48. Страстей единый произвол

— Тат, ты там скоро? — Стучится ко мне в ванную Женя. — Такси уже ждёт десять минут. Сейчас уедет.

— Да-да, уже почти всё. Глаз перекрашиваю.

— Хорошо, малыш. Врублю ожидание.

Наношу блеск на губы трясущимися руками, я, кажется, поседела за те две минуты, что жду результаты теста на беременность. Три дня откладывала и наконец решилась.

Таймер уведомляет о вышедшем времени, и я кидаю боязливый взгляд на тест. Сердце стучит так, что перед глазами плывёт.

Делают глубокий вдох через нос, выдыхаю ртом и всматриваюсь. «Не беременна» сообщает кусок пластика, и аж подпрыгиваю на месте от счастья.

Заворачиваю его в салфетку и прячу в сумку, выброшу где-нибудь вне дома.

— Я готова, — появляюсь в прихожей и застаю там замученных братьев Бессоновых.

— Бемби, какая ты красивая, — осматривает меня Женя с ног до головы. Думаю, это не макияж, а счастье меня украсило. Эта неизвестность меня угнетала.

Даю Жене себя чмокнуть, и выходим.

— А где будет концерт Акиты? — Спрашиваю в лифте.

— В Лужниках. Не на стадионе, там открытая площадка.

— Ты тоже ему пишешь биты?

— Конечно, малыш. Неужели ты моё звучание ещё не узнаёшь? — Прислоняет меня к металлической стенке прям при Егоре и смотрит на губы. Кажется, Женя на голодном пайке и уже очень по мне соскучился. Смотрю на него в упор, моргаю, раскрываю губы и думаю, хочу ли я его потомить и испытать или наградить.

— Узнаю, — поддаюсь к нему и целую едва касаясь, совсем мимолётно. Эффект нужный, мне кажется.

В такси припадаю к окну и любуюсь ночной Москвой. В глазах рябит от бесконечных огней, безумного количества машин, широченных дорог и сумасшедшей энергетики.

Открываю окно и вылезаю из него. Так выглядит моя новая жизнь. Взрослая жизнь. Господи, да всё супер! Я не беременна, поступила на бюджет, мне снимут офигенную квартиру в сити, и я тусуюсь с рэперами. Могла я о таком мечтать месяц назад? Абсолютно нет.

Ощущение, что дома я оставила не только родных с их проблемами, но и всю свою боль и переживания. К чёрту всё! Я хочу наслаждаться жизнью!

Дышать в Москве нечем, абсолютно отвратительный воздух по сравнению с Санкт-Петербургом, но я не могу надышаться. Так пахнет моя свобода! У меня сейчас абсолютно другие эмоции от Москвы, нежели раньше. Я приезжала сюда с родителями погулять, сейчас же это мой новый дом. Ощущение, что я уже пьяна.

— А-е-а-е! Броди! Wazzup?* — Подбегает к нам явно излишне весёлый Фара.

— Ёу, Уигга!* — Здоровается с ним Женя.

*Wazzup — сокращённая форма What's up? — Как жизнь?

Броди — bro, брат с респектом (уважением). Американский сленг. Прим. автора.

*Ёу, уигга — Yo, wigga. Белый (европеец) + Ниггер (nigger) = ВИГГА. Так называют белых, относящихся к афроамериканской культуре. Ребята — рэпперы, поэтому так друг друга называют. Прим. автора.

Автор не имеет цели оскорбить чьи-то чувства и принципы.

— Привет! — Смущённо здороваюсь.

— Малая! Привет! Как тебе Москоу? — Федя меня сгребает в охапку, как старую подругу, и смачно целует в щёку. По дыханию ясно, что он уже изрядно пьян.

— Круто! Всё круто!

Меня накрывает каким-то странным ощущением, что за мной следят. Озираюсь по сторонам и замечаю, что абсолютно все прохожие на нас пялятся. В этот момент к нам подходит и Денис, и я понимаю, что нас исподтишка фотографируют и обсуждают. Как только парни это тоже замечают, десятки людей начинают им кричать и бежать на нас.

Огромная толпа окружает нас буквально за мгновение, и мне становится страшно. Непонятно откуда подходит десять огромных мужиков в костюмах и окружают Федю и Дениса. Парни под присмотром своих секьюрити начинают фотографироваться со своими фанатами, а Женя с Егором защищают меня от толкучки.

В Питере я не осознавала их известности и сейчас пребываю под огромным впечатлением. Там их известность вообще не чувствовалась. Хотя мы и тусовались узким кругом.

Даже с Женей несколько ребят и девочек просят сделать селфи. Потратив на эту спонтанную автограф-сессию минут пятнадцать, мы покидаем парковку в плотном кольце охранников.

— Так всегда? — интересуюсь у Жени.

— Да. Привыкай. Испугалась?

— Не знаю, просто неожиданно.

Нас заводят в вип-зону, и мы поднимаемся на трибуну. Как только мы заходим, парней облепляют бесчисленные знакомые и красивые девчонки.

— Бэйб, это ты снималась в «Беспределе»? — Подлетает ко мне какой-то бородатый парень с косичками.

— Мага, свали. Это моя девушка, — не даёт мне ответить Женя и жёстко пресекает попытку парня со мной познакомиться. Для убедительности целует меня в висок и прижимает к себе.

— Понял, бро! Не обессудь!

Я теряюсь в этой огромной и незнакомой компании и никак не могу освоиться. Слишком много впечатлений. Мои подружки и Оля бы просто с ума сошли от компании, в которой я оказалась. И не простят мне, если я не запишу хотя бы несколько кружков. Большинство людей постоянно разговаривают со своими телефонами, явно что-то записывая и снимая, и я решаю, что ничего постыдного в этом нет.

Сначала снимаю кружок в сторис со сценой, а потом уже не стесняюсь и даже подхожу к Фаре и подпеваю вместе с ним за Акитой.

Меня просто сносит от эмоций, я ничего подобного в жизни не испытывала. Бабушка всё детство водила меня каждую субботу по абонементу в Мариинку, а на концерте я была только однажды с папой. И то это был какой-то малоизвестный музыкант из его молодости. А здесь я на концерте одного из любимых рэперов, музыку для которого пишет Женя, а вокруг меня танцуют люди из моего плейлиста. Очуметь! Поверить не могу!

Мы орём треки, флексим, и я чувствую, что началась моя лучшая жизнь. В первый же вечер в Москве!

— Лучшая ночь в моей жизни! — Кричу Жене в ухо.

— Моя была позавчера, — обжигает меня своим дыханием.

Я улыбаюсь и продолжаю танцевать.

Посадив голос за полуторачасовой концерт, мы собираемся отмечать Женин день рождения всей огромной компанией.

Нас снова выводят со стадиона с охраной и сразу же сажают в подогнанные минивэны. Чувствую себя какой-то голливудской звездой. Оборванцы… Мама даже не представляет, как я тут отрываюсь.

В дороге выпиваем с Денисом и Женей две бутылки шампанского и вылезаем в люк, крича любимые треки.

— Тебе хорошо? — Спрашивает Женя, обнимая меня сзади. Мы будто на «Титанике», только вылезли практически на крышу машины.

— Лучше всех! — Кричу не Жене, а городу, который подарил мне свободу. — Москва, я люблю тебя!

Мы приезжаем домой к Аките и поднимаемся на последний этаж. Я теряю дар речи, когда мы выходим на огромную террасу с видом на Москва-реку и Москва-сити. Здесь человек сорок, и совершенно не тесно. Голова начинает кружиться от выхлопных столичных газов, кальянов, гриля, сигарет и громкой музыки.

Женя меня представляет вновь прибывшим и всем говорит, что я его девушка. Мне приятно. Особенно, когда ловлю на себе недовольные взгляды очень красивых девушек. Их здесь очень много, кажется, что на каждого парня по трое девушек, но Женю они вообще не интересуют.

Все его поздравляют, восторгаются им, благодарят и желают никогда не переставать творить, а он отвечает, что с такой музой выдаст море материала. Невольно начинаю чувствовать себя виновницей торжества. Понимаю, что это бред, мы знакомы месяц, и он до меня писал, но так хочется в это поверить. Усмехаюсь мысли, что как только во мне достаточно шампанского, так я перестаю заморачиваться и во всём искать подвох.

— Малая, чо завтра делаешь? — Подходит ко мне Фара, пока я залипаю на вид.

— Да так… Дела разные. А что?

— Вбей свой тг, рыбка, чиркану, — протягивает свой телефон.

— Ну, чиркани, — улыбаюсь и добавляю ему себя в контакты.

Начинает играть мой любимый трек Tyga, и я иду танцевать, продолжая смотреть на Фару. Его сразу облепляют девушки, но он следит за мной.

— Что он хотел? — Подходит Женя.

— Чтобы я ему видео скинула для сторис. Поехали домой? Я тебя хочу, — поворачиваюсь к Жене и зарываюсь в его волосы, обтираясь об него под жутко качающий трек.

— Не обязательно домой ехать, бемби, — Женя прижимает меня к себе, откидывает мои волосы назад и целует шею. Ловлю на себе взгляд Фары и чувствую какое-то нереальное возбуждение.

— Обязательно. Я хочу, чтобы ты трахнул меня, как ту блондинку на столешнице, — шепчу Жене.

— Блядь! Тата! — Женя тут же отстраняется. — Я даже не помню этого!

— Жень, — хватаю его за ворот футболки, — я просто хочу, чтобы ты меня грубо трахнул. Всё. Без загонов.

— Блядь, — Женя смотрит на меня с сомнением, — я тебе не верю. Ты снова что-то выкинешь. Дэмн! Что ты вытворяешь со мной?

С бесовским безумством он впивается в мои губы и целует так одержимо, что мне кажется, что я теперь могу вытворять всё, и мне ничего за это не будет.