забрался к волчице молодой между ног и вселился в её умирающий плод внутри. Родился у самки волка, и назвали его Геннадий Гурьянович. А через сто лет его зверь назвал своё имя. Так вот, Догода Геннадий Гурьянович — это Ром. Поэтому, Ардис, не пудри мне мозг, что силы неравны. Мне даже обидно, что ты меня ни во что не ставишь.

У Ирдиса отвисла челюсть, он выпучил на меня один глаз. Ардис медленно отходил от полога.

— У Многоликих нет Запасных истинных, только одна пара на века, — я сжала зубы. Мне потребовалось продышаться, прежде чем продолжить говорить. — Но Ром бросил меня на тебя! Он клялся, что когда я сотворю перерождение, будет заботиться обо мне. Он отдал меня тебе совсем маленькой! Что ты со мной сделал? И тебя я считала своим истинным! Насильника! Моя память в первый раз долго не возвращалась. Это сейчас я переродилась и всё вспомнила в три года. Знаешь, я так мечтала, что всё прощу и тебе и ему, но как глянула, что творится вокруг, так ещё сильнее вас возненавидела! Я бы хотела вас с Ромом забыть, но невозможно! Вы изувечили меня, изуродовали и взрастили во мне адскую тварь, которая не умеет прощать, не умеет любить. Ты думал, что обманываешь и соблазняешь, а это я играла с тобой. Тобой и Ромом! Ром — мразь в моих глазах, как и ты. И никто из вас не лучше, не хуже. И пусть всё решит настоящий бой. Только когда будешь выходить на него, любимый, знай, что в случае твоей смерти Догода убьёт нашего ребёнка, он не оставит от тебя ничего. От тебя и твоего племени.

Ардис хищно улыбался.

— Ты прекрасна, Ясна. Ты истинная царица Многоликих. Я вернусь. И вернусь к тебе победителем.

И стрелу между глаз получишь. Я зло рассмеялась.

Он резко обернулся драконом. Занял почти весь зал перед пологом. Вытянул гибкую шею и пробил одной ударной волной своды зала прямо на верхние этажи. Падали камни с грохотом на каменный пол и разбивались на осколки. Но ни один не долетел до нас, потому что полог надёжно укрывал. Ардис пополз вверх.

На бортик купальни из синевы Бесконечности упала чёрная рука. Показалась седая голова. Это был Бесконечный единорог в облике чернокожего человека. Он напряг мускулистое тело и выбрался к нам. Был он гол и в руках держал меч.

— Сколько времени? — спросила я у своего соглядатая.

— Через десять минут будут выходить, первыми придут Демоны, — ответил густым басом единорог.

— Успеем уйти. — Я мотнула Гоше головой, и он водрузил связанного Ка Ирдиса себе на плечо.

В зале было пусто — все ушли за Ардисом. Полог держать было ни к чему, я следовала за чёрным волком по подземным лабиринтам, чтобы уйти от Догоды. Он мне сейчас не нужен, пусть вначале убьёт Ардиса, а там посмотрю.