Страшная правда

Наша башня, старинная купальня. Это место в разрушенном городе уже стало родным.

Я, нагая, после купания высыхала на ветру и нежилась в тёплых лучах солнца. Сидела на шее дракона и наглаживала его голову, водила ладонями по лбу вокруг ушей. Ардис прикрыл глаза от удовольствия и дышал глубоко.

— Значит, если тот Хладнокровный воспитывал мою маму и подарил ей флейту, мамочка была очень старой. Они с папой долгожители. Мне жалко. Могли бы ещё немного пожить. Сто лет туда, сто лет сюда. Я бы точно знала о флейте. — Я легла на дракона и обняла его руками и ногами. — Ардис, а может, тот Хладнокровный жив? Ну, тот, кто мою маму мою воспитывал!

— Жив, — буркнул дракон.

— Давай найдём его! — обрадовалась я и скатилась с него, чтобы присесть у его довольной морды.

— Это я, — не раскрывая глаз, сказал Ардис.

— Как ты? — ахнула я.

— Так. Это был я, и её звали Ясная, — сопел дракон.

— Ты такой старый, — разочарованно выдохнула я.

Отошла к своим вещам и стала одеваться. Старалась ни о чём не думать.

Ардис знал мою маму…

Охренеть!

Покруче, чем когда твой папа говорит тебе, что он твой будущий муж.

Охренеть!

Потому что я влюбилась в опекуна моей мамы, при этом время исчисляется тысячелетиями.

Об этом надо подумать.

Я взяла испорченную книгу Пассариона Андреевича. Листы уже высохли. Но текста не осталось. В золотую обложку положила книгу, которую мне дал дракон.

— А какая она была? — тихо спросила я.

— Я лет до пятнадцати её воспитывал, потом ушёл к своим. Теплокровные уже сами.

— И ты бросил! Догода вот меня тоже бросил!

— Я не мог остаться, потому что у меня племя вырождалось, — спокойно ответил Ардис, продолжая дремать…

Потому что старая развалина!

— Взял бы мамочку с собой!

— И взять с собой, чтобы маленькую змеи искусали, тоже не мог. Она уже взрослая была, сама понимала, что от неё Теплокровные хотят и, как ты, путешествовала по Лесу, гостила в племенах. Она строила дороги с помощью флейты. И города. Флейту я у неё не забрал, хотя она бы мне пригодилась. Это ваше с ней сокровище.

— Ты бы мог себе такую же отлить, — предложила я.

— Нет. Такого металла больше в природе нет. Она называется серебряная, но на самом деле она нуамковая. Существовал такой металл, способный улавливать колебания мира и в колдовство их превращать. — Он подсмотрел за мной одним сине-зелёным глазом. — Ты обиделась?

— Нет! — соврала я. — Маму мою сто тысяч лет назад воспитывал, а теперь меня соблазняешь! Тебе не стыдно?

— Не стыдно. Зато представь, какой я интересный. Можно со мной столетиями беседовать, а я не истощусь на знания и истории.

— Это называется интернет, — заявила я. — Включаешь и сексом не надо заниматься. Всё, пока!

Я нахлобучила шляпу и пошла от него.

Охренеть! Наумковый металл!

Мало того, что меня все всего лишили, ещё ворьё и мою флейту отобрали.

— А сразу признаться не мог? — возмутилась я, продолжая идти вперёд.

— Так я не сразу понял, кто ты. Ты ведь придёшь ещё?

Я не ответила.

Буду думать.

Вначале появились тучи, а потом всё небо затянуло. Я шла по мраморной дороге, которую, возможно, построила моя мама… Хотя нет, здесь жили гады, а вот в Лесу есть такие дороги: гладкие, монолитные. Это точно моя мама Ясная строила.

Вот ведь гад!

Маму он мою воспитывал! Чудовище. Нет, я кого-нибудь моложе найду. Хотя бы для первого раза. Неужели я такая пропащая, что спать придётся со стариком лет так семь тысяч от роду?

Я покинула развалины и попала на холм, где росла вишня. Стало совершенно темно, как поздним вечером. Тучи грозовые пушистыми чёрно-серыми краями над лесом нависли, казалось, что их можно потрогать руками.

Нюх у меня чуть лучше, чем у человека, вонь шкур уловила сразу. Шакалы, которых мы собирались лечить с Ольгой Ниловной. Не знаю от чего. Оля любит залечить.

Пять тощих жилистых мужиков с белёсыми бородками поднимались ко мне. В темноте поблёскивали их жёлтые глаза. Они скалились клыкастыми ртами. И хотя все они были в коротких чёрных юбках, тряпки не могли прикрыть явное возбуждение.

— Какая самочка, — сказал один и облизнулся.

— Иди к нам, сладкая, — поддержал его другой, вынюхивая мой запах.

Многоликая любому оборотню подходит в пару… А это не только прикольно, это настоящее проклятие.

Я в ужасе уставилась на них. Хотела побеждать, но поняла, что не смогу. Они же перекинутся и догонят. От страха ноги свинцом налились.

— Не смейте! — хотела грозно крикнуть, но голос сорвался и потерялся в раскатах грома. Сверкали молнии, освещая жуткие рожи насильников.

Два оборотня достали свои половые органы. Они показались мне ужасно некрасивыми. На картинках видала, там более эстетично, а здесь что-то склизкое противное. Шакалы надвигались на меня и попутно дрочили.

Зверьё.

Пять… Это же… Я не выдержу. Мне стало так страшно, что я метнулась в сторону. Хотела в кустах затеряться, но меня поймали за ногу и повалили на землю. Ветки кустов расцарапали лицо. Я дралась, чувствовала, как их острые когти пробивают кожу на бёдрах.

Пока не заткнули рот, я выкрикнула:

— Ардис!

Громыхнуло над нами небо, и проливной дождь обрушился на землю. Они рычали, с силой раздвигали мне ноги, скручивая над головой руки. Порвали халат. Чужой клыкастый рот захватил мою грудь, прикусив сосок.

Я сопротивлялась из последних сил, которые закончились очень быстро.

А потом отпустило.

Руки освободили, ноги уже никто не держал.

Я быстро прикрылась остатками одежды и, рыдая в голос, посмотрела вверх.

Когтистая лапа дракона переломила шею одному шакалу. Другой погиб под задней лапой, от него осталось мокрое место, которое заливал дождь. Третий насильник был подкинут упругим хвостом вверх. Шакал из человека в полёте обернулся мелким тощим волком. Огромный ящер раскрыл пасть и поймал шакала на ходу, слопав его.

Остальные ринулись с холма.

Ардис стоял передо мной, и горели ярко-синим светом в не просветной пелене его огромные глаза.

Бесконечный дракон!

Я ослаблено поднялась. Пошатываясь, кинулась к своему защитнику. С разбега уткнулась в широкую грудь. Закрыла глаза и продолжила плакать от пережитого кошмара.

Огромное крыло укрыло меня от дождя, и я стояла, как в шатре, успокаивалась. Лапа хоть и с когтями была невероятно мягкой. Гладила меня от головы до пят.

— Я сделаю это для тебя, — услышала сквозь шум разбушевавшейся стихии его спокойный приятный голос. — Ради тебя, Яся, я перекинусь человеком. Как только смогу…

— Если не сможешь, — всхлипывала я, — всё равно с тобой буду.

— Моя маленькая.

Он дунул тёплым запахом моря мне в висок и полностью спрятал под своей сенью.

***

Они даже не заметили, что я вернулась. Может, потому что в этот раз я не задержалась. Занимались любовью. Оля опять так орала, что на кухне чашки подпрыгивали. И её муж рычал и кричал.

Я тоже так хочу. И буду!

Ардис всё решит. Если не сможет в человека перекинуться, тогда я в гарпию постараюсь в ближайшее время обернуться. Хочу летать. С любимым играть крыльями в бесконечном пространстве под небосводом. Ловить потоки ветра и парить свободной и любимой.

Я поставила кипятиться чайник, а сама пошла в душ. На смену взяла белый сарафан и шёлковые розовые трусики, в которых приехала.

Хозяева дома продолжали орать, хоть уже знали, что я дома.

Суки, а не коты.

А я половозрелая!

Душевая располагалась на первом этаже. Прямо в лес вело окно, закрытое сеткой, но какая-то беда всё же залезла и застряла в сливной трубе. Я вошла в душевую кабину и включила воду, стала большое насекомое сбивать водой. Оно, конечно, вместе с водой уплыло, но не факт, что не вылезет обратно, поэтому я быстро встала под поток тёплой воды и намылилась ароматным гелем.

Скользила по себе руками, представляла, что это любимый меня вылизывает, и улыбалась сама себе.

Я совершенно беззащитная, мне Ардис нужен. И слукавила я, когда говорила, что интернет может заменить живое общение. Вряд ли там можно найти информацию о моей маме и про наумковую флейту.

Чистая и свежая, я вышла на кухню, чтобы заварить себе чай.

За приоткрытой дверью шумел южный лес, и дождь барабанил по черепице крыш.

Я была на грани, чтобы прямо сейчас вернуться к Ардису и остаться с ним навсегда. Меня останавливала только усталость. Решила, что посплю, а ночью или рано утром свалю от этих орущих драных котов. И будь что будет. Я влюбилась, пошли все вон.

Дождь убаюкивал. Хищники в дождь должны спать, поэтому я носом клевала. Чашку вымыла, дверь входную закрыла и пошла к себе в комнату. Мне даже показалось, что Лео своим колдовством усыпляет, чтобы никуда не ушла больше.

Упав на твёрдую кровать, я поправила сарафан и прикорнула. Мне снилось море, белый дракон над ним и его язык в моём лоне.

А потом шорох у моей кровати…

— Вспоминай, кто посоветовал её отвезти сюда? Оля, это важно, — шипел Лео совсем рядом.

Я приоткрыла глаза. За окном царила ночь. Над кроватью светил мутно-жёлтый ночник. В шкафу рылась Ольга и скидывала немногочисленные вещи в мой походный красный рюкзак.

На Леониде Львовиче была лишь юбка, на его жене такая же, только натянута на грудь. Волосы и у него, и у неё были убраны. Они готовились к обороту.

Заметили, что я проснулась, и замерли.

Лео понюхал мой грязный чёрный халат, который я оставила в душе.

— Где шакалов встретила? — строго спросил он.

— На холме.

Я села на кровати, глядя на них во все глаза.

— Второй запах откуда? — продолжал рычать котолак, поблёскивая изумрудами глаз.

— Второй какой?

— Прекрати! — взорвалась Ольга.

— Оленька, тихо, собирайся, — ласково обратился к бешеной жене Леонид Львович. Грозно исподлобья посмотрел на меня. — Запах моря откуда?

— Так я на море ходила, — ответила я. — Тут недалеко.

Они замерли, переглянулись.

— До моря, Ясения Пассарионовна, — оторопело начала Ольга, — четыреста километров. Ты не могла быстренько сгонять на море.

— Оно за старым разрушенным городом, — возмутилась я тому, что они мне не верят.

— Чёрт, — заныл Лео, потёр лицо ладонью. Он пошарил в своей юбке и показал мне книгу. Ту, которую мне дал дракон. Уже без золотой обложки. — Откуда у тебя этот трактат?

— Нашла, — соврала. — А что такого?

— Ты попала в пространственную дыру. И была на Изничке. — Он старался держать себя в руках. — Оля взывай к Бесконечному. — Опять посмотрел на меня, как на врага оборотного народа. — Эта книга проклята.

— Кто проклял? — попыталась перевести всё в шутку.

— Книга написана кровью людской. Никаких заброшенных городов здесь нет. С кем ты была, Ясения?

Бли-ин, Ардис! Ты что мне подсунул, гад? Мне же теперь влетит!

Оля заревела драной кошкой, которую дёргали за хвост. А потом посмотрела на меня глазами… полными слёз!

— Яся, мы вляпались, — прошептала она. — Я ведь подумала, что мне показалось… Но теперь уверена, что ты была с драконом.

— Проверь, — рыкнул Лео.

Котолаки вдвоём набросились на меня. Лео закрыл мне рот ладонью, пригвоздил к кровати. Его безумная жёнушка полезла мне между ног.

— У неё следы от когтей, — сказала она и залезла мне в лоно. — Девственница. Не пометил.

Я пыталась сопротивляться, но Лео не дал даже шевельнуться. Он приложил палец к своим губам.

— Его зовут Ардис. Я думаю, ты уже знаешь. Только одного ты не знаешь точно — он невероятно опасен. Он хочет нас уничтожить, а потом разрушить мир людей. Для него сейчас все средства хороши.

Я замерла. Он снял ладонь с моего рта и отошёл от кровати.

— Мы уходим, — заявил Лео и повернулся ко мне спиной.

Я тут же метнулась к окну. Навалилась на деревянные створки и открыла их.

— Ардис! — закричала я в лес и получила по голове. Перед глазами всё поплыло, Лео меня повалил себе на плечо, и мир вокруг закрутился.

***

— Я вспомнила. Это наш Бесконечный попросил увезти её сюда, — утробный рык Ольги Ниловны совсем рядом. — Как такое возможно? Нас, что, подставили?

Она бежала огромной кошкой-леопардом. Глаза её светились в темноте.

Меня мутило и трясло. Руки завязали за спиной, ноги скрутили верёвками. Запихали в сумку.

Обычно гигантские оборотни, взрослые, как Лео, у которых передние конечности человекообразные и силы много, носят слабых в таких сумках-переносках на груди, но меня он закинул на спину. И нёсся по лесу, не разбирая дороги и снося всё на своём пути.

Не просто так я на спине леопарда оказалась. Кусала его лохматую пятнистую шкуру и страдала от боли во всём теле. Просто Ардис летел над нами, и ударить котолака по спине не мог.

Ольга шипела и увиливала от сильнейших заклинаний. Дракон что-то невидимое пускал на котолаков, и деревья-великаны вместе с корнями вздымались вверх и падали с грохотом рядом с нами, засыпая мокрой землёй.

Пахло грозой, но не природной. Так пахнет колдовство.

И хотя Лео продолжал бежать, он колдовал. Резко кинулся в сторону, когда пламя дракона обрушилось на лес. Ярким огнём загорелись деревья и почти сразу потухли, потому что недавно прошёл дождь.

— Куда ты, маленький колдунок? — смеялся дракон. — Самку свою не боишься потерять?

Я пыталась посмотреть, что происходит. Лео метался из стороны в сторону, хотел спрятаться в чаще леса. Заверещала Ольга. И Лео всполошился, остановился.

— Ардис! Не-ет! — крикнула я, но было слишком поздно.

Поток яркого пламени разрезал южную глубокую ночь. Обрушился на несчастную кошку. И тут произошло невероятное. Я знала, что Оля лекарь, но чтобы пламя отбивать…

Алый рубин на её украшении щитом укрыл оборотницу. Это подарок отца-волка. Вещь уникальная, защищала от магии огня. Ольга метнулась в сторону, осталась невредимой.

Ардис, парящий в небе, взревел и ударил другим видом колдовства.

Ольгу отшвырнуло невидимой волной прямо в нас. Она постаралась не свернуть мне шею, зацепилась за своего мужа когтями. Все втроём мы улетели куда-то в лопухи и папоротник.

Замерли. Я тихо стонала. Мягкие подушечки на лапах Ольги заткнули мне рот. Мы притаились.

Где-то рядом взлетали вверх деревья. Опять сверкнуло пламя. А потом лес осветили трещащие молнии. Дракон лютовал.

— Сюда, — услышала я очень знакомый мягкий и немного гипнотический голос.

Старалась поднять голову, рассмотреть Никанора Станиславовича. Бесконечного котолаков.

Он стоял чёрной дырой рядом с нами. Огромный, здоровый лев-оборотень. Никанор был крупнее Лео. И мрачная грива делала его таким солидным, что я совсем притихла. Глаза его горели зелёным огнём и оранжевым светом отражали пожар вдали.

Крупные лапы Никанора отодрали меня со спины леопарда и прижали к чёрной волосатой груди. Когти разрезали верёвки на руках и ногах. Бесконечный укрыл меня собой, и я заплакала, сжимая кулаками его длинные лохмы и бороду.

Не могла понять, хотела ли в этот момент вернуться к дракону или нет.

Бесконечный лев встречал меня, когда я приехала в это племя, очень злобный тип, но в этот момент был как родной. Он умел успокаивать. А у меня некоторые неприятности с восприятием чужого колдовства — оно от меня отскакивало. Как пламя от амулета на шеи Ольги Ниловны.

— Ник, уводи их! — крикнул какой-то Бесконечный. Если я не ошибаюсь, это кричал Альфа Демонов.

То есть два Бесконечных выступили простив Ардиса?

Чёрный лев, прыгнул в темноту и…

По телу дрожь, волосы дыбом.

Горячая волна окутала нас...

И вот ночь пожар только что были, и тут же огни фонарей, улица асфальтированная и невысокие домишки.

Перенеслись в пространстве.

Это город Львов. Здесь живут котолаки. Есть районы, где поселились шакалы. В этом городе ночью всегда тихо. Кошки борются со своим врождённым распутством, поэтому у них нет питейных и развлекательных заведений. У них одна задача — размножаться и сохранять семьи. Так что город семейный, в нём очень много детей. А там, где много детей, обычно всё для них сделано. Детские площадки повсеместно. В том месте, где оказались мы, стояли школа и рядом детский сад.

Кто-то из котолаков-охранников появился на улице, но близко не подходил. Два огромных тигра. Принюхались и обошли нас стороной.

Мы в безопасности. Нас прикрывал Костя Демон. Бесконечный, который вступили с драконом в схватку. И чем всё закончится, я не знала. Так сильно за дракона переживала, и за своё племя тоже.

Это всё из-за меня! Это я виновата в войне. Мне так страшно от этого. Тело уже не помнило боли, меня трясло. И горячие руки, что гладили от головы по спине, не могли успокоить.

Оборотни из зверей перекидывались в людей.

Пережила настоящий ужас Ольга Ниловна, рыдала в объятиях своего мужа. Лео же, стиснув клыки, смотрел на своего Бесконечного со злобой.

Никанор, чёрный лев. Это красивый парень, но невероятно строгий и злобный. У него чувство превосходства, и он мне совсем не нравился. Не люблю злых самцов. А Никанор был злым, что с его наружностью совершенно не клеилось. Бесконечный котолак невероятно хорош собой. Волосы чёрные, глаза зелёные. Приятное лицо с правильными чертами и крепкое тело.

— Никанор! — рявкнул иссушенный страхом Лео. — Что это было? Ты, что, нас подставил?

— Нет, — нагло хмыкнул черный лев.

— Только мне врать не надо, — шёл на конфликт Леонид Львович. — Ты приказал нам Ясению отвезти в тот дом, зная, что там рядом пространственная дыра! Ардис бы не упустил такой шанс! Ты нас ни во что не ставишь.

— Я «видел», что всё хорошо закончится…

— Видел?! — Лео шагнул вперёд, на нём повисла его кошка, пытаясь успокоить. — Ты ли «видел»?! Чья была затея выманить дракона на живца? Почувствовал? Вам не справиться с ним.

— Он её пометил? — невозмутимо спросил Никанор, проехался взглядом по моей фигуре.

У меня челюсть отвисла.

Это что же получалось?

Меня сунули под дракона?

— Нет, — ответила за мужа Ольга Ниловна.

Чёрный лев обозлился. Лицо симпатичное исказила гримаса. И почему-то зыркал своими глазищами именно на меня.

— Что толку в ней, если дракон её не пометил! — возмутился Никанор. — Да, нужно было выманить его. Он летал здесь, обнаглев до того, что пикировал на крыши домов и трубы сбивал! Мне, что, ракетную установку купить у людей?

— О таких вещах предупреждать надо! — продолжил скандалить Лео. — Чья вообще идея сделать Ясю истинной дракону, а потом его прихлопнуть? А он не взял её! И вас сейчас по одному перережет. Он или Догода! Ты вообще в курсе, чья это истинная!

Лео указал на меня пальцем, и я совсем «испортилась». Хотелось испариться немедленно.

— Я Бесконечный, — хмыкнул наглый лев. — Так что пасть не разевай. Тебе сказано — ты исполняешь. То, что дракон не взял девку, твоя вина!

— Как же так? — заливалась я слезами, вышла к Ольге Ниловне. — Я что же, шлюха? Сука какая-то, чтобы со мной так?

— Ардис опасен для Многоликой, — Лео пытался продышаться. Словно не замечал мои слова. — Дракон изнасиловал её мать однажды. Жестоко в облике дракона. Он не держит своего зверя. Ясна та чудом уцелела. Мы можем потерять девчонку…

— Как?! — ахнула я, и у меня подкосились ноги. Ольга Ниловна меня быстро поймала и обвила сильной рукой за талию.

— Верь ему больше, — сплюнул Никанор. — Леонид Львович любит байки травить.

— Я не верю тебе!

Захлёбывалась слезами, хотела броситься на Лео с кулаками, но Оля не дала.

Каждый кот моего Ардиса опорочить готов. Мне ли не знать, какой дракон сдержанный. И пусть не оборачивается, но он точно не насильник.

Котолаки собирались продолжить разборки, но в совершенно чистом чёрном небе сверкнула яркая молния. Запахло грозой. По телу пробежали мурашки, и я вздрогнула. Оля тоже.

Великий колдун перенёсся в пространстве.

Этого женоподобного парня с копной медовых волос и горящими лимонным светом глазами и звали Костя Демон. Он тоже Бесконечный, и у него жена гарпия. Я так ей завидовала. Она летать могла.

Костя прикрывал рваную рану в боку. Сквозь пальцы кровь уже не текла — у Демонов отличная регенерация. У него был ожог на плече и руке.

— Где все? — ошарашенно выдохнул Никанор, подбегая к Демону.

— Погибли, — стоном прошептал Костя. — Нам с ним просто так не справиться. Увозите Ясению вглубь Леса.

Я молча плакала. Мне было так больно внутри, что не хотелось больше жить.

***

Тонкие занавески развевались на ветерке, что залетал в открытое окно.

Это было жильё Никанора Бесконечного котолака. Квартира занимала половину жилого дома, в другой половине жила царская чета. В свете последних событий царь Лео с Никанором не общались.

В комнате кроме кровати и шкафа стоял стол с компьютером. Это мой комп. Мне пришлось его здесь оставить, когда в тропики поехала «отдыхать».

Это был самый впечатляющий отдых в моей жизни.

На мониторе горела яркая заставка оборотной соцсети. Это единственная соцсеть на весь Лес. Сайтов много, можно даже попасть в человеческую сетку и посмотреть, допустим, порнушку, которая у оборотней запрещена.

Из одной точки можно прочитать новости разных племён, лента новостей пестрила сообщениями, что Бесконечные объявляют повсеместную мобилизацию.

У меня бегали картинки и статьи с новостями. Сияли семьсот восемьдесят три сообщения. Но я не открывала их. Ни с кем не хотела общаться. Видеть никого не хотела. Подошла к окну.

Наконец-то я в приличном платье, на каблуках и с макияжем, причёска, пахнет от меня приятными ягодными духами.

Я сегодня уезжаю из этого города. На поезде через южные пределы к городу Хлеборобов. Межплеменный город, но принадлежит табуну. Там весело… Но меня уже не привлекали ночные клубы и здоровые жеребцы, ржущие по поводу и без. Даже подружка Таня, которая наверняка написала половину сообщений, тоже не интересовала. Она замужняя, у неё уже дети… И мне теперь всё время кажется, что Теплокровные желают мне зла, готовы следить и стучать на меня.

Никому не доверяла.

Я отодвинула занавеску. Красивый двор с клумбами, кустами и высокими деревьями. Игровая площадка была заполнена детьми. Для маленьких котят были организованы высокие домики на деревьях, тарзанки крутые лестницы, винтовые горки. Для людей такое покажется опасным, но для детей оборотней самое то.

Всё, как у человечества. Красиво, чисто и уютно.

Смеялись дети, вибрировал мой телефон. А я считала минуты без Ардиса. Познакомилась с любовной тоской и готова была умереть от нее. Не нужен этот Лес без моего крылатого ящера. Я чахла и сходила с ума. Его имя застыло на губах.

Дверь в комнату открылась, и поток ветра ударил в лицо, принося чужие запахи. Они мне не нравились, я хотела на море.

— Ясь, смотри, что урвал, — сказал Лео, подходя к столу. Он поставил кусок торта со взбитыми сливками. — Ты же любишь сладкое?

Он неинтересный. А сладкое я любила, когда меня никто не любил. Теперь вообще есть не хотелось.

Следом в комнату пришла Ольга Ниловна. Я даже не оглянулась. Не хотела никого видеть. Раздражали так, что сил моих не было. Мне хотелось закричать имя любимого, попросить, чтобы вытащил отсюда и с собой забрал. Парить хочу с ним в небе, купаться в солёном море.

Но меня ждали поезд и город Хлеборобов, откуда меня обязательно увезут в какую-нибудь дыру, типа к волчьему царю Лихо в гости. Там как раз его мелкие обоссанцы подросли. Васенька там живёт и его братишки-отморозки.

Я теперь боялась быть изнасилованной. Хочу сама отдаться тому, кого люблю. Меня даже не пугал размер дракона. Его одного хотела.

Ардис, хочу тебя. Люблю только тебя. Неужели так и закончится наша любовь?

Я продолжила разглядывать детей и мамочек на скамейке. Почти все были беременные.

И ребёнка хочу только от Ардиса.

Хочу вот так сидеть на скамейке и по сотовому звонить мужу, спрашивать, что на ужин приготовить…

Леонид Львович лопал торт в одно хлебало.

— Глянь, тебе какой-то конь пишет, — щурился он и уселся на стул, чтобы прочитать сообщения. — Ах, он паскуда. Серый единорог. Владька что ли? А я думаю, что такое хамло? Догода ему яйца за такие предложения оторвёт.

— А дракону оторвёт? — усмехнулась я.

— И дракону, — ничуть не сомневался Лео.

А нет у него яиц. И член спрятан. Попробуй оторви.

Ольга шуршала за моей спиной моими же вещами. Вернула подарки, одежду, украшения. Собрала два чемодана.

Лео ответил моим тайным воздыхателям от своего имени.

— Бля, сука, ещё и угрожает, — возмущался он, быстро набирая текст. — Борзые какие эти лошади. Лёль, брательник твой вообще необузданный.

— Нашёл с кем переписываться, — Ольга подошла ко мне и непривчно ласково улыбнулась. — Ясенька, спасибо тебе. Ты спасла мне жизнь. Дракон бы не отпустил, убил меня.

— Разве? — безразлично хмыкнула я.

— Да. Молнии он кидал уже не в меня. Убил бы, я точно скажу.

Ардис мою просьбу выполнил… Потому что ценит меня. Моё слово для него не пустое. А эти… уроды меня, как червяка на крючок, не щадя ни капли.

— Яся, — позвал Лео, — я не соврал. Ардис очень жестоко поступил с твоей матерью. И война была страшная, потому что он нетерпимый. Это жестокое чудовище, будь осторожна.

— Он воспитывал её, — развернулась к ним, сложила руки на груди. Они были смешно одеты в рубашки и леопардовые штаны. — Ром когда умер, Ардис Ясную воспитывал. И для неё флейту создал. И когда уходил, флейту себе не оставил, ей подарил. А она имела силу. Где она, моя флейта?

— Одно другому не помешало, — вздохнул Лео. — Ардис изувечил твою мать…

— Флейта где?! — рявкнула я.

— У Догоды, — ответил котолак и продолжил с кем-то переписываться.

Догода. Я его давно не видела, но куда ни сунься, он везде уже побывал, кроме моей жизни. У него флейта? Так я к нему и поеду. Посмотрим, что он скажет. Женишок волчий.

— Воры! Вы все мудаки и ворьё! — разозлилась я.

— Так ты попроси у Адиса, — ехидничала Оля. Ей не нравилось, что я кричу на её мужика. Она такая, жизнь за него готова была отдать… Интересно, а я когда-ниубь стану такой самоотверженной?

— Пусть гадюка крылатый ещё одну тебе отольёт.

И мне хотелось её ударить уже за Ардиса.

— Такого металла больше в природе нет, — со знанием дела заявила я. — Она называется серебряная, но на самом деле нуамковая, существовал такой металл, способный улавливать колебания мира и в колдовство превращать…

— Это дракон тебе про флейту рассказал? — ошарашенно и зло прервал меня Лео.

— Какая разница, — буркнула я и отвернулась.

— Яся, он — враг. Он мечтает нас уничтожить, — прошептала Ольга.

— Так и поделился великий и могущественный Ардис с Олей, драной кошкой, своими мечтами! — закричала я, и с площадки посмотрели на меня взрослые котолаки.

Причитала Оля, что больше не может меня выносить, смеялся Лео, писал на чистом мате послания Владьке серому единорогу…

Это были странные каникулы. Самые запоминающиеся в моей жизни.

Вскоре пришёл высокий улыбающийся кот в тигровых штанах и сказал, что отвезёт нас на вокзал.

***

Электропоезд мчался по южным просторам. Из лесов выскочил в настоящую саванну.

Под алым заходящим солнцем неслись вороные скакуны табуном. Трепались их шикарные гривы и хвосты. Мощь, сила, свобода. Жеребцы особенные, они вольнолюбивые. Я прилипла к окну своего купе и провожала их взглядом.

А кругом бескрайние просторы с редкими деревьями и кустами. Поезд сбросил скорость, когда стали появляться здания.

Дома хоть и построены из тёмных камней, выглядели празднично. В этих южных широтах принято граффити расписывать свои дома. И краски выбирались яркие, солнечные.

Оборотни в людских обличиях все чернокожие. У женщин короткие сарафаны с жёлто-оранжево-зелёными узорами, такой же раскраски высокие тюрбаны на головах. Много бус. Мужчины в юбках цветастых. Они улыбчивые и дружелюбные.

Поезд от города Львов выехал полупустым, но это территория уже другого племени. На этой станции подсядет много оборотней. Станет не так грустно ехать.

Я одна в купе, кроме столика и двух диванов имелся ещё душ с отдельным туалетом, всё миниатюрное, так что я сюда Олю не приглашала, она ехал с мужем за стенкой. Я перестала с ними общаться. Они особо и не напрашивались. Вся ситуация, которую придумали некоторые Бесконечные, им не понравилась, и они прониклись моим горем. Но запретили даже думать о драконе, после этого я вообще в их сторону только злые взгляды кидала.

Ага, не думать! Да я жила надеждой, что однажды увижу Ардиса. Если бы я могла хоть во что-нибудь перекинуться, сбежала б сразу. А так, человеческая девчонка, слабая и бессильная. Куда мне с такими монстрами, как Лео Сан, тягаться?

Первая любовь меня откровенно подкосила. Я чахла. Если уезжая от котолаков, я накрасилась и приоделась, то теперь ехала в купе в простом сером сарафане, не расчёсанная. Закинула голые ноги на противоположный диван и уныло смотрела, как появлялось здание вокзала.

Кроме чернокожих на вокзале были и белокожие оборотни. В основном, зайцы и олени. Здесь хищников мало, их не жаловали. Нет, племена не враждовали пока, но на инстинкте нелюбовь хищников и травоядных.

Точно зайцы! Высокие жилистые парни, кто косил, у кого вперёд верхняя челюсть. Они забавные, сексуально озабоченные. С ними можно так оторваться, как ни с кем, даже с жеребцами. Зайцы фонтанируют ущербными, трэшевыми идеями, и несёт длинноухих на приключения двадцать четыре часа в сутки.

Если хочешь на дно, свяжись с зайцем.

Пожалуй, посмотрю на них.

Я вступила в шлёпки, собрала волосы в хвост и вышла из купе. Услышав стук двери, тут же появился полуголый Лео. Опять после секса. Я показала жестами, что он воняет. Демонстративно заткнула нос.

Нет, он не вонял так сильно, чтобы кривляться. Но надо же своё отвращение к сложившейся ситуации показать.

Взрослый котолак на мои ужимки особого внимания не обращал. Изумрудными глазами смерил меня. Что-то жевал.

Я встала у поручней, посмотрела в окно длинного коридора. За окном тоже был город. В основном двухэтажные здания, по дорогам ездили электромобили и бегали чёрненькие счастливые жеребята.

Вначале мимо меня прошли две старые оленихи с котомками. Самки оленей бесформенные, с большими карими глазами. В седых причёсках торчали рожки.

Зайцы меня сразу приметили, но и Лео тоже, поэтому не решились познакомиться. Они расходились по купе, а настроение поднялось.

Всё-таки зайцы классные.

Мой взгляд прилип к стройному мальчику-зайчику. Он смешно был одет в клетчатый пиджак, под ним рубаха, бабочка криво под воротом завязана. Юбка из местных, ярко-зелёная с оранжевыми разводами, зелёные гольфы и спортивные тапочки.

Был он худеньким, бледным. На вид лет восемнадцать. Личико женственное, с красивыми губами и весёлыми ямочками в уголках. Волосы тёмные ложились на плечи крупными локонами. Мальчишка посмотрел на меня большими сине-зелёными глазами…