20. Разочарованный другим

POV Бес

Совсем бдительность потерял, думал, она влюблённая до одури и раскаченная, а это таблы. Косяк, мой косяк.

Зрачки, её чувствительность, возбуждённость, бля, да даже резкость в движениях, ей нехарактерная. Полный проёб.

— Откуда ты знаешь про Вику?

— Увидел. Она ещё так без палева её приняла, пузырями шлифанула. Но понятно же, что она зелёная, её накроет отходами, и она не распознает даже, что это, — говорит Денис.

— Понял. Под утро навещу её.

— Блядь, Бес, заканчивай. Это как бы на моих съёмках было. Мне нахер проблемы твои не нужны. Ещё предки её стуканут, меня и так, блядь, на каждом посту продувают. Иди сейчас.

— Я дал ей молли? Нет. Вичке своей претензии кидай.

Фара с Димой и Лексом смотрят молча, но с явным осуждением на нашу перепалку, встают и уходят курить.

Такие все правильные, куда деваться!

Врубаю себе поединок на соньке, чтобы разгрузить голову. Бесит эта навязанная тревога и чувство вины за неё. Им не понять. Утром её так вштырит от моего камбэка, что всё похмелье как рукой снимет.

— Блядь, Жень, а убрать шмотки за собой не нужно? Не один здесь живешь! Что вы раскидали всё? — Возвращаются парни с улицы, и Лекс начинает беситься из-за вещей.

Да блядь. Меня лично пустые бутылки и коробки из-под пиццы больше бесят, чем девичьи трусики на полу. Встаю, чтобы собрать её шмот, и замечаю, что она даже кеды свои и сумку не взяла. Блядь. Босиком что ли сбежала? Ну точно, под кайфом.

— И тут ещё бельё постельное, пиздец вы, конечно, — вздыхает Дэн. — Бля, чувак, тут кровь. Как в средневековье, простыню запалили.

Парни начинают угорать и прикалываться.

— А тебе лишь бы в чужом белье покопаться, — со злостью кидаю и подбираю его.

— Броди, типа это её кровь? Ты типа её невинности лишил и слил? Ты норм вообще? А она под адамашкой. Бля-я-ядь, — смотрит на меня Фара, как на конченого урода.

Собственно, так оно и есть.

— Когда вы такими душными стали? Рилсятины про экологичность насмотрелись?

Ухожу в постирочную, запускаю стирку и вызываю такси. Заебали. Поеду на Ваську, расслаблюсь. В часов шесть утра к ней подскочу и всё. Ничего не будет.

Раздаётся звонок в калитку. О, ну вот и вернулась, видимо. Подышала воздухом, успокоилась, пришла за шмотом.

Выхожу в коридор и слышу мужской голос. Застываю.

— Да, Игорь Иванович! Добрый вечер!

— Алёш, доброй ночи уже! Я за гулёной своей. Уже не могу её перед супругой выгораживать. Спать пора. У неё вступительные на носу.

Блядь. Она домой не пришла? И куда её чёрт дёрнул? Пиздец!

— За Татой? — Как истинная омежка растерянно спрашивает Лекс.

— За ней. Съёмки то у вас, я смотрю, закончились. Парни, здравствуйте! Моё почтение вам! Слушаю, люблю!

Благо, декан вроде в нормальном расположении, пока не суетится, не волнуется.

Слышу, как Фара с Дэном что-то бубнят в ответ.

— Сергей Иванович, а Тата с Женей. Ей там роль эпизодическую дали, и вот снимают ещё, — красавчик, хоть нашёл, что спиздануть.

Заглядываю к ней в сумку и вижу, что и телефон её тут. Десятки пропущенных. На беззвуке стоит. И как её искать?

Вот что ей в голову взбрело? Куда подалась?

Нет идей вообще.

— Роль дали? И долго ещё она там будет?

— Не знаю, смотря как отыграет. Но она отлично справляется, — встревает Фара, — вы не переживайте, всё будет хорошо. Вернём Татьяну в целости и невредимости. Но съёмки такой процесс непредсказуемый, сами понимаете!

Красавчик.

— Да-да, понимаю. Скажу супруге, что скоро приедет, и спать уведу. Ладно, ребята, хорошего отдыха!

— Хоумис, — выползаю из коридора, когда декан уходит, — давайте до пляжа прокатимся, поищем её.

— Дай её номер, — говорит Фара, — я сейчас пробью координаты на изи. Быстрее будет.

— Она трубу здесь оставила, чел.

— Блядь, поехали, чо. Спасибо, бро, опять твоё дерьмо разгребаем.

— Да вы заебали. Нехер на съёмки эту отбитую было тащить. Нахуя она ходит и подкармливает?! Да ещё мою девочку!

Начинаю злиться от беспомощности. Всё пошло по одному месту. Ненавижу это чувство потери контроля. Ненавижу!

— Ща я Ольке наберу, — говорит Лекс и звонит младшей Лариной.

По разговору слышу, что та ни сном ни духом.

Лекса оставляем дома, на случай, если она вернётся, и разделяемся. Фара с Димасом на моей тачке едут, я на байке Лекса.

Еду к пляжу, выхожу на берег, который просматривается на километры, и понимаю, что никого. Но в дюнах полно скамеек, может там зависла.

Фаза релакса и фана у неё должна была закончиться, значит, по идее, где-то просто залипает.

Прохожу вдоль этих скамеек до грёбаного Репино, судя по картам, и ничего. Хорошо хоть народу мало, вряд ли она с кем-то тусить пошла.

С другой стороны, она босиком много пройдёт? По пляжу, в принципе, да. Могла проголодаться и куда-то зайти, но её труба с кошельком у меня. Вроде она не в полном невминозе, вполне адекватная была. Так бы я сразу спалил, конечно.

Вспоминаю про шавуху, она могла туда отправиться. Чуваков знает, не проблема и без кошелька.

Выхожу с пляжа и бегу вдоль тротуара к фудкорту. Дожил, бегаю в ночи за девчонкой. Охеренно!

Добегаю до фудтрака, ничего не работает. Смотрю на часы, уже почти пять. Ищем её часа два, не меньше. Олька обещала дать знать, если появится, но молчит.

Плетусь до мотика, осматриваю улицу, но народу нет. Только редко собаки пробегают, да тачки проезжают.

Звонит труба, и я резко снимаю звонок.

— Да, чел, — отвечаю Фаре.

— Броди, фотка есть? Кинь, мы тут по рестикам пошли.

— Да, сейчас. А вы где?

— Миткоин тут рест на берегу. Потом по картам вправо пойдём, там ещё пара заведений.

А я не догадался. Точно!

— Чел, слушай, там «Дель Мар Резорт» есть, загляните. Типа клуба ночью, Лекс у них играет, она могла пойти туда. Сегодня там глухо, но вдруг.

— Понял, хоуми. Ага, пришло. На связи!

Становится не по себе. Парни, которые её один раз видели, переживают и ищут, а я так опрометчиво себя вёл. Блядь, надо с собой что-то делать. Это дно. Надо было слушать свою психологиню, но блядь… Знания и понимание механизмов пьянит и вставляет покруче всего.

Да и результаты охуенные.

Плетусь к мотику с осознанием, что я исправлюсь. Я мудак. Но не конченый мудак.

А через двести метров опять уверен, что конченый и каждая меня сольёт. Абсолютно каждая.

Не верю им. Не верю, блядь!

Опять звонит Фара и вырывает из копашения в своей башке.

— Да?

— Броди, она была здесь. Но ушла с барменом час назад. Мы ему позвонили, но у него выключен. Наверное, твоя рыбка во все тяжкие ударилась.

— Понял, возвращайтесь домой, — скидываю.

Подлетаю к сосне и разъёбываю себе кулак об неё. Блядь! Блядь! Блядь!

Представляю свою хрупкую бемби в руках какого-то чмошника, и хочется подорвать нахер всё. Доигрался…допросчитывался…