27. И нет причины тебе на зов не приезжать

Дедушкин водитель пишет, что подъехал и ждёт меня. На улице дождь стеной и тринадцать градусов. Ощущение, что Женя уехал и забрал с собой лето. А вместе с ним и все мои приятные эмоции и воспоминания.

Моё тело ничего не чувствует, ни голода, ни холода, ни пронизывающего ветра, ни ледяных капель. Иду невозмутимо к машине, не обращая внимания на внешнее, хотя оно и прекрасно передаёт моё внутреннее. У меня точно также на душе сыро и холодно. Только слёз уже не осталось.

По привычке оборачиваюсь и смотрю на Женино окно, не знаю, надеюсь ли я его в нём увидеть или убедиться, что его нет.

— Ты же вся вымокла, Тань. Зонта что ли нет?

— Мне не мокро. Здравствуйте!

— А чего не в настроении? — Не унимается водитель. — У меня пирожок свежий вишнёвый есть, во «Вкусно — и точка» заехал. И кофе. Хочешь?

Это его, видимо, дедушка попросил. Мама мне никогда не разрешала в «Макдоналдс» ходить, а дедушка тайно подкармливал, хотя сам и любитель исключительно хороших ресторанов.

Понимаю, что очень хочу. Пытаюсь вспомнить, когда ела в последний раз. Четыре дня назад. У Лёши. Вместе с голодом начинаю ощущать и слабость, и головокружение. А ещё страх завалить экзамен. Кажется, я настолько погрузилась в себя, что забыла, как карандаш держать за эти дни.

— Хочу! Спасибо. Извините меня за грубость, Виктор Николаевич.

— Ничего страшного. Утро, погода дрянная, нервы. Всё понимаю. Держи.

Благодарю водителя и накидываюсь на кофе с пирожком, как собака голодная. Олька заносила мне еду, но я даже запаха не чувствовала, а тут втягиваю аромат жареного теста и кофе и чувствую проблеск удовольствия. Не всё потеряно.

— Во сколько заканчиваешь-то?

— В четыре часа.

— И тебя на московский подкинуть?

— Нет. К бабушке с дедушкой. Я у них переночую, а завтра в пять, как всегда, на вокзал. У меня последний экзамен в Москве.

— Опять голова?

— Нет. Голову и композицию я сдала. Осталось черчение. Но для меня он самый сложный.

— Да всё у тебя получится. Не вешай нос!

Виктор Николаевич по-доброму улыбается своим добродушным широким лицом, и на душе даже теплее становится. Вот он точно не ред флаг.

Когда я оказываюсь в экзаменационной аудитории, все лишние мысли, как по волшебству, покидают мою голову, и стоит мне взять в кисть карандаш, как я начинаю на автомате выполнять задание. Зря боялась, опыт благодаря одному мудаку не растеряешь.

У бабушки с дедушкой я сразу иду спать. То ли у них атмосфера совсем другая и мне здесь спокойно, то ли организм реально сдался потребностям, но саморазрушению пришёл конец.

Я с удовольствием ем, пью чай и ложусь спать. Впервые за несколько недель у меня на душе штиль. Осталось продержаться семнадцать дней, и я брошу свою пагубную привычку.

В сапсане место рядом со мной снова пустое. Естественно, я думаю о его обладателе. Получается, купив сразу наперёд три билета, мне и себе, он планировал быть со мной?

Лучше об этом не думать. Заказываю у проводницы какао и снова засыпаю.

Москва встречает ласковым солнцем и тёплой приятной погодой. Интересно, он ещё здесь или уже улетел в Америку?

Опять гоню лишние мысли, напоминаю себе, что я смогла продержаться без него четыре дня, осталось семнадцать, даже почти уже шестнадцать, не так уж и много. Небольшая цена за здоровую менталку.

Прокладываю себе маршрут другой дорогой, чтобы лишний раз не навевать на себя воспоминания, и иду к МАРХИ. Не знаю, хочу ли я теперь вообще учиться в Москве. А вдруг тут все такие, как он? Надеюсь, нет. Хотя в любом случае хотелось бы жить отдельно.

В МАРХИ экзамен показался сложнее, чем в Штиглица, и теперь я переживаю, что всё-таки не смогу поступить.

Это осознание чётко подсвечивает, что в приоритете всё-таки Москва. До поезда есть ещё несколько часов, и я решаю сходить в модную кофейню, из которой все постят в столице красивые фоточки. Олька с ума сойдёт.

Захожу в карты, вбиваю название и заказываю такси.

Нахожу лавочку и ожидаю свою машину. Телефон звонит, номер неизвестный, вижу в приложении, что таксист кружит где-то поблизости и, видимо, не может ко мне подъехать.

— Алло, — принимаю звонок без лишних мыслей.

— Тати, привет! — Я вздрагиваю. Тати… Голос незнакомый. Это что, сталкер какой-то?

— Не называй меня так, — выпаливаю, даже не разобравшись, кто это, — мне не нравится. Таня или Тата.

— Соррян. Это Денис, — я молчу, до меня не сразу доходит, — Ред Флоу.

— Аа! Привет, Денис! Я тебя не узнала. А как ты мой номер узнал?

— У Лёши взял. Мы сегодня наш клип в сеть заливаем. Ты классно вышла там.

Он для этого позвонил? Вроде никаких документов мне подписывать не нужно. С одной стороны, приятно, а с другой — тревожно. По второй линии теперь звонит действительно таксист, но я не спешу переключаться. Как только я осознала тревожность от его звонка, тело снова окутывает знакомая дрожь. Даже телефон держать сложно. Хорошо, что я сижу.

— Здорово. Я посмотрю.

— Тат, ты же в Москве?

Понятия не имею, откуда он узнал. И тревога возрастает сильнее.

— В Москве.

— Ему плохо без тебя.

— Кому?

— Жэну. Можешь к нему подъехать?

К дрожи добавляется учащённое дыхание и сильное сердцебиение. В горле от волнения пересыхает. В голове загорается лампочка «беги» и «S.O.S», но, увы, я уже научилась их отключать.

— Не могу, у меня поезд через два часа, — голос звучит совсем неубедительно.

— Не проблема. Куплю билет на сапик, самик, водителя дам. Пожалуйста, съездий. Ему вылетать утром, а он вообще не в кондиции.

— Денис, я не могу… И не хочу.

— Тат, я знаю, что он мудила редкостный. Знаю, как он с тобой поступил, свидетелем был. Но также знаю, что только ты ему сейчас помочь можешь.

— С чем?

— С верой.

— С какой Верой? Кто это?

— Вера в женщин. Поддержи его, пожалуйста, и я даю тебе слово, что он после этого тебя больше не обидит.

Машин голос призывает меня разъединить и выключить вообще телефон. Но сердце предательски скулит и умоляет попробовать. А вдруг прокатит? Ну что я теряю в самом деле? Он и так меня уже разрушил.

— Здравствуйте! Мы не поедем по этому адресу, я сейчас изменю на другой.

Меняю пункт назначения на Красногвардейский проезд и еду к нему. На каждом светофоре порываюсь выбежать из машины и спасти себя от очередной глупости, но обещания Дениса так заманчиво звучат.

А ещё любопытство распирает. И уверенность откуда-то берётся, что я его спасу. Он не конченый. Всё поправимо.

Выхожу из такси и закидываю голову наверх, осматривая его высотку. «Neva towers». Совпадение? Хотелось бы думать, что нет.

На территории жилого комплекса идут съёмки полным ходом. Девочки снимают проходки, парни какие-то рилсы об успешном успехе. Кринжово, но московская движуха всё равно манит.

Смотрю на всех этих красоток и думаю, что Жене особо искать даже не надо, спустился и пикапь сколько хочешь. Зачем ему я?

Денис сказал, что тоже здесь живёт и заказал мне приглашение.

Поднимаюсь на нужный этаж, нахожу его дверь и трясущимся пальцем нажимаю на звонок.

В ушах гудит от волнения. Хочется снова убежать. Наверняка он всё это подстроил. Зачем я поверила? С чего взяла, что Денис хороший и на моей стороне?

Блин, да я реально бемби. Тупая ослиха. Или кем она там была? Лосиха? Олениха?

Пока я перебираю варианты, дверь отворяется.

— Да? Здравствуйте! — Нерешительно говорит Женя. Ну, как Женя. У него чистая кожа без татуировок и волосы не осветлённые. И глаза какие-то положительные. От него не исходит этой опасности и в то же время привлекательности, как от Жени.

— Здравствуйте, — здороваюсь и теряюсь, не знаю, что сказать и как представиться. Как объяснить причину своего визита. — Я к Жене. Тата. Мне его друг позвонил.

— А. Дэн? Привет, я Егор. Младший брат. Проходи. Он не выходит из комнаты.